Быть может, заведующий мимо пройдет? Не обратит внимания на мою проклятую юбку?..
— Вижу, что далеко не в порядке. — Скандинавский бог остановился на пару ступенек ниже меня, протянул руку. — Давайте, помогу спуститься.
— Да нет, я как-нибудь сама. — Даже заставить себя посмотреть в сторону Германа не могла, не то чтобы встретиться с ним взглядом.
— Отказа не приму… Или вы сами идти не в силах?
Я испугалась, что Кох решит блеснуть рыцарским воспитанием и подхватит меня на руки.
— Нет-нет, все нормально. — Вцепилась пальцами правой руки в протянутую длань моего кумира. Рука у Германа оказалась холодная, твердая — будто принадлежала мраморной статуе, а не живому человеку.
По лестнице мы спускались медленно. Я старательно смотрела себе под ноги, выверяла каждый шаг. Левой рукой все так же удерживала расползающуюся юбку.
— А что это был за кореец? — вдруг спросил Герман.
— Кореец? — растерянно переспросила я.
— Парень, с которым вы разговаривали на лестнице.
Ли Су Хен — вполне себе корейское имя, вероятно, наглый фрик, этот мой нечаянный спаситель, и правда кореец. И как только он сумел меня поймать? Когда я спускалась, на лестнице не было ни души.
И как парень вообще смог в понедельник пробраться в библиотеку, если в пятницу у него отобрали читательский билет?
— А-а-а… я его не знаю.
— Мне так не показалось. Впрочем, если не хотите рассказывать…
— Видела его в библиотеке как-то раз, — тут же поспешила ответить я. Еще не хватало, чтобы Герман подумал, что меня и Ли Су Хена нечто связывает.
— Странный он парень, держались бы вы от него подальше, Алиса Степановна.
— И выбор книг у него странный, — пробормотала я.
Я была благодарная Коху, что он начал этот разговор. Так я могла хотя бы немного абстрагироваться от чудовищно глупой и постыдной ситуации, в которой оказалась.
— Да? И какой же? — вежливо поинтересовался мужчина.
— Что-то там про инквизицию в нашей стране.
— Вот как? — удивился заведующий. — И правда, странный выбор.
Герман довел меня до первого этажа, я устало прислонилась к стене.
— Постойте здесь, я соберу ваши вещи.
— Я сама!..
— Не спорьте со мной, Алиса Степановна, — чувственные губы мужчины украсила слабая улыбка. — Позвольте мне немного побыть джентльменом.
Вдруг я поняла, что слишком пристально смотрю на губы заведующего. Моргнула и отвела взор.
— Да-да, конечно…
Герман Кох быстро прошелся по лестнице, собирая раскиданные вещи. Тайком я любовалась фигурой мужчины. Широким разворотом плеч, гибким станом, отточенностью движений… Всякий раз, когда он наклонялся за очередной вещицей, и строгие серые брюки обрисовывали очертания его ягодиц, я чувствовала, как пунцовая краска заливает щеки.
В отличие от большинства сотрудников библиотеки мужского пола, заведующего нельзя было назвать книжным червем, чувствовалось, что он знаком с физическим трудом, прекрасно владеет собственным телом. Почему-то думалось, что Герман Кох регулярно посещает не только тренажерный зал, но и секцию каких-нибудь единоборств.
У заведующего красивая и гармонично сложенная фигура, не то что у тощего корейца. Впрочем… Я вспомнила сильные руки Ли Су Хена. Как парень изогнулся, удерживая меня от соприкосновения с острыми гранями ступеней. Чтобы поймать и удержать девушку в подобном положении, нужна невероятная сила и скорость реакции…
— Держите. — Герман протянул мне сумку. — Вроде ничего из вашего имущества не пострадало, только зеркало разбилось. Но вы же не верите в глупые суеверия?
— Не верю, — слабо улыбнулась я и зачем-то добавила: — Иначе у меня дома не жила бы черная кошка.
Герман только кивнул, а затем сказал:
— Теперь я одолжу вам свой плащ, и мы поймаем такси.
С ужасом уставилась на заведующего.
— Нет-нет, Герман Карлович! Прошу вас, не беспокойтесь! Я сама…
— Я не могу оставить даму в беде.
— Герман Карлович, — взмолилась я, — мне и так неловко. Не знаю, как вам завтра в глаза буду смотреть! А если меня увидят в вашем плаще, как вы меня сажаете в такси… — слухи пойдут! Вы же знаете наш коллектив!
— Да, у нас тот еще серпентарий, — мужчина усмехнулся, не разжимая губ.
— Прошу вас, Герман Карлович! Я… я зашью юбку. И сменная обувь у меня есть. И такси сама поймаю, — ложь далась удивительно легко.
Прикусила губу, чтобы не расплакаться. А затем, набравшись смелости, наконец встретилась взглядом с заведующим. В небесно-голубых глазах скандинавского бога отражались тревога и сомнение.
— Уверены? — прищурившись, спросил Кох.
Я кивнула.
— Хорошо, но только с одним условием.
— Каким?
— Называйте меня впредь по имени… Алиса, ведь я могу вас так называть?
— Да-да, вы можете… — растерянно пробормотала я. — Но… как же я могу? Как же субординация?
— Когда мы наедине, субординация ни к чему, — заведующий улыбнулся.
— А?.. Да, хорошо… — несколько раз, как китайский болванчик, кивнула я.
— Так вы уверены, что сами справитесь? Может, мне хотя бы проводить вас до вашего шкафчика?
— Справлюсь, Герман Карлович.
— Алиса, мы же договорились, — пожурил меня заведующий.
— Справлюсь… Герман, — вздохнула я.
— Вот и славно.
Когда Кох ушел, я закрыла глаза и прислонилась затылком к холодной стене. Из глаз потекли слезы.
Как же глупо. Как же стыдно.
И почему Герман обратил на меня внимание именно сейчас?!
Придерживаясь за стену, добрела до женского туалета. Стоило увидеть собственное отражение в зеркале, как мне стало еще хуже. Прическа напоминала воронье гнездо. Лицо украшали темные от туши дорожки слез. Блузка выбилась из-за пояса. Шов на юбке разошелся почти до самого верха, бесстыдно выставляя напоказ кружевную резинку чулок. И о чем я только думала, когда надевала эту юбку?..
Я умыла лицо и расчесала волосы, скрутила рыжую гриву в узел на затылке. Герману я соврала, у меня не имелось ни сменной обуви, ни денег на такси. Хорошо хоть нитки с иголкой нашлись в косметичке. Зная собственную невезучесть, я всегда носила их с собой.
Всякий раз, стоило мне решить что-то изменить в жизни, случалась какая-то неприятность. Помнится, когда я спешила на собеседование в престижную фирму, которое устроил курирующий диплом профессор, меня с ног до головы окатила водой из лужи проезжающая машина. Понятное дело, на собеседование я не попала, место меня дожидаться не стало, да еще и отношение с преподавателем испортила. Затем работу пыталась найти уже сама — и вновь мне каждый раз чудовищно не везло. То телефон упадет на рельсы в метро, то отца заберут в больницу с острым аппендицитом, то квартиру затопят соседи… Так что после нескольких неудачных попыток я отчаялась искать лучшую работу. Тем более что место в библиотеке меня вполне устраивало — от дома недалеко и любимые книги кругом, вот если бы еще платили чуточку больше…
Личная жизнь у меня тоже не складывалась. Разумеется, я не была так популярна, как Кэт, но и в старших классах школы, и в институте, и даже в библиотеке поначалу меня на свидания приглашали… Вот только дело ни разу не дошло до второго свидания, да и первые случались не всегда. Если была бы суеверна, то подумала бы, что на мне венец безбрачия. Я ломала каблуки, теряла телефоны, проливала на кавалеров кофе и вино, один раз и вовсе особо симпатичного мне парня чуть с моста в реку не столкнула… случайно, конечно. Кэт давно уже не пыталась меня ни с кем свести. Как-то раз подруга призналась, что ей своих знакомых просто жалко, боится, что однажды я кого-нибудь ненароком убью. Ада говорила, что мне стоит не впадать в уныние и просто подождать, что рано или поздно любовь сама найдет меня.
Если задуматься, началась черная полоса лет тринадцать назад. Сначала маму сбила машина, затем отец на несколько недель ушел в запой и потерял работу. Я тогда практически бросила школу, кошка и та по ночам выла, будто раненый зверь… Вероятно, отец вскоре пропил бы все имущество и квартиру в придачу, его бы выгнали на улицу, а меня отправили в детский дом. Неизвестно, как бы сложились наши судьбы, если бы как-то утром в дверь не позвонила тетушка Ада. Она смогла вывести отца из запоя, меня заставила вернуться в школу, привнесла некий порядок в наши жизни. До этого Аду я видела лишь на похоронах матери. Несмотря на то, что сестры жили в одном городе, они почему-то не общались. Я только знала, что у мамы есть сестра, которая младше ее на одиннадцать лет.
Аделаида Сергеевна, как этакий своенравный и острый на язык ангел-хранитель, присматривала за нашей семьей. Помогла мне устроиться в «Ленинку», папа не без ее участия тоже нашел новую работу, пусть и не такую хорошо оплачиваемую, как прежде, и связанную с частыми разъездами.
Когда ехала домой в метро, думала, какая же я все-таки идиотка — такой шанс сблизиться с Германом упустила. Кэт или Ада, окажись они на моем месте, упали бы в объятия благородного рыцаря, позволили проявить о себе заботу. В конце концов, сколько отношений в книгах и фильмах начинались именно с подобных нелепых ситуаций… С другой стороны, может, и хорошо, что я Германа оттолкнула. Если покупка новых туфель привела к падению с лестницы, то чем обернулась бы попытка завязать отношения с заведующим? Лучше даже не пытаться. Я и так выставила себя в глупом свете, а иначе, возможно, пришлось бы новую работу искать.