— Оно здесь! — выкрикнул Том. — Я его видел, глупая ты корова!
— Да ясно, кто же сомневается! — усмехнулась Лола, направляясь к лестнице. — Ты у нас и НЛО видел. Правда, потом оно оказалось обыкновенным самолётом. Ха!
— Тогда я был ещё маленький! — возмутился Том и, спотыкаясь, пошёл следом за сестрой, дрожа от ярости.
— Ты и сейчас маленький, — сказала Лола, перешагивая своими длинными ногами через две ступеньки. — Да и к тому же сумасшедший.
Убирать в кладовой пришлось маме. Из-за осколков стекла.
— А то ещё порежешься, — вздохнула она и покачала головой.
Папа сказал:
— У мальчика бурная фантазия.
А Лола всем подряд рассказывала, что её брат окончательно свихнулся.
Но Том не сомневался в том, что видел. Он решительно отказывался спускаться в подвал и ждал воскресенья. Потому что в воскресенье должна была приехать к обеду бабушка. Она-то всегда его выслушивала и не кривилась, как родители.
Но до воскресенья оставалось ещё три дня, а главное — три ночи. Днём Том даже на лестницу не высовывал носа, а ночами всматривался в темноту, и сердце у него колотилось. Ведь самое подлое в привидениях было то, что никогда не знаешь, откуда их ждать: они и сквозь стену пройдут, и сквозь потолок.
К воскресенью у Тома уже были тёмные круги под глазами, а силы на исходе.
— Что это с тобой? — встревожилась бабушка, когда увидела его. — Ты не заболел?
— Какое там, просто свихнулся, — объяснила Лола. — Недавно даже привидение видел!
Бабушка задумчиво посмотрела на Тома, взяла за руку и ушла с ним в его комнату.
— Итак? — сказала она, скрестив свои короткие пухлые руки. — Выкладывай, друг мой. Что случилось?
Том рассказал всё. Про лопнувшую лампочку, про ледяные пальцы и ядовито-зелёные глаза, про «уху-ау» и про белую руку, помахавшую ему под конец.
— Хм! — озадачилась бабушка, когда он смолк. — Плохи дела, а помочь я тебе ничем не могу.
— Не можешь? Ну что ж, — пролепетал Том и понурил голову.
— Правда, есть у меня одна подруга… — Бабушка задумчиво перебирала свои жемчужные бусы — она всегда так делала, когда о чём-нибудь размышляла. — Хедвиг хорошо разбирается в привидениях. Я напишу тебе её адрес.
И у Тома появилась надежда.
Хедвиг Кюммельзафт
Впонедельник сразу же после школы Том пустился в путь. Адрес он знал. Это была та же улица, где жил зубной врач, к которому его всегда водила мама. Он надеялся, что такое совпадение ничего не значит.
Подруга бабушки жила в небольшом доме на четыре квартиры. На двери подъезда было четыре кнопки. Нужная фамилия стояла первой в списке: Хедвиг Кюммельзафт.
«Надеюсь, она не такая странная, как её фамилия», — думал Том, нажимая на кнопку звонка.
Дверь долго не открывали. А когда он поднимался по тёмной лестнице, ему вдруг стало не по себе.
Хедвиг Кюммельзафт стояла в дверях квартиры и удивлённо подняла брови, когда Том добрался до её четвёртого этажа. Она совсем не походила на бабушку Тома. Госпожа Кюммельзафт была худая как веретено и очень высокая, с длинным острым носом и копной белых кудряшек на голове.
— Молодой человек! — произнесла она низким голосом. — Какая неожиданность! И что же вас привело ко мне?
— Я, э-э… — Том преодолел последнюю ступеньку и смущённо поправил очки. — Э-эм, я Том, меня к вам направила моя бабушка.
— Ага, твоя бабушка. И кто же она, если не секрет?
— Ах да, простите. Госпожа Анна Бербериц. Она просила передать вам привет и сказала, что вы, возможно, смогли бы мне помочь. Но я… эм-м… я не очень много могу заплатить.
— Ну, про это сразу можешь забыть, молодой человек, — отмахнулась Хедвиг Кюммельзафт и втолкнула Тома к себе в квартиру. — Для внука лучшей подруги все мои услуги, разумеется, бесплатно!
— Сперва я заварю нам чай, — сказала пожилая дама, проводив Тома в гостиную. — Ты будешь с лимоном или без?
— С лимоном, — ответил Том. Он не осмелился сказать, что вообще не пьёт чай.
Пока госпожа Кюммельзафт чем-то гремела на кухне, Том огляделся. Странная это была квартира! Повсюду висели зеркала, даже столешница была сделана из зеркала. Два кресла и диван имели такую странную форму, что не сразу и сообразишь, как на них сесть. Лампа над головой Тома была какой-то инопланетной. И всё при этом было красного цвета! Ковёр, шторы, обои, мебель — всё красное. Единственной нормальной вещью была только книжная полка.
— А вот и чай! — оповестила Хедвиг Кюммельзафт и поставила на зеркальный стол чайник, сплюснутый, как НЛО.
Кружка, которую она придвинула Тому, была красная. Том насыпал в неё четыре ложки сахара. Это делало чай уже не таким невкусным, но от горячего пара сразу запотели очки. После второго глотка Том был слеп как крот.
— Ну? — спросила Хедвиг Кюммельзафт. — В каком деле тебе требуется моя помощь, молодой человек?
Том быстро протёр очки и снова водрузил их на место.
— В нашем подвале… — Он увидел в зеркальной столешнице, что стал красный как рак. — В нашем подвале живёт привидение!
— Ага, — приняла к сведению хозяйка. — А могу я спросить, о привидении какого вида идёт речь?
— Какого вида?.. — Том запнулся.
— Ну, бывают разные привидения, — объяснила Хедвиг Кюммельзафт. — Как именно оно выглядело?
Какое-то время Том смотрел на неё непонимающе.
— Ну, оно какое-то белое, — ответил он наконец. — У него ледяные пальцы и ядовито-зелёные глаза, и… и отвратительная ухмылка!
— А какого роста оно было? — спросила Хедвиг Кюммельзафт.
— Большого роста, — сказал Том. — Оно чуть не доставало до потолка кладовки!
— Ну, это не такое уж и большое, — оценила госпожа Кюммельзафт. — Бывают привидения, которые достигают высоты многоэтажного дома. А не обнаружил ли ты на полу что-нибудь липкое?
Том кивнул.
— Мои ботинки даже прилипли, — сказал он. Упоминание привидений ростом с высокий дом очень его встревожило.
— И ты потом отлепил их от пола?
— Что?
— Твои ботинки.
— Э-э… нет. Моя сестра отлепила. Она мне их отдала.
— Хм! — Хедвиг Кюммельзафт задумчиво постукивала пальцем по своему острому носу. — И последний вопрос. Что именно делало это привидение?
— Оно меня дёргало и теребило, — ответил Том. От этого воспоминания он тут же снова покрылся гусиной кожей. — Оно душило меня своими ледяными пальцами и при этом зловеще завывало!
— Ну, тогда нет никаких сомнений, молодой человек, — заявила Хедвиг Кюммельзафт, подливая Тому ещё чаю. — В твоём подвале обитает ПСП. Привидение средней паршивости. Тебе ещё повезло, можно сказать. Для Хедвиг Кюммельзафт это привычное дело!
— Значит, вы можете его прогнать? — с надеждой спросил Том. Волна облегчения накатила на его отчаявшееся сердце.
— О нет, не я, — сказала пожилая дама и сняла с полки толстую красную книгу. — Ты сам его прогонишь, молодой человек. С моей помощью.
Это звучало не очень обнадеживающе.
— И как же это сделать? — спросил Том.
— Ну, очень просто. — Госпожа Кюммельзафт перелистывала книгу, что-то ища. — А, вот здесь. Изгнание ПСП. Слушай внимательно, молодой человек! Я тебе зачитаю…