Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Ты почувствуешь, что и сама изменилась, — добавил я. — Ты заметишь, что стала более умиротворенной, сосредоточенной и расслабленной. В тебе появится проницательность, которая вначале будет удивлять Джефа. Для того чтобы ваши взаимоотношения наладились, потребуется время, и вначале будет нелегко, однако в конце концов все будет в порядке, — закончил я убежденно.

Прежде чем сестра вернулась в Англию, мы с ней еще не раз рассматривали этот новый взгляд на ситуацию. Человеку, переживающему самый пик душевной боли, всегда трудно принять точку зрения Радикального Прощения. Для того чтобы обрести состояние, когда может состояться настоящее Радикальное Прощение, нередко требуется немало поработать над собой и проникнуться соответствующими взглядами, — тут может понадобиться также помощь со стороны. Чтобы помочь своей сестре, я познакомил ее с некоторыми дыхательными упражнениями, которые помогают освободиться от эмоций и интегрировать в свою жизнь новый способ бытия. Кроме того, я попросил ее заполнить анкету Радикального Прощения (см. часть IV, «Инструменты Радикального Прощения»).

В день отъезда сестре было явно не по себе оттого, что приходится возвращаться к ситуации, которую она оставила в Англии. Уходя по коридору аэропорта к самолету, она обернулась и постаралась уверенно помахать мне на прощание, но я знал, что Джилл боится утратить свое новое понимание и снова увязнуть в этой жизненной драме.

Встреча с Джефом, кажется, прошла хорошо. Джилл попросила, чтобы он не расспрашивал у нее сразу же, что произошло во время поездки в Америку. Еще она попросила мужа, чтобы он дал ей несколько дней, чтобы прийти в себя. Однако Джилл сразу же заметила происшедшую в нем перемену. Муж стал внимательным, ласковым и заботливым — совсем как тот Джеф, которого она знала до всей этой истории.

В течение нескольких следующих дней Джилл сказала Джефу, что больше не винит его ни в чем и не требует, чтобы он каким-то образом изменился. Джилл сказала, что поняла, что она сама должна брать на себя ответственность за свои чувства и решать любые возникающие в ее жизни проблемы, не виня ни в чем Джефа. Она не вдавалась в тонкости своего нового подхода к жизни и ничего не пыталась объяснить.

После возвращения Джилл дела дома шли хорошо, и поведение Джефа по отношению к Лорен очень сильно изменилось. Фактически, что касается этих отношений, все, кажется, вернулось в норму, но отношения между Джилл и Джефом по-прежнему оставались несколько напряженными, и они общались довольно мало.

Недели через две ситуация пришла к своему логическому завершению.

Глядя на Джефа, Джилл сказала спокойно:

— У меня такое чувство, словно я потеряла лучшего друга.

— У меня тоже, — ответил Джеф.

Впервые за много месяцев они почувствовали объединяющую их связь. Обнявшись, они расплакались.

— Давай поговорим, — предложила Джилл. — Мне нужно рассказать тебе о том, чему научил меня Колин в Америке. Вначале все может показаться тебе достаточно странным, но я хочу поделиться с тобой. Ты не обязан мне верить. Я просто хочу, чтобы ты выслушал. Согласен?

— Я выслушаю, как бы трудно это ни было, — ответил Джеф. — Я почувствовал, что с тобой произошло что-то важное, и хочу знать обо всем. Ты изменилась, и мне нравится, какая ты стала. Ты уже не тот человек, который улетал в Америку вместе с Джоном. Итак, рассказывай.

Джилл говорила и говорила. Она, как могла, объяснила мужу динамику Радикального Прощения, стараясь, чтобы он все понял. Она чувствовала себя очень сильной — уверенной в себе и в своем новом взгляде на жизнь. Ее мысли были ясными и спокойными.

Джеф, человек практического ума, скептически настроенный по отношению к любым явлениям, не имеющим рационального объяснения, на этот раз не спорил, — более того, он оказался открыт к идеям, которые высказала Джилл. Он согласился рассмотреть в качестве гипотезы, что за повседневной реальностью может лежать некий духовный мир, и признал, что при таких условиях концепция Радикального Прощения не лишена логики. Он не смог принять все это полностью, однако с готовностью выслушал Джилл и увидел, каким образом данные идеи изменили ее взгляд на мир.

После этого разговора оба почувствовали, что любовь между ними еще не угасла и их взаимоотношения не безнадежны. Однако они ничего не стали обещать друг другу и договорились и впредь периодически беседовать и анализировать, как развиваются их отношения.

А развиваются они довольно хорошо. Джеф по-прежнему очень заботливо относится к своей дочери Лорен, но не в такой степени, как прежде. Джилл заметила, что теперь ее почти не волнует, когда муж ведет себя подобным образом. Это уже не побуждает к эмоциональной регрессии и реакции, основанной на детских представлениях о себе.

Приблизительно через месяц после их беседы Джеф вообще перестал опекать Лорен так, как прежде. И Лорен в свою очередь перестала заходить и звонить так часто: она как-то обустроила свою жизнь. Все постепенно вернулось в прежнее русло, и взаимоотношения между Джилл и Джефом понемногу стали еще более нежными и прочными, чем прежде. К Джефу опять вернулась его врожденная доброта и чувствительность, Джилл перестала чувствовать себя неполноценной, Лорен нашла счастье в жизни.

Если бы душа Джилл не привела ее в Атланту для беседы со мной, я уверен, что сестра развелась бы с мужем. В общей жизненной схеме это тоже было бы нормально. Джилл просто нашла бы другого человека, который снова воссоздал бы ее детскую драму и предоставил бы ей новую возможность обрести исцеление. А так она воспользовалась именно этой возможностью решить свои проблемы и сохранила брак.

С тех пор прошло много лет, я работаю над вторым изданием книги, а Джилл и Джеф по-прежнему живут вместе — и живут счастливо. Как любая пара, они иногда проходят через драмы, однако теперь они умеют видеть в этих ситуациях возможности исцеления и решают свои проблемы быстро и изящно.

Постскриптум: на следующей странице представлена графическая схема истории Джилл. Эта схема очень помогла сестре разобраться, каким образом детская боль от недостатка отцовской любви породила в ней убеждение, будто она недостаточно хороша, и как, в свою очередь, это убеждение повлияло на дальнейшую жизнь. Если вам кажется, что вашей жизнью управляют подобные убеждения, попробуйте нарисовать аналогичную схему для своего случая.


Часть II

Беседы о Радикальном Прощении

Глава 2

Исходные допущения

Все теории основаны на тех или иных исходных допущениях, и нам очень важно понять духовные положения, на которых построена теория и практика Радикального Прощения.

Однако прежде, чем мы их рассмотрим, следует заметить, что даже самые распространенные теории базируются на допущениях, имеющих очень мало надежных доказательств. Например, знаете ли вы, что нет никаких доказательств эволюционной теории Дарвина? Таким образом, сама эта теория в целом является, вероятно, одним из крупнейших допущений в истории науки. Она служит основой всей биологии — тем фундаментом, на котором покоятся наши общепринятые научные истины. Однако из того факта, что не существует ни единого доказательства, которое подтверждало бы эту теорию, отнюдь не следует, что данная теория ошибочна или бесполезна.

То же можно сказать о пришедших к нам из глубины веков основных допущениях о Боге, человеческой природе и духовном мире. Хотя существует очень мало научных доказательств того, что эти допущения верны, люди из века в век принимают их как универсальные истины, или принципы, на которых основаны многие великие духовные традиции во всем мире. Эти же допущения служат фундаментом Радикального Прощения.

В данной главе вы найдете только краткое и в некоторых отношениях ограниченное описание основных допущений, лежащих в основе Радикального Прощения. Тем не менее этого вполне достаточно, чтобы понять логику того, что изложено на следующих страницах. Все эти допущения более полно рассмотрены далее в книге.

Допущения

• Вопреки бытующим на Западе религиозным представлениям, мы не являемся людьми, периодически переживающими духовный опыт; мы — духовные существа, переживающие человеческий опыт. (Очень важное и радикальное различие!)

• У нас есть смертные тела, но есть также вечные души, остающиеся после смерти.

• Хотя наши чувственные ощущения свидетельствуют о том, что мы — отдельные индивидуумы, мы все — одно. Каждый из нас представляет собой индивидуальные вибрации единого целого.

• Как вибрации, мы живем в двух мирах одновременно:


1) в мире Божественной Истины;

2) в человеческом мире.


• Мы решили в полной мере прочувствовать энергию человеческого мира, чтобы исцелить травмы нашей души, особенно травму, обусловленную представлением, будто бы мы отделены от Бога.

• Когда наш дух был един с Богом, мы экспериментировали с мыслью о возможности отдельного бытия. Мы завязли в этом эксперименте, и он превратился в иллюзию (иногда ее называют сном), где мы и живем ныне. Это — иллюзия, поскольку мы на самом деле не отделялись. Нам только кажется, будто это произошло. Нам нужно прежде всего исцелиться от представления, будто мы отделены от Бога. Именно поэтому мы здесь.