Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Глава 3

— Расскажи, чем ты занимался в Пекине, — за обедом дядя приступил к лишь кажущемуся ненавязчивому расспросу гостей.

— Ничем особенным. Спал, ел, гулял. Много времени проводил в издательстве. Утверждал работу художников. Чжоу часто приходилось скучать.

Хрут подмигнул моей помощнице.

— Он хороший клиент, не правда ли?

Китаянка не поддалась на провокацию. Ее учили не обсуждать клиентов. В принципе не обсуждать и не высказывать свое мнение относительно их привычек или чего-то еще.

— Но ты понимаешь, что Эрика не сможет с тобой путешествовать так много, как ты привык? Она работает на нашем семейном предприятии, к которому, кстати, и ты будешь иметь непосредственное отношение, как только станешь членом нашей семьи.

Дядино замечание вызвало странную волну событий с моей стороны стола. По правую руку от меня, где сидела Мэйли, раздался неодобряющий хмык, а по левую, где сидел брат моей невесты, нож неудачно скользнул по тарелке, что повлекло за собой возникновение резкого неприятного звука, ударившего по ушам всех присутствующих. Странное стечение обстоятельств, совпадение… Или нет? После столкновения со мной на пляже, парень может иметь серьезные возражения против моего присоединения к их семье. Ведь до того момента, я никому из близких не признавался в своих интересах… Пожалуй, мне стоит ожидать серьезного разговора с этим парнем, с которым я бы не хотел оставаться наедине. Не думаю, что он сможет победить меня в кулачном бою. Крепыш в другой весовой категории. И возрастной в том числе. Я другое имею в виду.

— Э… Понимаю.

— Эрика моя помощница, без нее я как без рук. Вот, надеюсь Хольми возьмется за ум и тоже станет моим помощником. Теперь, когда у него появится пример и старший брат. Кстати, ты уже решил, чем завтра будешь заниматься? Понедельник — рабочий день. Эрика с восьми до пяти работает, так что у тебя будет свободное время, дорогой Бруни.

— Действительно? Завтра работаешь?

Я даже переспросил у невесты. Признаться, не ожидал. Я как бы достаточно зарабатываю. Можно даже сказать, что я богат и могу позволить себе содержать даже гарем. Дядя владеет крохотной фирмой по грузоперевозкам, насколько я знаю, Эрика трудится там кем-то вроде бухгалтера. Фирма маленькая, часто купается в долгах. Это еще одна причина, почему моя мать хочет, чтобы этот союз состоялся. Им нужна финансовая помощь. Войдя в семью, я не смогу отказать и не помочь предприятию тестя. Я не против помогать, и не против в некотором роде осесть. Но не до такой же степени…

— Я работаю пять дней в неделю. Папа обещал в пятницу сделать для меня сокращенный день, — пролепетала моя невеста.

А у нее хороший аппетит. Я заметил, как активно она налегает на еду, приготовленную матерью. Пухленькие ручки быстро и умело работали вилкой и ножом. Возможно, это просто волнение от встречи с женихом, или просто я ищу в ней недостатки, пытаясь уговорить сам себя бросить эту затею. Хотя, здесь я ошибаюсь. Уговаривать мне себя нет никакой необходимости. Скорее найти весомые предлоги для отца, чтобы отказаться это этого брака. Да еще так, чтобы не обидеть друзей матери…

— Эрика очень хороший работник, — похвалил отец дочь. — Ответственная. Пунктуальная. Педантичная.

Его похвальбы подхватила Оливия:

— А еще Эрика экологическая активистка. Она состоит в одном из стокгольмских сообществ защиты природы и постоянно участвует в акциях протестов, бывает в походах, на сборищах, ездит по школам, проводит лекции для подрастающего поколения.

— Это прекрасно! — выдавил из себя я, подавляя смешок.

Смеялся, по сути, сам над собой. Надо же было самому себе вырыть такую огромную яму! Она еще и экологическая активистка! Почти ангел…

— А как в Китае обстоят дела с экологией?

— Пекин, папа, считается одним из самых загрязненных городов в Китае, — прорезался голосок у активистки. По ее уверенному тону чувствовалось, что она этой темой буквально дышит. — Их проблемы — это электростанции, которые работают на угле. Их более семидесяти процентов от всего количества электростанций и это ужасно. Машины, люди, заводы… Их слишком много, и они ничего не хотят с этим делать. Активисты, наши коллеги, пытаются с этим хоть как-то бороться, но ничего не помогает. Общество их просто игнорирует.

— Что ты говоришь, моя девочка…

— Над многими городами ежедневно стоит ядовитый смог. Он содержит микрочастицы, которые легко попадают в организм и довольно быстро у людей появляются проблемы со здоровьем. Это ужасно, папочка.

— Экхм…

Это я. Меня пробил кашель. Кажется, от всех впечатлений я успел подавиться водой, которой запивал чуть суховатое мясо. Я еще несколько раз кашлянул, пытаясь очистить горло. Окружающие на меня не реагировали. Помощь пришла с самой неожиданной стороны. С левой. Мой сосед, сидевший рядом, похлопал ладонью по моей спине, помогая прокашляться, в то время как остальные были заняты обсуждением проблем экологии, а подлая Чжоу не считала нужным вмешиваться. Она бы сделала это лишь в том случае, если бы я стал умирать на ее глазах. Не меньше.

— Спасибо, — пришлось все же повернуть голову к нему и поблагодарить.

Хольми отвел глаза в сторону, не проронив при этом ни единого слова. Ясно. Злится на меня. Надо будет после ужина попробовать объясниться с ним. Придется это сделать. А сейчас придется вернуть свою голову на место и смотреть на будущего тестя, тещу и невесту. Как бы сильно мне этого не хотелось.

— Поскольку ты гостишь в нашем доме, наверное, будет правильно рассказать о заведенных здесь порядках, — сказал, а затем крякнул дядя, пробуя удобнее устроится на неудобном стуле со слишком прямой для его сгорбленной фигуры спинкой.

— Конечно, дядя Хрут.

— Мы с Эрикой завтракаем в семь тридцать и уезжаем на работу каждый на своей машине. К восьми утра в доме остается только Оливия. Она занимается домашними делами, уборкой, готовит для нас ужин, так что по всем вопросам ты можешь обращаться к ней. Мы стараемся вернуться домой к семи вечера, тогда же и ужинаем всей семьей за одним вот этим самым столом. Оливия даст тебе ключи, чтобы ты смог приходить и уходить, когда тебе удобно.

— Это ключи Хольми, — уточнила Оливия. — Он оставил их нам, когда съехал на свою съемную квартиру. Хольми, сколько ты собираешься у нас гостить? — спросила она сына довольно строго и сразу же пояснила мне:

— Видишь ли, мы не ждали его. Готовили его комнату для тебя. И вдруг в последний момент Хольми сообщает, что приедет! Как так?! Теперь, получается, Бруни, ты будешь ночевать в комнате Хольми, а Хольми и э…

— Мэйли, — подсказал я.

— И Мэйли остановятся в гостевом домике.

— Не правильнее ли будет, если Хольми займет свою комнату, а мы с Мэйли гостевой домик? Тетя Оливия?

— Нет! — вспыхнула будущая возможная теща. — Лучше будет, если ты останешься в большом доме. Поближе к нам. С Хольми ничего не случится. Он здесь все знает, перебьется несколько дней. А тебе… тебе лучше будет здесь. Удобнее.

— Ну… это неудобно как-то. Я бы не хотел кого-то стеснять.

Я еще раз обернулся и посмотрел на соседа по столу через свое плечо. Он только что смотрел на мать, и встретившись со мной взглядами, вдруг покраснел и резко отвернул голову. Черт! Вдвойне неловко!

— Нет, тетя Оливия. Я должен настоять на своем. Мы с Чжоу остановимся в домике для гостей. Я не хочу начинать свое знакомство с вашим домом с неловких ситуаций.

— Никаких неловких ситуаций! — дядюшка ударил кулаком по столу. — Мы знаем, как лучше. Хольми не возражает, чтобы ты пожил в его комнате. Правда, Хольми?

— Да, — как будто злобно процедил парень возле меня.

Черт подери! Совсем все плохо. И, самое противное, что я-то не хочу его обижать. Сдалась мне его комната… Хотя, если подумать… Перспектива переночевать в кровати моего пляжного знакомого… на его простынях… жаль, что без него самого… Моя неугомонная фантазия снова подставила мне подножку в самый неподходящий момент (а когда она находила подходящий) и унесла сознание писателя в далекие романтические и очень эротические дали.

— Бруни… — позвал меня дядя. — Ты с нами? Чему ты улыбаешься? Вспомнил о чем-то? Или…

Кажется, до нас обоих одновременно дошло, что улыбаюсь я, глядя на Эрику. Дьявол! Почему мой взгляд не мог остановиться на чем-то другом?!

— А? Нет… Это я от усталости. Дорога была длинной. А ужин очень сытным. Я мечтаю отправиться на боковую, пусть мне и стыдно в этом признаться.

Оливия вскочила со своего места:

— Конечно же! Бедный Бруни! И вы… э… Мэйли. Эрика проводит тебя в твою комнату, а я провожу вас, Мэйли.

Я оставил салфетку на столе и уже начал подниматься, как дядя остановил меня замечанием:

— Кстати, Хольми завтра вроде бы ничем не занят. Я нарисую тебе план, отвезешь Бруни по местам молодости его матери. Пусть посмотрит. А после, когда вечером встретимся, я покажу тебе детские фото Хельги и Эрики, конечно. Она была такой очаровательной. Впрочем, и сейчас не изменилась. Хольми, ты же на машине?

— Да, отец.

— Отлично, не будет проблем с этим.

— Я вообще-то тоже на машине, — напомнил дяде.