Лали бросила взгляд на Виктора, и увидела, как он сжал руки в кулаки, как сощурил глаза, готовый в любой момент сорваться с места, если бы не правила приличия.
Но Юви не останавливала танца, заставляя гостей из фениксов открыть рты. В третьей чаше лежало золото. Монеты звякнули, стоило Юви подбросить их в воздух. Лали могла поклясться, что на этот раз золотилась сама кожа правительницы. Юви совершила несколько яростных оборотов и бросила горсть монет под ноги Генералу, который тут же нахмурился этой выходке.
Следом за Желтой пришла Синяя Тейра: цветом кожи она могла бы сойти за одну из дахини, не будь она так красива. Взгляд Юви стал жестче и воинственнее, королева даже зарычала, осматривая собравшихся. Ее танец был грубым и резким, а из чаши она выудила кинжал с насаженным на него цветком. Юви подбросила оружие в воздух, прогнула спину и изящным движением поймала его, только чтобы нацелиться на гостей. Охрана фениксов забряцала оружием, словно готовясь к атаке, на что Юви лишь расхохоталась.
Но вот синева перетекла в изумрудные глубины, стоило Юви коснуться последней чаши. Лали заметила среди неподвижных гостей шевеление и с ужасом увидела черную тень, которая выросла там, где сидел Кейто. Его нахальный взгляд стал суровым, ухмылка на губах превратилась в жесткую линию. Все остальное происходило, словно в одном из видений Лали. Слишком быстро, слишком сумбурно.
Вот Юви опускает руку в чашу с благовониями, ее окутывает пепельная дымка — и вдруг к ней подлетает бывший император, неся за собой тьму, как плащ. Чернильные щупальца обвивают руки и шею Юви… Сейчас произойдет нечто ужасное, вдруг поняла Лали.
Она не успела и вздохнуть, как Кейто сдавил Юви в объятиях, а из ее рта вырвалась струйка крови. Окутанная тьмой, правительница вдруг исчезла вместе с демоном. Тишина, сопряженная потрясением, длилась всего мгновение. Первым из оцепенения вышел Виктор, его голос гремел поверх восклицаний и криков, пока он отдавал указания своим людям.
— Найдите их!
Мраморный пол дрожал под его ногами, когда Виктор стремительно шел к месту, где исчезла Юви. Он повел носом и сжал руки в кулаки. Стены дворца содрогнулись, люди испуганно рванули наружу. Виктор тоже устремился к выходу, но на его пути вырос Генерал Фениксов.
— Что здесь происходит! Я требую объяснений! Если вы притащили сюда этого зверя, чтобы угрожать нам… — зарычал Генерал, но Виктор оттолкнул его с пути. — Вы знаете, что может быть гарантом сохранения мира. А сейчас вы очень рискуете, Ваше Величество.
Виктор остановился и круто развернулся, сорвал с пальца перстень-печать и передал Генералу.
— Даю свое благословение. Мы с вами ведь все уже обсудили! Но сейчас мне нужно найти супругу!
С этими словами он скрылся за дверьми — гости расступались перед ним, пропуская без малейших слов. Виктор был так ужасен в гневе, что Лали не могла сдвинуться с места. Но вот Генерал нашел ее взглядом, и на его лице появилась отвратительная улыбочка. Что заставило Виктора так поступить? Неужели он правда пожертвовал ей, подумала Лали.
— Самсон, приведи сюда наш трофей.
Темноволосый феникс помедлил всего секунду. Лали наконец очнулась среди суматохи. Что происходит? Королева исчезла, Виктор в ярости, а она… она что? Продана фениксам? И где же Роши? Возможно, он тоже помчался искать сестру. Ей не хотелось верить в абсурдность ситуации.
— Нет, нет! Ну уж нет, — замотала головой Лали, но споткнулась и упала.
Она увидела, в каком потрясении все еще сидит за своим столом Дженни. В ее глазах сверкали слезы. Она тянула руку в белой перчатке вперед и все повторяла: «Октавиан…»
Лали вдруг подхватили под руки и вернули в вертикальное положение.
— Отпустите меня! — прошипела Лали, удивляясь самой себе.
— Тебе велено ехать с нами, — настойчиво и бескомпромиссно проговорил младший принц фениксов. — Ваш правитель дал согласие на союз.
Он говорил об этом так, словно Лали была вещью, как, например, диван или картина.
— Уберите руки от моей сестры, — раздался чуть хриплый голос Ксиу, и Самсон перевел взгляд с Лали на первую красавицу Ремесиса. Ксиу обвила ладонью запястье Лали и буквально выдернула ее из хватки феникса.
— Кто вам сказал, что можно так обращаться с женщинами королевства Мартим? Или в своих горах вы напрочь потеряли человеческий облик?
Самсон скривил губы, но смолчал. Его отец и другие фениксы уже направлялись к выходу, ожидая, что он сам справится с непутевой девчонкой. Не дожидаясь его ответа, Лали сорвалась с места и побежала прочь. Она надеялась, что Укротитель не станет преследовать ее, иначе вряд ли ей удастся скрыться. Она выскользнула в коридор и помчалась, сломя голову, удивляясь, что ее еще не схватили.
Что же будет? Что же теперь будет?
Кровь стучала в висках, цокали по мрамору ее туфли. Лали свернула под арку и остановилась перевести дух, а потом наспех начертила на стене магический квадрат.
Через пару мгновений среди тишины раздался зевок.
— Что стряслось, малышка? — сонно спросила ее дахини, вырисовываясь в появившемся проеме.
— Скажи, где мне спрятаться, — взмолилась Лали.
Дахини усмехнулась.
— Знаю я одно местечко. Туда ведут все дороги.
Во Дворце было слишком тихо, и неудивительно — он стоял заброшенным вот уже десять лет. В каждом его уголке скопились пыль и тьма. Затянутые тканью зеркала, завешенные окна, — здесь совершенно не осталось света, и золото больше не блестело.
Это был Дворец Теней, где он погиб.
Тьма пульсировала и вокруг Кейто, обвивая его ладони, вплетаясь в светлые волосы. У него все отобрали, он стал никем. И за эти несколько дней он понял, насколько он тут лишний, ему нет места среди живых, как бы ему ни нравился обретенный вкус жизни.
Разве можно, сменив имя, стать кем-то другим? Да, в Запределье он прожил уже целую жизнь. И даже успел побывать пленником и поучаствовать в Девятой Войне Призраков. И получить свободу. Почти свободу.
Кем он был и кем он не был, другие совершенно не догадывались. И он оставит это при себе.
Женщина в его руках встрепенулась, закашлялась.
— Тише, Юстиана, тише, я что-нибудь придумаю.
Если бы он только знал, что с ней такое… Он не видел физических ран, но смерть буквально кружила над ней. Юви снова выплюнула кровь и попыталась сказать что-то, и внутри у Кейто все свернулось в тугой змеиный комок.
Неужели он опоздал?
Несколькими минутами ранее, когда Юстиана начала свой танец, весь мир закружился у него перед глазами и перестал существовать. Он впитывал каждое движение, старался как можно четче запечатлеть его в голове. Пытался представить, что она танцует для него. Ведь должна королева уже как-то обратить на него внимание? И не странно ли, что среди гостей сидит только что восставший из Запределья демон? Кейто не раз прокручивал эту мысль в голове и снова убеждался в одном — все кругом слишком спокойные. Это как затишье перед надвигающимся бедствием.
Но стоило Юви обратиться в синеволосую богиню, как он увидел перемены. Или скорее ощутил, что тьма подползает к его любимой. Он и сам был тьмой и разрушением, но это… он не мог определить источника. Кейто насторожился, напрягся, будто перед прыжком. И не ошибся — из последней чаши исторгся ядовитый дым, не дав Юстиане возможности двигаться.
А теперь, теперь она погибала у него на руках.
— Нет, — шепнул Кейто, прижимая ее к себе. Дыхание Юви было совсем слабым. — Пожалуйста, не бросай меня, не сейчас. Я же пришел… за тобой.
Он отстранил ее от себя и понял, что она смотрит на него своими огромными зелеными глазами. И пытается что-то ему сказать.
— Октавиан… — услышал он скорее в мыслях, будто она тоже умела проникать к другим в голову. А может, и умела, она же Тейра! — Найди меня, Октавиан…
Ее дрожащая рука коснулась его щеки, и он понял, что на коже осталась влага — от ее крови, от его слез. Он зажмурился и прижался губами к холодным пальцам, унизанным серебряными кольцами. — Октавиан!
Вспышка в голове — и Кейто увидел то, что хотела показать ему Юви. Сердце трещало по швам: он видел Юстиану и Виктора, новых правителей Ремесиса, таких счастливых, что ему хотелось немедленно уничтожить себя. Магия пронизывала воздух города, распространяясь и за его пределы в другие уголки Мартима, она была как ребенок, которого выпустили погулять. Так и он чувствовал себя в детстве, когда отец-император даровал ему свободные от учебы и службы дни, когда он сбегал от леди Малис и вспоминал о матери, лежа среди вереска, обдуваемый холодными ветрами.
Виктор возводил новые здания, менял старые, строилась школа магии, первая на землях Ремесиса. Юви была повсюду, помогала каждому, кто еще не умел пользоваться ремесисом. Кейто увидел обрывок воспоминания: Юви и Виктор стоят на фоне заката, держась за руки, уставшие после утомительного дня в роли не только правителей, но и Верховных магов. Они обнимались и улыбались друг другу, что вызывало в Кейто бесконечную зависть.
А затем нагрянуло сильное землетрясение в одном из уделов Мартима — его жители не справились с магией. На лице Юстианы появились первые морщинки, но не от возраста, а от тревог за королевство. Он видел, как они с Виктором вместе разбирали завалы и работали не покладая рук, и жители стояли за них стеной.