logo Книжные новинки и не только

«Империя тишины» Кристофер Руоккио читать онлайн - страница 6

Knizhnik.org Кристофер Руоккио Империя тишины читать онлайн - страница 6

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Печально слышать это, сир.

Кира убрала завиток медных волос под летный шлем. Я искоса посмотрел на двух пельтастов в кормовой части шаттла, почувствовав спиной их взгляды.

Наклонившись вперед, насколько позволяли ремни, я спросил:

— Вы ведь давно служите у нас, лейтенант?

— Да, сир, — отозвалась она, быстро оглянувшись на меня через плечо. — Уже четыре года.

Сквозь лобовое стекло послеполуденное солнце заливало ее лицо белым светом, и у меня защемило сердце. Было в ней что-то, восхитившее меня, что-то более естественное, чем в знакомых мне палатинских леди, более живое. Более… человеческое.

— Четыре года… — повторил я, любуясь чертами ее лица, которые отчасти мог рассмотреть со своего места. — И вы всегда хотели быть солдатом?

Она насторожилась, что-то в моем голосе встревожило ее. Должно быть, акцент. Я уже не раз слышал, что говорю, как какой-нибудь злодей в эвдорской опере.

— Я хотела летать, сир.

— Ну, тогда рад за вас.

Я не мог больше задерживать внимание на ее лице и, покраснев, повернулся к окну, разглядывая город — мой город — лабиринт улиц на склонах под Обителью Дьявола и над морем. Отсюда был виден покрытый патиной купол святилища Капеллы с девятью минаретами, словно пики пронзающими небо, а на другом конце главной улицы — огромный овал цирка, отверстый всем стихиям.

— До чего же здесь красиво, — понес я какую-то ерунду, чтобы отвлечься от мыслей о том, что ожидает меня по возвращении: встреча с отцом и нашими гостями-мандари, о которых он не собирался мне говорить, кривая усмешка Криспина. — Можно ни о чем не беспокоиться.

— Только о встречных флайерах, милорд.

Я заметил, как уголок ее рта приподнялся и на мгновение сверкнули молочно-белые зубы. Она улыбалась.

— Да, конечно, — улыбнулся и я.

— А вы умеете управлять флайером, сир? — спросила она и смущенно добавила: — Если ваша милость не возражает против этого вопроса.

Я обернулся и выразительно посмотрел на пельтастов. Они сидели у кормового трапа, ухватившись руками в латных перчатках за петли, что свисали с серого потолка.

— Нет, не возражаю. И да, умею. Но не так хорошо, как вы. Спросите как-нибудь об этом у сэра Эрдиана.

— Спрошу, — рассмеялась она.

Не в силах выбросить из головы мрачные мысли, я сменил тему, уставившись в покрытый ковром пол кабины:

— Делегация уже прибыла в замок?

— Да, ваша милость, — ответила лейтенант, направив флайер круто вниз, так что мы оказались под вершиной холма, где живую скалу сменял привезенный издалека черный гранит. Глядя на древнюю постройку снизу вверх, я почему-то всегда мысленно слышал раскаты грома.

— Два или три часа назад, — добавила она.

Случилось именно то, чего я ожидал и боялся: церемония могла пройти без меня.

— Кира, а чем занимается ваш отец?

Я не собирался этого говорить, но слова сами слетели с языка — мелочь, но настораживающая.

— Сир?

— Ваш отец, — повторил я. — Чем он занимается?

— Он работает в городской электросети, сир.

Мои губы изогнулись в жалкой усмешке.

— Хотите, поменяемся?


Замок Обитель Дьявола, созданный во времена куда более возвышенные, чем наше, не уступал городу в размерах, хотя обитателей в нем было в десять раз меньше, чем ютились под его стенами. Когда была воздвигнута первая цитадель, Империя крепко стояла среди звезд, не зная равных в мощи и величии, — единственная человеческая держава в космосе. Те благословенные дни трагедий, грома и крови давно миновали, но крепость еще держалась, похожая в своем переплетении крепких шпилей и выступающих каменных стен на выбеленные временем кости, что выпирают из холма над Мейдуа. При всей своей внушительности замок по современным стандартам был небольшим. Главная башня — массивное четырехгранное укрепление из стали, облицованной черным камнем, — поднималась над площадью на высоту всего лишь пятидесяти этажей. И все же она подавляла своими размерами другие постройки, даже минареты нашей семейной часовни. Маленькая, всего в двенадцать этажей, башенка клуатра схоластов в самом углу сада возле стены выглядела совсем жалкой. Я зашагал к Главной башне в тени колоннады, стуча каблуками по мозаичным плитам.

Охранников я оставил в транспортном ангаре, Кира занималась своим флайером. И все же я был не один: пельтасты в легкой броне и гоплиты со щитами и в керамических латных доспехах стояли через небольшие промежутки по всей колоннаде и главной лестнице, что вела к виадуку, подающему воду на площадь перед башней. Я едва протиснулся мимо скопления облаченных в одинаковую униформу логофетов, управлявших нашим крохотным кусочком Империи. Но даже если бы я вообще никого не встретил на своем пути, то все равно не был бы один. Видеокамеры всегда оставались на страже.

Я прошел мимо статуи давным-давно умершего Джулиана Марло — верхом на коне, с дерзко вскинутым к небесам мечом — и поднялся по чисто выметенной беломраморной лестнице. Вошел в главные ворота и остановился, чтобы поприветствовать стоявшую на страже у дверей даму Уму Сильвию — рыцаря-ликтора.

— Где отец? — спросил я, и мой вопрос отчетливо прозвенел в полуденном воздухе.

— Все еще в тронном зале, молодой мастер! — ответила Сильвия, не меняя идеально правильной стойки.

Я прошел к внутренней лестнице прямо по выложенному на черно-белом шахматном полу медному лучистому солнцу, символизирующему Империю. Высоко на стене висели черные знамена. Шум шагов и звон фанфар эхом отдавались в пустом центральном колодце, протянувшемся на тридцать из пятидесяти этажей Главной башни. Благородное знамя, пронесенное предками из глубин веков, впоследствии запятнанное моими руками. Может быть, вы его видели? Черное, как сам космос, полотнище и скачущий красный дьявол с трезубцем в руке, а над ним девиз: «Меч — наш оратор» [Из «Тамерлана» Кристофера Марло.]. Два таких же дьявола повернулись друг к другу по сторонам от кованых дверей тронного зала моего отца, возвышаясь над остроконечной аркой и охраняющими вход стражами.

Странная она, эта дверь — тяжеленная плита из чистого железа, обработанного каким-то тусклым полимерным покрытием, защищающим от ржавчины. Створки ее, с беспорядочно разбросанными рельефными изображениями людских фигур, были в три раза выше человеческого роста и в несколько дюймов толщиной. Весили, должно быть, не одну тонну, но были так хорошо сбалансированы, что открыть их мог даже ребенок.

— Мастер Адриан! — сказал сэр Робан Милош, неприметный темнокожий мужчина с вьющимися волосами. — Где же вы пропадали?

Вспыхнув, я зло сощурился, но мгновенно взял себя в руки, чуть слышно выдохнув афоризм схоластов:

— Ярость ослепляет.

Робану же сказал:

— Я задержался в Гильдии шахтеров, исполняя поручение отца. Он в зале?

— Уже приблизительно полчаса.

Чувствуя неловкость из-за растрепанных, слишком длинных волос и помятого парадного камзола, я похлопал рыцаря по плечу:

— Значит, я пропустил самую утомительную часть. Дай мне пройти.

Шагнув мимо него, я приложил ладонь к двери. Напарник Робана подошел ко мне и схватил за руку. Я вырвался и возмущенно посмотрел на гоплита. Его шлем, как и у большинства солдат, не имел забрала, только фигурные височные пластины из прочной керамики, закрывающие лицо. Камера передавала изображение на экран внутри шлема, так что создавалось впечатление, будто бы это не человек, а статуя.

— Лорд Алистер сказал, что никто не должен входить в зал во время встречи с директором, — заявил он и с подчеркнутой твердостью отпустил мою руку. — Простите, молодой мастер.

Я мысленно повторил мудрость схоластов, сдерживая внезапный приступ гнева и стараясь не слишком концентрироваться на настойчиво поднимающемся из глубины души страхе. Нужно было развернуться и уйти. Так было бы проще.

Вместо этого я сказал, прочистив горло:

— Прочь с дороги, солдат.

— Адриан, — Робан удержал меня за плечо, — у нас приказ.

Я обернулся, и, должен признаться, меня охватила безысходность.

— Уберите от меня свои руки.

И я толкнул дверь, прежде чем ликтор или его помощник успели помешать мне. Она бесшумно открылась. Нарушив запрет, я обернулся и свирепо посмотрел на гоплита, уже собиравшегося схватить меня. Мои глаза были такими же, как у отца, и я прекрасно умел пользоваться этим сходством. Стражник попятился.

Мое появление не сопровождалось фанфарами, только кивками пельтастов, стоявших сразу за дверью. Есть пределы пространству, которое глаза и разум способны воспринять, а дальше оно начинает подавлять своим величием. Тронный зал превышал эти пределы, будучи слишком высоким, слишком широким и слишком длинным. Вправо и влево расходились ряды темных колонн, что поддерживали свод, расписанный фресками с изображениями гибели Старой Земли и последовавшей за ней колонизацией Делоса. Но обычное зрение не позволяло их разглядеть, расстояние между полом и потолком неуловимо сжималось в сравнении с расстоянием от двери до помоста в дальнем конце зала, и потому архонт казался просителю намного более высоким, чем любой человек. Говорят, что Соларианский престол на Форуме использует эту же уловку, так что император подавляет размерами даже самых благородных графов из своей констелляции.