Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Нет, мы здесь не останемся. Иди и присмотри за Ники и Астрид, пока мы решаем, что делать дальше, — распорядилась Фелисити.

Эдди направился к своим младшим двоюродным родственникам и продолжил ту игру, в которую они начали играть еще в самолете:

— Брысь с дивана! Помните, президент я, а значит, я единственный имею право сидеть! — скомандовал он. — Так, Ники, держи мой стакан, пока я пью через соломинку. Астрид, ты мой секретарь, так что массируй мне плечи.

— Я не понимаю, почему это ты президент, Ники вице-президент, а я должна быть секретарем?! — возмутилась Астрид.

— А я разве не объяснял? Я президент, потому что на четыре года старше вас. А ты секретарь, потому что девчонка. Мне нужна девчонка, чтобы массировать мне плечи и выбирать украшения для всех моих любовниц. Отец моего лучшего друга Лео, господин Мин, — третий из самых богатых людей в Гонконге, и его секретарша занимается именно этим.

— Эдди, если хочешь, чтобы я был твоим вице-президентом, то я должен делать что-то поважнее, чем просто держать твой стакан, — возразил Ник. — И мы еще не решили, что выпускает наша компания.

— Я уже решил! Автомобили на заказ, типа «роллс-ройсов» и «ягуаров»! — заявил Эдди.

— Нельзя ли производить что-то покруче? Например, машину времени? — спросил Ник.

— Это будут супернавороченные лимузины с джакузи, потайными отделениями и катапультируемыми креслами, как у Джеймса Бонда.

Эдди подпрыгнул на диване так резко, что выбил стакан из руки Ника. Кола пролилась по полу, в холле раздался звон бьющегося стекла. Все — старший коридорный, консьерж и портье за стойкой регистрации — уставились на детей. Александра подскочила к ним, возмущенно потрясая пальцем:

— Эдди, что ты наделал!

— Я не виноват. Это Ники уронил… — начал Эдди.

— Но это был твой стакан, и ты выбил его у меня из руки! — защищался Ник.

Ормсби уже стоял рядом с Фелисити и Элинор:

— Боюсь, мне придется попросить вас покинуть отель.

— Можно мы воспользуемся телефоном? — взмолилась Элинор.

— Я думаю, дети уже нанесли достаточно ущерба для одного вечера, а? — прошипел управляющий.

На улице по-прежнему шел дождь, и вся компания сгрудилась под полосатым бело-зеленым навесом на Брук-стрит, пока Фелисити в телефонной будке в бешенстве обзванивала другие отели.

— Тетушка похожа на солдата в караульной будке, — заметил Ник, взволнованный странным поворотом событий. — Мамочка, а что мы будем делать, если не найдем места для ночлега? Может, ляжем спать в Гайд-парке? Там есть потрясающий плакучий бук, который называют перевернутым деревом, — у него ветки свисают до самой земли, получается почти что пещера. Можно спать под ними и защититься от…

— Не говори ерунды! Никто не будет спать в парке. Тетушка сейчас обзванивает другие отели, — перебила Элинор, подумав, что сын умен не по годам.

— Ой, я хочу спать в парке! — радостно взвизгнула Астрид. — Ники, а помнишь, как мы вынесли большую железную кровать из дома а-ма [Бабушка.] и спали прямо под звездным небом?

— Вы можете ночевать хоть в сточной канаве, мне плевать, а я займу большой королевский номер, откуда смогу заказать клубные сэндвичи с шампанским и икрой, — сказал Эдди.

— Не будь смешным, Эдди. Когда это ты пробовал икру? — спросила его мать.

— Дома у Лео. Их дворецкий обычно подает нам икру на небольших треугольных тостах. И это всегда икра иранской белуги, потому что иранская икра — лучшая, так мама Лео говорит, — заявил Эдди.

— Да, очень похоже на Конни Мин, — пробормотала Александра себе под нос, радуясь, что увезла сына подальше от этой семейки и ее тлетворного влияния.

В телефонной будке Фелисити, перекрикивая шумы и помехи, пыталась объяснить всю серьезность положения мужу, оставшемуся в Сингапуре.

— Ну это же чушь! Надо было потребовать свой номер! — раздраженно выговаривал ей Гарри Леонг. — Ты всегда слишком уж церемонишься. Обслугу надо ставить на место! Ты сказала, кто мы вообще такие? Я позвоню прямо сейчас министру торговли!

— Гарри, это не поможет. Я обзвонила уже больше десяти отелей. Кто же знал, что сегодня День Содружества? [День Содружества наций — ежегодный праздник стран — участниц ассоциации независимых государств, ранее входивших в Британскую империю. Отмечается во второй понедельник марта.] В город съехались все ВИП-персоны, свободных номеров нет. Бедняжка Астрид промокла насквозь. Нам нужно найти себе место для ночлега раньше, чем твоя дочь простудится и умрет.

— А ты звонила своему кузену Леонарду? Может, вы могли бы поехать на поезде прямо в Суррей? — предложил Гарри.

— Звонила. Он в отъезде. Все выходные охотится на куропаток в Шотландии.

— Полный бардак! — вздохнул Гарри. — Давай я позвоню Томми Тоху в посольство Сингапура. Уверен, они все уладят. Как называется этот чертов расистский отель?

— «Калторп», — ответила Фелисити.

— Аламак! Этим отелем владеет Руперт Калторп чего-то-там? Длинная такая фамилия? — внезапно встрепенулся Гарри.

— Я понятия не имею.

— А где он расположен?

— В районе Мэйфер, неподалеку от Бонд-стрит. Вообще-то, отель довольно красивый. Если бы не этот ужасный управляющий…

— Да, все сходится! Я играл в гольф с Рупертом как-его-там и парочкой других британцев в прошлом месяце в Калифорнии. Помнится, он рассказывал об этом месте. Фелисити, у меня появилась идея. Я свяжусь с этим Рупертом. Никуда не уходи, я перезвоню!

Ормсби глазам своим не поверил, когда трое китайчат снова ворвались в отель спустя всего лишь час после того, как он спровадил эту ораву.

— Эдди, я возьму себе попить. Если тоже хочешь, то сам сходи, — решительно заявил Ник двоюродному брату и зашагал в сторону бара.

— Помни, что сказала твоя мамочка. Уже слишком поздно пить колу! — предупредила Астрид, вприпрыжку пересекая холл и пытаясь поспеть за мальчиками.

— Ну тогда я буду ром с колой! — Эдди совсем обнаглел.

— Ради всего святого!.. — проревел Ормсби и помчался, чтобы перехватить маленьких нахалов.

Но, не успев нагнать их, Ормсби внезапно увидел лорда Руперта Калторп-Кавендиш-Гора, который приглашал тех самых китаянок пройти в холл и, похоже, собирался провести для них экскурсию по отелю.

— Мой дедушка в тысяча девятьсот восемнадцатом году заплатил Рене Лалику [Рене Лалик — французский ювелир и стеклянных дел мастер, один из выдающихся представителей ар-нуво.], чтобы тот сделал стеклянный декор, который вы видите в большом зале. Нужно ли говорить, что Лаченсу [Эдвин Ландсир Лаченс — крупнейший представитель архитектуры британского неоклассицизма.], который наблюдал за реставрационными работами, не понравилось засилье ар-нуво…

Женщины вежливо рассмеялись.

Персонал вытянулся по стойке смирно. Все были удивлены, когда увидели старого лорда, который уже много лет не захаживал в отель. Лорд Руперт обратился к управляющему:

— Эй… Вормсби [Искаженная фамилия звучит обидно (англ. worm — червяк).], так ведь?

— Да, милорд. — Ормсби был слишком изумлен, чтобы поправить хозяина.

— Вы не могли бы распорядиться, чтобы подготовили номера для очаровательных миссис Янг, миссис Леонг и миссис Чэн?

— Но, сэр, я только… — попытался оправдаться Ормсби.

— И вот еще что, Вормсби, — продолжил лорд Руперт с пренебрежением. — Поручаю вам сделать очень важное объявление для персонала. Моя семья владела «Калторпом» долгие годы, но сегодня вечером эта история подошла к концу.

Ормсби смотрел на него в крайнем изумлении:

— Милорд, уверен, здесь какая-то ошибка…


— Нет, никакой ошибки. Я только что продал отель. Как говорится, со всеми потрохами. Позвольте представить новую владелицу: миссис Фелисити Леонг!

— ЧТО?!!

— Да, супруг миссис Леонг, Гарри Леонг, с которым я познакомился в Пеббл-Бич, чудесный парень со смертоносным свингом [Свинг — основной удар в гольфе.] правой рукой, позвонил и сделал потрясающее предложение. Теперь я могу посвятить все свое время ловле белых лисиц [Белая лисица — рыба альбула, популярный объект спортивной рыбалки.] на Эльютере, не беспокоясь об этой готической махине.

Ормсби с открытым ртом уставился на женщин.

— Леди, почему бы нам не присоединиться к вашим очаровательным детишкам в баре и не отпраздновать это событие?! — весело спросил лорд Руперт.

— Было бы чудесно, — ответила Элинор. — Но сначала… Фелисити, ты же хотела что-то сказать этому человеку?

Фелисити повернулась к Ормсби. Он выглядел так, будто вот-вот хлопнется в обморок.

— Ах да, я почти забыла, — с улыбкой начала она. — Боюсь, мне придется попросить вас покинуть отель.