logo Книжные новинки и не только

«Проклятие Пиковой дамы» Юлия Алейникова читать онлайн - страница 2

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Княгиня сердито фыркнула и раздраженно сорвала перстень с пальца, когда позади послышался тихий шорох.

— Кто тут еще? — ворчливо спросила княгиня, она не любила, когда ее беспокоили.

Шорох за спиной замер. Княгине стало тревожно. Она зашевелилась в кресле, пытаясь обернуться, свет свечей заметался, окрашивая комнату тревожными всполохами.

Когда она наконец обернулась, лицо мужчины было совсем близко.

— Ох! Это ты! Напугал меня, дуралей, — выдохнула княгиня, откидываясь на спинку. — Зачем явился? Опять денег? Снова проигрался, шалопут? — Внук, молодой, свежий, пышущий жизнью, статный красавец офицер, стоял перед ней, как напоминание о ее собственной дряхлости и увядании. У нее их было много, внуков, внучек, она едва их различала, но этот, сын ее дочери Натальи, решительный, нагловатый, красавец адъютант, был ее любимцем. Внешне он был похож на покойного князя, а вот характером пошел в нее.

— Денег не дам, — сурово повторила княгиня.

— Мне не нужны деньги, — напряженным голосом проговорил молодой красавец.

— А что?

— Перстень. — Он протянул сильную крепкую руку и, разжав старушечью ладонь, вырвал из нее сокровище.

Все тело княгини напряглось, оцепенело, глаза выкатились, последним усилием, едва слышно, она прохрипела:

— Погибнешь!

Глава 1

15 апреля 2019 г. Санкт-Петербург

— Ну, мужики, что у нас тут? — входя в квартиру, поинтересовался капитан Ушаков.

— У нас колото-резаная рана. Вон покойничек в кресле сидит. — В привычной для себя циничной манере объяснил Толик Жуков.

Убитый действительно сидел в квадратном кожаном кресле, широко расставив ноги, положив руки на подлокотники, свесив на грудь голову. В этой позе было что-то эпическое. Усталый от битв воин почил на завоеванном троне. Капитан Ушаков обожал фэнтези, читал их втайне и очень стеснялся своего мальчишеского увлечения.

— Кто убитый? — отгоняя неуместные ассоциации, строго спросил капитан.

— Колесников Илья Андреевич. Тридцати трех лет. Вот документы. Это его квартира, проживал один. Обнаружила его уборщица, Туманова Екатерина Викторовна. Она всегда по понедельникам приходит. Сейчас сидит в соседней комнате. Пришла, открыла своим ключом, разулась, прошла в кладовку за тряпками и швабрами, достала пылесос, пришла с ним в гостиную, а тут вот. Ну, вызвала полицию, — обстоятельно докладывал Толик. — Криминалист осмотр уже закончил и уехал, вас долго ждали.

— Извини, начальство задержало. Что со свидетелями?

— Пока ничего, участковый с Захаром соседей опрашивают, а я вас ждал.

— Дождался? — сухо спросил капитан. — Ну, тогда давай им на подмогу, а я с уборщицей побеседую.

Екатерина Туманова была женщиной на удивление моложавой, подтянутой, стройной. В облегающих джинсах и светлой футболке, с яркими рыжевато-красными волосами, она смотрелась молодо и привлекательно, и, только присмотревшись к морщинкам на лице, можно было определить ее настоящий возраст, около пятидесяти пяти, может, пятьдесят семь? Или шесть? Гадал капитан, рассматривая свидетельницу.

— Добрый день. Капитан Ушаков, районный следственный комитет.

— Туманова Екатерина Викторовна. Домработница. Точнее сказать, просто уборщица. — Следов слез на лице уборщицы капитан не заметил, скорее потрясение.

— Екатерина Викторовна, как давно вы работаете у Колесникова?

— Года три, меня к нему знакомые сосватали. Его знакомые. Я у них тоже убираю.

— Телефон и фамилию знакомых сообщить можете?

— Разумеется. Филипповы. Телефон тоже можете записать. — Доставая мобильник, предложила Екатерина Викторовна.

— Обязательно, но чуть попозже. Расскажите мне, как вы нашли тело?

— Пришла как обычно, в двенадцать. Илья поздно вставал и не любил, когда я при нем работать начинала. Пришла. Разулась, повесила куртку и сумку на вешалку и пошла за пылесосом.

— Вы не переодеваетесь перед работой?

— Нет. А зачем? Илья мусорил мало, обычная поверхностная уборка много сил не отнимала. Вот если у него в воскресенье вечеринка была, тогда тут бывает, чем заняться, а так… Я к нему два раза в неделю хожу. В пятницу перед выходными и в понедельник, сразу после. В выходные у него иногда компании собираются, гости приходят. Он человек холостой, живет свободно.

— Скажите, а родители у него есть?

— Есть, конечно. Но они отдельно живут. Мы с Ильей нечасто виделись, в основном в день расчетов.

— Хорошо. Вы разделись, взяли пылесос… — напомнил свидетельнице капитан.

— Ну да. Я всегда с пылесоса начинаю. Потом мою санузел, затем пыль вытираю, после влажная уборка. Стираю я по понедельникам, глажу тоже. Ну вот, зашла я в комнату, а там Илья сидит. Сперва я подумала, спит. Может, напился с вечера и заснул.

— А с ним такое раньше случалось?

— Было несколько раз, когда я приходила, а он спал еще. Правда, в кровати. И несколько раз я его заставала с девицами. Но вот чтобы в кресле? Нет, такого не было. Но мне и в голову не могло прийти, что его убили. — Нервно дергая шеей, объяснила уборщица. — Ну, я позвала его сперва, он не реагирует, тогда я подошла, руку на его руку положила, вот сюда, повыше кисти, хотела потрясти, а рука холодная! Тут я сообразила ему в лицо заглянуть, ну, и поняла, поздно уж. Пошла в полицию звонить.

— Не испугались?

— Звонить? А чего мне бояться, я же его не убивала? Зачем мне это? — вскинулась Екатерина Викторовна.

— Я имею в виду покойника, — пояснил свою мысль капитан.

— А! Да нет. Я же медсестра бывшая. В больнице всю жизнь проработала. А тут нашу больницу на капитальный ремонт закрыли, нам перевод предложили в другую больницу. Там корпуса новые отстроили, на окраине где-то. От метро в битком набитом автобусе еще чуть не час трястись туда и обратно. Я подумала и ушла. При такой копеечной зарплате я еще буду полдня на дорогу тратить? А тут мне знакомая предложила в домработницы пойти, у нее свое агентство по найму прислуги. Она еще в няньки предлагала. Но с детьми ответственность большая, и я пошла квартиры убирать. Денег больше, головной боли меньше, да и времени свободного — тьма, — делилась Екатерина Викторовна. — Я себе абонемент в фитнес-клуб купила, в прошлом году в Турцию ездила. А то, что работа не престижная? Зато сам себе хозяин.

— Ясно. Значит, Илью Колесникова вы знали плохо?

— Да, в общем, мы с ним почти не общались. Если у него были ко мне дополнительные поручения, он иногда звонил. В день расчетов два раза в месяц виделись, ну, и было несколько раз, когда он болел, ну, и вот те разы, когда я его с девицами застала и когда он на работу проспал.

— И все же, что вы можете о нем рассказать, иногда вещи и квартира человека сообщают о нем больше, чем он сам в разговоре поведает.

— Вот тут вы правы. Но это обычно, если люди семейные. Хотя… — Уборщица задумалась. — Знаете, мне кажется, у Ильи в последнее время появилась постоянная девушка.

— Почему вам так кажется?

— Ну, во-первых, давненько у него не было воскресных вечеринок. Гости бывают, но вот как раньше, чтобы бутылки по всем углам, чьи-то бюстгальтеры на люстрах, гора грязных бокалов по всей квартире, размазанные по полу закуски, такого больше нет. А вообще посмотрите вокруг, квартира большая, но мрачная, все серо-черное-белое, неуютное, никаких декоративных мелочей, только те, что дизайнеры расставили после ремонта. Вещей личных минимум. Все рабочие документы на работе, дома только одежда, пара книг и ноутбук. Все. Тоска, скука. По мне, так ему давно пора снова жениться.

— Снова? А он уже был женат?

— Да. У него и ребенок есть. Только он им не особо интересовался. Так алименты платил и все.

— Откуда вы знаете?

— Ну, за три года я ни разу ребенка не видела, и игрушек в доме тоже не видела, даже не знаю, мальчик это или девочка, даже фотографий он мне ни разу не показывал. Не хвастался, мол, мой вчера на соревнованиях первое место занял, или у дочки вчера концерт был, она в хоре поет. Согласитесь, для любящего родителя — это нонсенс. Но вот его разговор с бывшей женой по поводу денег я слышала.

— И какого рода это был разговор?

— Как я поняла, он задержал выплату алиментов, а во второй раз она просила у него денег то ли на какую-то вещь, то ли на поездку. Он отказывал, а она его упрекала, что он никудышный отец. Чем тот разговор закончился, не знаю. Как зовут бывшую жену, тоже.

Очень любопытный тип Илья Колесников, и определенно неприятный. Сам капитан Ушаков не был идеальным отцом, но мальчишек своих обожал, готов был ради них наизнанку вывернуться, родительский инстинкт в капитане был наиболее сильно развит, даже сильнее инстинкта самосохранения. А потому он окончательно и бесповоротно невзлюбил покойного Колесникова, тот был подлецом и эгоистом и, по большому счету, получил по заслугам.

— Еще что-то можете добавить о покойном?

— Еще? Мне кажется, он любил играть в карты, — задумчиво проговорила уборщица.

— Почему?

— В доме больше нет игр, а карты есть.


— Ну, что там у вас по этому убийству на Кирочной улице? Разобрались? — поднимая голову от бумаг, спросил полковник Тарасов, глядя на свою «банду», как он ласково, по-отечески называл сотрудников следственного отдела.