— Знаю, знаю, чего ей хочется на самом деле. Она думает если выйдет замуж за Магистра, то сможет уничтожить нас.
— Не трать силы на пустые фантазии. — Миссис Блэк ухватила Тесс за подбородок. — У нас с Магистром вечный контракт. Он никогда не сможет обидеть нас… Да и не захочет этого делать. А за тебя он еще и хорошенько нам заплатит. — Она наклонилась ближе и вновь заговорила, понизив голос до шепота: — Он хочет получить тебя живой и здоровой. Так что поблагодари его, как только у тебя появится такая возможность, потому что, если бы не это, я бы избила тебя до полусмерти. Но если ты еще хоть что-нибудь выкинешь, я позабуду о его пожеланиях и буду пороть тебя, пока кожу не сдеру. Поняла?
Тесс отвернулась к стене.
Была уже глубокая ночь, когда «Океан» миновал Ньюфаундленд [Остров у северо-восточных берегов Северной Америки, часть канадской провинции Ньюфаундленд и Лабрадор. Отделяет залив Святого Лаврентия от Атлантического океана.], но Тесс не спалось. Она вышла на палубу подышать свежим воздухом и невольно залюбовалась ночным морем, по которому, поблескивая в свете луны, неспешно плавали огромные глыбы льда, похожие на ленивых морских чудовищ. Один из моряков, проходя мимо, сказал, что из-за теплой погоды подтаял и сполз в море огромный ледник и она сейчас смотрит на его обломки. И действительно, присмотревшись, девушка увидела вдалеке уже по-настоящему гигантские льдины, напоминающие башни причудливого города. Возможно, в таком месте мог бы жить сам морской царь… Тесс подумала, что никогда еще не чувствовала себя такой одинокой.
Теперь-то она знала, что тогда ей только казалось, будто она одинока… Вскоре сестры оставили ее одну, и Тесс постепенно успокоилась. Плакать больше не было сил, но ее охватило дикое отчаяние, от которого хотелось выть и рвать зубами веревки. Миссис Дарк была права: если бы Тесс могла убить их, она бы это сделала.
Она пошевелила руками и ногами, пытаясь ослабить узлы, но те не поддавались. Да уж, связали ее на славу.
Веревки впивались в плоть, руки и ноги Тесс вскоре начали неметь. Подумав, девушка пришла к выводу, что у нее есть всего несколько минут, а потом ее тело полностью утратит чувствительность.
Тесс поняла, что отчаянно устала. Ей вдруг захотелось покориться судьбе и спокойно дождаться появления загадочного Магистра. Пусть он… пусть хоть кто-нибудь заберет ее из этого проклятого дома! За крошечным окном уже совсем стемнело, а значит, ждать оставалось совсем недолго. Возможно, этот Магистр действительно хотел жениться на ней. Возможно, он и в самом деле хотел дать ей все…
Неожиданно она услышала голос тети Генриетты. Он звучал у нее в голове так отчетливо, словно тетя стояла рядом: «Когда ты, Тесс, найдешь мужчину, за которого захочешь выйти замуж, помни: ты должна судить человека не по тому, что он говорит, а по тому, что он делает».
Конечно, тетя Генриетта была права. Ни один порядочный мужчина не позволил бы держать свою невесту взаперти, словно заключенную в тюрьме, да к тому же еще и мучить ее брата. И талант ее тут был вовсе ни при чем. Ей вдруг подумалось, что Темные сестры все это время ее разыгрывали и на самом деле одному Богу известно, что Магистр собирается с ней сделать, когда она попадет к нему в руки. И даже если ей удастся выжить, то захочет ли она сама жить после всего, что ей уготовила судьба?
Боже, каким же никчемным талантом она обладала! Ну что за ерунда — по желанию изменять внешность! Если бы только она умела воспламенять предметы взглядом, или одним прикосновением уничтожать металл, или превращать свои ногти в острые ножи!.. А хорошо было бы уметь становиться невидимой или превращаться в крошечное существо, не больше мыши…
И тут она неожиданно успокоилась. Настолько успокоилась, что услышала, как на ее груди мерно тикает механический ангел. Вовсе не обязательно становиться размером с мышку, ведь так? Все, что нужно, так это стать достаточно маленькой и худенькой, чтобы путы просто соскользнули с тела.
А ведь она могла измениться, превратиться в другого человека, даже не притрагиваясь к его вещам. Она делала это прежде. Сестры заставили ее выучить и этот трюк. Впервые Тесс оценила пользу, которую принесли ей занятия.
Она вжалась спиной в твердый матрац и заставила себя вспомнить… Улица, кухня, игла неспешно движется туда-сюда, жар от газового фонаря… Она хочет, чтобы это случилось, хочет изменения. «Как тебя зовут? — Эмма. Эмма Бейлис…»
Ее тело изогнулось в конвульсии, в грудь будто бы ударило что-то тяжелое, и воздух со свистом вышел из легких. Тесс чувствовала, как меняется кожа, как в теле двигаются кости, становясь меньше и тоньше. Боль была почти невыносимой, и она выгнула спину, словно старалась отстраниться от нее, убежать, спрятаться. Слава богу, что ей удалось подавить крик, который комом стоял в горле, не давая вздохнуть.
Но наконец-то все закончилось. Моргнув, Тесс какое-то время невидящим взглядом смотрела в потолок, затем повернула голову и взглянула на запястье и опутывающую его веревку. Ее рука стала рукой Эммы — тонкой и хрупкой. Петля болталась на костлявом, почти прозрачном запястье. Торжествуя, Тесс одним рывком освободила руки и села, растирая красные отметины на запястьях.
Потом она наклонилась вперед, и ее пальцы принялись быстро распутывать веревки на лодыжках. Оказалось, что миссис Блэк вязала узлы, как бывалый моряк. Когда Тесс наконец-то развязала веревки, ее пальцы были сбиты в кровь.
Девушка нетерпеливо отбросила назад волосы, тонкие, чужие, и без колебания освободилась от тела Эммы. Личина убитой девочки стекла с ее тела, словно вода. Тесс провела рукой по своим волосам: густым, пушистым, таким знакомым. Взглянув в висящее на стене зеркало, Тесс с удовольствием отметила, что маленькая Эмма Бейлис ушла и она снова стала собой.
Шум за спиной заставил ее резко обернуться. Дверная ручка бешено дергалась из стороны в сторону, словно стоящий в коридоре человек никак не мог открыть дверь.
«Миссис Блэк!» — подумала Тесс. Эта ужасная женщина вернулась, чтобы выполнить свою угрозу — избить ее до полусмерти… Или чтобы отвести ее к Магистру. Тесс в одну секунду пересекла комнату, схватила с умывальника фарфоровый кувшин и встала у двери, сжимая свое жалкое оружие так сильно, что аж костяшки пальцев побелели.
Наконец-то ручка провернулась, и дверь открылась. В полумраке Тесс видела лишь тень — кто-то вошел в комнату. Девушка подалась вперед и замахнулась кувшином, готовая в любой момент обрушить его на голову чужака…
Вошедший в комнату человек был ловок и быстр, но все-таки недостаточно. Кувшин ударил по вытянутой руке, когда он собирался схватить Тесс, а потом врезался в стену. Осколки дождем посыпались на пол, а незнакомец завопил от боли.
Тесс попятилась назад, а затем рванулась к двери, но та вдруг захлопнулась сама собой, и сколько девушка ни дергала за ручку, она даже не шелохнулась. А потом комнату залил яркий свет, словно из-за туч вышло солнце. Тесс резко обернулась, сморгнула слезы и замерла.
Перед ней стоял юноша, чуть старше ее самой. Возможно, ему было лет семнадцать, максимум восемнадцать. Одет он был так, как одеваются рабочие из Ист-Энда: потертый черный пиджак, мятые брюки и стоптанные ботинки из грубой кожи. Жилета он не носил. И тут внимание Тесс привлекли толстые кожаные ремни, которые обхватывали грудь незнакомца крест-накрест и обвивали его талию. Вернее, в самих ремнях, пожалуй, не было ничего удивительного, но вот оружие, которое на них висело, можно было увидеть далеко не каждый день: причудливых форм кинжалы с украшенными изысканной резьбой рукоятками, складные ножи, странные клинки, словно бы сделанные изо льда. В правой руке юноша держал какую-то штуковину, на вид напоминающую камень, от которой шел ослепительный свет. Тесс заметила, что по другой руке юноши — тонкой, с длинными пальцами — сбегает струйка крови: расколовшийся кувшин разрезал кожу.
Тесс подняла взгляд и посмотрела незнакомцу в лицо. Если бы она не была так напугана и если бы обстоятельства позволяли, она бы, без сомнения, им залюбовалась — никогда прежде она еще не видела такого красавца. Темно-синие глаза, словно бы сделанные из венецианского стекла, изящно очерченные скулы, полные губы, длинные пушистые ресницы и густые черные волосы. Голова и шея юноши были столь совершенной формы, что любой скульптор почел бы за честь изваять его бюст. Этот человек словно пришел из сказки, из волшебных грез, которым Тесс время от времени позволяла себе предаваться. Впрочем, вряд ли она мечтала о том, чтобы прекрасный незнакомец сыпал проклятиями в ее адрес и негодующе тыкал ей прямо в нос окровавленную руку.
— Ты меня порезала, — объявил незнакомец, когда исчерпал весь запас известных ему ругательств. Его голос звучал приятно. Акцент — английский. — Такой удар мог оказаться смертельным, между прочим.
Тесс уставилась на него широко открытыми глазами:
— Ты Магистр?
Он отвел руку. Кровь побежала по пальцам быстрее и закапала на пол.
— Вот это да, обильная потеря крови. Исход мог быть летальным.
— Ты — Магистр?
— Магистр? [Магистр в переводе с латинского в основном значении — начальник, глава, правитель, смотритель.] — Он выглядел удивленным, будто девушка задала ему чрезвычайно странный вопрос. — Это то же, что мастер [Мастер в переводе с английского — хозяин, владелец; господин.] на латыни, не так ли?
— Я… — Тесс казалось, что она по чьей-то злой воле покинула этот мир и перенеслась в сон, порожденный чьим-то больным воображением. — Мне так кажется.
— Ну тогда да, я мастер, потому что за свою жизнь я много чему научился в совершенстве. Например, я изучил улицы Лондона, выучился говорить по-французски без акцента, танцую кадриль, составляю букеты не хуже любого японца, на раз разгадываю даже самые сложные шарады, хорошо «держу градус». А как насчет умения управляться с девушками? Они от меня всегда в восторге.
Пока незнакомец говорил, Тесс внимательно его разглядывала.
— Господи, только сейчас я понял, какой же я молодец, — продолжал он тем временем, — но почему-то никто еще ни разу не называл меня ни мастером, ни магистром. А жаль…
— Похоже, что в питие вина ты тоже преуспел. Сколько ты выпил, прежде чем забраться сюда? — вполне серьезно спросила Тесс, но, уже произнеся последние слова, поняла, что прозвучали они довольно грубо.
Однако для пьяного незнакомец слишком устойчиво стоял на ногах. Конечно, Тесс не была большой специалисткой в этом вопросе, но ей доводилось несколько раз видеть пьяного Ната, и кое-что для себя она уяснила. Возможно, странный юноша был просто безумен.
— Спрошу прямо: не уверен, но думаю, ты американка? — Юноша выглядел удивленным. — Да, точно, акцент тебя выдает. Как тебя зовут?
Тесс с недоверием посмотрела на незваного гостя:
— Как меня зовут?
— Разве ты не знаешь своего имени?
— Ты… Ты ворвался в мою комнату, испугал меня почти до смерти, и теперь хочешь знать, как меня зовут? А как тебя зовут? И вообще, кто ты такой?
— Я Херондэйл [Равнинная цапля (англ.).], — бодро ответил юноша. — Уильям Херондэйл, но все зовут меня Уиллом. Это действительно твоя комната? Не очень-то тут уютно, хочу я сказать. — Уилл подошел к окну и остановился там, рассматривая стопку книг, возвышавшуюся на ночном столике, а потом перевел взгляд на кровать и весьма выразительно указал на веревки: — И часто ты спишь, привязанная к кровати?
Тесс почувствовала, как вспыхнули щеки, и поразилась тому, что при сложившихся обстоятельствах все еще может смущаться. Но стоит ли говорить этому странному Уиллу правду? Возможно, он и есть тот самый Магистр? Впрочем, он не походил на негодяя, который может вначале держать девушку взаперти несколько недель, а потом насильно заставить выйти за себя замуж. Во всяком случае, Тесс казалось именно так.
— Вот. Подержи-ка. — С этими словами Уилл вручил растерявшейся Тесс пылающий камень.
Она с опаской взяла его в руки, ожидая, что тот станет жечь пальцы, но камень на ощупь оказался прохладным. В тот момент, когда камень коснулся ее ладони, свет стал чуть слабее, но потом вспыхнул с новой силой. Она с тревогой наблюдала за Уиллом, тот же подошел к окну и выглянул наружу. Вид он при этом имел совершенно беззаботный, словно выглядывал из окна собственного дома, решая, стоит ли отправляться на вечернюю прогулку или нет.
— Жаль, что мы на третьем этаже. Я-то могу спрыгнуть, а вот ты, скорее всего, насмерть разобьешься. Нет, мы должны выйти через дверь и с боем прорваться к выходу.
— Прорваться… Что ты имеешь в виду? — Тесс, окончательно запутавшись и уже отчаявшись понять происходящее, лишь растерянно покачала головой. — Прости, но я ничего не понимаю.
— А чего тут понимать? — Он указал на ее книги. — Ты же читаешь романы. Очевидно, что я должен спасти тебя. Разве я не напоминаю тебе сэра Галахада? [Рыцарь Круглого стола короля Артура и один из искателей Святого Грааля. В легендах, где он фигурирует, часто подчеркивается его непорочность. Зачастую ему покровительствуют высшие силы и судьба, а сам Галахад считается святым рыцарем.] — Он театральным жестом раскинул руки в стороны. — Моя сила — как сила десятерых, поскольку мое сердце чисто…
И тут в глубине дома раздался звук, при всех прочих обстоятельствах вполне обычный, а при сложившихся — пугающий. Проще говоря, где-то хлопнула дверь.
Сказав то, что галантный сэр Галахад никогда бы говорить не стал, Уилл отскочил от окна. Затем он поморщился и с сожалением поглядел на раненую руку:
— Ладно, позабочусь об этом после. Пойдем… — Он многозначительно посмотрел на Тесс. В его глазах читался вопрос.
— Мисс Грей, — тихим голосом представилась она. — Мисс Тереза Грей.
— Мисс Грей, — повторил юноша. — Пошли, мисс Грей. — Он проскочил мимо нее к двери, взялся за ручку, повернул, дернул…
Дверь не открылась.
— Это не сработает, — заметила Тесс. — Эту дверь нельзя открыть изнутри.
Уилл зло усмехнулся:
— Так уж и нельзя?
Он потянулся к ремням, быстро перебрал висящие на них штуковины и выбрал длинный прямой прут, сплетенный из маленьких, отлитых из какого-то странного серебристого металла веточек. Уилл прижал его кончик к двери и потянул — по-другому и не скажешь. Тесс увидела, как из кончика прута к двери протянулись тонкие черные полосы. Послышалось тихое шипение — с этим звуком полоски расползались по поверхности двери, словно чернильное пятно по бумаге.
— Ты что делаешь, рисуешь? — удивилась Тесс. — Не понимаю, как это может помочь…
Послышался слабый звон, словно где-то треснуло стекло. Ручка двери быстро повернулась сама собой, потом еще раз и еще, быстрее, — и дверь резко распахнулась. От прута к потолку потянулась тоненькая струйка дыма.
— Готово, — объявил Уилл и, повесив на прежнее место странный инструмент, жестом пригласил Тесс следовать за ним. — Пойдем.
И тут вдруг Тесс охватили страх и ничем не объяснимая тоска. Она посмотрела назад, окинула взглядом комнату, которая была ее тюрьмой в течение почти двух месяцев.
— Мои книги…
— Я дам тебе намного больше книг, только, ради бога, пошли уже.
Он подтолкнул ее вперед и вывел в коридор, а потом закрыл дверь. После, схватив Тесс за запястье, потянул ее через прихожую к ближайшему повороту. За углом оказалась лестница, по которой Тесс много раз спускалась в сопровождении Миранды. На девушку нахлынули воспоминания, и она замерла на месте, так что Уиллу снова пришлось потянуть ее за собой. От светящегося камня, который она все еще держала в левой руке, волнами исходил тусклый свет. Когда Тесс наконец-то решилась и побежала вслед за Уиллом, создалось впечатление, будто стены — это морской берег, на который набегают высокие волны.
Наверху кто-то закричал. Судя по голосу, это была миссис Дарк.
— Обнаружили, что ты убежала, — заметил Уилл.
К тому времени они уже добрались до первого этажа, и Тесс замедлила шаг. Уилл, который, казалось, и не думал останавливаться, вырвался вперед.
— Разве мы собираемся выйти через парадный вход? — поинтересовалась девушка.
— Нет, мы не сможем. Здание окружено. Там повсюду экипажи. Похоже, я появился вовремя, впрочем, как и всегда. — Уилл, не замедляя шага, миновал вестибюль и стал спускаться дальше, Тесс следовала за ним, стараясь не отставать. — Ты знаешь, что Темные сестры собирались устроить сегодня вечером?
Тесс покачала головой.
— Но ты же ждала кого-то? Какого-то Магистра?
Они очутились в подвале, и на смену отштукатуренным стенам пришла сырая каменная кладка. Темно было так, что хоть глаз выколи, и Тесс — впервые за все это время — не хватало Миранды с ее фонарем. И тут ей стало жарко… очень жарко.
— Ангелам это напоминает Девятый круг ада…
— Девятый круг ада — место холодное, — автоматически возразила Тесс.
Уилл уставился на нее:
— Что?
— Я про ад, — пояснила она. — Ад вообще место довольно холодное. Там много льда.
Уилл уставился на Тесс, уголки его рта стали подергиваться, как будто он пытался сдержать улыбку, а потом он протянул руку:
— Отдай мне колдовской свет. — Увидев растерянный взгляд девушки, он нетерпеливо пояснил: — Камень. Отдай мне камень.
В тот момент, когда его рука сжала камень, он один раз мигнул, а потом ярко вспыхнул. Свет пробивался прямо сквозь пальцы Уилла, и Тесс, машинально посмотревшая вниз, увидела рисунок на тыльной стороне его руки, словно нарисованный черными чернилами. Рисунок этот напоминал открытый глаз.
— Что касается температуры в аду, мисс Грей, то позволю себе дать вам один совет, — начал между тем Уилл. — Пожалуйста, уясни, что красивый молодой парень, который пытается спасти тебя от отвратительной судьбы, никогда не ошибается. Даже если он говорит, что небо фиолетовое и в нем день-деньской летают ежи.
«Он совершенно точно сумасшедший», — решила Тесс, но вслух ничего не сказала. Ее больше тревожил тот факт, что они шли прямиком к широким двустворчатым дверям, которые вели прямо в апартаменты Темных сестер.
— Нет! — Она схватила Уилла за руку, пытаясь остановить. — Это не тот путь. Здесь нет выхода. Это — тупик.
— А ты, как я посмотрю, снова пытаешься учить меня уму-разуму? — фыркнул Уилл и зашагал мимо дверей, прямо в кромешную тьму, которой Тесс всегда так боялась. С трудом сглотнув, она последовала за ним.
Коридор постепенно сужался, стены подступали с обеих сторон. Стало еще жарче, и волосы Тесс на висках начали завиваться в мелкие кудряшки. Воздух с каждым шагом словно бы густел, и дышать становилось все труднее и труднее. Какое-то время они шли молча, однако Тесс была слишком напугана, чтобы спокойно следовать за своим спасителем. Она должна была спросить, даже если знала, что ответ будет — «нет».
— Херондэйл, это мой брат послал тебя? Это он попросил меня найти? — наконец решилась она.
Тесс боялась, что Уилл опять скажет что-то безумное, но он лишь с любопытством посмотрел на нее.
— Никогда слышал о твоем брате, — сказал он, и Тесс почувствовала, что разочарование острыми когтями впилось в сердце. Она знала, что Нат тут ни при чем, ведь тогда спаситель знал бы ее имя. Ей захотелось разрыдаться. — А десять минут назад, мисс Грей, я и о твоем существовании не подозревал. Я шел себе по следу убийцы девочки, совершившего преступление месяца два назад. Малышку зарезали. Пырнули ножом и оставили в переулке истекать кровью. Но знаешь, что интересно. Там она оказалась не просто так. Она убегала… от чего-то…