Девушка знала, что вряд ли теперь уснет, поэтому тяжело поднялась с кровати, выпустила Бусинку из номера, посетила ванную, а потом спустилась вниз. Желудок громко бурчал, прося и кофе, и воды, и еды, и обещанных самой себе летних коктейлей. Впрочем, обычное состояние для отпуска.
Спустя полтора часа Лили сидела на веранде с книгой. Бусинка лежала у ее ног, свернувшись калачиком, но все же следила за происходящим и, когда раздались шаги, собака навострила уши. Затем лениво подняла голову на Себастьяна, выходящего из дома.
Лилиан скользнула взглядом по мужской фигуре, потом снова вернулась к чтению. К удивлению, никакой неловкости она не чувствовала. Они ведь просто поддались моменту, да? Как бы то ни было, а мысли все равно не хотели возвращать свое внимание к тексту.
— Доброе утро самым прекрасным девушкам. — мужчина легко улыбнулся, когда Лили подняла на него взгляд. Бусинка лениво осмотрела Себастьяна, потом снова положила голову.
— Доброе. — девушка смущенно заправила прядь волос за ухо, опустила ноги на пол, поправила подушку, как бы приглашая адвоката сесть рядом. Себастьян улыбнулся еще шире, присел рядом. Бусинка тут же оживилась, ткнувшись в его руку, прося нежности. Себастьян легко погладил собаку по голове, почесал за ухом. Лили удивленно хлопнула ресницами.
— А ты ей нравишься.
— А тебе? — поинтересовался он, кажется, даже не понимая, смысла вырвавшихся слов. Лилиан прикусила губу. И что правильнее будет ответить? Нравился ли он ей? Определенно. С ним было спокойно, интересно, возле него хотелось жить и дышать полной грудью. Даже не смотря на то, что их знакомство длилось всего несколько дней. Но это ведь простой вопрос, да? Обычный курортный роман?
Лили глубоко вздохнула, понимая, что молчание слишком сильно затянулось. Но вместо ответа девушки, раздался скрип входной двери. Бусинка подскочила, злобно зарычав. А потом на крыльце появился мрачный художник с мольбертом наперевес и красками. Мужчина пытался все это держать в одной руке и при этом протиснуться в узкий дверной проем.
Себастьян и Лили сначала почти синхронно вздрогнули. А потом едва не рассмеялись — послышалась отборная ругань на французском. Бусинка тут же соскочила с дивана, разрозясь звонким лаем.
— Да чтоб тебя! — устало воскликнул голос художника, когда из рук выпала упаковка с красками.
— Бусинка! — воскликнула Лилиан, порываясь подняться, но ее опередил Себастьян — придержал дверь для Николаса, поднял краски одной рукой и другой легко подхватил Бусинку.
— Merci. — коротко выдал Николас, кивнув Себастьяну. — Когда-нибудь эта собака загрызет меня в ночи.
— Я все слышу. — оповестила Лилиан, делая вид, что очень увлечена книгой. Николас хмыкнул, явно намекая на то, что он на это и рассчитывал. Кажется, мрачный художник сегодня был в хорошем настроении. Или просто не хотел грубить новому лицу? Вряд ли. Это ведь не остановило его от ругательств в сторону Лилиан при первой встрече.
— Или ее хозяйка. — чуть громче добавил любитель жарить блинчики.
— Спасибо за предложение, но боюсь, что отравлюсь.
— О да, они могут. — поддакнул Себастьян, ехидно улыбнувшись художнику.
— Я думала, ты на моей стороне.
— Прости, я не могу игнорировать правду. — мужчины коротко рассмеялись, Лилиан же уткнулась в книгу, стараясь скрыть смущение. С каких пор у нее появилась эта эмоция? С момента, когда они с Себастьяном почти поцеловались или когда Николас почти заботливо прикладывал лед к ее макушке? Точного ответа на этот вопрос не было. Да и Лилиан решила об этом не задумываться. Правда, мысли все же упорно лезли в ее голову, не давая сосредоточиться на чтении.
Из-за круговорота мыслей, летающих в голове, словно коршуны над добычей, девушка не заметила, как Николас коротко попрощавшись, ушел, а Себастьян снова оказался рядом. К тому времени во дворе появилась Виктория, срезая сухие листья у горячо любимых ею роз.
— Надеюсь, у тебя нет никаких планов на пятницу. — спросил мужчина, подхватывая Бусинку на руки. Лилиан вопросительно подняла бровь, бросив книгу на столик — вернуться к чтению сегодня явно не удастся. Это получалось какой-то большой шуткой. Никакой магии утра! Не сказать, что ее это расстраивало — с Себастьяном начало дня будто становилось ярче. Но все-таки волновало — привычный уклад жизни перестал быть привычным.
— Сегодня вторник. — как бы невзначай напомнил он. К слову, очень вовремя, потому что Лили потерялась не только по жизни, но и в днях недели. — Тут будет одна тематическая вечеринка в мексиканском стиле, я бы очень хотел, чтобы ты пошла со мной. — объяснил мужчина. Лилиан широко улыбнулась — по телу разлилось тепло от его смущенного, но уверенного взгляда. Стало приятно от того, что он позвал именно ее. Могла ли она считать это за признак взаимной симпатии? Наверное. Но ведь Лили никто бы не осудил за принятие приглашения? Это просто вечеринка. А ей уже двадцать пять лет, так почему же она должна оборачиваться на чужое мнение? Ей хотелось пойти, хотелось узнать адвоката в гавайской рубашке получше, послушать его истории и провести замечательный отпуск. Так, может, стоило отдохнуть и от бесконечных мыслей?
— Я абсолютно свободна.
— Отлично, тогда не буду тебе мешать. — он поднялся, опустил Бусинку на диван и, поймав искреннюю улыбку девушки, направился к выходу со двора.
К Лилиан тут же поспешила Виктория, воровато оглядываясь по сторонам. Лили же думала о том, чем ей занять весь остальной день. Это, пожалуй, было самой худшей частью отдыха — приходилось придумывать себе занятия, чтобы не умереть от скуки. А Лилиан почему-то была близка к этому.
— Завтра ты должна поехать на водопады. — заговорчески проговорила Виктория, сдвигая собаку с дивана. Лилиан приподняла брови в удивлении. Кажется, это становилось ее дурной привычкой. Так и до морщин недалеко.
— С чего это вдруг?
— С того, что туда поедет он, — она ткнула в сторону, в которой скрылся Себастьян, — И тот художник-француз.
— И?
— Что "и"? Поднимай жопу и наслаждайся жизнью, Лилиан. — она немного повысила голос. — Тебе всего двадцать пять, ты приехала сюда отлеживаться или развеяться? — женщина хитро сощурила глаза, разглядывая задумчивую Лили. А ведь правда, она ехала сюда с целью забыть о работе, найти себя и понять, куда идти дальше, что делать. Лили сорвалась в гости к родителям ради того, чтобы услышать себя, а в итоге только убегала, прячась за чтением, разговорами с семьей и другими людьми. Почему-то она напрочь забыла о себе и своих желаниях. Было ли в этом что-то преступное? Можно ли прийти к пониманию себя, если отворачиваться от внутреннего голоса? Но как идти на его зов, если сейчас он предательски молчал, словно обиженный ребенок в углу?
— Ты права. — девушка вздохнула, устало опустив голову на подушки.
— Я знаю. — по-доброму заметила Виктория. — А теперь помоги мне рассадить эти цветы, и потом пойдем на пляж. Начнешь жить по полной завтра. — Лилиан в ответ негромко рассмеялась. А ведь недавно она думала, чем занять оставшееся время. Но возможно, сегодняшний день был просто затишьем перед бурей, потому что на завтра и послезавтра ее программа оказалась более чем активной.
Лилиан молча поднялась с дивана следом за Викторией. Бусинка довольно растянулась на диване, наверное, где-то внутри собачьего сердца радуясь предоставленной свободе, пока ее хозяйку снова съедали мысли. Нужно ли жить в полном доверии ко вселенной? Существует ли судьба? Ведет ли она ее в нужном направлении или Лили заблудилась собственными силами?