logo Книжные новинки и не только

«Песнь крови» Кэт Адамс читать онлайн - страница 10

Knizhnik.org Кэт Адамс Песнь крови читать онлайн - страница 10

Я многих потеряла. Сначала нас бросил отец, затем умерла Айви. Мать превратилась в алкоголичку. По идее, мне следовало привыкнуть. Нарастить панцирь, спрятаться в скорлупе… Наверное, так все и выглядит со стороны. Но дела обстоят с точностью до наоборот.

Я свернула к одному из полудюжины парковочных мест и выбралась наружу. Солнце не припекало и низко висело над горизонтом, но я решительно раскрыла зонт.

Сильно хлопнув дверцей, я услышала зловещий скрежет. Очередная поломка? Сломалась не только Вики. Я тоже не железная. Да и остальные вещи не отличались стойкостью. Я кинулась к пандусу, предназначенному для инвалидов-колясочников, чувствуя себя идиоткой или потерявшимся ребенком. Перед входом, под навесом, увитым плющом, я замерла.

Автоматические двери отворились, и я направилась в холл.

— Добрый вечер, мисс Грейвз.

Едва я очутилась внутри, администратор встала. Наверняка она заметила мою бледность и клыки, но проявила поразительную сдержанность. Я же не смогла скрыть того, что в любую секунду готова залиться слезами. Женщина была в изысканном терракотовом костюме. Длина юбки позволяла ей продемонстрировать красивые ноги, но не была вызывающей. Темные волосы она собрала в пучок. В вырезе блузки виднелась ложбинка, но нитка жемчуга бросала на декольте целомудренную тень.

— Будьте добры, присядьте. Я сообщу о вашем приезде доктору Скотту.

И администратор указала в комнату ожидания, декорированную с большим вкусом.

— Благодарю вас.

Я шагнула к диванам, и мои туфли утонули в длинном золотистом ворсе ковра. Естественно, на столике красного дерева валялись журналы. Я обратила внимание на последний номер «People». На обложке под заголовком «Самые могущественные пары Голливуда» красовалась фотография родителей Вики. Неужели я встречусь с ними на похоронах? Я покачала головой, взяла «US Weekly» и задумалась. Интересно, как предки Вики скроют правду о своей дочери?

Похоже, я превращаюсь в циника, но что тут поделаешь? Для Вики тяжким грузом стало то, что ни мать, ни отец не могли смириться с тем, какая она есть.

Я на минуту отложила «US Weekly» и принялась таращиться в стену. Но я сидела в приемной. Здесь принято просматривать прессу, а посетители уже начинали проявлять ко мне нездоровое любопытство. В общем, пришлось притвориться, что я увлечена чтением. Я перелистывала страницы, а мысли мои витали в миллионе миль отсюда. К счастью, вскоре администратор вернулась. Она сразу подошла ко мне. Некоторые недовольно вздернули брови. А мне было все равно. Моя боль оказалась настолько острой, что я хотела исчезнуть или провалиться сквозь пол.

— Доктор Скотт сейчас примет вас.

Я последовала за администратором по коридору, увешанному картинами импрессионистов в золоченых рамах. Наконец мы остановились перед массивными дверями красного дерева. Женщина легко открыла створку и жестом пригласила меня войти.

Я переступила порог и внимательно огляделась по сторонам.

Доктор обзавелся громадным кабинетом. Пожалуй, тут поместился бы дом, в котором я выросла. Наверняка у дока имелась и ванная комната, и гардеробная, и прочие удобства.

Западная стена была полностью застеклена, поэтому даже сквозь тонкие шторы кремового цвета я видела простор океана. Лучи подкрашивали облака и воду лиловыми, оранжевыми и багряными оттенками. Такими закатами мы с Вики любовались пару недель назад из ее палаты, потягивая ледяной чай с ароматом персика и вдыхая свежий воздух.

В комнате царили те же цвета — золотистые оттенки песка, бирюза моря и неба. Доктор Скотт сидел за столом, изготовленным из стекла и дерева. Он был не в строгом костюме, а в брюках хаки и светлой рубашке-поло. Загорелая кожа, серебро волос и бородки. Гардероб довершали мокасины на босу ногу.

— Милости прошу, — произнес док. — Извините за мой внешний вид. У меня сегодня выходной…

И врач одарил меня пронзительным взглядом. Заметил слезы и облупленный нос.

— Вы уже все знаете, мисс Грейвз?

Я кивнула. Меня сильно мутило, но я пробормотала:

— Да.

Доктор Скотт встал и переместился в кожаное кресло на колесиках.

— Новость просочилась в прессу?

— Не через меня, — проговорила я скованно. — Я ехала в Берчвудз, и в машине появился ее дух.

— Неудивительно. — Доктор Скотт печально покачал головой и смягчился. — Примите мои искренние соболезнования. Мы сделали все возможное. Недуг вашей подруги привел к рецидиву…

Я опустилась в мягчайшее кресло, которое словно обняло меня. Вики и болезнь? Что за чушь?! Одно из двух — либо врач лгал без зазрения совести, либо говорил правду.

— Мы уже давно разработали особую процедуру… — продолжал разглагольствовать доктор, — как в случае кончины любого из наших пациентов мы сообщим властям о случившемся, и будет проведено стандартное расследование. Вряд ли они обнаружат свидетельства халатности.

Кто бы сомневался: в Берчвудз поступала уйма денег, и, конечно, все будет обставлено как надо. Но вслух я ничего не сказала. Я могу и нагрубить, но сейчас мне требовалось разузнать факты.

— Я ценю вашу заботу. Вики выбрала Берчвудз из-за его звездной репутации.

— Благодарю. — Доктор Скотт мило улыбнулся мне. — Не хотите ли выпить? Я бы предложил вам поесть, но единственный гость в вашем состоянии, который однажды посетил клинику, не мог переваривать твердую пищу.

Значит, шторы задернули не просто так. Конечно, доку все доложил Джерри. Поэтому и администраторша была такой милой. Занятно то, что в Берчвудз заявился «недоделок» вроде меня. Я ведь теперь — редкая птица, диковинка. Скотт прямо сгорал от нетерпения: ему безумно хотелось, чтобы я задала этот вопрос, но я перешла к цели своего визита.

— А что конкретно случилось с Вики? — брякнула я.

Врач скрестил руки на груди.

— Мисс Купер оставила нам письменное разрешение говорить с вами откровенно. Вероятно, вы осведомлены, что Вики, как многие медиумы высокого уровня, часто страдала мигренью и бессонницей.

Верно. Вики пыталась лечить свои головные боли новейшими гомеопатическими средствами. Она прибегала и к экзотическим лекарственным травам, и к ароматическим свечам. Не брезговала и магическими амулетами, способными менять ее ауру. Мне она всегда звонила в самое неурочное время. Но я никогда не связывала это с ее экстрасенсорными способностями. У многих бывают проблемы с засыпанием.

Погрузившись в воспоминания, я едва не пропустила самое важное.

— Медсестра должна была навестить Вики в начале смены — в одиннадцать часов ночи, а потом — в два, — вещал док. — Если оказывалось, что мисс Купер не может заснуть, ей давали снотворное.

Я кивнула.

— Судя по отчету, когда сестра проверила мисс Купер до полуночи, та прекрасно себя чувствовала. Она экспериментировала с вашим подарочным зеркалом. Медсестра… — док зашуршал страницами в поисках нужного имени, — …Филлипс утверждает: Вики призналась ей, что это был самый лучший день рождения в ее жизни и она всем довольна.

Я улыбнулась. Несколько магов серьезно потрудились над зеркалом.

А Скотт начал зачитывать с листа:

— Без четверти два, заметив, что в палате мисс Купер горит свет, медсестра Филлипс постучала в дверь. Ей никто не ответил. Она вошла и обнаружила мисс Купер, лежащую без сознания на полу. Сестра объявила тревогу с синим кодом опасности и немедленно приступила к сердечно-легочной реанимации.

Я пыталась слушать Скотта, но не могла сконцентрироваться. Что-то здесь неправильно.

— Погодите. Она умерла прошлой ночью?

Значит, примерно в то же самое время, когда на меня напали вампиры? Но почему же ее дух появился у меня в машине только сегодня?

— И со мной никто не связался?

— Но мы пытались, — возразил док. Причем неоднократно. Я предположил, что вы приехали из-за моих сообщений.

Получается, я разбиралась со своими жалкими делишками в то время, как моя лучшая подруга… умирала? В конце концов она пробилась ко мне, будучи призраком. Новая боль зажглась у меня в груди, и я с такой силой сжала подлокотники кресла, что ткань затрещала и порвалась под кончиками моих пальцев.

А Скотт как ни в чем не бывало говорил.

— Это вполне естественно. Душа не сразу покидает тело. Мисс Купер отказалась перейти в загробный мир и задержалась на Земле. К тому же Вики была необычайно одаренной личностью. При жизни она пребывала на более высоком уровне сознания, чем остальные, поэтому и смогла контактировать с вами самостоятельно.

Я ничего толком не поняла, и все мысли вдруг улетучились из головы. Последние закатные лучи окрасили небо в цвет крови. Наверняка погода завтра будет безветренной. «Солнце красно к вечеру — моряку бояться нечего», — гласит поговорка. Я поймала себя на том, что пялюсь на открытую шею главврача и наблюдаю, как пульсирует его жилка. У меня во рту начала скапливаться слюна, громко заурчал желудок. Впившись в подлокотники, я почувствовала, как они буквально застонали. Я поморщилась.

Зрачки у Скотта расширились, лоб покрылся испариной. Запах страха вызвал привкус соли на моем языке, но я не пошевелилась. Крошечная часть моего сознания заставляла меня сопротивляться. Только бы не поддаваться жажде вампира! «Не встану», — твердо решила я.

Краешек солнца скрылся за линию океанского горизонта. Бледная голубизна неба сменилась темной синевой. Совершенно неожиданно я четко увидела все, что находилось в кабинете. Предметы мебели будто озарились внутренним светом. Доктор излучал золотистое сияние. Он просто лучился энергией. Я мгновенно уверилась в том, что он вкусен и сладок, как самый качественный швейцарский шоколад.

Я зорко следила за ним. Скотт неторопливо передвинулся к телефону, стоявшему на тумбочке возле письменного стола.

— Мисс Грейвз, вы меня слышите?

— С-с-слышшшу, — прошипела я.

— Когда вы в последний раз ели? — спокойно спросил он, набирая номер.

Лишь бы он не вскочил, не побежал к двери… Тогда я смогу совладать с собой.

— До нападения.

Док судорожно сглотнул. Я устремила взгляд на его подпрыгнувший кадык: тонкая жилка забилась быстрее. Я зажмурилась и принялась медленно и глубоко дышать ртом. Однако каждая секунда забирала у меня последние остатки человеческого.

— Хетер, принесите подходящее питание для мисс Грейвз. НЕМЕДЛЕННО.

Скотт не паниковал, но тон не оставлял сомнений в том, что ситуация чрезвычайная. Я восхитилась его самообладанием. Будучи телохранителем, я видела громил, которые перед лицом опасности практически рассыпались на кусочки.

Раздался тихий щелчок — доктор осторожно положил трубку на рычаг.

— Потерпите пару минут. Я буду сохранять неподвижность.

— Я попробую.

Нет, пусть он бросится наутек, упадет и ухватится за ковер в тщетной попытке улизнуть от меня. Я стиснула кулаки и проколола кожу на ладонях до крови. Зато немного пришла в себя.

— Мисс Грейвз, вы должны питаться со строгой периодичностью. Один раз в четыре часа. Обязательно ешьте до захода солнца. Сейчас вы ощущаете еще и голод своего повелителя.

Я ничего не сказала. Меня охватила всепоглощающая потребность. Мое бессмертное сердце билось все сильней.

— Мисс Грейвз… Селия, отвечайте. Говорите со мной.

— Хочу ессть.

Слова были подобны почти звериному рыку. Жар магии наполнил комнату. Но я не двигалась, хотя даже не понимала, почему это настолько важно.

Скрипнула дверь.

— Поставь поднос на пол!

Я резко повернула голову и встретилась взглядом с медсестрой Хетер. Она тоже светилась: ее кожа и волосы слились в яркое пятно. Но ее глаза с темно-синей радужкой как-то странно выделялись на лице. Это же мои глаза! Хетер испуганно дернулась и замерла.

— Сэр… — пролепетала она.

Ее голосок отозвался во мне звоном колокольчика. Я содрогнулась. Я сражалась с инстинктом, который приказывал мне бросаться на любого смертного, от которого исходил страх. Хетер затрепетала.

— Хетер, зажмурься и не позволяй ей гипнотизировать тебя. Уходи отсюда.

Медсестра замешкалась. Доктор Скотт приказал:

— Быстро!

Она закрыла глаза. Мой контакт с жертвой постепенно угас. Звякнула посуда. Медсестра едва не выронила поднос. Я следила за каждым ее движением. Вот она выпрямилась, попятилась и захлопнула за собой дверь.

Я дышала часто и тяжело, будто пробежала десять миль. Скотт осторожно встал.

— Посмотрите на растение в углу, Селия. Оно высокое, пышное… живое.

Я уставилась на высоченный фикус. Но он же был лишен дивного свечения, исходящего от крови доктора Скотта. Зачем мне охотиться за цветком?

— Сейчас я покину комнату, — умиротворяющим тоном произнес врач. — Когда вы поедите, просто позовите меня. По рукам?

Я издала нечленораздельный звук. Наверное, выразила согласие. Однако получился звериный стон. И еще глубже запустила ногти в собственные мышцы, чтобы не броситься за доктором. Я прислушивалась к шагам Скотта. Запах страха витал в воздухе, как аромат хлеба из пекарни.

Когда тяжелый засов лег на место, я позволила себе отвести взгляд от фикуса.

Я почти ничего не видела за красноватой пеленой — мои глаза налились кровью. Но я молниеносно вскочила и пронеслась по кабинету. Не обращая внимания на суповую миску и ложку, взяла кувшин и вылила себе в горло теплую жидкость. Я так жадно глотала, что часть расплескалась и забрызгала мою рубашку. Кровь и сок из свежайшей говядины. Ни соли, ни приправ. По идее, меня могло вырвать.

Но я выпила все и даже не поперхнулась.

Глава 11

Насчет ванной комнаты я оказалась права. Она была просторной и роскошно обставленной. Везде блестел кремовый мрамор с карамельно-серыми прожилками и золоченая фурнитура. Потолок отливал цветом калифорнийского песка. Шоколадные коврики и полотенца вносили приятное разнообразие. Стена за перегородкой, позади огромной сдвоенной раковины, представляла собой сплошное зеркало.

Я уставилась на свое отражение. Кожа — мертвенно-белая, вернее серая с мерзким зеленоватым оттенком. Не такой ли меня увидела Эмма? Лишь глаза да пятна крови на одежде разбавляли бледный фон. Тонкая ткань прилипла к телу. Коричневатые капли оставляли темный след на чистых мраморных плитках. В приемной я причесала волосы и скрепила их на затылке заколкой, поэтому ничто не смягчало первобытной свирепости черт этого лица — и моего, и чужого одновременно.

Раздался скрип наружной двери, однако звук не вызвал у меня прежней реакции. Я вновь почуяла запах доктора Скотта, но теперь вдыхала аромат одеколона с легкой примесью мыла.

— Мисс Грейвз, я положу здесь комплект одежды и туалетные принадлежности. Когда вы приведете себя в порядок, нам нужно будет поговорить.

— Спасибо, — выдавила я.

— Не за что, — искренне и бесхитростно ответил он.

Конечно, ведь опасность миновала. Мой желудок был полон, а жажда удовлетворена.

Что со мной творится?

Глупый вопрос. Я прекрасно понимала в чем дело. Но я не представляла что делать.

Я сняла заляпанную рваную рубашку, брюки, а затем босиком, обнаженная, побрела к двери. Осторожно приоткрыв ее, обнаружила вещи, сложенные в стопку, а также шампунь и кондиционер.

После этого я приняла душ. Я отмылась от крови, но горячая вода не могла прогнать из моего сознания недавний кошмар. Я перестала быть человеком, хотя, вероятно, еще не превратилась в вампира. Но ощущение чистоты было приятным. Наконец я выбралась из кабинки и принялась вытираться.

Сменная одежда была трикотажной, очень высокого качества. Белье с магазинными ярлыками оказалось мне впору. Правда, трусики — чуточку великоваты, но это можно пережить.

Я облачилась в спортивные штаны и затянула шнурок на поясе.

Мне вспомнились рассказы Вики о ее первых неделях пребывания в Берчвудз. Вики весьма удивили местные требования. Пациенты — все, без исключений — должны были носить подобные костюмы. Никаких ювелирных украшений. Полное отсутствие знаков статуса и престижа. По ее словам, так клиенты переставали отвлекаться и сравнивать себя с другими. Главная цель состояла в том, чтобы сосредоточиться на собственном выздоровлении.

Я вновь ощутила боль потери. Проклятье…

— Мисс Грейвз? — послышался голос врача. — Вы готовы?

— Сейчас, минутку.

Кровь попала и на мои туфли, но они не промокли насквозь. Я обулась и вернулась в кабинет доктора Скотта.

Он сидел за письменным столом. В свете настольной лампы черты его лица выглядели резче. Он молча кивнул на стул, стоящий напротив. Я села.

— Я связался со службой безопасности. Видеозапись вашего вчерашнего визита показывает, что вы приехали с открытым верхом вашего спортивного кабриолета и без каких-либо признаков вашего нынешнего… недомогания. Вас действительно атаковали менее суток назад?

— Да. Нападение случилось прошлой ночью. Когда именно — точно не помню.

Скотт вытаращил глаза и затих. Однако сумел собраться с мыслями и восхищенно произнес:

— Потрясающе. Я полагал, что вы пребываете в подобном состоянии месяц и пользуетесь иллюзией, чтобы спрятать наиболее очевидные эффекты. Поэтому я и проявил такую беспечность. Приношу свои извинения.

— Пожалуйста, объясните поконкретней.

— Суть в вашем поведении, — заявил док и откинулся на спинку офисного кресла. — Я лично встречался лишь с одним человеком, который был, простите за грубость, «недоделком». Еще я читал о двух похожих случаях в специальной литературе. Никто из покусанных людей не был настолько… спокойным, как вы. Хотя… — Скотт не договорил и задумался. — В данный момент вы посещаете психотерапевта?

— Подростком я несколько лет ходила к доктору Тэлберт. Недавно она прекратила врачебную деятельность из-за проблем со здоровьем. С тех пор я ни к кому не обращалась.

Врач пристально на меня посмотрел.

— Гвендолин Тэлберт? Она специализировалась на детских психологических травмах?

— Да, — равнодушно подтвердила я.

Если док желает получить от меня какие-то сведения, то пусть потрудится. И, честно, мне не хотелось откровенничать. Я собиралась прикончить моего повелителя или… найти убежище на ночь.

Краешки губ доктора Скотта тронула улыбка.

— Вы не слишком разговорчивы?

— Как правило, нет.

— Очевидно, самоконтроль помогает вам держаться, — пробормотал он, взяв блокнот и ручку. — Думаю, вам стоит подумать о стационарном лечении, — заметил он.

Я свирепо покосилась на него, и Скотт и поспешно продолжал:

— Не обязательно в Берчвудз. Но, безусловно, мы всегда будем вам рады. Конечно, вы понимаете, как сложно адаптироваться. А физиологические изменения…

— Нет.

Скотт предостерегающе поднял руку.

— Я не предлагаю вам ни одну из государственных больниц, — поежился он. — Туда я бы и бешеную собаку не положил. Но…

— Нет, — твердо повторила я.

Лучше умереть, чем лечь в «стационар». Тамошних пациентов было бы милосерднее отправлять на тот свет. Опасных людей обычно запирают, изолируют от общества, но… «недоделков»? Клиенты Берчвудз, по крайней мере, имеют шанс получить свободу. У оборотней вроде Кевина и надежды не было.

Но я не отправлюсь в изоляцию добровольно. Тогда я сразу заполучу официальное клеймо. В будущем меня могли бы перевести в другое заведение. В Берчвудз мне, наверное, помогли бы. Мой материальный уровень неплох, но, бог мне свидетель, окажись я тут, «лечение» отбросило бы меня назад. Так что я не сдамся. Однако мне надо быть осторожной. Добрый доктор Скотт мог меня сдать. И, разумеется, его бы все поддержали. Стандартный повод в подобных ситуациях звучит так: «если он (она) представляет угрозу для себя и окружающих». Судя по шоу, которое я устроила в кабинете врача, я вполне годилась под узаконенную формулировку. Поэтому я постаралась говорить приветливо и спокойно.