— Госпожа, — тихонько поскребся в закрытую дверь помощник швейного мастера. — Их Светлость настойчиво просили вас поторопиться, — заблеял молодой парнишка. — Ежели вам нужна помощь, можем прислать служанку.
— Не нужно, спасибо, — выдохнула я обреченно. — Передайте Его Светлости, что я уже выхожу.
Ещё раз кинула взгляд на огромное зеркало в полный рост — невиданная роскошь для простых людей, наспех вытерла щеки и покинула комнатенку. Себя было жалко до тех самых слез, что я не собиралась никому показывать. Каждый шаг давался с трудом, казалось, что вот прямо сейчас все без исключения начнут прожигать меня осуждающими взглядами и больше никогда не встанут на одну со мной сторону улицы. От меня отвернутся все люди, и мы с Ильдой вынуждены будем коротать век в нищете и забвении, питаясь только тем, что пошлет лес…
Менталист и молодой герцог сидели на специальном мягком диванчике для посетителей и пили чай из красиво расписанного сервиза. Хрупкие чашечки и блюдца с угощениями располагались на низком столике, где обычно лежали модные журналы. По расслабленному виду Его Светлости было трудно сказать, что он на самом деле куда-то спешит. Высокий лорд отставил чашку и внимательно осмотрел меня с головы до пят, особенно задержался на ножках, обтянутых мягким материалом, повторяющим все до единого изгибы. Следы от недавних слез на моем лице, безусловно, заметил, но как-то комментировать не стал. И на том спасибо.
— То, что нужно, — своеобразно похвалил он скорее портного, нежели мои достоинства. Мастер, впрочем, засиял, словно начищенный грош, не заостряя внимания на грубости высокого лорда.
Правильно: кто Он, и кто мы?
— Вам очень идёт, — тепло улыбнулся мне герцог Ламандский. Он вообще оказался гораздо более приятным в общении человеком, нежели его старший товарищ. — Позвольте, я провожу вас.
Он легко поднялся с дивана и подставил мне локоть, я едва прикоснулась к дорожному сюртуку пальцами в тонких перчатках, которые шли в комплекте к срамному костюму.
— Как вы себя чувствуете? — нахмурилась я, внутренне испытывая сильнейшую благодарность к молодому аристократу за участие. Не представляю, как бы вышагивала в новомодной одежке, не ощущай я столь мощной поддержки справа.
— Словно заново родился, — ответил герцог и просиял беззаботной улыбкой.
Менталист шагал по другую руку от меня, и уже был привычно хмур.
— Это не навсегда, к сожалению, — сочла я нужным напомнить. — Бабушкина настойка хороша, но она не решает самой сути проблемы, к сожалению.
— Нам следует поторопиться, — вклинился в нашу беседу Его Светлость и ускорил шаг.
Экипаж для нас уже был готов. Молодой герцог помог мне взобраться в повозку, следом сел сам. Я с любопытством оглядывала обитые мягкой кожей и лакированным деревом стены и гадала, что ждет меня в ближайшем будущем: дальше пределов соседнего города я и не ездила никогда.
— Как долго продлится действие настойки? — Его Светлость окинул нас задумчивым взглядом сквозь проем двери.
— Сложно сказать, — я опустила глаза в пол, так как от его недавней жесткости до сих пор жгло в груди, что наверняка не могло не отразиться на моем лице. В конце концов, я всего лишь провинциальная травница, а не вышколенный солдат, привыкший безукоризненно выполнять приказы руководства. Он приехал в мой дом, выдернул меня из привычной и, хочу заметить, счастливой жизни, следуя каким-то своим высшим целям, так что я считала, что заслуживаю хоть какого-то снисхождения. — Настойка действует на всех по-разному, зависит от недуга и степени повреждения организма, но меньше суток ещё ни у кого не было.
Менталист что-то прикинул в уме, оглядел наш скромный отряд и принял решение.
— Пока кое-кто тратил время на страдания в примерочной, я успел изучить карту порталов и набросать маршрут. Ближайшая к цели точка, куда получится переправиться — город Мидленд, находится примерно в четырех переходах от интересующих нас гор. Наша задача — в кратчайшие сроки успеть добраться до цветка и получить противоядие. Как думаешь, выдержишь? — обратился он к герцогу. Тот, стараясь казаться бодрее, чем было на самом деле, козырнул легкой улыбкой.
— Выдержу. Тем более, Мари с нами, уверен, она не даст мне пропасть.
Я же той легкой уверенности, что и высокий пациент, не испытывала, но как-то высказываться или перечить Его Светлости не стала, хватило мне и отповеди в лавке у портного. И вообще, чем меньше мы с менталистом будем общаться, тем лучше для моих нервов. А то никакой лирарьянки не напасешься.
Менталист захлопнул дверцу кареты, и мы тронулись в путь. Молодой герцог смотрел в окно, а я не сводила с него любопытных глаз. Ещё несколько часов назад он лежал на кушетке в моем старом домике почти бездыханный, а сейчас, казалось, и думать забыл про недуг. Ничто в его виде не указывало на скорую смерть. Такого действия от собственной настойки не ожидала даже я. И только я знала, что, не разберись мы с первопричиной заболевания, действие настойки будет слабеть с каждой новой порцией, пока не прекратится совсем. И предсказать, сколько именно порций осталось в запасе у человека, не мог никто. Зависело все от каждого конкретного организма. Так что настойка являлась лишь полумерой, и радоваться бодрому состоянию пациента было преждевременно и недальновидно. Оставалось лишь надеяться, что молодой герцог справится и продержится эти дни, которые займет дорога к горам.
— Не стоит так сильно переживать, если почувствую себя хуже, я обязательно вам сообщу, — хитро подмигнул пациент.
— Прощу прощения, — я потупилась и отвела взгляд. А поскольку пространство кареты было весьма ограничено, я очень быстро уперлась им в стену.
— Итак, Мари, — раздался вскоре вновь голос герцога. — Ничего, что я к вам по имени? Я подумал, что в наших обстоятельствах это более чем уместно. К слову, тоже можете обращаться ко мне неофициально. Андрэ Ревьен к вашим услугам.
— Спасибо, — откашлялась я и хотела было вцепиться в подол, но гладкая ткань подлых штанин не дала мне такой возможности. Герцог тем временем то ли не замечал моего замешательства, то ли искусно делал вид, что слеп и умом недалек.
— Мне жаль, что вам пришлось так внезапно сорваться с места и отправиться в путь с незнакомыми мужчинами. Надеюсь, в будущем это не станет проблемой для вашего жениха.
— Не станет, — заверила я.
— Если желаете, я потом с ним поговорю, объясню, как все было на самом деле.
«Если останетесь живы» — мрачно продолжила я, вслух же произнесла:
— Благодарю за участие, Ваша Светлость. У меня нет жениха.
— Андрэ, Мари, я настаиваю, — герцог Ламандский легко сжал мою руку, но из-за наличия перчаток я почти ничего не почувствовала. — Хотя бы в то время, когда мы наедине. Моя жизнь зависит от ваших талантов, и мне будет гораздо легче, если я буду чувствовать себя вашим другом.
— Хорошо, я попробую, — со вздохом сдалась я, видя, как в чистых голубых глазах герцога вспыхнули торжествующие искорки. — Чем ваша жизнь так важна, что на поиски противоядия выделили целый отряд во главе с менталистом? Или вы сами — их наниматель?
— С лорд-канцлером, вы имеете в виду? — невинно переспросил герцог. А у меня, кажется, вся кровь прилила к щекам, и отнялись ноги. Во всяком случае, я совершенно перестала их чувствовать.
— Что? — слабым голосом переспросила я.
— Дрейк Вестон — Лорд Верховный канцлер нашего Королевства. Не узнали?
— Меня казнят, — пожаловалась я в пространство кареты и уронила лицо в ладони. — Я не справлюсь, и мне отрубят голову.
— Это вы так тонко намекаете на то, что я в скором времени покину наш бренный мир? — молодой герцог поднял изящную бровь, а я смотрела на него из-под пальцев.
Цветущий вид и здоровый румянец уж точно не были предвестниками предполагаемой скорой кончины аристократа.
— Вы точно смертельно больны? — не удержалась я.
— Вы же сами все видели, Мари. Я полагал, это ваша настойка тому виной.
— Так не должно быть, — призналась я и с грустью покачала я головой. — Она, конечно, весьма действенное средство, но не настолько… Еще ни разу настойка не давала до того поразительный результат. Ни при таких тяжелых поражениях организма… Так чем вы заинтересовали лорд-канцлера? — постаралась я сменить тему. — Вы — близкие родственники? Или вы должны ему кучу денег, и он непременно хочет ее получить?
Андрэ рассмеялся:
— Нет, что вы. Лорд-канцлер действует исключительно в интересах государства. Что вам известно о герцогстве Ламандия?
— М-м-м, оно входит в состав нашего Королевства и расположено далеко на севере, — следовало признать, что лекарственные растения и медицина меня интересовали гораздо больше, чем история и география.
— Верно. А еще вот уже десять поколений является спорным и очень желанным куском земли. Ровно с того момента, как мой прапра-много раз-прадед обнаружил там залежи руды. Тогда-то наши ближайшие соседи и вспомнили, что продали когда-то эти земли за бесценок. Начали утверждать, что просто сдавали их в аренду. Наши предки не хотели в то время войны, Королевство было ослаблено набегами тюссов, поэтому предпочитали платить соседям, тем более что прибыль от рудников с лихвой перекрывала расходы. Долгое время все были довольны заведенным порядком, пока один излишне деятельный и инициативный чиновник не откопал в архивных залежах ту самую купчую на территории моего герцогства и в пылу борьбы за справедливость не обнародовал документы. Представители соседей тут же заявили про подлог и продемонстрировали договор аренды. С тех самых пор старшие наследники моего рода женятся на девушках из соседнего Королевства. А если я, как единственный и последний представитель Ламандских, внезапно скончаюсь в расцвете лет, так и не успев заключить политический союз, за спорное герцогство разгорится новая борьба, наследников и претендентов найдется тьма, уверяю вас, Мари. Вы и сами понимаете, война сейчас нам не нужна. Королева вот-вот родит нашему правителю наследника, а кому в такой момент охота ввязываться в распри. Не удивлюсь, что если я все-таки скончаюсь, мое бренное тело напомадят и будут показывать всем сомневающимся, пока каким-то чудом новый, более долговечный наследник не объявится. Например, плод моей незаконной любви с какой-нибудь очаровательной служанкой.