— Кто же?
— Никто не знает. Это часть правил. Может быть, это вы. Или я. Или тот, кто следующим зайдёт в этот кабинет.
— Я хотел бы сесть за стол и поиграть.
— Дорогой мой, вы давно в игре. В тот день, когда вы впервые вошли в этот кабинет, вы оказались за столом.
— И я, судя по всему, пока играю по правилам… Даже не зная их.
— Так проверяется ваша способность к выживанию, мой друг. Но давайте сменим тему. О правилах не следует говорить открыто, и вообще они любят проявляться, но не быть выявленными.
— Илья Викторович, скажите, вы можете взять человека и сделать его успешным политиком?
— Вы хотите похлопотать о ком-то конкретном?
— Нет, что вы, я бы не осмелился. Меня интересует скорее сама возможность. Знаете, граф Калиостро, любовь на седьмой день и всё такое.
— Покажите мне человека. Он должен обладать задатками, но это вторично. Есть два главных условия: у него должна быть страсть, и, второе, я должен захотеть изменить его жизнь. Без его страсти мне нечего будет разжигать. Без моего желания мне нечем будет зажигать.
— А бывает ли так, что человек приходит, и вы видите: это готовый политик?
— Да, такое часто случается, — кивнул Илья Викторович. — Возьмёт человек да и разглядит сквозь туман будущего, как надо жить. Если уверует в видение, примет свою роль в реализации этого будущего, отказавшись от персональной судьбы, и свяжет свою жизнь с исполнением мечты, то политик готов.
— Так просто?
— Сказать просто, а увидеть будущее, ради которого можно забыть самого себя, непросто. Очень непросто. Вот вы бы взяли и попробовали. Знаете, как было бы для вашего министерства полезно? И министра бы своего вовлекли в реализацию этого будущего. Только помните, по условиям игры алтарь из себя надо будет сделать.
— Жуть какая. Я лучше пока в замах похожу.
— Походите. Пока ходите, надежда у нас остаётся.
Когда Матвей зашёл в кабинет начальника, Ольга с призывом: «Угощаю» пригласила коллег выпить кофе на первом этаже издательства. Отдел опустел.
— Кофе за мой счёт, — крикнула Ольга бармену, когда все спустились в кафе. «И так?».
— Что вы об этом думаете? — Ольга окинула взглядом собравшихся.
— Ты про Матвея? Да не обращай внимания. Он психанул. С кем не бывает, — отмахнулся Степан, приятель Матвея.
— Заткнись, ты ничего не знаешь. Думаешь, почему Матвей так себя ведёт? — Ольга начала готовить фундамент для будущей интриги.
— Почему? — Анечка подвинулась ближе к Ольге.
— Маленькая про такие вещи слушать. Ладно, не обижайся, видишь, как он меня достал, на друзей бросаюсь, — Ольга вовремя заметила, что чуть не перегнула палку с Анечкой. Анечка работает недавно и ещё не полностью под контролем. Не настолько, как Степан, Матвей и прочие. Правда, с Матвеем система дала сбой. Так бывает время от времени и надо или исправить ошибку, или удалить дефект из системы. Из этого удаления Ольга ещё и поучительную историю сочинит. Это она может. Основа будет взята из реальной жизни. Мотивы Матвея будут искажены. Себе Ольга отводила роль освободительницы от скверны. Технология была уже отработана.
— Так чего ты хочешь? — спросил Стас.
— Я хочу, чтобы всё правильно было. Чтобы всё было по справедливости. Если мне эта работа достанется, то я и вам дам заработать. Не в одну харю, как Матвей.
— В прошлый раз в одну харю и сделала, ни с кем не поделилась, — сказал Степан, опустив голову и не желая стать объектом агрессии. А в том, что ответ не заставит себя долго ждать, можно было не сомневаться.
— А ты всё о деньгах беспокоишься?! Отношения для тебя ничего не стоят? Ну так и иди отсюда! Иди к своему Матвею. Поженитесь, два холостых голубка. Матвей говорил, как вы отпуск провели. Хочешь, всем расскажу?
Рассказывать было нечего. Неделя на море. Купались, загорали. Знакомились с девчонками. Тусили. Рассказывать было нечего. Но то, как возможный рассказ был подан публике, оживило ситуацию, и Степан оказался в ловушке. Что бы он сейчас ни сказал, всё будет обращено против него. Он встал, обвёл взглядом коллег и сказал:
— Я ухожу. Знаю, что вы сейчас здесь будете меня обсуждать. Мне плевать. Всё, что скажет теперь Ольга, — ложь. И каждый из вас должен понять: когда вы уйдёте, с вами произойдёт то же самое. Ольга не может расставаться с людьми по-человечески. Она будет говорить обо мне и Матвее, а вы представляйте на нашем месте себя, поскольку те же истории она будет рассказывать через год или меньше о вас. Я готов общаться с каждым из вас и с тобой тоже, Ольга, но ты должна будешь сначала извиниться. И поскольку для тебя это немыслимо — прощай, не здоровайся со мной больше, я не отвечу. Не спрашивай меня ни о чём — я не знаю ответов ни на один из твоих вопросов.
Степан вышел в полной тишине.
— Ничего не понял, взял и всё испортил. Смотрите, я хотела только показать Матвею, что неправильно противопоставлять себя коллективу. Мы должны жить дружно, разве я неправа? Если каждый будет ставить свои условия, что за атмосфера у нас сложится? Я нормально отношусь и к Матвею, и к Степану, что бы он там себе ни напридумывал, — Ольга на ходу меняла план действий. — Ладно, хватит отдыхать. Пошли работать.
Матвей вышел из кабинета начальника. К этому времени все сидели за рабочими столами и занимались каждый своим делом, лишь только несколько человек обратили на него внимание. Степан крикнул через весь кабинет: «Как поговорили, Матвей?»
— Нормально, — кивнул Матвей и, испытующе глядя на Ольгу, добавил: — У меня новый проект.
— Согласился? — усмехнулась та.
— Да, — Матвей сел на место.
— Правильно. Если так посмотреть, то ты лучше всех справишься с работой, — неожиданно согласилась Ольга и отвернулась, будто её больше не интересовал ни Матвей, ни новый проект.
— Я ещё не знаю, в чём там задача, — зачем-то добавил Матвей, будто хотел оправдаться.
— Да какая разница? Мы тут пообщались и пришли к выводу, что эта работа — твоя, а мы все, если ты захочешь, сможем тебе помочь. Только скажи.
— Хорошо, спасибо.
Все вернулись к своим делам, и только Степан сидел ошарашенный таким поворотом событий.
На время обеденного перерыва отдел опустел, и только Матвей остался на своём месте. Работы было действительно много. К завтрашнему дню ему нужно определиться, сколько времени займёт проект, и после этого он мог бы решить, нужна ли ему помощь, и следует ли ему попросить дополнительных денег за работу. Ближе к концу обеденного перерыва в кабинет вернулся начальник, но не один, а с миловидной девушкой чуть старше двадцати лет. Они подошли к столу Матвея, Сергей Сергеевич рассказывал спутнице об отделе и отсутствующих сотрудниках и сопровождал свои слова жестикуляцией, со стороны похожей на лезгинку. Особенно хороша была спутница. Как и положено в этом танце, девушка была холодна, неприступна и далека от прозы жизни.
— А это лучший сотрудник, Матвей Кр… Матвей Углов. А это Калина. Наша новая сотрудница. Будет проходить стажировку. Знакомьтесь.
Калина кивнула и снова посмотрела на начальника.
— Вот твой стол. Располагайся. Сейчас придут айтишники, сделают тебе профиль, и начнёшь знакомиться с работой. Если возникнут вопросы, обращайся к Матвею, — начальник перевёл взгляд на него. — Матвей, поможешь новенькой войти в курс дел?
— Без вопросов.
Начальник скрылся за дверью своего кабинета.
— Ты верстальщица? Имеешь опыт? На чём работала? — попытался наладить диалог Матвей.
— Опыт небольшой. В институте кое-что делала.
— К нам по блату? Сюда зелёных не берут, — Матвей осторожно прощупал почву.
— Я на практику. Неделю или чуть больше.
— Хорошо, обращайся по любым вопросам.
Калина подняла бровь, посмотрела на Матвея и улыбнулась, как ему показалось, из вежливости. В офис потянулись сотрудники с обеда, и так получилось, что по мере того как они заходили, Матвей знакомил всех с Калиной. Подошла к её столу и Ольга.
— Ольга. Я тут типа профсоюзного лидера. Так, Матвей? Если какие вопросы, сложности, кто обижает или не обижает, а должен был бы… Да, Матвей? — Ольга выдержала минутную паузу и продолжила. — Это — сразу ко мне. Мы тут все дружно живём. Ты к нам надолго?
— На неделю.
— Как говоришь, тебя зовут?
— Калина.
— Калина? Странное имя. Давай мы тебя Галя, Галина, звать будем, — по-свойски предложила Ольга.
— Устанете, — Калина посмотрела Ольге прямо в глаза.
— В смысле «устанем»?
— Устанете звать, я только на своё имя отзываюсь. А вы, Ольга?
— Непросто тебе будет, Калина, если иголки прятать не научишься, — усмехнулась Ольга. — Верно, Матвей?
Не дожидаясь ответа, она направилась к своему столу.
Калина в течение дня много раз заходила в кабинет начальника, общалась с айтишниками, несколько раз обращалась к Матвею, а за полчаса до окончания рабочего дня сказала: «Коллеги, прошу вашего внимания!» Народ встрепенулся, все выжидающе посмотрели на новенькую.
— Сегодня у меня первый рабочий день в вашем коллективе. Я не успела ни с кем пообщаться: пока компьютер настроили, пока формальности разные уладила, а мне бы очень хотелось познакомиться, подружиться. Есть здесь рядом какое-нибудь заведение, где можно было бы посидеть, чего-нибудь выпить, поговорить, а?