logo Книжные новинки и не только

«Истребитель. Ас из будущего» Юрий Корчевский читать онлайн - страница 5

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Басаргин, помоги. Как я рукой из кабины махну, крутани винт резко. Только руку сразу убери и сам в сторону…

— Понял.

Тихон взобрался в кабину, пристегнулся ремнями и дал сигнал.

Басаргин рванул за винт и сразу метнулся в сторону.

Мотор заработал. Лето, тепло, хороший мотор с пол-оборота заводиться должен.

Тихон погонял двигатель на малых оборотах. Газу давать нельзя, колодок под колесами нет.

Когда стрелка указателя температуры масла дошла до сорока градусов, он дал полный газ, и самолет пошел на взлет. Подпрыгнув на кочках, У-2 взмыл в небо.

От Тулы, которая теперь была за спиной, в сторону Москвы тянулась железная дорога. Вдоль нее Тихон и направил самолет. Небо непрерывно оглядывал, в зеркало назад смотрел, учитывая предыдущий опыт.

Через полчаса лету от железнодорожной ветки появилось ответвление влево. На запад пошло, на Калугу. Тихон туда повернул.

Еще через полчаса легкой болтанки он увидел аэродром и на нем — наши И-15 «Чайка». Так он и приземлился — у посадочного «Т», зарулил на свободную стоянку.

— Товарищ капитан, вы бензин достать обещали…

Когда капитан ушел, Тихон подошел к механикам, поздоровался.

— Хлопцы, где у вас штурманская?

— А вон, где «чулок» висит. Там метеоролог и штурман полка.

Тихон направился туда: надо было добыть полетную карту, сколько можно вдоль железной дороги летать…

Напустив на себя серьезный вид, он открыл дверь дома и поздоровался.

— Мне бы карту…

— А вы, товарищ, из какой эскадрильи? Что-то я вас не припомню…

— Из отдельной эскадрильи связи. На вашем аэродроме пролетом, а карты местности к западу от Калуги нет.

Штурман хмыкнул, но карту дал.

Тихон поблагодарил, а выйдя, спросил у проходящего техника:

— Где у вас вещевой склад?

Техник показал рукой.

Тихон и тут решил действовать решительно, даже нахраписто. Представившись пилотом самолета связи, потребовал летный планшет — сумку плоскую, с прозрачной стороной из целлулоида тонкого. Удобно: карта в сумке, а кусок местности видно хорошо. В полете карту без планшета на колене не разложишь, ветром сразу порвет.

Планшет ему выдали.

Тихон тогда и вовсе обнаглел, летные очки потребовал. И очки ему выдали. Он был доволен — прибарахлился немного.

Когда он подходил к стоянке, от нее уже отъезжал бензовоз.

— А я уж думал, куда это пилот запропастился? Пришлось механику пачку папирос отдать, чтоб заправить помог.

— Вот спасибо, теперь точно доберемся.

Механик и винт помог провернуть, и мотор запустить.

Тихон вырулил к старту. А стартер — человек с флажком — был удивлен: команды на вылет начальник штаба или руководитель полетов ему не давал, однако отмашку дал. Самолет не их полка, пусть летит.

Уже недалеко от Смоленска им попалась пара немецких истребителей. Но они прошли встречным курсом и на значительно большей высоте. Не заме тили У-2 или решили не отвлекаться от выполнен своего задания, только атаковать не стали.

Тихон благополучно приземлился на аэродроме, с которого взлетел вчера.

Капитан попрощался и ушел, а Тихон снова начал раздумывать: где лейтенанта вчерашнего искать, если он ни должности, ни фамилии его не знает? Решил держаться рядом с самолетом. На аэродроме У-2 всего один, да и номер его лейтенант запомнить должен — на борту фюзеляжа крупно «09».

Но за весь день лейтенант так и не появился.

Чтобы не остаться голодным, Тихон поплелся в столовую ужинать. Каша с тушенкой и чай с бутербродом подкрепили его силы. И тут дошло: лейтенанта надо ждать именно у столовой, а не на стоянке. И если командир здесь, он обязательно появится.

Спал Тихон на стоянке, под крылом самолета.

Рано утром механики начали прогревать двигатели, и воздух сотрясался от рева десятков моторов. Все-таки у «ишаков» мотор в четыреста сил и ревет соответственно.

Посвистывая, Тихон пошел в туалетно-душевую. Там была умывалка — длинная труба с отверстиями. Просто и незамысловато, но одновременно может умываться до двух десятков человек

В столовой уже было много народу. Немцы делали налеты бомбардировочной авиацией с утра, и истребители готовились к отражению атаки.

Тихон позавтракал и сел в угол за пустой стол, чтобы видеть вход.

Лейтенант заявился около восьми утра, из чего Тихон сделал вывод — командир не из пилотского племени, а политработник или штабист. Он тут же подскочил к нему и вытянулся:

— Товарищ лейтенант, ваше задание выполнено, вчера вернулся на аэродром.

— Какое задание? Ах да, с капитаном… Только я вам не командир.

— Как же, — растерялся Тихон, — я же вывозил вас с аэродрома за Смоленском…

— Вывозил, — кивнул лейтенант, — но не столько меня, сколько знамя и документы.

— Вот о документах я речь и веду. Вы же помните, бомбили нас сильно, у меня все документы сгорели. Красноармейская книжка, продовольственный и вещевой аттестаты, денежный, и форма тоже В одном комбинезоне остался. Только вы помочь можете, здесь меня не знает никто. А без документов, сами понимаете, я никто.

— Да, сложное положение. Бомбежка сильная была, людей много погибло. Так ведь и эскадрилья перестала существовать, ждем приказа о расформировании. Ладно, попробую, что смогу.

Но оказалось, что лейтенант смог многое. Среди документов, которые он привез в вещмешке, были чистые бланки и печать. Лейтенант заполнил красноармейскую книжку, благо они без фото были, а также вещевой и продовольственный аттестаты.

— А денежный аттестат я не могу тебе выправить. Это прерогатива начфина, а он погиб. Мне и за это влететь может, да что уж теперь… эскадрильи нет, как нет и самолетов.

— И куда мне теперь? Самолет исправен, пилот перед вами… Бросить вверенную мне технику я не могу.

— Экий ты, братец, докучливый. Я сам здесь человек временный, на птичьих правах. Хорошо, идем к начальнику штаба, пусть подскажет, как быть.

Они прошли по коридору, лейтенант постучал в дверь и вошел в кабинет. Тихон остался за дверью. Буквально через несколько минут лейтенант отворил дверь:

— Зайди.

Тихон шагнул через порог, вытянулся по стойке «смирно» и четко сказал:

— Здравия желаю!

Начальство любит, когда все по уставу.

За столом сидел обритый наголо, по моде тех лет, майор с голубыми петлицами на гимнастерке.

— Самолет цел?

— Так точно.

— Формуляр его где?

— На разбомбленном аэродроме остался.

— Значит, у нас в полку служить хочешь?

— Хочу.

— Похвально! Нам самолет для связи нужен. Было в дивизии звено связных самолетов, да ни одного не осталось.

Майор позвонил по полевому телефону:

— Сырцова ко мне.

Лейтенант, видя, что дело уладилось, поднялся с табуретки:

— Разрешите идти?

— Идите.

В кабинет вошел воентехник

— У нас пополнение, самолет У-2, представляю его пилота. Выделите стоянку, механика, ну — бензин, обслуга, само собой…

— Слушаюсь.

— И еще: место в казарме покажи, человек новый.

— В какую эскадрилью определить?

— Ни в какую. Мне и командиру полка подчиняться будет.

— Так точно.

Сырцов провел его в казарму, показал койку:

— Твоя будет. Что еще надо?

— Шлем, краги, сапоги, личное оружие…

— А ты откуда прибыл, что ничего нет?

— Из-под бомбежки. Едва успел взлететь, в чем был. Нет теперь нашей эскадрильи, лейтенанта со знаменем вывез.

— Боевой товарищ, значит. Хорошо, идем покажу.

Через полчаса Тихон уже выглядел как заправский летчик. Сырцов и с механиком его познакомил.

— Потери в полку большие, половина самолетов и треть летчиков. Свободных механиков полно.

Механик крепко пожал Тихону руку:

— Иван Хлыстов.

— Тихон Федоров, — ответил на рукопожатие Тихон.

— Так это твоя «девятка» на дальней стоянке стоит? — спросил механик.

— Моя.

— Тогда пойду знакомиться… Сколько часов налета после техрегламента?

— Тридцать, — соврал Тихон — откуда ему было знать?

Он направился в казарму. Сегодня для него вылетов не будет, надо отоспаться под крышей. Похоже, жизнь в другом измерении начала налаживаться.

Только он уснул крепко, как в казарму гурьбой ввалились летчики, вернувшиеся с задания. Они были взбудоражены, не остыли от недавнего боя и говорили громко.

— Я ему в хвост зашел и только в прицел поймал, а сзади «худой» на хвосте! Очередь дал, сволочь, у меня от обшивки на крыле клочья полетели. Пришлось с переворотом вниз уходить.

— А я по «бомберу» из пулеметов луплю, а он летит как заговоренный. Пушки на «ишаке» не хватает.

— Да тихо вы, черти, человек спит!

Но разве можно спать при таком гомоне?

Тихон проснулся сразу и слушал разговор с закрытыми глазами. В душе он позавидовал этим ребятам: люди воюют, стреляют во врага… Обидно стало. Но одновременно понимал — не дорос он до уровня этих летчиков. Только-только самолет осваивать стал, опыта нет, и, пересади его на истребитель, собьют в первом же бою. Авиационным вооружением пользоваться не умеет, приемы воздушного боя не знает, высшим пилотажем, вроде бочек, «мертвой петли», иммельманов, не владеет. И кто он после этого? Неумеха!

Тихон стиснул зубы. Надо учиться, иначе он так и будет летать на У-2, пока «мессер» не собьет. У немцев преимущество в скорости и оружии, стало быть, противопоставить им он может только мастерство владения машиной, хитрость и осмотрительность. А там уже можно будет и дальше расти. Не всю же войну — долгие четыре года — ему возить порученцев с секретной почтой.