Глава третья
Институт
Любовь, надежда, опасение,
вера — вот создатели Человека.
Они — его характер, честь и совесть [Перевод С. Надсона.].
Роберт Браунинг [Роберт Браунинг (1812–1889) — английский поэт и драматург.] «Paracelsus» [Парацельс (настоящее имя Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенхайм (Гогенгейм), 1493–1541) — знаменитый алхимик, врач и оккультист.]
Темные сестры опять привязали Тесс к кровати. Их фигуры начали вытягиваться, заострились, и они стали походить на длинные вязальные спицы. Миссис Блэк и миссис Дарк все время что-то бормотали себе под нос, иногда пронзительно повизгивая, но Тесс не могла разобрать ни слова. Их облик постепенно менялся: глаза запали, волосы выпали, на губах проступали стежки, словно их сшивал невидимый портной. Тесс открывала рот в безмолвном крике, но из него не вылетало ни звука. Сестры, казалось, не замечали ее страха и отчаяния.
Потом вдруг миссис Блэк и миссис Дарк исчезли, и их место заняла тетя Генриетта. На лице ее проступили красные пятна, и выглядела она сейчас так же, как за несколько дней до смерти. Вот только глаза были другими. Когда тетю мучила лихорадка, впоследствии ее и убившая, она в беспамятстве металась по кровати, и когда открывала глаза, то взор ее был мутным и безумным, сейчас же она с нежностью и печалью смотрела на Тесс.
— Я пыталась… — пробормотала она. — Я пыталась полюбить тебя. Но нелегко любить ребенка, который… вовсе и не человек….
— Не человек? — повторил незнакомый женский голос. — Хорошо, если она не человек, то кто же тогда? — В голосе отчетливо слышалось нетерпение. — Хочешь сказать, что не знаешь? Но ведь кем-то же она должна быть. Не может же эта девочка принадлежать к…
Тесс проснулась от собственного крика. Пережитый ужас все еще владел ее разумом, и она неподвижно лежала в кровати, каждую секунду ожидая увидеть Темных сестер или покойную тетю… И тут вдруг она услышала голоса. Тесс резко села, отшвырнув одеяло. Машинально она отметила, что одеяло это было толстым и тяжелым, а не тонким и отделанным тесьмой — под таким она спала в Темном доме.
Она посмотрела в сторону и подавилась собственным криком. Вместо громких звуков из ее груди вырвался слабый хрип. Голову сдавил горячий обруч, от страха девушка стала тяжело дышать. Прямо перед ней стояло чудовище из ее ночного кошмара: большое, круглое и чуть желтоватое, чем-то похожее на луну, лицо, гладко выбритый, белый череп. Вместо глаз — черные дыры. Губы, сшитые черными нитками, плотно сжаты. На лице — черные узоры, похожие на те, что украшали кожу Уилла, вот только в этом случае они были словно вырезаны ножом, а не нанесены чернилами.
Девушка сдавленно охнула, попыталась отползти подальше и свалилась с кровати. Она со всего размаху ударилась о холодный каменный пол, и ткань ночной рубашки — ее, должно быть, переодели, пока она была без сознания, — разошлась по шву, когда она поднялась на колени.
— Мисс Грей, — раздался голос, который был ей совершенно незнаком.
Тереза не мигая смотрела на ужасную тварь, стоящую у ее кровати, но демон молчал. Его уродливое лицо было совершенно бесстрастным, словно каменная маска. Наконец девушка решилась и чуть отодвинулась назад, но монстр так и не шевельнулся, не стал преследовать ее, когда она отползла еще немного в сторону, надеясь, что дверь у нее за спиной и она сможет убежать. Ее глаза уже привыкли к темноте, и она, заозиравшись по сторонам, отметила, что комната овальной формы, а стены и пол — каменные. Потолок же был слишком высоко и тонул в темноте, поэтому разобрать его форму и очертания было невозможно. Противоположную стену прорезали длинные и тонкие арочные окна, какие обычно бывают в старых церквях.
— Тереза Грей…
Девушка ползком добралась до двери и нашарила металлическую ручку. Она стремительно повернулась и схватилась за нее с отчаянием утопающего, пытающегося уцепиться за соломинку… Ничего не случилось. Надежда на спасение угасла так же быстро, как появилась, и из груди Тесс вырвались сдавленные рыдания, больше похожие на хрип умирающего.
— Мисс Грей! — повторил тот же голос, и внезапно в комнате вспыхнул свет — такой яркий, что глазам стало больно, словно долгое время девушка смотрела на солнце. Но это свет был знаком Тесс. — Мисс Грей, извините. Мы не собирались вас пугать. Мисс Грей, пожалуйста.
Тесс медленно повернулась и села, прижавшись спиной к двери. Глаза уже не болели так отчаянно, и она попыталась оглядеться. Тесс по-прежнему находилась все в той же комнате с каменными стенами. Посередине стояла большая кровать с пологом, поддерживаемым четырьмя столбиками. Бархатное покрывало почти целиком съехало на пол. На выложенным огромными каменными плитами полу прямо перед кроватью лежал ковер с изысканным узором, на котором, развернутыми друг к другу, стояли два стула. Между ними — маленький чайный столик. У дальней стены — платяной шкаф. За китайской ширмой, стоявшей в одном из углов комнаты, скорее всего, скрывались ванна и рукомойник. Больше в комнате не было ничего: ни картин на стенах, ни прикроватных столиков с фотографиями, ни милых сердцу любого хозяина дома безделушек.
Чудовище — с человека ростом, облаченное в длинную пеструю хламиду, по фасону чем-то похожую на монашескую рясу и сшитую из грубой ткани, — так и стояло у кровати. Подол и рукава его одеяния украшали красно-коричневые руны. В руках оно держало серебряный, по всей длине также украшенный рунами посох, а набалдашник его представлял собой фигурку ангела. На голову чудовища был надвинут капюшон, но он не скрывал его жуткого бледного лица, на котором черными дырами зияли пустые глазницы.
Рядом с ним стояла женщина столь маленького роста, что поначалу Тесс приняла ее за ребенка. У незнакомки были густые каштановые волосы, убранные назад, тонкие черты лица и небольшие, темные, чем-то похожие на птичьи глаза, в которых светился острый ум. Красавицей она уж точно не была, но выражение ее лица было столь добрым и столь кротким, что через какое-то время она всем начинала казаться даже миленькой. Так и Тесс, стоило ей лишь взглянуть на незнакомку, начала постепенно успокаиваться, хотя, если бы кто-нибудь спросил ее почему, она бы не смогла ответить. В руке незнакомка держала белый камень вроде того, которым пользовался Уилл, пробравшийся в Темный дом. Именно от него и исходил тот яркий свет, который поначалу ослепил Тесс.
— Тереза Грей, — снова повторила женщина. — Я Шарлотта Бранвелл, глава Лондонской академии, а человек рядом со мной — брат Енох…
— Вот это чудовище? — прошептала Тесс.
Брат Енох промолчал, словно и не слышал грубых слов девушки. Он по-прежнему казался мраморным изваянием.
— Я знаю, что на Земле обитают чудовища, — продолжала Тесс. — Вы меня в этом не разубедите. Я видела их.
— Не стану с вами спорить, — заверила девушку миссис Бранвелл. — Если бы мир не наполняли чудовища, не было бы и сумеречных охотников.
Сумеречные охотники… Так Темные сестры назвали Уилла Херондэйла.
Уилл!..
— Я… Со мной был Уилл, — начала Тесс дрожащим голосом. — Там, в подвале… Уилл сказал… — Она замолчала и съежилась, словно в любую секунду ожидала удара. Ей вдруг показалось, что она не имеет никакого права называть своего спасителя сокращенным именем, ведь подобное обращение подразумевало определенную степень близости, которой между ними не было. — Где мистер Херондэйл?
— Он здесь, — спокойно ответила миссис Бранвелл. — У нас в гостях.
— Это он принес меня сюда? — все так же шепотом продолжала Тесс.
Госпожа Бранвелл кивнула:
— Да, поэтому не волнуйтесь, мисс Грей. Вам здесь никто не причинит вреда. Вы сильно ударились головой, и лучшее, что Уилл мог сделать, так это попросить нас о помощи. Брат Енох — прекрасный врач, и вам не следует его бояться. Поверьте, внешность часто бывает обманчива. Он осмотрел вас и пришел к выводу, что физически вы совершенно здоровы. Сейчас ваша проблема — это нервное потрясение и шок. Впрочем, это естественная реакция любого человека на подобные события… А теперь вернитесь, пожалуйста, в кровать или хотя бы сядьте на стул. Если вы станете и дальше ходить босиком по каменному полу, то очень скоро замерзнете и подхватите простуду.
— Вы хотите, чтобы я осталась здесь, — пробормотала Тесс, облизав сухие губы. — Я что, не могу отсюда уйти?
— Вначале давайте поговорим, а потом, если вы захотите уйти, вы уйдете, и никто вам не помешает, — заверила девушку миссис Бранвелл. — Нефилимы никогда не станут заманивать в ловушки жителей Нижнего мира и тем более принуждать их к чему бы то ни было. Мы помним о Соглашении и свято чтим наши законы.
— Но я ничего не знаю об этом…
Миссис Бранвелл ненадолго задумалась, а потом повернулась к брату Еноху и что-то тихо сказала ему. Он все так же молча надвинул капюшон на лицо — скорее всего, для того, чтобы не пугать еще больше и без того насмерть перепуганную девушку, — после чего не спеша подошел к Тесс. Та поспешно отодвинулась подальше от двери, но брат Енох, прежде чем выйти, задержался на пороге. Буквально на мгновение, но…
В этот момент он заговорил с Тесс. Хотя говорил — не совсем верное слово. Тесс не слышала ни звука, но слова звучали прямо у нее в голове. Голос у него был таким мягким, что Тесс показалось, будто кто-то гладит ее по щекам меховой варежкой.
— Ты, Тереза Грей, создание, способное меняться по своему желанию. Но на тебе нет знака демона… Никогда раньше не видел таких, как ты.
Способная меняться по своему желанию… Откуда он узнал? Ошеломленная Тесс теперь неотрывно смотрела на брата Еноха. Сердце ее учащенно забилось в ожидании продолжения, но в ту же самую секунду Енох шагнул в коридор и закрыл за собой дверь. Теперь Тесс знала, где находится дверная ручка и как ее нужно повернуть, чтобы открыть дверь, вот только желание убегать куда-то пропало. Ноги у нее подкашивались, поэтому она еле-еле добралась до стула и буквально упала на него.
— Что случилось? — поинтересовалась миссис Бранвелл, устроившись напротив Тесс. Девушка машинально отметила, что собеседница носит столь широкое платье, что нельзя однозначно сказать, надет ли на ней корсет или нет. А еще — у женщины были очень тонкие запястья, похожие на птичьи лапки. — Что он вам сказал?
Тесс покачала головой и с силой сцепила руки, чтобы миссис Бранвелл не заметила, как дрожат ее пальцы.
Однако та внимательно следила за девушкой, и ничто не ускользало от ее пристального взгляда.
— Прежде чем начать, давайте кое о чем договоримся, — после минутного раздумья наконец-то заговорила Шарлотта. — Не называйте меня миссис Бранвелл, мисс Грей, для меня вполне уместно обращение по имени. Все в Академии так меня называют. — С этими словами она откинулась на спинку стула, и тут Тесс увидела, что у нее тоже есть татуировки.
Немыслимо! Как женщина только решилась так себя изуродовать?! Тесс не могла скрыть удивления и отвести взгляда от рук собеседницы, которые украшали темные узоры, такие же, как и у ее спасителя. На тыльной стороне левой руки она даже разглядела изображение глаза.
— Позвольте, я вначале расскажу, что уже знаю о вас, мисс Тереза Грей, — заговорила Шарлотта, которая, казалось, не заметила бестактного поведения своей юной собеседницы. Голос ее звучал спокойно и доброжелательно, однако взгляд был острым: Тесс даже поежилась — ей показалось, будто ее колят тысячи крошечных булавочек. — Вы американка. В Англию приплыли из Нью-Йорка, хотели поселиться здесь вместе с братом, который и купил вам билет на пароход. Брата вашего, кстати, зовут Натаниэль.
Тесс окаменела.
— Как вам удалось так много обо мне узнать?
— Много? Вовсе нет. Но я знаю, что Уилл нашел вас в доме Темных сестер, — продолжала Шарлотта. — В тот вечер вы ожидали визита некоего Магистра… Нет-нет, не волнуйтесь, мне известно, что до этого вы ни разу с ним не встречались и понятия не имеете, кто он такой. Потом было сражение, во время которого вы потеряли сознание.
До этой самой секунды все воспоминания о прошедшем вечере были отрывочны, но Шарлотта словно открыла шлюз, и на Тесс, подобно водам бурный реки, наконец-то вырвавшейся на свободу, хлынули воспоминания. Она вспомнила, как бежала с Уиллом по темным жарким коридорам, как они пытались открыть тяжелые металлические двери, а потом оказались в комнате, полной трупов, где стены и пол были буквально пропитаны кровью… Вспомнила обезглавленную миссис Блэк и Уилла, бросающего свой светящийся нож…
— Миссис Блэк… — прошептала она.
— Мертва, — подтвердила Шарлотта. — Теперь уже окончательно.
С этими словами Шарлотта поерзала на стуле, устраиваясь поудобнее, и Тесс снова поразилась тому, какая же она маленькая: миссис Бранвелл не доставала ногами до пола, а спинка, не слишком-то и высокая, возвышалась над ее головой. Ну прямо Дюймовочка, которой вместо стула больше бы подошла ореховая скорлупа.
— А миссис Дарк? — не удержалась от вопроса Тесс.
— Сбежала. Мы обыскали весь дом и близлежащий квартал, но не нашли ее следов. Никаких.
— Весь дом? — Голос Тесс задрожал. — И там что, вообще никого не было? Ни живых, ни… мертвых?
— Я понимаю, к чему вы ведете, мисс Грей. Увы, мы не нашли вашего брата, — печально сказала Шарлотта и с нежностью посмотрела на девушку. — Его нигде нет: ни в самом доме, ни в близлежащих зданиях.
— Вы… искали его? — Тут уж удивлению Тесс не было предела.
— Да, но тщетно… — повторила Шарлотта. — Но мы нашли ваши письма.
— Мои письма?
— Письма, которые вы писали своему брату, но так и не отослали ему, — подтвердила Шарлотта. — Сложенные в стопку, они лежали под матрасом.
— Вы читали их?
— Извините, мисс Грей, но нам пришлось, — сказала Шарлотта, мягко улыбнувшись. — Но вы должны нас понять: не часто в нашей Академии ищет убежище житель Нижнего мира. Впрочем, кроме сумеречных охотников, здесь вообще мало кто бывает. Всякий раз мы сильно рискуем, так что мы должны были убедиться, что вы не представляете опасности.
Тесс отвернулась. Ей вдруг стало противно, а при одном взгляде на эту крошечную женщину, так участливо на нее смотревшую, охватывала злость. Как она могла забраться к ней в душу, прочитать ее сокровенные мысли, перебрать потаенные мечты?! Как могла она без стеснения залезть к ней в голову и вытащить на свет божий все ее надежды и страхи, о которых она не отважилась рассказать даже брату?! Глаза защипало. Тесс чуть было не разрыдалась навзрыд, но в самую последнюю секунду ей каким-то чудом удалось сдержаться.
— Вы хотите сдержать слезы и сохранить лицо, — продолжала между тем Шарлотта. — Знаете, когда я пытаюсь сделать то же самое, то пристально смотрю на источник яркого света. Иногда это помогает. Попробуйте использовать для этой цели колдовской свет.
Тесс не мигая смотрела на камень, который был по-прежнему зажат в руке Шарлотты. В конце концов ей начало казаться, что она смотрит на солнце, которое все время увеличивается в размерах.
— И тогда вы решили, что я не опасна? — пробормотала она наконец, пытаясь сглотнуть подступивший к горлу комок.
— Возможно, и так, — согласилась Шарлотта. — Но вы должны понимать, что обладаете поистине великой силой — вы способны менять форму, становиться тем, кем вы хотите стать… Неудивительно, что Темные сестры хотели заполучить вас. Другие тоже станут на вас охотиться.
— Например, вы? — Тесс старалась, чтобы ее голос звучал как можно холоднее. — Или вы хотите сказать, что помогли мне исключительно из врожденного милосердия?
Лицо Шарлотты на мгновение исказила болезненная гримаса, словно ей дали пощечину. Реакция эта была, безусловно, непроизвольной, и Тесс поняла, что несправедлива к своей собеседнице и обвинения ее не имеют ничего общего с действительностью.
— Нет, это не милосердие, — возразила та тем временем. — Это — мое призвание… Наше призвание.
Теперь Тесс уже совсем ничего не понимала.
— Возможно, будет лучше, если я объясню вам, кто мы такие и чем занимаемся, — продолжала Шарлотта.
— Нефилимы?.. — осторожно предположила Тесс. — Во всяком случае, так Темные сестры называли мистера Херондэйла. — Она указала на темные татуировки на руке Шарлотты: — Вы тоже одна из них? И поэтому на ваших руках эти ужасные татуировки?
Шарлотта кивнула:
— Да, я тоже нефилим… и сумеречный охотник. Мы раса, если позволите, людей… людей с особыми способностями. Мы сильнее и быстрее вас. Мы умеем колдовать и искусство свое зовем очарованием. Но известны мы в первую очередь как охотники на демонов.
— Демонов? Вы говорите о тех демонах, которые живут в аду?
— Где только не живут демоны! Некоторые полагают, что эти бесконечно злые существа способны преодолевать огромные, непостижимые человеческим разумом расстояния. Они стремятся попасть в наш мир и остаться здесь навсегда. Демоны давно бы уничтожили всех людей, если бы не мы. — Голос маленькой женщины звучал теперь громко и решительно, а от былых доброжелательности и мягкости не осталось и следа. — Ваша полиция защищает одних людей от других. Мы же, подобно полицейским, защищаем людей от зла. Отличие в том, что мы стремимся помочь всем людям без разбора и оградить их от происков жестоких демонов. Если совершается преступление и следы ведут прямиком в Мир Теней, если нарушены законы нашего мира, мы проводим расследование. Мы связаны Законом, и вынуждены вести поиски, даже если просто прошел слух о нарушении Соглашений. Уилл рассказал вам о мертвой девочке, которую он нашел в переулке. Она была единственной, чье тело мы обнаружили, но были и другие, мы уверены. Уже давно ходят слухи о мирских мальчиках и девочках, исчезающих на улицах города. Использование волшебства для убийства людей противоречит Закону, и поэтому преступления подобного рода попадают под нашу юрисдикцию.
— Мистер Херондэйл показался мне слишком молодым, чтобы быть полицейским… пусть даже и не совсем обычным.
— Сумеречные охотники быстро взрослеют, а Уилл к тому же не занимается расследованиями в одиночку. — Было очевидно, что Шарлотта не желает вдаваться в подробности. — Наша первоочередная задача — охранять Закон и следить за тем, чтобы выполнялись все пункты Соглашения, ведь именно в соответствии с Законом и Соглашением живут все обитатели Нижнего мира.
Нижний мир… Эти слова показались Тесс знакомыми. Возможно, о нем что-то говорил Уилл.
— Нижний мир? И кто же там живет, в этом вашем Нижнем мире?
— В Нижнем мире живут существа со сверхъестественными способностями. Это и вампиры, и оборотни, и феи, и чародеи.
Тесс теперь не сводила с Шарлотты удивленного взгляда. Она всегда думала, что феи — это всего лишь вымышленные персонажи из детских сказок, а вампиров выдумали взрослые, чтобы пощекотать себе нервы.
— Так эти создания и в самом деле существуют?
— Создания?.. Но вы ведь тоже принадлежите к Нижнему миру, мисс Грей, — пожала плечами Шарлотта. — Брат Енох подтвердил мои подозрения. Но мы еще ни разу не сталкивались с существом, подобным вам, мисс Грей. Видите ли, то волшебство, которым вы владеете… ваши способности… О таком обычный человек и помыслить не может. Даже мы, сумеречные охотники, не способны ни на что подобное. Уилл думал, что вы чародейка, совсем как я. Но мы, чародеи, отмечены особыми знаками: у кого-то есть крылья или копыта, у кого-то перепонки на ногах или руках, а у кого-то звериные когти — совсем как у миссис Блэк. Но вы… Если судить по вашей внешности, то вы — самый обычный человек. Чтобы сделать такой вывод, вас даже видеть не нужно — достаточно прочитать ваши письма. Вы ведь полагаете, что оба ваших родителя были людьми?