Юлия Николаева
Ночь с незнакомцем
— Мама моя, — и это самое приличное, что я выдала, правда, и это шепотом. И почему я заранее не подумала про малину? Наверное, потому что никогда не убегала раньше из дома и думать забыла о том, что под моим окном, выходящим на зады, разросся этот кустарник?
В общем, мне было не до того, чтобы прислушиваться: наделала ли я шуму, — я вылетела из малины и присела возле, борясь с желанием начать расчесывать голые ноги. И чего платье напялила? Могла бы в брюках попотеть, не так уж и жарко еще ночами в начале лета. Ладно, не возвращаться же теперь? Или вернуться? Может, это знак, что вообще не стоило никуда уходить? У меня ведь завтра такой день… От этой мысли сразу заныли зубы. А вроде бы должно быть совсем не так. Ладно, я просто пройдусь и еще раз подумаю о будущем. И все. Потом вернусь, лягу спать, встану счастливая, как и положено.
Вздохнув, на корточках я пробралась к забору. Здесь были навалены ящики, так что преодолеть преграду оказалось несложно. Даже вроде тихо получилось. Не что бы родители были бы против того, что я решила пройтись… Просто начались бы ненужные разговоры.
Задами я вышла на темную дорогу. Казалось бы, трасса, а так мало фонарей, до ближайшего идти и идти. Благо, машин тут в несезон немного. Оправив подол темного платья, я не спеша отправилась вперед по обочине. Машин, и правда, не было совсем. Южная ночь, теплая, с легким налетающим ветерком, была тиха, только спустя некоторое время стала доноситься музыка, скрадывающая волшебный шум моря. На набережной только начинают открываться заведения, и народу относительно немного. Я люблю это время, когда уже достаточно тепло, но все еще не забито туристами на каждом шагу.
Машину я услышала издалека, ехала по моей стороне, двигатель ревел так громко, что слышно за несколько километров, кажется. Я отошла в сторону, утонула в темноте, обернувшись. Два желтых глаза автомобильных фар петляли по дороге то вправо, то влево. А еще через мгновенье они оказались слишком близко ко мне.
«Пьяный», — мелькнуло в голове, я бросилась на дорогу, потому что автомобиль резко свернул как раз в мою сторону, выехал на обочину и повиливая, несся навстречу. Мой выпад не остался незамеченным, автомобиль снова вильнул, я вскрикнула, отпрыгивая еще дальше на дорогу, а через мгновенье машина, резко подав вправо, остановилась на обочине.
Сердце колотилось где-то у горла, я стояла, распахнув глаза и тяжело дыша. Фары погасли, хлопнула дверца, в темноте передо мной выросла высокая мужская фигура в светлой футболке.
— Цела? — спросил испуганный голос, я кивнула, не осознавая, что этого никто не увидит. А потом шок отошел, всхлипнув, я почувствовала, как дрожат ноги, и стала оседать на землю. Сильные руки уверенно меня подхватили под мышки. Не очень церемонясь, оттащили на обочину к автомобилю. Там я все-таки опустилась на землю, обхватила колени, прикрывая глаза. Боже, я ведь могла погибнуть. Вот ведь смешно вышло бы: вылезла в окно и умерла через пятнадцать минут под колесами пьяного придурка. Хотя нет, ничего смешного в этом нет.
Открыла глаза, чувствуя рядом движение. Мой почти убийца присел возле на корточки.
— Ну ты как, в порядке? — задал вопрос, от которого я мысленно взорвалась. Правда, учитывая мой характер, вряд ли это было заметно.
— Похоже, что я в порядке? — огрызнулась в ответ. Он вздохнул.
— Относительно.
— Относительно чего?
— Ну ты в сознании, не кричишь, не стонешь, не истекаешь кровью, судя по всему. По-моему, я тебя даже не задел?
— Считаешь, это твоя заслуга? — снова съязвила я. — Если бы я не отскочила в сторону… Ты что, пьяный?
Я все-таки спросила, хотя запаха алкоголя не чувствовала, но может, он принял что-то другое, кто разберет? Он вздохнул.
— Нет, я трезвый. Абсолютно. Просто вожу плохо.
— Плохо? — я истерично рассмеялась, откидывая голову назад. Потом посмотрела на него. Ну не на него, просто в его сторону, на темневшие рядом со мной очертания. — Открою тебе секрет. Ты не плохо водишь, а просто отвратительно. Я бы даже сказала, совсем не водишь.
Он усмехнулся.
— Принято, — ответил на это. — В любом случае я рад, что все обошлось. Я поздно тебя заметил, извини. Подвезти не предлагаю, думаю, ты бы и не согласилась.
Я промолчала. Вроде немного успокоилась, но ощущение неприятное. Поднялась, отряхнула платье. Отступила в сторону, наблюдая, как горе-водитель усаживается за руль. Нет, он всерьез собирается ехать дальше? Решил сбить всех редких прохожих в округе?
Двигатель зафырчал громко, недовольно, словно плюясь, и затих. Второй раз, третий. Завоняло гарью.
— Рухлядь! — услышала я и усмехнулась. Парень вышел из машины, пнул от злости ни в чем не повинное колесо.
— Машина на обочине, — заметила я, — можно оставить ее тут до утра, потом вернешься, осмотришь, ну или мастера вызовешь.
Он помолчал, о чем-то раздумывая, потом выдернул ключ из замка зажигания и убрал в карман, закрыв машину.
— Далеко вы остановились? — зачем-то спросила его, снова переходя на вы. Услышала смешок.
— А что, заметно, что я не местный?
— Да, — ответила честно, — у вас говор другой, ну и местные в основном знают друг друга.
— Я остановился в поселке над городом.
— Далеко, — цокнула я. — Можете дойти до пляжа и взять такси.
— Обойдусь. Не очень-то мне хочется домой. А ты куда шла?
Я поколебалась.
— К морю, — сказала все-таки и поспешно добавила: — Меня там ждут.
Ложь, конечно, но все равно, так спокойней. Он ничего не сказал на это, спросил:
— До моря можно компанию составить?
Я снова застыла в нерешительности. Ночь, фонари редко, а он очевидно какой-то странный.
— Я не маньяк, — хмыкнул он, протягивая руку, — Эл.
— Эл? — хмыкнула я. — Вполне маньячное имя.
Он рассмеялся.
— Если только самую малость.
Рука так и висела в воздухе, я нерешительно вложила в нее свою ладонь, маленькая, она, казалось, утонула в его.
— Ну я тогда Зу.
— Зу? — он усмехнулся. — Вообще не маньячно.
— Вот и хорошо, — руку я убрала. Зу меня называл папа, больше никто, остальным прозвище не нравилось, а мне было по душе. А вообще, имя у меня было простое, и я его стеснялась, потому что ассоциировалось оно со старушками: Зоя. Ну какая может быть Зоя в восемнадцать лет? Зоя это где-то там, далеко за восемьдесят.
— Ну что, Зу, идем?
Я пожала плечами и зашагала вдоль обочины. Эл шел рядом, я косилась в его сторону, хотя лица все равно было не разглядеть. Высокий, я макушкой доставала ему разве что до груди, широкие плечи, как мне показалось, немного длинные волосы. Возраст… Тут затруднительно, но по голосу и повадкам показалось, что не намного меня страше.
— С кем встречаешься на пляже, Зу? — вырвал он меня из мыслей. Я вздрогнула от неожиданности. Вместо того, чтобы его рассматривать, лучше бы обдумала этот вопрос.
— С друзьями.
— Друзья — это хорошо, — вздохнул Эл.
— А ты что, один приехал?
Он помолчал.
— Нет. Но вот на пляж решил уехать один.
— Как эта машина вообще сюда доехала?
— Она местная. Принадлежит чуваку, у которого мы… — он на мгновенье запнулся. — У которого мы жилье сняли.
— Ты поссорился с друзьями?
Эл усмехнулся.
— Поссорился? Нет, не то чтобы. Просто… Захотелось побыть одному.
— И как тебе доверили машину?
— А я не стал спрашивать.
Я остановилась пораженная, и хотя он моей реакции не видел, понял ее. Усмехнулся.
— Ну она же не пострадала, ты тоже. Так что все закончилось хорошо.
Я только головой покачала и пошла дальше.
— А ты местная, да, Зу?
— Ага. Живу тут недалеко. Ну относительно. Пешком до моря минут двадцать.
— Чем по жизни занимаешься?
Я почесала подбородок.
— Учусь на повара. Помогаю родителям во время сезона, у папы своя лавочка, он делает всякие красивые штуки и продает туристам.
— Серьезный бизнес, — мне показалось, он улыбнулся, без язвительности, по-доброму так. Мы как раз приблизились к первым фонарям, и я, не удержалась, посмотрела на него. И он, кстати, поступил так же, в моем отношении.
— Ну ты не такая мелкая, как я решил в начале, — его взгляд прошелся по мне и замер на лице. Я выдавила улыбку, смутившись. Эл был красив, не смазливо, а как-то благородно, что ли. Прямой нос, глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами, пухлые очерченные губы. Легкая небритость и растрепанные светлые волосы придавали его образу дорожную романтичность. На нем была футболка и широкие шорты по колено.
— Мне восемнадцать, — зачем-то сказала, отворачиваясь и идя дальше. Заправила за ухо прядь рыжих волос. Я не считала себя красавицей, впрочем, как и уродиной. Обычная девчонка. У меня вообще на эту тему не было конфликтов с самой собой и обществом тоже. Но сейчас я откровенно смутилась, потому что этот парень… Он был как актер кино, вдруг возникший в ночи в моей жизни, из ниоткуда, на короткий срок, чтобы потом опять исчезнуть.
Я поморщилась излишней романтичности мысли. Тоже мне, напридумывала. Не такой уж он идеальный. Водить вон вообще не умеет.
— Ты чего, Зу? — догнал он меня. — Обиделась на возраст?