Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Господин, вы неважно выглядите, — осторожно подала голос Мэйли. — Вас укачало?

Необыкновенное сочувствие с ее стороны. Никак поняла. Достижение!

— Да, Мэйли. Ты права. Меня очень укачало. Хольми, притормози, пожалуйста.

Отпрыск Бьернсонов беспрекословно сделал то, о чем я попросил.

— Езжайте дальше без меня. Прогуляюсь. Надо воздухом подышать.

Я хлопнул дверцей и зашагал прочь, по аллее вдоль линейки аккуратных частных домов без заборов, огораживающих их территории.

Китаянка, разумеется, последовала за мной. Куда делся младший Бьернсон я не знаю. Помощница какое-то время следовала за мной безмолвно, потом все же открыла рот:

— Господин, если хотите, я могу вернуться без вас за нашими вещами. Встретимся в аэропорту. Можем вернуться в Китай. Или полететь в Сидней, вы же хотели там побывать. Или отправимся в Токио. В издательстве «Киросава» будут счастливы вас видеть.

— Спасибо.

— Мне вернуться?

— Нет, Мэйли. Разве я сказал это?

— Вы промолчали.

— Я промолчал, не сказав ни «да», ни «нет». Погуляем без лишних слов. Дай мне собраться с мыслями.

— Хорошо, господин. Но будет лучше…

— Будет лучше, если ты помолчишь.

Наконец, она захлопнула рот и кроме шума проезжавших мимо машин, работать моему сознанию ничто больше не мешало. Правда, стоит заметить, оно и не работало…

Глава 5

Хольми Бьернсон

Я глядел в спину удалявшегося по дорожке автора. Его телохранитель, китаянка Мэйли Чжоу шла за ним на манер преданной собаки. А я остался сидеть в машине, не зная, как поступить.

В конце концов, перестав сжимать руль в безуспешных попытках остановить самого себя, поставил автомобиль на сигнализацию и ушел гулять в другую сторону.

Бруни Манчини…

Он наконец-то приехал. А я не знаю, как к нему подойти. Позапрошлой ночью я отправился на пляж «Бёда». Уже несколько лет каждое лето посещаю его. С тех пор, как прочитал, что это лучшее из детских воспоминаний Бруни. Я знал, что вечером того же дня он должен приехать в дом к моим родителям, чтобы свататься к моей сестре. И чтобы не сойти с ума от ожидания, отправился на другой конец страны. Я загорал, когда ко мне подошла девушка и попросила ее сфотографировать. И вправду понял, что в ее просьбе есть подвох только после того, как Бруни со своей телохранительницей исчезли из вида, а ко мне вернулась моя голова. Загорал без одежды и буквально за несколько мгновений до того, как ко мне подошла та девушка, мне приснился короткий сон. Главным героем которого был Бруни. Какого же было мое удивление, когда я увидел его за дюнами. Уже бежал за той девицей и ничего не успел сделать со своим телом. Его реакции были слишком красноречивы.

Я сомневался в том, сон то или явь, в то мгновение, когда Бруни касался меня. Солнце слепило глаза, а мечта вдруг стала реальностью. Моя грудная клетка разрывалась от чувств, вспыхнувших в ней, Бруни был рядом, его губы легли на мою шею, осчастливив меня и тут же чуть не убив своим безразличием.

— Извини. Я тебя не так понял.

После этих слов он развернулся и исчез. Очнувшись от видения лишь через некоторое время, я помчался к машине, а потом и в Стокгольм. Они уже успели уехать, я догнал их только по приезду в дом к родителям. Где он уже успел познакомиться с моей сестрой!

Остановился. Нет. Он не уйдет. Все будет иначе!

Передумав, бросился к машине, завел двигатель и…

Мой пульс с новой силой участился — к машине с противоположной стороны направлялись Манчини и Чжоу. Он шел размашистым шагом, что-то объяснял китаянке, поправляя непослушные волосы, без конца норовившие попасть в его неподражаемые глаза цвета корицы, смешанной с золотистым медом. Он сильно загорел за время пребывания в Китае. И похудел — мышцы прорисовались очень четко. Я всегда восхищался им и очень упорно занимался, чтобы хоть немного стать похожим на него. Успел ли? Я считаю, что нет. Ведь у меня было всего два года, с тех пор как я…

С тех пор как я бесповоротно влюбился в его душу.

Мне было двадцать, когда я попал в больницу. Неудачная драка из-за одной девчонки. В то время наивно полагал, что она центр моей вселенной. Был ослеплен, влюбился, а в ответ получил предательство. Набил морду нашему общему другу, с которым она переспала назло мне. А он попросил других друзей ответить мне. Так оказался в больнице.

Очнулся окутанный трубками, рядом пищали аппараты, к которым меня подключили. Ко мне приходили родители и сестра. Я долго там провалялся. Уже не верил ни во что. Однако очень скоро мне стало стыдно за свои мысли. Это были размышления и выводы наивного подростка, которому не повезло столкнуться не с тем человеком.

Эрика уже давно на тот момент увлекалась творчеством Манчини. Она читала его книги взахлеб, скупала новинки, щебетала о них. Я никогда не обращал на нее внимания — потому что эта тема была мне чужда. Пока однажды сестра не забыла в моей палате пакет с уже прочитанными книгами Бруни, которые несла подруге. Она сильно спешила в тот вечер. А в нашей больнице в то же время что-то было с сетью. Ураган, плохая связь. И мне не спалось. Короче говоря, от нечего делать, я залез рукой в пакет и нащупал одну из книг. Его фото разглядывать не стал — родители нам его показывали на снимках, которые присылали дядя Альберто и тетя Хельга. Я сразу нырнул в текст. Может быть просто хотел добить себя, осознать окончательно, что эта жизнь не стоит того, чтобы за нее так бороться.

И быстро понял, что ошибся.

Первый же роман был о любви. Причем Бруни писал так, что только через несколько глав можно было понять, что любовь эта была парня к парню. Автор цеплялся лишь за чувства, отбрасывая по пути все лишнее. Обычную жизнь, моменты, которые, по его мнению, не имеют никакого значения в отношениях. К вечеру следующего дня я прочитал все книги, которые Эрика забыла в моей палате.

Выйдя из больницы — первым делом съехал от родителей и устроился на две работы. Я знал, что Бруни в Китае. С первых же дней я стал копить на поездку в Пекин. А когда сумма была почти набрана, узнал, что Бруни сам приезжает к нам. И не просто так.

Тот, о ком я думаю последние несколько лет каждую ночь и каждый день, приехал, чтобы жениться на моей родной сестре. А вчера он целовал ее прямо на моих глазах!!!

— Мне стало лучше, — проворчал автор, забираясь в мою машину. Китаянка моментально оказалась на заднем сиденье. — Если ты не передумал, поехали, куда там сказал дядя Хрут.

Мне было проще сразу сделать то, что он хотел, чем открывать рот. Присутствие Бруни учащает мой пульс до такой степени, что я не могу ни на чем сконцентрироваться. Накануне вечером я буквально вломился к нему в комнату, сперва специально выполнив две тренировки подряд, а потом облив себя водой. Я все еще не доволен своим телом, не считаю, что смогу его соблазнить. Парни, которых он описывает в своих романах поистине идеальны. И телом, и духом, и умом. Я не многое могу им противопоставить. Особенно если учесть, насколько красив он сам. Он все пытался вырваться из моей комнаты. Как будто она жмет ему, как отвратительные слишком маленькие ботинки. В то время как я думал о том, что он в одном полотенце отдыхает на моем покрывале. Что я могу сделать, чтобы он заметил меня?

Что я могу сделать, чтобы остановить его от брака с моей сестрой?!

— Каким будет первое место нашего назначения? Или ты передумал? Если не хочешь, дай список, сам поеду. Отправляйся по своим делам.

Кольцо руля заскрипело под моими пальцами. Я непроизвольно потянулся и нажал на кнопку — двери в моей машине заблокировались.

— Э… Это зачем? — спросил автор недоумевающе.

Я разжал зубы:

— Правила безопасности. Здесь так принято, — солгал не моргнув.

— Разблокируйте немедленно, — потребовала телохранительница, чье требование я оставил без внимания.

Обойдется. Я пока не придумал, как поступить дальше. Одно знаю точно — я намерен быть с ним рядом как можно больше. А там… посмотрим…

Манчини скрестил руки на груди. Он сегодня в футболке. Такой же синей, как вчера были его шорты. Майка, а снизу джинсы.

Я мельком посмотрел на его коленку, упиравшуюся в приборную панель. Горячие мысли о том мгновении, когда с его прокаченных бедер упало полотенце не замедлили ударить мне в голову. Хотел бы я… не только мечтать, но и иметь возможность прикоснуться к нему точно так же, как он ко мне накануне. Почему он прекратил свои прикосновения? Сказал, что это была шутка. Всего лишь шутка, потому что он решил, что я причастен к тому розыгрышу.

— Вы меня слышите? Господин Хольми.

— Это шведские правила дорожного движения.

— Разве такое может быть? — уточнила китаянка.

— Может быть и такое. Мэйли, если он говорит, значит так и есть. Успокойся, что здесь такого? Остановимся — разблокирует. Ты же не собираешься выпрыгивать на ходу? Я тоже вроде не собираюсь.

Пока Бруни оправдывал мой поступок, который я оправдывать не собирался, сделал то, к чему готовился с тех пор, как стал ждать его приезда. Достал телефон из кармана, щелкнул по кнопкам и в салоне моего автомобиля, в котором я вез его, заиграла музыка. Я знаю один секрет…