Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Он оглядывается вокруг, рассматривая детали бара. Несколько больших столов из темного дуба с высокими табуретами предусмотрительно расставлены по всему главному залу. В центре каждого стола стоят подсвечники в форме шара, украшенные драгоценными камнями, рассеивающие мягкий свет по всему помещению. Каменные стены украшены горящими фонарями и бра, создавая общее впечатление романтического и очень современного замка эпохи Возрождения… если такое сочетание может существовать.

Но даже несмотря на все эти замечательные элементы, самая дальняя от входа стена, безусловно, является основной точкой помещения.

Сам бар мягко светится в темноте. Стена заставлена разноцветными бутылками с алкоголем, перемежающимися яркими подсвечниками и другими диковинными антикварными артефактами. Харука сравнивает стену с аптекарской кладовой, уставленной экзотическими зельями и таинственными эликсирами.

В баре собралось довольно много людей для вечера буднего дня. Естественно, все они замерли и теперь смотрят на него. Харука вздыхает. К черту незаметное появление.

Он обводит взглядом бар. Пусто. Чистокровного нет нигде, но Харука чувствует его энергию. Он точно здесь.

— Он приятно пахнет, — четко говорит Асао, стоя позади Харуки. — Я останусь у двери?

— Хорошо.

Харука идет вперед, игнорируя любопытные взгляды, которые на него бросают, пока он ловко двигается между столиками, направляясь к бару. Когда он подходит к стойке, мужчина выходит из-за тяжелой бархатной занавески, закрывающей дверной проем на противоположной стороне бара. Их взгляды встречаются. Харука замирает. Чистокровный тоже замирает, не отрывая взгляда.

Узел закрытой ауры Харуки пульсирует внутри его тела. Он непроизвольно двигается, словно пытаясь развязаться от насильственного захвата. Его природа никогда не делала этого раньше. Это забавно. Удивленный, Харука делает шаг назад и отходит от вампира, глазеющего на него.

У Харуки учащенный пульс, но он глубоко вдыхает, чтобы собраться с силами, и снова делает шаг вперед. Вампир за барной стойкой реагирует на действия Харуки и осторожно приближается к преграде между ними. Прежде чем Харука успевает представиться, чистокровный говорит:

— Привет… Харука, верно? Харука Хирано?

Харука снова делает паузу, моргая.

— Откуда… Откуда вы знаете мое имя?

— Я думаю, каждый вампир в Великобритании знает, кто вы. Вы довольно известны. Но я не знал, что вы так молоды.

Чистокровный вампир отводит взгляд своих золотисто-янтарных глаз в сторону, затем запускает пальцы в густые волосы медно-коричневого цвета, подстриженные по последней моде, выбритые по бокам, но длинные на макушке. Его медовая кожа практически сияет в мягком освещении бара.

Он оглядывается на Харуку, хмурясь.

— У меня какие-то проблемы? Поэтому вы здесь?

Харука смягчает выражение своего лица, желая его успокоить.

— Никаких проблем. Можно я присяду?

— Конечно, пожалуйста. Хотите выпить?

— Мерло, пожалуйста, — говорит Харука, устраиваясь поудобнее на ближайшем барном стуле.

— Без проблем. — Чистокровный отворачивается, затем энергично поворачивается обратно к Харуке. Впервые он робко улыбается. — Кстати, я Нино. Приятно познакомиться.

— Взаимно.

Нино снова проводит пальцами по волосам, колеблясь, прежде чем занять место за баром. Он достает бутылку с освещенной полки, затем бокалы и штопор из-под барной стойки. Его движения плавные, как у рыбы под водой.

— Нино, как ваше полное имя?

Нино резко останавливается, его ясные глаза расширяются.

— Простите?

— Твое полное имя, — повторяет Харука. — Так положено при первом знакомстве, как, например, сейчас.

Нино берет штопор, затем ввинчивает его в пробку и плавно вытаскивает ее из бутылки.

— Простите… то есть прости меня, что я не… — Он делает глубокий вдох. — Меня зовут Нино Бьянки.

— Сколько тебе лет? — спрашивает Харука.

— Сто двенадцать.

Нино сосредоточенно берет в руки бутылку с бордовой жидкостью и щедро наполняет ею оба бокала. Харука сохраняет спокойное выражение лица, но он удивлен. Манеры Нино кажутся довольно старомодными, как у вампира, которому далеко за сто. Но ему едва больше века, он старше Харуки на одиннадцать лет.

Нино осторожно поднимает бокал с вином и ставит его перед Харукой.

— Итак… каков твой возраст? Могу я спросить?

— Конечно. — Харука осторожно держит бокал пальцами. — Мне сто один.

Запоминающиеся глаза Нино светлеют, он улыбается открыто и искренне.

— Мы почти одного возраста. Я никогда раньше не встречал чистокровных моего возраста. Там, откуда я родом, они все старые или страшные.

— Откуда ты? — Харука поднимает свой бокал и делает глоток.

— Милан, Италия. Клан моего отца до сих пор контролирует город, но все члены клана моей матери были убиты во время Первой мировой войны — во время Циндаоского конфликта.

Харука размышляет, перебирая в памяти факты, хранящиеся в обширной библиотеке его разума. Циндао, где находился немецкий порт в Китае, стал главной ареной конфликта между Японией, Германией и Великобританией. Однако насколько ему было известно, итальянские военные не участвовали в этом сражении.

— Я сожалею о твоей утрате… Каким образом клан твоей матери участвовал в осаде?

— Они были в командовании японского флота. Мой дед был командиром корабля «Кавачи».

Харука моргает, переваривая информацию. Нино делает долгий глоток вина и робко улыбается.

— Ты думаешь, что я не очень-то похож на японца?

— Нет. — Харука смотрит в пустоту. — Мне трудно вспомнить, когда затонул «Кавачи». Это был 1918 год?

— Да, точно. Я удивлен, что ты можешь вспомнить такой малоизвестный факт вот так сразу.

— По сути это моя работа — знать много необязательных фактов.

Нино опирается локтями о стойку немного в стороне от Харуки. Он устраивается поудобнее и осторожно крутит бокал с вином, держа его за ножку.

— Историк? — спрашивает он.

— Верно.

— Я так и знал. — Нино снова улыбается в его открытой, искренней манере. — Моя семья занимается по большей части бизнесом и общественными делами, поэтому я никогда раньше не встречал настоящего вампира-историка… Я всегда представлял их культурными, умными людьми. Похоже, я был прав.

Аура Харуки снова шевелится, отчетливое тепло мягко разливается по позвоночнику. Он незаметно разминает поясницу и делает глубокий вдох. Что это, черт возьми, такое?

— На скольких языках ты говоришь? — спрашивает Нино. — Ты полиглот, не так ли?

То, что его аура внезапно обрела собственный разум, чрезвычайно отвлекает и напрягает Харуку. Он поднимает бокал к губам:

— Какие у тебя есть доказательства, подтверждающие это предположение?

— Разве я ошибся?

Харука делает глоток вина, отводя взгляд.

— Нет…

Нино смеется, звук теплый и яркий, подчеркивающий энергию, исходящую от его изящно вылепленного тела. В его вампирской ауре есть несомненная целостность — возможно, доброта, — когда он удобно позволяет ей вырваться наружу. Он похож на существо, порожденное солнцем.

Харука осушает свой бокал. Он не может вспомнить, когда в последний раз разговаривал с другим вампиром высшего уровня не о его внешности или связях. Это приятный сюрприз, но он должен перейти к делу.

— Нино, ты получал приглашения на церемонию соединения в следующем месяце?

Встав из-за барной стойки, медноволосый вампир выпрямляется. Его спина напрягается.

— Я знал, что у меня какие-то неприятности.

— Это не неприятности, — заверил его Харука. — Тем не менее, о твоем присутствии официально попросили, поэтому будет правильно, если ты ответишь согласием. Семья просителя хочет, чтобы мы одобрили церемонию… достаточно архаичную, надо признать. Так ты будешь присутствовать?

Нино шумно выдыхает, избегая взгляда Харуки:

— Послушай… если честно, я ничего не знаю о том, как проводится церемония соединения. Я бы предпочел не принимать в ней участия, если это возможно.

— Как ты можешь ничего не знать о ней? Ты же стодвенадцатилетний чистокровный вампир…

— Я знаю, сколько мне лет и кто я такой, — говорит Нино, наблюдая за Харукой. — Но я не… Это не то, чем я хочу заниматься.

Харука делает паузу, ошеломленный его словами. Они чистокровные. Часть их жизненного пути — делать то, чего они не хотят. Просто так устроена их культура — особенно по приказу вампиров высшего ранга. Сильные помогают слабым, имущие поддерживают неимущих.

Если только вы не сбежите. Никто не может просить вас сделать что-то, если некому будет это делать. Харука обнаружил лазейку. Однако в свете очевидного поступка своего слуги Харука больше не может использовать свою лазейку. Ему нужно, чтобы Нино принял участие. Простое «не хочу» не является приемлемым оправданием.

Сохраняя спокойный голос, он обращается к вампиру за стойкой:

— Если бы времена были иными и в этой стране было бы больше чистокровных, возможно, ты мог бы снять с себя ответственность. Нас всего трое в Великобритании, и у чистокровного в Эдинбурге есть другие обязанности. Если ты чувствуешь неуверенность в своих знаниях…