Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

«Просто так не дамся!» — решила я и прислушалась.

Вдалеке раздался топот ног.

Люди? Слишком быстро.

Тогда звери? Может быть. Я напряглась.

По голове молнией ударил пронзительный визг. Я открыла рот, но тут же захлопнула, с трудом преодолев рвущийся из груди крик.

Нельзя выдавать свое присутствие.

Визг захлебнулся, и наступила тишина, только ветер шумел.

На всякий случай я еще несколько секунд не трогалась с места. От страха у меня тряслись губы и коленки. Во рту пересохло, сердце колотилось в горле.

Главное, я не знала, что происходит. Почему я оказалась в кромешной темноте? Что случилось с привычным московским двором?

О боже! Апокалипсис? Весь мир погиб? Я одна на белом, нет, черном свете.

Я зажала рот руками и тоненько завыла.

Глава 4

Я наконец провылась, высморкалась и начала думать.

Куда меня черти занесли? Тазик луны скромно выглянул из-за тучи, подмигнул мне оранжевым боком и спрятался. Разглядеть ничего я, естественно, не успела. Поняла только, что Москва пропала, а я сижу на куче мусора в каком-то парке. Слава богу, бешеная собака больше не воет!

— Стейк, ты где? — громким шепотом спросила я, напряженно прислушиваясь к звукам.

Кот как сквозь землю провалился, бросив меня одну в неизвестности.

— Ладно, погоди у меня! Я еще с тобой разберусь, кошачья морда! — пробурчала я и встала: пора отправиться на разведку.

Стараясь не шуметь, правда, это слабо получалось, я спустилась с холма мусора и застряла у подножия: куда дальше двигаться — неизвестно. Луна наверху по-прежнему скрывалась за облаками.

— Ну, подружка, — задрала я голову, — посвети чуток, чего тебе стоит!

И тут, словно по волшебству, чернота разошлась. Желтый диск весело засиял над головой, у меня на душе тоже посветлело. Я стояла в лесу. Не в парке, как думала сначала, не в саду, а в самом настоящем лесу. Вокруг шумели деревья. Они были такими высокими, что мне показалось, будто я попала в страну великанов.

Моя куча мусора возвышалась в центре поляны, заросшей высокой травой, которая доходила мне почти до пояса. Складывалось впечатление, что здесь давно не ступала нога человека. Надеюсь, что человека. Что-то мне стало жутко от мысли, что в этом мире, или куда я там попала, обитают совершенно другие существа.

Я, осторожно раздвигая жесткие стебли, добралась до первого дерева, сорвала лист и на ощупь попыталась определить, с чем имею дело. На ладони лежала гладкая кожистая пластинка, которая почти не гнулась. Она была покрыта вязким налетом, цвет которого разглядеть было невозможно.

Я испуганно бросила листок и вытерла ладонь о спортивки. Почему-то появилось чувство брезгливости. И вообще, в высокой траве что-то все время шуршало, словно в ней подбирались ко мне полчища насекомых и ползучих гадов. Конечно, кроссовки так просто не прокусить, а вот тонкую ткань спортивного костюма — запросто. Тусклого света не хватало, чтобы разглядеть подробности, поэтому я испуганно переступила ногами и на всякий случай вернулась к куче: там были знакомые предметы.

Меня не покидало чувство, что за мной наблюдают. Я забралась на картонную коробку. Она, естественно, тут же сломалась, тогда я разложила стенки и встала на картон. Защита никакая, но на гладкой поверхности легко можно заметить крупную живность.

И я заметила. Только не живность, а тот лист, который я бросила у дерева. Что за чертовщина! Он же не сам прибежал за мной?

Я схватила пластиковый пакет, просунула в него руку, зацепила им лист. Когда он провалился внутрь, завязала ручки крепко-накрепко. Потом размахнулась и выкинула пакет как можно дальше. Я слышала, как он упал. Страшно было до чертиков, но выбирать не приходилось.

Обезопасив себя немного, я задумалась. Куда я пойду ночью? Где буду искать дорогу? Два шага в лес, и я сразу заблужусь, как истинный городской житель, который даже грибы покупает в универсаме. В школьные походы я не ходила, в оздоровительные лагеря не ездила, поэтому выживаемость на пересеченной местности у меня ноль целых ноль десятых.

Я с тоской посмотрела на кучу мусора, присела и на четвереньках начала карабкаться наверх. Интересно, сколько времени отходы человеческой жизни проваливались в дыру контейнера? Продержусь как-нибудь до утра, а там видно будет. Плотную картонную коробку, на которой стояла, я прихватила с собой.

А что? Живут же бомжи в фанерных ящиках из-под чая! Почему я не могу пристроиться? Выбирать не приходится, мать ети! Королева мусора! Попадись мне сейчас Стейк, не знаю, что бы с ним сделала!

Черт! Страшно как! Я нервно оглянулась и прошептала:

— Стейк, миленький, вернись!

Появился бы сейчас кот, расцеловала бы, уж очень жутко было стоять на холме из мусора. Сердце бешено скакало, готовое удрать подальше от этого места.

Пока светила луна, я торопливо раскидала пакеты с мусором, вырыла себе ямку и выстелила дно картоном. С другой стороны кучи заметила еще одну коробку. Слетала ласточкой и притащила ее. Кое-как оторвала боковые створки и соединила коробки вместе. Теперь внутри было достаточно места для меня.

Я добыла еще какую-то старую куртку, сделала из нее рулон и пристроила под голову. Противно, конечно, но свернуть шею от неудобного лежания не хотелось. Не голубая кровь, простая, рабоче-крестьянская. Переживу…

Наконец я устроилась. Пока делала себе лежанку, немного отвлеклась, а как замерла в своей берлоге, сразу вернулся страх. Спать в закрытой наглухо коробке было жутко. Ощущение складывалось, словно меня кто-то замуровал в гробу. Разумом я понимала, что в картонке не умру, но все же.

Клаустрофобия все равно выгнала меня наружу. Я задыхалась, поэтому скинула верхнюю коробку и стала жадно хватать ртом прохладный, но свежий воздух.

Нет, так дело не пойдет. Я вырвала боковую стенку, просунула в нее голову, а сверху укрылась коробкой. Теперь стало лучше, но я еще долго возилась и не могла заснуть. Ситуация, в которой я оказалась, мешала отключиться. Мысли крутились в голове в поисках выхода, которого не было.

Я не заметила, как задремала. Во сне меня обнимал Темка. Мы уже две недели не виделись, я соскучилась. Какой бы ни был нудный мужик, а все же свой, привычный. Вот он поцеловал меня в нос, потом лизнул в щеку.

— Милый, я сейчас. — Я вытянула губы трубочкой и приготовилась к поцелую.

Но Темка опять меня лизнул. Я распахнула глаза: передо мной сидел целый и невредимый Стейк. Слезы сами покатились по щекам. Я всхлипнула и прижала кота к себе. Он не стал вырываться. Просто зажмурил разноцветные глазки и замурлыкал на разные лады.

— Где ты был, проказник?

— Му-у-ур…

— Почему меня бросил?

— Мур-р-р…

— Куда я попала из-за тебя?

— Мур-мур…

Вопросы сыпались из моего рта один за другим, хотя я понимала, что Стейк мне не ответит. Он ткнулся мордочкой мне в шею, я заплакала еще сильнее. Кот высвободился из моих объятий и отбежал в сторону, потом повернулся.

— Ты хочешь меня куда-то отвести?

Мне показалось, что оранжевый глаз утвердительно подмигнул.

— Погоди. Я сначала в туалет. Подожди секундочку.

Я огляделась. Все вокруг было залито светом. Дышалось так легко, что даже закружилась голова. Впереди действительно шумел лес. Присесть в высокой траве я боялась, потому побежала к деревьям, где видела свободное место. Удивительное дело, но вокруг деревьев не росла трава.

Стейк кинулся за мной и перегородил мне дорогу.

— Слушай, дружок, — воскликнула я, переминаясь, — я сейчас описаюсь. Пусти!

Не обращая на кота внимания, я сняла штаны и села под деревом, блаженно улыбаясь. Не успела я завершить свое дело, как вдруг почувствовала, как по голой коже что-то ползет. Потом еще.

Вдруг Стейк прыгнул на мою попу. Я с воплями вскочила и завертелась на месте, пытаясь разглядеть, что сзади меня кусает. Кот не отставал и все время норовил забраться на меня. Я чуть не сошла с ума от ужаса: спереди на меня нападает Стейк, а сзади что-то неизвестное и жгучее.

Я махала руками, сбрасывая с себя это что-то, а кот яростно рвал это на части. Наконец я разглядела себя. Мои ягодицы были покрыты кровавыми волдырями и горели так, словно я час сидела голыми булочками в крапиве.

Кот между тем остановился и сердито мяукнул. Я отодвинула его в сторону, желая рассмотреть, что за гадость на меня напала. К моему удивлению это были обычные листья, растерзанные в клочья. Их бренные остатки покрывала молочная слизь.

Тут же в голове вспыхнуло воспоминание. Точно такой же лист я трогала ночью. Еще тогда мне показалось, что он ведет себя как живое существо.

Я хотела схватить палочку и… увидела, что мои ладони стали пунцовыми. Они не болели, не чесались, но выглядели ужасно, словно кто-то, пока я спала, покрыл их толстым слоем алой краски.

Недоуменно уставилась на них, потерла — цвет не исчез. Что за чудеса? Я схватила палку, чтобы перевернуть лист, но Стейк кинулся на меня.

— Нельзя, говоришь?

Пригляделась… Точно! Мне показалось, что расстояние между обрывками уменьшилось. Кусочки листьев будто подползали друг к другу. Меня обуял ужас.