— Ну, грабители обычно не упираются и не отказываются забирать добро, — усмехнулся Дарий.
Лиана взяла с соседнего стула свёрток и протянула Дарию.
— Мы хотим заплатить.
Это был прямоугольный кусок кожи с кармашками, в которые были вставлены прутки золота. Десять прутков по сто грамм. Скатаны в трубочку и завязаны шнурочками. Такую расфасовку золота использовали при совершении крупных сделок. Дарий никак не отреагировал.
— Здесь килограмм.
— Я знаю, я вижу цвет кожи, да и без этого могу понять сколько золота в свёртке. Но это дела не меняет. Я не занимаюсь благотворительностью и не хочу вреда своей общине. Да и из ума надеюсь пока не выжил. — он улыбнулся, — конечно, тебе было бы проще заплатить, чем чувствовать себя в долгу перед нами. Так что, как видишь, я не такой уж и щедрый. Но чтобы тебе было проще, так и быть, обозначу условия. Я хочу оставить за собой право обратиться к тебе с просьбой. Не сейчас, как-нибудь. И не смотри скептически. На этой планете можно понять когда ты состаришься, но нельзя понять сколько ты проживёшь стариком. Я уже давно живу в таком состоянии. И как знать, может быть проживу ещё не одну сотню лет, — он сделал паузу, — а может и нет. Но просьбу от меня может передать и кто-нибудь другой. Поскольку просьбы пока нет, я не могу взять с тебя обещание её исполнить. Ведь ты же не знаешь что у тебя попросят. Честно говоря я и сам не знаю. Но я хочу, чтобы ты дала мне честное слово что постараешься. Это мне кажется хороший компромисс, который жёстко тебя ни к чему не обязывает.
— Да, и очень похоже на уловку, чтобы не брать денег.
— Недооценивать себя, ничем не лучше чем переоценивать. Иметь в союзниках, а тем более в должниках, тебя с твоими людьми — это дорогого стоит. Ты просто сама пока не понимаешь своего веса в нашем обществе. Видишь, из-за твоего упрямства мне пришлось раскрыть тебе все карты и возможно теперь сделка не покажется тебе такой уж выгодной. Ну да ладно. Как будет, так будет.
Дарий встал и собрался уходить.
— На этом простимся, я уже еле на ногах держусь, день был долгий. Удачи вам в наших начинаниях, — он повернулся и сделал шаг, но остановился и добавил, — возможно я обращусь к тебе с просьбой быстрее, чем мы оба думаем, как знать, жизнь полна неожиданностей, — опять повернулся и медленно пошёл опираясь на свой посох.
— Спасибо вам за всё! — сказала ему вслед Лиана.
Он не оборачиваясь поднял руку, что наверное означало пожалуйста, и пошёл дальше. Лиана сидела и задумчиво смотрела ему вслед. Сема подсел к ней.
— Вид у тебя, надо сказать, озадаченный.
— Понимаешь, десять минут назад мне казалось, что мы обираем бедных местных жителей и вывозим последнее что у них осталось, а они из страха перед нами выгребают всё из своих закромов. А теперь у меня чувство, что меня облапошили как наивного простачка. Скорее всего ни то ни то не правда. Но старый лис напустил туману и совсем сбил меня с толку.
— Должен сказать что я подслушивал.
— Я знаю.
Сёма не смутился.
— Так вот, а если нет никакого тайного смысла? Если всё так, как он и сказал.
— Возможно, но интуиция говорит об обратном.
Лиана встала.
— Пора ехать, уже совсем темно. И Элеонора вон совсем извелась.
Жена лодочника и правда себе места не находила. Она боялась, что муж придёт и будет волноваться. Ведь информация в записке была тревожная. Да и покормить его надо. Потому что сам он, когда работает, то забывает об этом.
— По машинам! — крикнул Сёма и те, кто ещё стоял на улице в ожидании, тут же полезли внутрь.
Первые три дня всё шло по плану. Разведчики выполняли указания Мразоты и исследовали пространство вокруг нового монстра. По большому счёту, они знали эти места как свои пять пальцев, но в этот раз, были более чёткие инструкции на поиск определённых мест и вещёй, которые могут понадобиться.
Иногда начинало казаться, что эта гигантская штука вообще не работает, но вдруг случайно сорвавшийся камень или грохнувшая в завалах железка приводили его в движение, и он резко дёргался в ту сторону. Но ни разу ничего не предпринял. Не выстрелил, не кинул, даже не сдвинулся с места. Наверное, пока не была установлена реальная цель, он воспринимал все эти звуки, как помехи в эфире.
Это было хорошо, может благодаря этому никто из разведчиков не пострадал. К исходу третьего дня план был готов, и все необходимые места и ресурсы для его реализации найдены. Было пора переходить ко второй фазе. Она была более активная и более рискованная. По сути, нужно было вступить в затяжной бой, целью которого была не победа, и даже не изматывание противника, а отвлечение его внимания, для того чтобы подготовить плацдарм для настоящей битвы.
Все уже были проинструктированы и знали, что им нужно будет делать. Работать будут по сменам, чтобы не прерывать процесс, который они должны завершить за трое суток. А сейчас все получили команду спать. Кроме часовых разумеется.
Мразота лежала на мягких листьях и смотрела в небо. Ночь была неожиданно тёплая, но она чувствовала, что уснуть ей не удастся. Поворочавшись около часа, она встала и пошла пройтись. Часовой её сразу заметил и махнул рукой, она поприветствовала его в ответ. Ноги принесли её к наблюдательному пункту. Вздохнув, она полезла на дерево. В темноте этого делать не стоило, но она не нашла убедительных доводов, чтобы не лезть.
На самом верху она устроилась на ветке и достала подзорную трубу. На дороге, среди двух огромных гор мусора была густая тень и трудно было что-то различить. Очертания механического монстра с трудом угадывались. Всё было на месте, но, в тоже время, что-то было не так. Мразота напряжённо вглядывалась в темноту, глаза потихоньку привыкали и начинали различать всё больше деталей.
В самом низу, там, где были гусеничные платформы, что-то происходило. Она разглядела слабые отблески и движение. Вот какие-то огоньки задвигались. Это было что-то знакомое, но она никак не могла вспомнить что именно.
Ну конечно! Это же огни автомобиля. Она очень давно не видела машин. Но как только вспомнила, то уже не сомневалась. Ночью на машинах включали огоньки, чтобы их было видно и машины не сталкивались. Ещё у них должны быть большие прожектора, которые освещают дорогу, но это спереди, а сзади машина выглядела именно так. Только она об этом подумала, как резко вспыхнуло пятно света. Это включились эти самые прожектора. Фары! Точно, они называются фары! В отражённом свете она увидела рядом с одной из гусеничных платформ бочку на колёсах.
Вот оно что! Оказывается этот монстр работает на обычном жидком топливе! Это была отличная новость. Она плохо разбиралась в работе двигателей на разных источниках энергии, но знала две вещи, которых было достаточно. Во-первых, то, что работает на жидком топливе, требует постоянной заправки — оно быстро кончается. Во-вторых, это топливо очень хорошо горит. Оказывается, у этой громадины есть сразу две уязвимости. Она требует постоянной подпитки и она пожароопасна. Нужно будет немного доработать первоначальный план, но Мразота всем сердцем почувствовала, что их шансы на победу вдруг резко выросли.
Пятно света поползло по дороге постепенно удаляясь и утягивая за собой бочку. Этим топливом вообще очень мало пользовались. Были гораздо более совершенные технологии, чем двигатели внутреннего сгорания. Но у него было одно неоспоримое преимущество. Оно было очень дёшево. И на свалке, во времена колонизации, куда никто не хотел выделять больших ресурсов, оно было в ходу.
Даже работники и их семьи ездили в основном на бензине. Как сотни лет назад. Всё, что когда-то было изобретено цивилизацией, находило своё место и применение. Даже в самом продвинутом техногенном обществе находилось место лошади запряжённой в телегу и автомобилю на бензиновом двигателе.
Видно у инженера проблемы с двигателями или источниками энергии для них, раз он обратился к примитивным технологиям. Пятно удалялось всё дальше. Интересно, на сколько времени хватает одной заправки? Его заправляли первый раз, или это происходит регулярно?
Но даже если и первый. Ведь стоит он здесь довольно недавно, и не проявляет особой активности. А если ему придётся побегать и пострелять? Тогда заправка ему понадобится гораздо чаще. Это нужно будет использовать.
Мразота начала спускаться с дерева. Когда она пришла в лагерь и повалилась на свою кучу листьев, то уже знала что уснёт. Так и произошло буквально через несколько секунд. Она провалилась в сон, и спала спокойно, впервые за последние дни. А проснулась с первыми лучами солнца. Лагерь ещё спал.
Она встала и пошла к ручью неподалеку, чтобы умыться. Поплескала себе на лицо ледяной водой, напилась из пригоршни, и, в хорошем, почти весёлом, расположении духа пошла обратно в лагерь. Так и должно было быть. Ведь это же был праздник. Праздник войны. И сегодня веселье должно начаться.
Люди уже потихоньку начали просыпаться, хотя официальной побудки ещё не было. Пришли старшие из других лагерей. Раз уж все собрались, решили сразу провести военный совет.
— Вы почти всё знаете, — начала Мразота, — но давайте уточним. Тем более появились новые данные.