Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Я сделала карьеру, находя ответы на свои собственные — и чужие — вопросы о здоровье. Это было интересно, полезно и почти никогда не скучно, потому что у всех нас возникают вопросы и тревоги, когда речь заходит о нашем теле и нашем здоровье.

Просто у некоторых из нас их больше, чем у других.

* * *

Большинство людей, которые работали со мной или читали мои статьи, вероятно, никогда по-настоящему не осознавали, что я была так же напугана, напряжена и смущена из-за своего здоровья, как и они из-за своего. Несмотря на мои многолетние отчеты о состоянии здоровья и знакомство с некоторыми из лучших медицинских экспертов, я все еще иногда впадаю в панику и ныряю в те же нелепые дыры поиска, что и вы. Я все еще читаю список возможных причин, из-за которых я устала, и думаю: да, рак. Я все еще приписываю случайный тремор чему-то фатальному, а не наиболее вероятному виновнику — чрезмерному количеству кофеина.

Итак, признаюсь: я провела почти десять лет, работая автором, пишущим о медицине, и редактором, но гораздо больше времени я провела, беспокоясь о собственном здоровье. Я была убеждена, что у меня опухоль головного мозга, тромб, сердечный приступ, анафилаксия, диабет, внематочная беременность, обычная беременность — ну, тот, кто сам у себя это подозревает, знает.

Конечно, я и раньше слышала термин «ипохондрик». Но определенно не смотрела на себя или свои проблемы под таким углом. У меня этот термин ассоциировался с людьми, которые постоянно ходят к врачам и всякий раз требуют постановки диагноза. Я находилась на противоположном конце: в частном порядке я паниковала из-за чего-то, что, как была уверена, убивало меня, в то же время избегая ежегодного осмотра, который, как мне казалось, только подтвердит мои худшие опасения. Я не ипохондрик, — думала я. Эти люди иллюзорны, а я тот человек, о котором вы читали — тот, который был молод и здоров до того, как у него развился редкий вирус, переносимый грызунами, и он так и не выздоровел. ВОТ УВИДИТЕ.

Я еще не знала, что у этой почти постоянной тревоги, с которой я имела дело, было имя. Но я знала, что нужно избегать вещей, которые могли бы спровоцировать ее. Однажды, читая журнал в самолете, я просмотрела статью о молодой женщине, чьи неоднозначные симптомы оказались раком. Нет-нет, это не обо мне, я не буду думать, что у меня это есть.

И да, к сожалению, это означало, что нужно избегать некоторых вещей на работе. Временами моя специализация становилась спусковым крючком. Занимаясь большим редакционным пакетом, посвященным диабету второго типа, с каждой статьей, которую я написала или отредактировала, я все больше и больше убеждалась, что он у меня есть. В какой-то момент я не успела пробежаться взглядом по статье, которую нужно было редактировать, как уже начала бояться, что чем больше информации я узнаю из этой истории, тем с большей вероятностью подтвердятся тревожные мысли, уже вертевшиеся в моей голове. (К счастью, я работала с замечательными авторами и редакторами — так что со статьями все было в порядке, правда!)

А еще я избегала назначений врача. Являясь редактором по вопросам здравоохранения, я пропускала собственные ежегодные медицинские осмотры, постоянно заканчивая при этом свои статьи вариациями на тему: «Если вы испытываете по этому поводу беспокойство, обратитесь к лечащему врачу». (Между тем моим главным лечащим врачом являлась неотложная помощь.)

Но больше всего я избегала делиться с кем бы то ни было о том, что на самом деле происходило у меня в голове. И вот сейчас, в этой книге, я впервые публично рассказываю об этом.

Разница между «быть ипохондриком» и наличием тревоги о здоровье

Мы часто употребляем термин «ипохондрик». «Я такой ипохондрик!» — можете сказать вы, когда убеждены, что заболеваете, когда беспокоитесь, что ваши редеющие волосы, должно быть, являются признаком гормонального расстройства, или буквально в любое время, когда вы смотрите «Анатомию страсти» и обнаруживаете один из симптомов, имеющихся у неизлечимо больного пациента.

Но чего вы, возможно, не знаете, так это того, что «быть ипохондриком» на самом деле не является клинически признанным расстройством. Этот термин вышел из моды в последнее десятилетие по нескольким причинам. Во-первых, слово «ипохондрик» считалось довольно уничижительным и стигматизирующим. А также оно было слишком широким по охвату для множества способов, которыми люди могут испытывать беспокойство по поводу своего здоровья.

В последний раз ипохондрия классифицировалась как состояние психического здоровья еще до 2013 года, в четвертом издании «Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам» (Diagnostic and Statistical Manual of mental Disorders, или DSM-IV). DSM считается основным ресурсом для специалистов в области психического здоровья для диагностики и лечения заболеваний, который разработан Американской психиатрической ассоциацией. Это руководство определяет, что представляет собой состояние психического здоровья, как оно диагностируется, как его лечат, и содержит прочие нужные вещи. В DSM-IV термин «ипохондрия» использовался по отношению к человеку, который озабочен мыслью о том, что у него серьезное заболевание (или страхом, связанным с заболеванием), основанной на той или иной неправильной интерпретации своих симптомов, и эти опасения не исчезают, независимо от медицинской помощи или заверений.

Затем все изменилось в пятом издании DSM (известным как DSM-5), которое было опубликовано в 2013 году. Из него исключили ипохондрию, заменив термин двумя состояниями психического здоровья: расстройством соматических симптомов (соматоформные расстройства) и тревожным расстройством. Оба этих диагноза по-прежнему касаются серьезных и стойких симптомов беспокойства о здоровье, подобных тем, которые мы представляем, когда думаем об ипохондрии. Разница между ними заключается в том, что расстройство соматических симптомов характеризуется озабоченностью конкретными физическими симптомами, в то время как тревожное расстройство — это постоянная тревога за здоровье даже без физических симптомов.

Все это может показаться просто семантическими изысками: кого волнует, как что-то называется на самом деле? Что ж, это имеет значение для исследователей и специалистов в области психического здоровья, которым легче изучать, диагностировать и лечить заболевание, когда оно четко определено. И это имеет значение для человека, который долгое время имел дело с этими симптомами, никогда не зная, что у этого состояния имеется название или лечение. Черт возьми, я была редактором по здравоохранению и даже не знала этого.

Помните — я не считала себя ипохондриком. Но когда начала читать о тревожном расстройстве… вау, это напоминало мне чтение своего гороскопа и вызывало ощущение какой-то смеси увиденного и лично испытанного. Термин прекрасно описывал мысли и поведение, которые так долго у меня были.


Вот критерии для постановки диагноза тревожного расстройства, согласно DSM-5 [1]:

• Озабоченность наличием или приобретением серьезной болезни.

• Соматические симптомы отсутствуют или (если они присутствуют) имеют лишь умеренную интенсивность. Если имеется другое заболевание или существует высокий риск развития заболевания (например, серьезный семейный анамнез), озабоченность явно чрезмерна или непропорциональна. Существует высокий уровень беспокойства о здоровье, и человек легко переходит к тревоге по поводу состояния своего здоровья.

• Индивид проявляет чрезмерность в поведении, связанном со здоровьем (например, постоянно проверяет свое тело на наличие признаков болезни), или характеризуется неадаптивным уклонением (например, избегает назначений врача и больниц).

• Озабоченность болезнью присутствует по крайней мере в течение шести месяцев, но конкретная болезнь, которой вы опасаетесь, может меняться в течение этого периода времени.

• Озабоченность, связанная с болезнью, не вполне объясняется другими психическими расстройством, такими, как расстройство соматических симптомов, паническое расстройство, генерализованное (общее) тревожное расстройство, телесное дисморфическое расстройство (дисморфофобия), обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) или бредовое расстройство соматического типа.

...
Источник: DSM-5

Привет, это я.

Как человек, который всю свою жизнь имел довольно ограниченное представление об ипохондрии, я понимаю, почему Американская психиатрическая ассоциация сузила фокус внимания. Но привлекла мое внимание эта заметка в нижней части критериев тревожного расстройства:


Укажите следующее:

Тип потребности в медицинской помощи: частое обращение за медицинской помощью, включая посещение врача или прохождение тестов и процедур.

Тип уклонения от медицинской помощи: редкое обращение за медицинской помощью.

...
Источник: DSM-5

Вот оно. Люди, ассоциирующиеся с ипохондриками, ходят от врача к врачу, отчаянно нуждаясь в диагнозе, но беспокойство о здоровье не у всех проявляется именно так.

Джонатан С. Абрамович, доктор наук, профессор психологии и неврологии Университета Северной Каролины в Чапел-Хилле и главный редактор «Журнала обсессивно-компульсивных и связанных с ними расстройств», объяснил мне эволюцию этого состояния за последние несколько десятилетий. Изменения в DSM, по его словам, отражают сдвиг в понимании того, что может стоять за этими мыслями и поведением.