— Ты напала на принцессу, — повторяет Марциан. — И должна понести наказание.

— Брат! — вскрикивает принцесса. — Остановись. Эта девушка из знатного семейства.

Мое лицо горит, но не от стыда, а от ярости. Я сжимаю руку в кулак, камень словно бы пульсирует в ладони, становясь горячее с каждым мгновением. Принц он или нет, как он посмел так разговаривать со мной?

— Что значит, только традиция? — спрашиваю я, обращаясь к королю.

Но тот увлекся подносом с гранатами, что стоит на низком столике возле трона. Посапывая носом, король выковыривает по одному зернышку и отправляет в рот. Сок попадает ему на камзол и ажурные белые манжеты камизы. Король облизывает пальцы и с недоумением смотрит на меня.

— Традиции нужно чтить, видия, — говорит он. — Уже несколько поколений не рождалось ни одной по-настоящему путной видии. Ты только взгляни на мою супругу, думаешь, она может предсказывать будущее? — Король фыркает, королева не уступает ему. — Если только, скольким поварам я отрублю головы за день. И это не имеет никакого отношения к гаданиям, скорее простое наблюдение и статистика.

— А наша учеба? — спрашиваю я, возмущенная словами короля. — К чему все это?

— Тебе повезло родиться первой дочерью. Будь ты поумней, могла бы обернуть свое наследие в пользу. Народ, глупая девчонка. Народ Диамонта, народ всех Малых Королевств нуждается в вас, слушает вас, отдает за ваши бредовые гадания последние монетки. Эти монеты устремляются к нам. К вам прислушиваются самые влиятельные люди. Думаешь, зачем мы выбираем королеву-видию? Сила и власть превыше всего. Причем в молодости вы весьма недурны, да еще целых двадцать семь штук… — Король хихикает, но тут хватается за горло и снова кашляет.

«Штук? Поделом тебе!» — думаю я.

Король разламывает гранат напополам, красный сок сочится по его морщинистым ладоням. Он опять заходится кашлем.

— Но скоро мое место займет другой король… Сын мой…

Двери распахиваются, и не успевает глашатай раскрыть рта, как внутрь заходит тот высокий светловолосый человек, которого я видела в капелле. И еще раньше — в экипаже, что недавно примчался в Диамонт.

— Король Тамур, королевство Рут, — слышится слабый голосок мальчишки-глашатая.

— Ты! — Король Тамур гневно останавливается возле меня, испепеляя взглядом. — Что ты сделала с моим Роджером?

Король Марек немедленно подскакивает на ноги, опрокидывая поднос с гранатами. Принц останавливается перед сестрой, будто защищая ее от чужеземного короля.

Мне приходится задрать голову, чтобы посмотреть в мутно-серые глаза короля Тамура. В них сквозит любопытство. На его губах замерла странная, напоминающая змею улыбка. Светлые волосы отсвечивают металлом. Молодой король из чужого королевства, чью птицу я убила, возвышается над другими, а надо мной в особенности. Он словно великан. И я вновь склоняю голову.

— Стойте, стойте, господа.

В поле видимости появляется новая пара туфель. Темно-зеленых и замшевых с алыми треугольными пряжками из эмали. Их обладатель говорит бархатным голосом с едкими нотками, что прекрасно сочетается с его обувью. Это выступил вперед советник Бено. Все в зале притихли и слушают его.

— Мне кажется, господа, вы не совсем верно истолковали ситуацию.

— Неверно? — вдруг вспыхивает Марциан. — Бено, очнись! Ты посмотри на мою сестру.

Он в два шага подходит к принцессе и срывает шелковый платок с ее шеи. Черные синяки ожерельем лежат на нежной коже.

— Очень похоже на яд, — замечает королева. — Да, дорогая моя Мелинда?

Королева Патриция поворачивается к пожилой женщине, сидящей рядом.

— Да, моя королева, очень похоже, — поддакивает та.

— Однако, матушка, — возражает Бено, обращаясь к даме, — руки девушки были пусты. Непохоже, что она покрыла ладони ядом. Мы бы заметили следы.

Я недоумеваю. Почему за меня вступился советник? И это уже во второй раз! Правда, в первый он вел себя довольно грубо.

— Мой ястреб, — подает голос приезжий король. — Она растерзала моего ястреба, не забывайте об этом. Накинулась на него не хуже дикарки. Не каждый мужчина может с ним справиться!

И в этом он прав. На это я не знаю, что могу ответить.

Поверх его сверкающего панциря накинут пурпурный плащ, застегнутый брошкой в виде пера. А когда король Тамур поворачивается ко мне спиной, я вижу на плаще два вышитых серебром крыла.

— Что это за девчонка? Где вы ее взяли? — вопрошает он у короля Марека. — Она сущий… демон! — Все в зале ахают. Королева прикрывает уши руками.

— Милорд, не говорите подобного, — произносит королева Патриция. — Если эта дева принадлежит к нечистым, она ответит за свои злодеяния. Мелинда…

Сухопарая старушка встает с кресла с легкостью молодой девушки. Она плавно приближается ко мне и просит:

— Покажи мне свои ладони, дитя.

Я послушно распахиваю ладони. Она касается их своими холодными руками с тонкой, как пергамент, кожей, под которой проступают кости.

— Что скажешь, Мелинда Росса? — спрашивает королева.

Старушка рассматривает мои руки, совсем как тот незнакомец в апотеке деда Мадьеса.

— Покажи, что у тебя в карманах, дитя, — произносит она.

И тут мое сердце замирает. Я не хочу, чтобы они видели камень. Что, если это не простой камень… а тот, который нельзя иметь при себе под страхом смерти. Хотя что мне уже терять. Рука ныряет в глубокий карман платья. Мои глаза, должно быть, округляются, поскольку Мелинда Росса смотрит на меня с нарастающим подозрением.

— Дай-ка мне. — Она выдергивает мою руку из кармана и просовывает туда свою костлявую ладонь. — Ничего. — Она вынимает руку и, сощурив бледно-зеленые глаза, пристально смотрит на меня. — Ничего, — повторяет она во второй раз.

Я удивлена. Должно быть, карман продырявился, и камень выпал. Тогда он должен быть под ногами, но я боюсь даже пошевелиться.

— Ваше Величество, король Тамур, — произносит Бено, когда его мать возвращается в кресло, — злого умысла я здесь не вижу. В капелле собралось много людей. Да еще в закрытом пространстве. Ваш ястреб испугался и напал на принцессу. Я бы сказал даже, что видия пыталась оттолкнуть птицу от принцессы. При всем моем уважении к правителю королевства Рут.

— Как вы смеете!

— Мы не можем вот так казнить эту девушку, — вновь говорит Бено, но теперь обращаясь к королю Мареку. — Она принадлежит к знатному роду. Ее отец Корто Бланш, у него важные торговые связи. К тому же вы только представьте. Жители Диамонта толпами пойдут к ней, ведь сам Великий дал ей знак говорить вместе того, чтобы быть Безмолвной. Представляете, если бы она лишилась этого прекрасного… дара? — Бено бросает взгляд в мою сторону.

Король призадумался.

— Но есть еще королевство Рут, — напоминает король Тамур. Его серебряные доспехи сверкают, в глазах тоже появляется странный блеск. В них нет ни капли жалости ко мне. — Она оскорбила не только принцессу, мою будущую супругу, но и короля и должна быть наказана.

До сих пор не понимаю, как я оказалась меж двух огней. Задеть сразу двух королевских особ! Будто мало того, что я душила принцессу, так теперь и этот человек хочет отмщения — за птицу! Но, скорее всего, я лишь предлог, чтобы развязать войну между королевствами.

— А как насчет права на испытание, Ваше Величество Король Марек? Надеюсь, про него вы не запамятовали? — говорит Бено. — Это древний обычай Малых Королевств. Да, король Тамур? — зачем-то напоминает ему советник, будто тот мог забыть.

Светловолосый правитель хмурится. Король Марек переводит взгляд на королеву, а та в свою очередь — на сына. Принц Марциан складывает руки на груди.

— Наверное, мой друг Бено, так будет лучше всего. — Карие глаза неистово горят. В них бурлит черный огонь. — Правда, сестра?

Принцесса Витриция отводит взгляд, и мне это совсем не нравится.

Бено, напротив, улыбается. Его лицо не отличается красотой, но его хочется разглядывать — оно меняется, словно закатное небо.

— Прошу, только не надо никого убивать, — чуть тише говорит принцесса.

— Это решит испытание, — отвечает Марциан.

Король Тамур отходит в сторону, загораживая собой свет, идущий из окна. Он складывает руки за спиной, и меня окатывает ледяной волной.

Правитель Диамонта ерзает на своем троне из золотых лилий. Ему нужна не война, а свадьба. Похоже, испытание — лучшее для всех решение. А для меня?

— Отведите видию в темницу, испытание будет на рассвете.

В эту ночь принц Марциан возьмет в свою постель деву. Ей буду не я.


Вместо светлой Башни Тишины я в темноте. Ощупываю карман, надеясь найти мой камушек, но там пусто. Сижу, поджав колени. Темнота меня не пугает, но здесь довольно холодно.

Меня ждет испытание. Король и королева желают знать, не вру ли я насчет видений, и при этом они врут сами. Обманывают все королевство. Видии — это пустышка, обманка. Я никогда не подвергала сомнению способности других послушниц. Неужели они все время притворялись? Каждая бахвалилась своим мастерством, не имея при этом ни малейших способностей? Не обладая даром Эдны?

Десять лет я прожила, считая себя лишенной пророческого таланта. А этого таланта и не существует вовсе. Все дело только в учебе, в одной лишь учебе. Мы постигаем бесполезнейшие науки.