В разгар ночи в дальнем углу ВИП-зоны заметила знакомую фигуру, но впопыхах не успела толком обратить на неё внимание. Потом же, улучив минутку, присмотрелась повнимательней и, к удивлению, обнаружила свою Вику, оседлавшую довольно симпатичного мужчину, прилично старше девушки. Они довольно страстно целовались, бросаясь короткими фразами. Мужские руки лапали мою подругу везде, где только можно. Позабыв о приличии, незнакомец в открытую залезал ей под юбку, чуть ли ни прилюдно забирался в трусики и ласкал партнёршу абсолютно не волнуясь видит кто их или нет. Вика, казалось, была совершенно не против отдаться ему прямо здесь, на месте.
Увиденное в ВИП-зоне повергло меня в шок. Но долго размышлять мне не дали.
— Текилу, — от открывшейся неприятной картины, меня оторвал голос мужчины, севшего за барную стойку. Его невероятного голубого цвета глаза повергли меня в ещё больший ступор. Темные волосы, лёгкая небритость и изучающий взгляд, от которого не скрыться, поражали.
— Новенькая? — довольно дружелюбно поинтересовался посетитель.
— На подмене, — отчеканила отработанный ответ, наливая напиток.
Мужчина не был красавцем, но по какой-то неведомой причине, я не могла оторвать от него глаз. На вид, чуть больше тридцати, обручального кольца нет, никаких иных или запоминающихся черт тоже. Мимо него пройдёшь и не заметишь, даже не вспомнишь на кого налетел, столкнувшись вплотную. Впервые встречаю такой тип людей.
Он не отрывал от меня своего взгляда и от этого внутри меня зарождался весьма странный клубок эмоций. Я не могла сказать, что не привыкла к мужскому вниманию или вообще была лишена общения с противоположным полом. Ничего подобного не было и в помине.
Конечно, толп поклонников, как Вика, не имела, но с парнями встречалась. Буквально недавно разошлась с Андреем, с которым была вместе три года. Он клялся и божился, что я пожалею о содеянном, но пока мне становилось с каждым днём только лучше и легче. Видимо, надо было сразу рвать отношения, когда тот впервые поднял на меня руку. Решилась бы и не было у меня тогда таких психологических травм, которые имеются теперь.
Сделанного, назад не воротишь, а жить дальше надо. Прогнав неприятные воспоминания прочь, я принялась рассматривать мужчину, сидящего передо мной. Крепкий, накачанный, и во всем его облике сквозила какая-то невидимая мне раньше собранность. Несмотря на отличную физическую подготовку и силу, заметную невооруженным взглядом, он не внушал мне страха, напротив, рядом с ним ощущала себя в безопасности.
Хоть незнакомец моментально понял, что я новенькая, на местных завсегдатаев он не походил ни грамма. Мужчина слизал соль с края стопки и махом опрокинул содержимое внутрь.
— Повтори, — пододвинул ко мне пустую рюмку.
Стоило нашим пальцем соприкоснуться, как по телу пробежался разряд. От неожиданности я моментально отдернула руку. Незнакомец, казалось, тоже это почувствовал, потому что на меня обратили совершенно иной взгляд: оценивающий, интересующися и возбуждённый.
1.2
В квартиру вернулась ближе к восьми утра и тут же завалилась спать. Ночка выдалась напряженная, но довольно выгодная по деньгам, поэтому на предложение выйти повторно, я ответила согласием. По сути, работать барменом в довольно приличном ночном клубе столицы дело занятное, кого только ни встретишь, чего только ни насмотришься! Сама по клубам отродясь не моталась, а так хоть посмотрю со стороны, как другие отрываются. Будет о чем вспомнить на старость лет.
После ночи, проведенной в помещении с громкой музыкой, в ушах стоял непривычный звон, заглушающий звуки вокруг. Усталость, накопленная за сутки, проведенные на ногах, вылилась в удивительно крепкий сон.
Я не слышала ни во сколько пришла Вика, ни скандала, разразившегося у неё с тётей, ни экстренного сбора вещей и хлопанья дверями. Всё время, пока родственницы выясняли отношения, ругались, попрекали друг друга на чем свет стоит, я мирно спала. Даже, когда Марина выставила племянницу за её поведение на улицу, когда Вика чуть ли ни силой прорвалась в комнату и стала закидывать разбросанные по всей комнате вещи в чемодан, я так и не проснулась.
Меня разбудила заплаканная и злющая Вика, нервно теребя за плечо.
— Васька! Да проснись же ты! — чуть ли не крича, будила меня подруга.
Открыть глаза мне стоило огромных усилий, а увидев разгром в комнате и зарёванную подругу, тут же пожалела, что после смены не согласилась поехать ночевать к Соне, а ведь та предлагала. У меня не было ни малейшего желания участвовать в разразившейся драме.
— Вик, — ошарашено оглядываясь по сторонам, я пыталась понять, что произошло. Складывалось такое чувство, что комнату на неделю отдали на растерзание неугомонным пятилеткам. — Что случилось? — Я быстро села, моментально схватившись руками за голову — она закружилась от резкого подъёма.
— Разве не видно? Мы переезжаем, — раздраженно выдала подруга. Стоило смыслу сказанного дойти до моего еще не соображающего после крепкого сна мозга, как приятная дрёма мгновенно пропала.
— Куда? — тупо уставилась на носящуюся по квартире Вику.
— Не куда, а откуда! — громко выпалила та, запихивая очередные шмотки в чемодан.
— Да объясни же ты нормально! — потребовала от неё, но толку ноль. Вика не собиралась раскрывать подробности.
Я принялась, как можно быстрее придумывать выход из ситуации, потому что совершенно не представляла, где смогу найди денег на новое жильё. Да и Марине оплатила аренду до конца месяца буквально на прошлой неделе, не думаю, что она их вернёт.
— Всё же было нормально! — не унималась я. Узнать о резком смене адреса проживания после суток на ногах и бессонной ночи впереди, меня абсолютно не радовало.
— Все было нормально до тех пор, пока моя тётушка не позвонила матери и не сдала меня со всеми потрохами! — чуть ли не переходя на визг, кричала подруга. — Тебе, что, было сложно дома остаться? Нафига попёрлась куда-то на ночь глядя?!
От брошенных претензий в свой адрес, я опешила. Вика вела себя так, будто это я, практически в открытую трахалась со взрослым мужиком в ночном клубе, пока она вкалывала на работе. Конечно, понимаю, Вика девушка крайне эмоциональная и в расстроенных чувствах совершенно не следит за тем, что вырывается у неё изо рта, но такие слова били хлеще пощечин.
— Знаешь что, — посмотрела в упор на пылающую со злости молодую женщину. — Пока ты не успокоишься и не возьмешь себя в руки, я ничего не стану с тобой обсуждать, — встав на ноги и уперев руки в бока, твёрдо заявила подруге, остужая её пыл. Голова раскалывалась от усталости, ноги болели от перенапряжения, но терпеть подобные упрёки и слова в свой адрес я не намерена. — Ясно? — требовательно спросила у неё.
— Ясно, — зло сверкнув глазами, подруга отвернулась от меня и продолжила собирать свои вещи. Я же воспользовалась минутой тишины и вышла из комнаты.
Переезжать прямо сейчас буквально в «никуда», без нормального заработка и при полнейшем отсутствии хоть какой-то финансовой подушки, неимоверно глупо. Конечно, Вика вряд ли согласится остаться в этой квартире, ведь теперь тётя с неё не слезет. Напротив, Марина будет упрекать нас обеих по поводу и без, но нам надо продержаться здесь еще какое-то время.
Сделав несколько успокаивающих глубоких вдохов, направилась на кухню, где сидела не менее разъяренная хозяйка квартира. Я всё же попытаюсь добиться отсрочки переезда хотя бы до конца месяца, ведь нам нужно время отыскать нормальное жильё и подсобрать денег на переезд. Как ни крути, три месячных суммы за аренду квартиры на дороге не валяются и просто так их тоже никто не даст.
Спустя семь часов, я вновь находилась в том же клубе, в той же форме и на том же месте, что и чуть меньше суток назад. Все так же вымученно улыбаясь, готовилась обслуживать по первому разряду всё тех же людей.
Многолюдно не было, но это пока, еще слишком рано для массового наплыва посетителей. Громкая музыка, табачный дым, запахи алкоголя и парфюма окружали со всех сторон, мешали сконцентрироваться. Примесь еще какого-то странного, непривычного и еле уловимого то ли запаха, то ли аромата, не давала покоя. Как ни пыталась понять что это такое, никак не могла разобрать,
Выспаться так и не удалось, несмотря на не такое уж и позднее время, меня клонило в сон. Разговор с Мариной, а потом её примирение с племянницей дались крайне тяжело. Эти две упрямые родственницы своей непробиваемой упёртостью и настырностью, походили больше на баранов, чем на женщин. Радует лишь то, что я каким-то чудом смогла достучаться до каждой из них и теперь у меня с Викой, по крайней мере, появилась небольшая отсрочка от переезда.
К сожалению, подруга так и не извинилась ни за свои слова, ни за свои поступки. Чего уж там говорить, она даже толком спасибо мне не сказала, когда Марина согласилась не выставлять нас за дверь!
Я смотрела на Вику и не понимала, как нам вообще удалось подружиться? Или как так вышло, что мы так сильно изменились за столь короткое время?
Старшие классы в школе, университетские годы мы с ней шли рука к руке, мечтали как уедем покорять столицу, как будем путешествовать по миру, как найдем мужей и заведем детей… Мы могли часами сидеть и придумывать красивое будущее, ждущее нас впереди.