Тесс глазам своим не могла поверить, когда обнаружила, что человечек снова стоит перед ними. Ей показалось, что она видит залитую солнечным светом лужайку парка, только вот она была далеко. Слишком далеко.
— Вы сошли с дорожки, — сказал незнакомец. Его голос был монотонным и хриплым, словно звук какого-то механизма. — Симпатичные девушки, вы сошли с дорожки. Вы же знаете, что случается с девушками, сошедшими с дорожки, с девушками вроде вас.
И он шагнул вперед.
Джессамина, все еще не пришедшая в себя, отчаянно сжимала зонтик, словно это была ее последняя соломинка.
— Гоблин, эльф или кто вы там… мы не ссорились ни с кем из Малого народца, — выдавила она. — Но если вы тронете нас…
— Вы сошли с дорожки, — снова прохрипел маленький человек, подходя ближе. Только сейчас Тесс увидела, что его светлые ботинки вовсе не ботинки, а сверкающие копыта. — Глупые нефилимы забрели в Незаметное место. Эта земля древнее, чем любые Соглашения. Здесь все по-особому Если кровь ангела падет на нее, то тут вырастут золотые виноградные лозы с алмазными ягодами. О, это будет прекрасно, так прекрасно… О таком можно только мечтать! И я требую вашей крови.
Тесс потянула Джессамину за руку:
— Джессамина, мы должны…
— Тесс, помолчи. — Резко отстранившись от Тесс, Джессамина нацелила пестрый зонтик прямо в гоблина. — Ты не хочешь делать этого. Ты не хочешь…
Существо рвануло вперед. Оно мчалось к ним, а его рот, казалось, становился все шире и шире. Морщинистая кожа разгладилась, и Тесс увидела его истинное лицо — уродливое, кривое, с огромными клыками. Она закричала и отступила. Ее каблук зацепился за корень дерева, и Тесс рухнула на землю. Джессамина подняла свой зонтик — легкое движение запястьем, и он раскрылся, подобно огромному цветку.
Гоблин закричал. Потом он упал и закрутился на земле, отчаянно воя. Кровь струилась из раны на щеке, заливая рваный серый жакет.
— Я же тебе сказала… — прошипела Джессамина. Она тяжело дышала, ее грудь вздымалась так, словно она пробежала весь парк из конца в конец. — Я велела тебе оставить нас в покое, ты, грязное, ничтожное существо… — И она снова ударила гоблина.
Только теперь Тесс разглядела, что спицы зонтика Джессамины мерцают странным золотисто-белым светом и к тому же остры как бритвы. На веселенькую ткань в цветочек брызнула кровь.
Гоблин выл, выставив перед собой руки, чтобы защититься. Теперь он снова походил на маленького старого сутулого человечка, и хотя Тесс знала, что это всего лишь иллюзия, она не могла избавиться от чувства жалости.
— Извините, госпожа, извините… — верещал гоблин.
— Извинить?! — взвилась Джессамина. — Извинить тебя, мерзкое отродье?! Ты хотел вырастить цветы из моей крови! Ах ты, грязный гоблин! Отвратительная никчемная тварь! — Она снова и снова хлестала его зонтиком, а гоблин верещал и старался защититься от ударов.
Тесс села, перевела дыхание, вытряхнула из волос сухие листья и мелкие веточки и, покачиваясь, встала на ноги. Джессамина все еще размахивала зонтиком, осыпая гоблина ругательствами, а существо на земле уже не кричало и лишь вздрагивало всем телом при каждом ударе.
— Ненавижу вас! — вопила Джессамина тонким, дрожащим голосом. — Ненавижу вас всех, всех обитателей Нижнего мира! Все вы отвратительны! Отвратительны!
— Джессамина! — Тесс подбежала девушке и обхватила ее, прижав руки к телу.
Джессамина принялась отчаянно вырываться, и Тесс поняла, что долго ей не продержаться. Миссис Ловлесс была сильна, под нежной кожей играли стальные мускулы. Но потом вдруг она неожиданно ослабла и всем телом навалилась на Тесс, ее дыхание сбилось, пестрый зонтик выпал из руки.
— Нет! — взвыла она. — Нет, я не хотела! Я не собиралась! Нет!
Тесс поглядела вниз. Тело гоблина бесформенной кучей лежало у их ног, а под ним растекалась лужа крови. Она становилась все больше и больше, и вот от нее уже, подобно виноградным лозам, потянулись маленькие ручейки. Уводя рыдающую Джессамину, Тесс не могла не задаться вопросом: что же теперь вырастет на этой земле?
— Вы говорите странные вещи, — первой оправилась от удивления Шарлотта. — Мистер Мортмэйн, я не поняла, что вы имеете в виду…
— Вы все прекрасно поняли. — Его лицо растянулось в широкой озорной улыбке от уха до уха. — Сумеречные охотники. Нефилимы. Так вы себя называете, если не ошибаюсь? Полукровки, потомки людей и ангелов. Как странно… Библия рассказывает о нифилимах как об отвратительных монстрах, не так ли?
— Вы знаете, в Библии далеко не все правда, — заметил Генри, который просто физически не мог не поправить чужую ошибку. — На самом деле до сих существует проблема перевода с арамейского, на котором был написан оригинал…
— Генри! — предостерегающе шикнула на него Шарлотта.
— Вы действительно заманиваете в ловушку души демонов, которых затем убиваете в гигантском кристалле? — Мортмэйн смотрел на гостей, широко раскрыв глаза. — Просто великолепно!
— Это вы говорите о Шкатулке? — Генри выглядел расстроенным. — Но это же не кристалл, это, если хотите, деревянная коробка. А демоны… У большинства демонов вовсе нет душ. Но в их телах течет энергия…
— Помолчи, Генри! — рявкнула Шарлотта.
— Миссис Бранвелл, — вновь заговорил Мортмэйн, и голос его звучал ужасно весело. — Пожалуйста, не создавайте себе проблем. Я уже все о вас знаю, вы же видите. Вы — Шарлотта Бранвелл, не так ли? А это ваш муж, Генри Бранвелл. Вы управляете Лондонской Академией, расположенной на земле, где некогда стояла церковь. Господи, ну неужели вы и в самом деле полагали, что я не пойму, кто вы есть на самом деле? Особенно после того, как вы пытались зачаровать моего лакея? Он, кстати, ненавидит, когда на него накладывают чары, — сразу же покрывается сыпью.
Шарлотта прищурилась:
— Откуда вы об этом узнали?
Мортмэйн подался вперед:
— Я изучаю оккультизм. С того самого времени, когда, будучи еще молодым человеком, жил в Индии. Когда я узнал об истинном положении дел, я был просто-таки очарован иными мирами. Перед человеком в моем положении — у которого достаточно свободного времени, а свободных средств еще больше — открываются многие двери. Есть книги, которые можно купить, информация, которая может быть оплачена. Ваша организация на самом деле не такая уж и тайная, что бы вы там ни думали.
— Возможно, — согласился Генри. Выглядел он при этом глубоко несчастным. — Но… Это опасно. Вы понимаете? Убийство демонов нисколько не похоже на охоту на тигров. Они могут охотиться на вас, так же как вы — на них.
Мортмэйн хихикнул:
— Мой дорогой, у меня нет никакого желания сражаться с демонами просто так, без должной подготовки. Конечно, такая информация опасна, окажись она в руках легкомысленного и импульсивного субъекта, но я человек осторожный и разумный. Я хочу лишь знать больше… — Он огляделся. — Должен сказать, я никогда раньше не имел чести беседовать с нефилимами. Конечно, о вас часто упоминают в литературе, но читать о чем-то и, как говорится, пощупать своими руками — две разные вещи. Уверен, вы с этим согласитесь. Есть так много вещей, о которых вы бы могли мне рассказать…
— Того, что вы знаете, вполне достаточно, — ледяным тоном отрезала Шарлотта.
Мортмэйн озадаченно посмотрел на нее:
— Простите?
— Так как вы, кажется, знаете слишком много о нефилимах, мистер Мортмэйн, я должна спросить: какова ваша роль во всем этом деле?
Мортмэйн выглядел очень довольным.
— Я уничтожаю демонов. Защищаю людей-мирян — насколько я понимаю, именно так вы нас называете.
— Да, — согласилась Шарлотта. — Демоны опасны для людей, и мы защищаем мирян от них, но большую часть времени мы защищаем людей от их же дурацкого самомнения. Я вижу, вы не исключение.
Теперь Мортмэйн выглядел по-настоящему удивленным. Он перевел взгляд на Генри. Шарлотта хорошо знала такой взгляд. Так порой смотрели друг на друга мужчины, когда хотели сказать: «Вы что, не можете поставить на место вашу жену, сэр?» Но Шарлотта также очень хорошо знала, что глядеть так на Генри — дело пустое. Тем более что его сейчас, похоже, не интересовало ничего, кроме лежавшей на столе Мортмэйна схемы.
— Думаете, тайное знание, которое вам удалось приобрести, делает вас очень умным? — продолжала Шарлотта. — Знаете, за свою жизнь я видела много мертвых мирян, мистер Мортмэйн. Я даже сосчитать не смогу, сколько раз мы хоронили изуродованные тела мирян, которые считали себя сведущими в колдовстве, совсем как вы. Помню, когда я была еще совсем юной, мне пришлось поехать к одному адвокату. Он принадлежал к той категории глупцов, которые полагали, будто являются магами. Эти люди наряжаются в странные балахоны и впустую тратят время на бессмысленные песнопения и рисование никчемных пентаграмм. Так вот, однажды вечером этот адвокат решил, что достаточно поднаторел в колдовском искусстве, и попытался вызвать демона.
— Ему это удалось?
— Да, — кивнула Шарлотта. — Он вызвал демона Маракса. И тот убил его, а потом и всю его семью. — Ее голос звучал спокойно и даже сухо, словно она зачитывала список покупок перед тем, как пойти на рынок. — Он обезглавил почти всех членов семьи, включая и самого «мага», а их изуродованные тела подвесил за ноги в сарае. Но это еще не самое страшное. Самого младшего из его сыновей мы нашли в гостиной: он жарился на вертеле в камине. Что же касается демона, то его так и не удалось поймать.
Мортмэйн побледнел, но больше никак иначе не выдал своего волнения — его выдержке можно было только позавидовать.
— Всегда найдутся те, кого перехитрят демоны, — протянул он. — Но я…
— Но вы никогда не были настолько глупы и никогда не совершите подобных ошибок, — закончила за него фразу Шарлотта. — Вы можете искренне верить в это, но все ваше поведение свидетельствует об обратном. Сейчас вам кажется, что вы совершенно ничего не боитесь. Вы смотрите на меня и Генри, и вам кажется, что все идет так, как и должно. Вы удивлены, и не более! Конечно, ведь сказка ожила! — Она несильно стукнула по краю стола, и тот подскочил на месте, словно перышко. — Но вы ошибаетесь, мистер Мортмэйн. Мы не обыкновенные люди. Видите? Нас питает энергия всего Анклава, — продолжала она столь же холодно. — И наша главная задача — защитить людей. Людей вроде Натаниэля Грея. Он исчез, и совершенно ясно, что повинны в его исчезновении какие-то злые силы. Мы пускаемся по следу, и с чем же мы сталкиваемся? С его бывшим работодателем, интересующимся вопросами оккультизма, считающим себя магом. Простое совпадение? Может быть, может быть… А может быть, и нет!
— Я… Он… Мистер Грей исчез? — Мортмэйн казался искренне растерянным.
— Да. К нам обратилась за помощью его сестра. Когда она начала поиски несколько недель назад, то две чародейки кое-что рассказали ей о судьбе брата. Она узнала, что Натаниэль в опасности, и поспешила к нам. И пока, сэр, вы тут забавляетесь, играя во всемогущего мага, может погибнуть человек. И еще я хочу, чтобы вы знали: Анклав не станет любезничать с теми, кто встанет у него на пути.
Мортмэйн провел дрожащей рукой по лбу.
— Я конечно же помогу вам, — пробормотал он. — Скажите, что вы хотите знать.
— Превосходно. — Сердце Шарлотты забилось от радости, но интонации остались прежними. — Мы хотим знать все, что знаете вы. Начинайте.
— Я был знаком еще с его отцом… Я конечно же имею в виду отца Натаниэля. Он начал работать у меня почти двадцать лет назад, когда моя компания занималась главным образом торговлей. Тогда у меня уже были офисы в Гонконге, Шанхае, Тяньцзине… — Мортмэйн прервался и испуганно посмотрел на Шарлотту, которая в нетерпении постукивала кончиками пальцев по столешнице. — Ричард Грей работал на меня здесь, в Лондоне. Он был человеком не только очень добрым, но и очень умным, и вскоре я сделал его своим управляющим. Мне жаль было терять такого замечательного работника, но он с семьей решил переехать в Америку. Когда Натаниэль прислал мне письмо, я немедленно предложил ему работу.
— Господин Мортмэйн, — в голосе Шарлотты звучали стальные нотки, — вы уверены, что это относится к делу?
— Да, да, прошу вас, дослушайте меня до конца, — решительно ответил Аксель. — Видите ли, определенного рода знания — как вы, должно быть, поняли, я имею в виду оккультизм — всегда помогали мне в деловых вопросах. Помните, несколько лет назад в банковской системе произошел кризис? Тогда разорилось множество компаний, среди которых было несколько очень крупных и, как казалось до последнего дня, надежных. Так вот, мои знания помогли мне избежать несчастья. Я забрал свои деньги из банка незадолго до того, как он лопнул, и спас свою компанию. Но это вызвало подозрения Ричарда. Он, должно быть, собирал сведения и в конечном счете сопоставил то, что знал обо мне, с тем, что знал о «Клубе Преисподняя».
— Выходит, вы член этого клуба… — пробормотала Шарлотта. — Ну конечно, мне следовало догадаться раньше.
— Я предложил Ричарду членство в Клубе и даже брал его пару раз на встречи, но его в конечном итоге это не заинтересовало. Вскоре после этого он переехал в Америку. — Мортмэйн развел руками. — Что ж, я не сержусь, «Клуб Преисподняя» не для каждого. Но определенная категория людей жаждет знаний, и их не останавливают ни опасности, ни запреты. Посему я слышал, что заведения подобного рода открыты во многих городах. Члены таких клубов многое знают о Теневом мире. Они хотят делиться своими знаниями друг с другом, чтобы потом использовать их себе во благо, добиваясь процветания и благополучия. Но некоторые не могут потянуть даже первого… взноса, если хотите.
— И что вы имеете в виду?
— «Клуб Преисподняя» не злая организация, — сказал Мортмэйн, голос его звучал так тихо и так слабо, будто он был смертельно ранен. — Мы добились многих успехов, в стенах нашего Клуба было сделано много великих открытий. Я видел, как один чародей создал серебряное кольцо, которое могло переносить своего хозяина домой всякий раз, как он поворачивал его на пальце. Другой сотворил дверь, войдя в которую ты оказываешься именно в том месте, в котором хочешь оказаться. Я знавал людей, которых наши маги вернули буквально с порога смерти…
— Я знаю, что такое волшебство и на что оно способно, мистер Мортмэйн. — Шарлотта поглядела на Генри, который теперь внимательно рассматривал чертеж какого-то сложного устройства, висевший на стене. — И меня не интересуют подробности жизни Клуба. Все, что я хочу знать, так это связаны ли похитившие мистера Грея чародеи с «Клубом Преисподняя» или нет? Насколько я знаю, его члены — исключительно миряне. Так как же туда попали обитатели Теневого мира?
Мортмэйн поморщился:
— Обитатели Теневого мира? Вы говорите о народе, который мы зовем волшебным? О прирожденных колдунах, ликантропах [Ликантроп — оборотень, принимающий волчий или подобный волчьему облик.] и прочих удивительных существах? Что ж, вы знаете многое, но, видно, далеко не все. Члены нашего Клуба не равны, госпожа Бранвелл. Мирянин вроде меня может стать лишь рядовым членом Клуба, но председательствуют в нем обитатели Нижнего мира: колдуны, ликантропы и вампиры. К сожалению, сейчас настали такие времена, что волшебный народ предпочитает держаться от мирян как можно дальше. Среди нас слишком много богатых промышленников, владеющих фабриками, железными дорогами… Волшебные существа ненавидят такие вещи. — Он покачал головой. — Они прекрасны, будто вышли из сказки, но боюсь, прогресс их скоро погубит.
Меньше всего на свете Шарлотту интересовали рассуждения Мортмэйна о волшебных существах. Ее мысли стремительно неслись вперед, и она хотела получить ответы на все свои вопросы как можно быстрее.
— Позвольте мне предположить, — перебила она Мортмэйна. — Вы представили Натаниэля Грея членам Клуба, точно так же, как когда-то представили его отца.
Мортмэйн, которому только-только удалось немного успокоиться и вернуть хотя бы отчасти былую самоуверенность, снова поник.
— Натаниэль проработал в моем лондонском офисе несколько дней до того, как мы поссорились. Тогда я сделал вывод, что он узнал о Клубе еще от отца и хотел к нам присоединиться еще с тех самых пор. Я не мог отказать ему и привел его на встречу. Тогда я полагал, что этим все и ограничится. Но вышло иначе. — Он вновь покачал головой. — Натаниэль тогда кинулся в Клуб, словно головой в омут. А через несколько недель после первого визита он съехал из меблированных комнат, которые снимал все это время. Примерно в то же время я получил от него письмо. Натаниэль, в частности, сообщал, что собирается работать на другого члена Клуба, который обещал ему за работу хорошие деньги. Настолько хорошие, что Натаниэль теперь мог позволить себе дорогостоящие капризы, о которых мечтал с самого начала. — Аксель тяжело вздохнул. — Письмо было коротким — по его же словам, у него не было времени на лишние объяснения. Само собой разумеется, он не оставил нового адреса.
— И это все? — В голосе Шарлотты теперь слышалось недоверие. — Вы не пробовали его искать? Выяснить, куда он ушел? Кто его новый работодатель?
— Человек работает там, где ему нравится, — довольно резко ответил Мортмэйн. — Не было никакой причины полагать…
— И вы не видели его с тех пор?
— Нет. Я же сказал вам…
Но Шарлотта не дала ему договорить:
— Вы утверждаете, будто он заинтересовался «Клубом Преисподняя». «Кинулся в Клуб, словно в омут с головой» — это ваши слова. Но ведь вы не видели его с тех самых пор, когда представили членам Клуба. Как же вы можете знать, чем Натаниэль жил все это время?
В глазах Мортмэйна промелькнула паника.
— Меня… Я сам не был на встречах с тех самых пор. Видите ли, работа. Я был очень занят…
Шарлотта, уже даже не слушая сбивчивые объяснения миллионера, пристально рассматривала Акселя Мортмэйна. Она всегда считала, что хорошо разбирается в людях и может читать по их лицам, как по книге. Но с такими хитрецами, как Мортмэйн, ей приходилось сталкиваться не часто. Приветливые, уверенные в себе… обманщики. Им многое подвластно, многое по плечу, вот только им не хватает ума понять, что их успехи в бизнесе вовсе не означают, что они добьются таких же успехов в волшебстве. Она вновь вспомнила об адвокате и о его доме в Найтсбридже [Фешенебельный район лондонского Уэст-Энда; известен своими дорогими магазинами, ювелирными и антикварными.], стены которого были с пола до потолка измазаны кровью. Она попыталась представить, какой ужас он пережил в последние мгновения жизни, и поежилась. И вот теперь она ясно видела, как и в душе Акселя Мортмэйна всходят ростки страха, еще пока маленькие и слабые, но скоро они превратятся в толстые лианы и окутают его с головы до ног.
— Мистер Мортмэйн, прекратите, ради бога, не считайте меня такой уж дурочкой, — прервала она его наконец. — Я знаю, есть кое-что, что вы от меня скрываете. — Она вынула из сумочки один из винтиков, которые Уилл подобрал в доме Темных сестер, и положила его на стол. — Это очень похоже на те изделия, что производит ваша фабрика, мистер Мортмэйн.
Мортмэйн покосился на маленький кусочек металла на краю стола:
— Да… Да, помимо всего прочего мы делаем и такие винтики. Но что из того?