Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Ким Лоренс

Ультиматум безрассудной ночи

Глава 1

Когда он спал последний раз?

Препараты, которые ему выписал врач, помогали лишь какое-то время, а с тех пор, как он отправился на военном самолете в Германию, и вовсе перестали действовать. Даже лошадиная доля алкоголя, которую сегодня он принял в надежде забыться и уснуть, не взяла его.

Сквозь тяжелые полузакрытые веки он смотрел, как догорают дрова в камине, бросая редкие искры на овечью шкуру на полу перед очагом.

Рядом с ним лежала женщина. Он пошевелил пальцами, чтобы разогнать кровь онемевшей руки. Женщина прижалась теснее, не прерывая безмятежный сон.

Лунный свет, проникающий в комнату сквозь открытое окно, серебрился на коже его прекрасной спутницы. Было в ней что-то особенное. Одна из тех женщин, к которым его неумолимо тянуло.

Они познакомились в баре. Он обратил на нее внимание, когда она вошла в заведение в компании друзей, уверенная в себе, молодая. Из так называемой золотой молодежи.

Он отвернулся и уставился на очередную стопку. Неожиданно она подошла к нему, вблизи еще прекраснее, чем издали. И она явно это знала. Шикарная фигура, золотистые длинные волосы, стройные ноги, бездонные голубые глаза и пухлые губы — все это натолкнуло его на ассоциацию с ангелом, чертовски сексуальным ангелом.

— Привет, — сказала она томным низким голосом.

Он не ответил. Девушка немного растерялась, но затем, решив, что он не понимает по-английски, повторила приветствие на французском и на итальянском.

— Я понимаю английский.

Она приняла его ответ как приглашение к диалогу, скользнула на соседний стул у барной стойки.

— Ты пропустишь веселье, — угрюмо фыркнул он.

— В третьем по счету баре мне уже стало неинтересно. — Она бросила взгляд в сторону кучки молодых ребят и девушек, шумно играющих в пьяную рулетку. — Ты выглядишь одиноко.

Он посмотрел на нее так, что девяносто девять из ста человек тут же отстали бы от него. Правда, с ней этот трюк не сработал. Она не была пьяна, в отличие от ее компании. А его смущало, что между ними ощущалось некое неосязаемое притяжение, искра, еле заметная, но неоспоримая.

— Хлоя, — представилась она.

— Прости, дорогуша, но сегодня я не самый лучший собеседник.

Ему хотелось, чтобы она ушла, оставила его в покое, но она не двинулась с места.

— Ты грек?

— Ко всему прочему, да.

— Как мне к тебе обращаться?

— Ник.

— Просто Ник?

Он кивнул, она пожала плечами в знак согласия.

Ее друзья быстро покинули бар, а Хлоя осталась.

Сейчас они находились у нее. Сброшенная второпях одежда устилала путь от двери до кожаного дивана, где они лежали.

Ник любил секс, но прошлой ночью…

Он до сих пор так и не осознал, настолько неистово это было. На несколько секунд он даже ощутил себя свободным от чувства вины, преследовавшего его с тех пор, как он стал свидетелем смерти друга.

Он провел подушечками пальцев по ее спине и остановился на пояснице. Вдохнул запах ее кожи. Ему хотелось закрыть глаза и погрузиться в тяжелый сон, хотя подсознательно ожидал звонка, поэтому то и дело посматривал на телефон.

Так и произошло.

Он перевел взгляд на Хлою, чтобы проверить, не разбудил ли ее сигнал телефона, и похолодел. Мышцы тут же напряглись, сдерживая ужас увиденного. Крик застыл на губах. Нику почудилось, будто рядом с ним лежит не теплая дышащая спутница, а уже похолодевшее бездыханное тело с открытыми, но пустыми глазами, устремленными на него.


Он проснулся в холодном поту на полу, на коленях, жадно втягивая ноздрями воздух и опираясь крепко сжатыми от напряжения кулаками в упругие тренированные бедра. Сердце бешено колотилось.

Все тот же кошмар. Каждую ночь. Почему он надеялся, что с ней будет иначе?

Ник поднялся, усилием воли заставил себя пройти в ванную. Тело, атлетическое, статное, соблазняющее множество женщин, не слушалось его.

Включив холодную воду на максимум, он сунул голову под струю. Через несколько секунд выпрямился и невольно взглянул на свое отражение в зеркале. Холодный душ не помог полностью избавить от очередного кошмара. Он посмотрел на часы. Четыре часа сна слишком мало, чтобы почувствовать себя бодро. Однако спать больше не хотелось.

Через пять минут он был внизу, готовый к утренней пробежке. Консьерж пожелал ему хорошей тренировки, полагая, что человек, выходящий бегать еще до рассвета, сумасшедший. Вполне возможно. Ник накинул капюшон и побежал.

К тому времени, как он был гладко выбрит, одет, умыт и причесан, последние следы ночного безумия полностью исчезли с лица.

Ник получил сообщение, но не стал читать, зная, что оно от сестры Татьяны, напоминающей брату о званом ужине. Она из тех людей, которым легче было сказать «да».

Татьяна считала, что все его проблемы сводятся к тому, что он еще не нашел свою половинку. Она часто приглашала незамужних подружек в надежде, что Ник найдет среди них спутницу жизни. Ему претила мысль о том, что придется быть вежливым и обходительным со всеми приглашенными барышнями. Тем не менее он любит сестру, восхищается ее силой и талантом совмещать карь еру успешного дизайнера и роль матери-одиночки.

Если бы он знал наверняка, что любовь поможет залечить раны, немедленно начал поиски той самой, но он в это не верит.

Примером послужил развод Татьяны с мужем. В целом мире не найти людей более вежливых и обходительных друг с другом, чем эти двое. Зато их развод отравил все вокруг, а в эпицентре оказался ребенок.

Вдруг Ника осенило, и он ехидно улыбнулся. Люси. У нее романтические отношения с ее партнершей по бизнесу Клэр. Муж Люси, с которым она разводится именно из-за Клэр, не стал бы препятствовать бракоразводному процессу, если бы женщины не афишировали свои отношения, пока он не подпишет миллионный контракт с одной из фирм, строящих свой бренд на семейных ценностях.

Если бы муж Люси проводил с семьей столько же времени, сколько тратит на свое детище — бизнес, может, он по-прежнему был бы женат. В конце концов, хорошие отношения требуют усилий и непрерывной работы. А у Ника нет ни времени, ни желания этим заниматься.

Люси может помочь ему, к тому же за ней должок, именно он познакомил ее с Клэр. Он может прекратить постоянные попытки сестры сосватать его одной из ее подруг, если придет на ужин со своей подругой. Притворится, будто влюблен, станет вести себя как влюбленный, и Татьяна отстанет от него.

Интересно, в городе ли Люси?


Поставщики продуктов питания носили коробки через открытую парадную дверь, когда приехала Хлоя.

— Проходи, мама там.

Она присмотрелась и узнала Женю, дочку Татьяны.

Заметив удивление на лице Хлои, Женя пояснила:

— Мама настояла, чтобы я поработала хотя бы половину каникул. Она не хочет, чтобы я росла испорченным, избалованным ребенком, который думает, что деньги растут на деревьях. А ты выглядишь потрясающе, — добавила она, посматривая на стильный комбинезон Хлои. — Нужно иметь длинные ноги, как у тебя, чтобы носить подобное.

И Женя ушла. Хлоя, улыбаясь, смотрела ей вслед.

Дверь в кабинет Татьяны была открыта. Хлоя постучала и вошла. Там никого не было, кроме собаки лабрадора, уютно спящего в кресле на дизайнерском жакете Татьяны. Она известна тем, что отдает предпочтение одежде насыщенных цветов с минималистическими формами.

Пес открыл один глаз. Хлоя подошла к нему и почесала за ухом. Краем глаза увидела несколько свежих набросков на столе Татьяны.

— Не смотри, у меня выдался плохой день, — послышался голос хозяйки. — Место, Юлий!

Но пес, преданно виляя хвостом, устремился к хозяйке.

— Ник считает, что собака должна знать своего хозяина. А с тобой проблема в том, что ты уже прекрасно знаешь, — улыбнулась она.

Хлоя тоже улыбнулась в надежде скрыть то, что стало первой мыслью: «О нет, только не твой брат Ник!» У нее складывалось впечатление, что этот мужчина считает себя знатоком во всем и не стесняется делиться своим «экспертным» мнением.

Ко всему прочему, сдержанность и молчаливость — не самые очевидные характеристики для руководителя греческими грузоперевозками. Хлоя в курсе, что Ник Латсис недавно пошел по стопам отца в бизнесе и чувствовал себя как рыба в воде.

Татьяна никогда не высказывалась о том, что не она, а ее младший брат унаследовал семейный бизнес только потому, что он мужчина, то есть по гендерному признаку. Впрочем, стоит ли об этом задумываться? Может, потому, что она не гречанка?

Семейство Латсис считало себя истинными греками, несмотря на то что на протяжении тридцати лет жило в Лондоне как часть греческого сообщества в Британии. Богатство и принадлежность к греческой нации объединяли этих людей, все знали друг друга, были в почете традиции.

Хлоя огляделась. Большая, светлая, обставленная со вкусом комната. Взгляд ее упал на свое отражение в огромном зеркале, зрительно увеличивавшем пространство. Размышляя о Нике, она нахмурилась, меж бровей пролегли морщинки.

Татьяна прошлась вдоль аккуратно развешенных отрезов ткани, провела по ним рукой.

— Тебе подойдет вот этот.

Хлоя взглянула на материал.