Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Однако для этого нужно предпринять один вполне рациональный шаг, который поможет тебе сразу же взглянуть на вещи в другом ракурсе. Нужно отделить факты от вымыслов — то есть признать, что твое убеждение в собственной несостоятельности не имеет под собой никакого реального основания. Это просто история, которую ты сама сочинила, произвольно интерпретируя несколько фактов.

Мы делаем это постоянно. Переживая событие, мы определенным образом интерпретируем его. Затем складываем факты и интерпретации вместе и таким образом создаем картину происшедшего — в значительной мере, ложную картину. Эта картина превращается в убеждение, и мы защищаем ее, словно это — истина в последней инстанции. Но она, конечно же, таковой не является.

В твоем случае факты таковы: папа не обнимал тебя, не играл с тобой, не брал на руки, не сажал к себе на колени. Он не удовлетворял твою потребность в любви. Это факты. На основании данных фактов ты пришла к заключению: «Папа меня не любит», — разве не так все было?

Сестра кивнула.

— Однако из того факта, что он не удовлетворял твои потребности, отнюдь не следует, что он тебя не любил, — продолжал я. — Это твоя интерпретация. Ложная интерпретация. Половые импульсы у него были глубоко подавлены, и любые формы близости его пугали, — нам это хорошо известно. Возможно, он просто не умел выразить свою любовь так, как хотела ты. Помнишь тот прекрасный кукольный домик, который он сделал тебе как-то раз на Рождество? Я видел, как он часами трудился над ним по вечерам, пока ты спала. Может быть, он просто не знал другого способа проявить свою любовь к тебе.

Я не хочу оправдывать отца или убеждать тебя в том, что твои слова и чувства не верны. Я просто пытаюсь продемонстрировать свойственную нам всем пагубную склонность принимать собственные интерпретации за истину.

Потом, основываясь на тех же фактах и своей интерпретации, мол, «папа меня не любит», ты сделала следующее смелое предположение: «Это моя вина. Должно быть, со мной что-то не так». А это еще большая ложь, чем первое предположение. Ты согласна?

Джилл кивнула.

— В том, что ты пришла к этому выводу, нет ничего удивительного, ибо такой ход мыслей свойствен малышам, — продолжал я. — Детям кажется, что мир вращается вокруг них. Поэтому, если что-то идет не так, как хотелось бы, ребенок всегда считает, будто виноват в этом именно он. Когда такая мысль приходит ему в голову впервые, малыш испытывает нестерпимую душевную боль. Чтобы избавиться от боли, ребенок вытесняет эту мысль в подсознание, но в результате ему становится лишь еще труднее избавиться от нее. Таким образом, повзрослев, мы по-прежнему остаемся в плену у ложной идеи «со мной что-то не так, и я сам во всем виноват».

Всякий раз, когда какая-то ситуация в жизни пробуждает в нас воспоминания о вытесненной боли или связанных с ней представлениях, это вызывает у нас эмоциональную регрессию. Мы чувствуем и ведем себя в точности как малыш, которому пришлось впервые пережить эту боль. Именно это произошло, когда ты увидела, как моя Лорен сумела пробудить любовь в нашем отце. Тебе было уже двадцать семь лет, но в тот момент ты регрессировала до уровня двухлетней девочки, которой кажется, будто ее не любят, и которая целиком погружена в свои детские горести. Ту же самую ситуацию ты разыгрываешь и сейчас, но на этот раз во взаимоотношениях с мужем.

— Ты строишь свои взаимоотношения, основываясь на выводах, которые сделаны двухлетним ребенком и на самом деле не имеют под собой никакого основания, — заключил я. — Ты понимаешь это, Джилл?

— Да, понимаю, — ответила сестра. — Я сделала глупые выводы, основываясь на этих подсознательных посылках, правильно?

— Да, но это произошло, когда тебе было больно, и ты была еще слишком маленькой, чтобы поступить разумнее, — сказал я. — Ты будто бы избавилась от боли, вытеснив ее в подсознание, но, несмотря на это, ложные убеждения продолжали управлять твоей жизнью на подсознательном уровне. Тогда твоя душа решила устроить тебе в жизни драму, которая помогла бы тебе вновь осознать свои ложные убеждения. Таким образом, ты получила возможность исцелиться.

— Ты сама притягивала к себе людей, которые заставляли тебя посмотреть в лицо собственной боли и освежить опыт детства, — продолжал я. — Именно это делает сейчас Джеф. Я, конечно, не утверждаю, будто он делает это сознательно. Нет, он наверняка не меньше озадачен собственным поведением, чем ты. Помни, это взаимодействие душ. Его душа знает о твоей детской боли и понимает, что ты не избавишься от нее, если снова не пройдешь через этот опыт.

— Ого! — воскликнула Джилл, глубоко вздохнув. Впервые с тех пор, как мы начали говорить об этой ситуации, ее тело расслабилось. — Это, конечно, совершенно непривычный для меня взгляд на вещи, но знаешь что? Мне стало легче. Такое впечатление, что после нашего разговора с моих плеч упал тяжелый груз.

— Дело в том, что изменилось твое энергетическое поле, — ответил я.

— Ты только представь, сколько тебе пришлось тратить энергии лишь на то, чтобы постоянно оживлять в своей памяти этот эпизод с отцом и Лорен. Добавь сюда энергию, уходившую на то, чтобы сдерживать боль и обиду, связанные с этой историей. Часть этой боли ушла сегодня вместе со слезами. А только что ты признала, что вся эта история — вымышленная. Представь себе, насколько тебе должно стать от этого легче. Вдобавок ты расходовала очень много энергии на Джефа — на то, чтобы он был не таким, как нужно; на то, чтобы самой быть не такой, как нужно; на то, чтобы оставаться жертвой, и так далее. Одного желания увидеть ситуацию в новом ракурсе оказалось достаточно, чтобы высвободить всю эту энергию и использовать себе во благо. Не удивительно, что ты почувствовала себя лучше! — заключил я и улыбнулся.

— А что было бы, если бы я не поняла, что кроется за нашей с Джефом ситуацией, и просто ушла от него? — спросила Джилл.

— Твоя душа нашла бы другого человека, который помог бы тебе исцелиться, — ответил я не раздумывая. — Но ты ведь не ушла от него, правда? Вместо этого ты приехала сюда. Тебе нужно понять, что эта поездка не была случайной. В этой системе нет места для случайностей. Ты (или, вернее, твоя душа) затеяла эту поездку именно для того, чтобы дать себе возможность разобраться в динамике своих взаимоотношений с Джефом. Твоя душа привела тебя сюда. А душа Джона решила совершить это путешествие именно сейчас для того, чтобы ты смогла поехать с ним.

— А что думать о двух Лорен? — поинтересовалась Джилл. — Как это понимать? Не может же это быть просто совпадением.

— Для совпадений в этой системе тоже нет места. Просто твоя душа и души других людей все вместе задумали эту ситуацию и очень ловко задействовали в ней двух разных Лорен — сейчас и тогда. Более удачного ключа и не придумаешь. Трудно представить себе, что это не было устроено нарочно, не правда ли?

— А что же мне делать теперь? — спросила Джилл. — Да, мне действительно стало легче, но что мне делать, когда я вернусь домой и снова увижу Джефа?

— А тебе ничего особенного делать и не нужно, — ответил я. — Отныне более важно, как ты себя чувствуешь. Ты поняла, что не являешься жертвой? Ты поняла, что Джеф не мучитель? Ты поняла, что именно эта ситуация была тебе необходима? Ты понимаешь, насколько сильно любит тебя этот мужчина, — если говорить о том, что происходит на уровне душ?

— Что ты имеешь в виду?

— Он готов делать что угодно, лишь бы довести тебя до точки, откуда ты сможешь взглянуть на собственные представления о себе и увидеть, насколько они неверны. Ты понимаешь, какой дискомфорт он согласился терпеть, чтобы помочь тебе? По природе своей он не жестокий человек, поэтому все это должно даваться ему с трудом. Не многие мужчины смогли бы такое для тебя сделать, рискуя при этом тебя потерять. Воистину, Джеф — или душа Джефа — твой ангел. Когда ты это поймешь, в тебе проснется такая благодарность к нему! Кроме того, ты перестанешь посылать подсознательные сигналы, что недостойна любви. Возможно, впервые в жизни ты сумеешь полностью раскрыть свое сердце для любви.

Ты простишь Джефа, поскольку тебе станет совершенно очевидно, что ничего плохого не происходило в вашей жизни. Ситуация была совершенной во всех отношениях.

— И еще я могу гарантировать, — продолжал я, — что в этот самый момент, когда мы с тобой тут разговариваем, Джеф изменяется и скоро откажется от своего странного поведения. Душа Джефа уже узнала, что ты простила его и отказалась от ложного представления о себе самой. Его энергетическое поле изменится вместе с твоим. Между вами существует энергетическая связь. Физическое расстояние тут роли не играет.

Возвращаясь к вопросу Джилл, я сказал:

— Так что, вернувшись домой, можешь ничего особенного не делать. Я даже хочу, чтобы ты пообещала мне не предпринимать никаких активных действий после возвращения. В частности, ни в коем случае не рассказывай Джефу о своем новом взгляде на ситуацию. Я хочу, чтобы ты увидела, как все наладится само собой, просто вследствие того, что изменилось твое восприятие.