logo Книжные новинки и не только

«Предчувствие» Л. Дж. Смит читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Л. Дж. Смит Предчувствие читать онлайн - страница 1

Л. Дж. Смит

Предчувствие

Максу, несущему свет


ГЛАВА 1

Вы не станете приглашать на вечеринку местную ведьму. И неважно, насколько она красива. В этом и кроется основная проблема.

«Мне все равно, — думала Кейтлин, — мне никто не нужен».

Она сидела на уроке истории и слушала, как Марси Хуан и Пэм Сэссин планируют вечеринку на уик-энд. И с этим ничего нельзя было поделать — мягкий умиротворяющий голос мистера Флинна не мог составить конкуренцию возбужденному перешептыванию двух девочек. Кейтлин слышала их и притворялась, что не слышит, а сама страстно хотела уйти из класса. Но уйти у нее не получалось, и поэтому она бездумно водила ручкой по разлинованной страничке в тетради по истории.

Кейтлин обуревали противоречивые чувства. С одной стороны, она ненавидела Пэм и Марси и желала им смерти или чтобы с ними, на худой конец, произошел жуткий нечастный случай, который бы сломил их и унизил. С другой стороны, на душе у нее было очень тоскливо. Если бы они только впустили ее в свой круг… Она не стремилась стать самой популярной девчонкой в школе, ей не требовалось, чтобы ею все восхищались. Кейтлин вполне устроило бы свое определенное место в классе. Одноклассники качали бы головами и говорили: «А, эта Кейтлин, она странная, но что бы мы без нее делали?» И это было бы здорово — стать частью их мира.

Но так никогда не будет, никогда. Марси никогда не придет в голову пригласить Кейтлин на вечеринку, потому что ей никогда не придет в голову сделать что-то, что до нее никто не делал. Никто никогда не пригласит ведьму, никому и в голову не придет, что Кейтлин, красивая, замкнутая девочка с необычными глазами, захочет заглянуть на вечеринку.

Кейтлин вернулась к тому, с чего начала.

«Мне все равно, — думала она. — Это мой последний год в школе. Остался всего один семестр. А потом выпускной, и, надеюсь, я больше никогда их не увижу».

Тут начиналась вторая проблема. В таком маленьком городке, как Тарафэр, она была обречена до конца года каждый день встречаться с одноклассниками и их родителями. И весь следующий год, и через год…

Это неизбежно. Если бы она могла уехать в колледж, все было бы иначе. Но она провалила тесты и не получила стипендию в колледж искусств… и, в любом случае, оставался еще папа. Папа нуждался в ней — и, честно говоря, в деньгах. Так что либо колледж низшей ступени, либо ничего.

Перед Кейтлин расстилались годы, унылые, как зима в Огайо, как бесконечная цепочка холодных классных комнат. Тянущиеся вечно уроки, во время которых девочки планируют вечеринки, куда ее не пригласят. Постоянное отторжение. Нескончаемая тоска и непреходящее сожаление о том, что она не ведьма и не может наслать на них страшное, лишающее жизненных сил проклятие.

Размышляя так, Кейтлин не переставала рисовать. Вернее, рисовала ее рука, а мозг не принимал никакого участия в процессе. Наконец она опустила голову и впервые увидела то, что рисовала.

Паутину.

Но удивление вызывала не паутина, а то, что было под ней. Глаза.

Широко распахнутые, круглые, с густыми ресницами. Глаза Бэмби. Глаза ребенка.

Кейтлин вдруг почувствовала головокружение, как при падении. Словно бы рисунок впускал ее в себя. Ощущение было жуткое… и знакомое. Так случалось всегда, когда она рисовала такие картинки. Именно из-за них ее называли ведьмой.

То, что было на рисунках, сбывалось.

Кейтлин встряхнулась. Ей стало тошно.

«О, пожалуйста, только не это, — подумала она. — Только не сегодня и не здесь, не в школе. Это просто каракули, это ничего не значит. Пожалуйста, пусть это будет просто рисунок!»

Но тело не слушало разум, оно напряглось и похолодело, приготовившись к тому, что должно произойти.

Ребенок. Она нарисовала глаза ребенка, значит, какой-то ребенок в опасности.

Но что за ребенок? Кейтлин не отрываясь смотрела на нарисованные глаза, и ее словно бы кто-то тянул, чуть ли не дергал за руку. Пальцы подсказывали, что надо нарисовать дальше. Небольшой полукруг с маленькими скобками по краям. Курносый нос. Большой, полностью заштрихованный круг. Рот, открытый от страха, удивления или боли. Большая дуга — круглый подбородок.

Множество длинных спиралей вместо волос и… Зуд в руке прошел, она перестала дергаться, потребность рисовать схлынула.

Кейтлин выдохнула.

Вот и все. Ребенок на рисунке, судя по длинным волосам, был девочкой. Вьющиеся волосы. Симпатичная маленькая девочка с вьющимися волосами и с паутиной на лице.

Что-то должно произойти с ребенком, и паук будет принимать в этом участие. Но где… и с каким ребенком? И когда?

Сегодня? На следующей неделе? В следующем году?

Недостаточно информации.

Информации всегда не хватало. Это было самой ужасной частью ужасного дара Кейтлин. Ее рисунки неизменно оказывались точны, становились явью. В конце концов она встречала в реальной жизни все, что рисовала на бумаге.

Но не могла предупредить об этом.

Вот сейчас, что она должна делать? Бегать по городу с мегафоном и призывать детишек остерегаться пауков? Отправиться в начальную школу на поиски девочки с вьющимися волосами?

Даже если бы Кейтлин пыталась предупреждать о грозящей опасности, люди бы шарахались от нее, словно она может навлечь на них то, что рисует. Как будто она не предсказывает, а насылает несчастья.

Рисунок поплыл у нее перед глазами. Кейтлин моргнула, и он снова стал четким. Чего ей не следует делать, так это плакать. Потому что Кейтлин никогда не плачет.

Никогда. Она не плакала с тех пор, как умерла мама. Тогда Кейт было восемь, и она научилась сдерживать слезы.

У входа в класс послышался шум. Голос мистера Флинна, обычно такой спокойный и мелодичный, что навевал сон, умолк.

Крис Барнэбл, на шестом уроке дежуривший по школе, принес розовый бланк. Вызов с урока.

Кейтлин наблюдала, как мистер Флинн взял вызов, прочитал, потом с сочувствием оглядел класс и поморщил нос, чтобы вернуть очки на место.

— Кейтлин, тебя ждут в кабинете директора.

Она уже собрала учебники. Очень прямая спина и очень высоко поднятая голова: так она шла по проходу между партами. «КЕЙТЛИН ФЭЙРЧАЙЛД К ДИРЕКТОРУ. СРОЧНО!» — вот что было написано в вызове. Почему-то из-за уточнения «срочно» фраза приобретала зловещий смысл.

— Снова неприятности? — ехидно поинтересовался кто-то на первых партах.

Кейтлин не узнала по голосу, кто это был, но оглядываться не стала и вышла вслед за Крисом из класса.

«Да, неприятности», — думала она, спускаясь по лестнице в кабинет директора.

Что на этот раз? Те объяснительные, якобы подписанные отцом, оправдывающие ее отсутствие в школе прошлой осенью?

Кейтлин часто прогуливала занятия, потому что временами просто не могла находиться в школе. Когда становилось совсем плохо, она шла по Пикуа-роуд к фермам и рисовала. Там ей было спокойно.

— Мне жаль, что у тебя неприятности, — сказал Крис Барнэбл. — То есть я хочу сказать… если у тебя неприятности.

Кейтлин недобро посмотрела на парня. Он был ничего — блестящие волосы, добрые глаза… Очень похож на кокер-спаниеля по прозвищу Морячок, который жил у нее несколько лет назад. Но Кейтлин ни на секунду не позволяла ввести себя в заблуждение.

Мальчишки… ничего хорошего от них не жди. Она отлично знала, почему они так милы с ней. От матери-ирландки ей достались нежная белая кожа и огненно-рыжие волосы. И гибкую стройную фигуру она тоже унаследовала от матери.

Но глаза у нее были свои собственные, и в данный момент она использовала их против Криса. Кейтлин одарила его ледяным взглядом, хотя обычно старалась не прибегать к этому приему. Она посмотрела ему в глаза.

Крис побелел.

Типичная реакция тех, кто встречался с Кейтлин взглядом. Ни у кого не было таких глаз, как у нее: дымчато-голубых, с темными кругами по краю радужной оболочки.

Отец говорил, что у нее прекрасные глаза, что ее отметили феи. Все остальные думали по-другому. Сколько Кейтлин себя помнила, она постоянно слышала, как люди шептались о ее глазах. Будто бы глаза у нее необычные, нехорошие и видят то, что нельзя видеть.

Иногда она использовала их как оружие. Кейтлин смотрела на жалкого сопляка, пока тот не попятился. Потом она кротко опустила ресницы и вошла в приемную директора.

От этого эпизода Кейтлин на секунду испытала нездоровое ощущение триумфа. Невеликое достижение — испугать кокер-спаниеля. Но Кейтлин сама была слишком напугана и унижена. Секретарь указала на кабинет директора, Кейтлин подобралась и открыла дверь.

Мисс Маккасслэн, директор, была не одна. Возле ее стола сидела подтянутая загорелая молодая женщина с короткими белокурыми волосами.

— Прими мои поздравления, — сказала блондинка и грациозно поднялась из кресла.

Кейтлин стояла с высоко поднятой головой и не двигалась. Она не знала, что думать, но внезапно на нее накатило предчувствие.

«Вот оно. Это то, чего ты ждала».

Кейтлин и не подозревала, что чего-то ждала.

«Конечно ждала. И этот момент настал».

«Следующие несколько минут изменят твою жизнь».

— Я Джойс, — представилась блондинка, — Джойс Пайпер. Ты помнишь меня?

ГЛАВА 2

Женщина действительно показалась Кейтлин знакомой. Ее гладкие светлые волосы походили на мокрый мех белька, а глаза — на яркие зелено-голубые аквамарины. На ней был элегантный розовый костюм, но двигалась она как инструктор по аэробике.

Кейтлин вдруг вспомнила:

— Проверка зрения!

Джойс кивнула.

— Именно! — с воодушевлением сказала она. — А теперь расскажи, что ты помнишь.

Кейтлин беспомощно посмотрела на мисс Маккасслэн. Директор — маленькая женщина, полненькая, но очень милая — сидела в кресле, сложив руки на столе. С виду она была абсолютно спокойна, но глаза у нее возбужденно блестели.

«Отлично. Значит, неприятности мне не грозят, — подумала Кейтлин. — Но в чем тогда дело?»

Она неуверенно стояла в центре кабинета.

— Не бойся, Кейтлин, — сказала директор и махнула унизанной кольцами ручкой. — Присаживайся.

Кейтлин села.

— Я не кусаюсь, — добавила Джойс и сама вернулась в кресло.

Все это время она не сводила с Кейтлин взгляд аквамариновых глаз.

— Итак, что ты помнишь?

— Просто тест, как у офтальмолога, — медленно начала Кейтлин. — Я думала — какая-то новая программа.

Все привозили свои новые программы в Огайо — удобный штат для репрезентативной выборки: населен типичными представителями нации, то есть идеальными подопытными кроликами.

Джойс едва заметно улыбнулась:

— Это и была новая программа. Но ее нельзя назвать простой проверкой зрения. Помнишь тест, когда вас просили переписывать буквы со слайдов?

— О… да.

Все, что происходило во время теста, осталось в памяти расплывчатыми образами.

«Это было прошлой осенью. В начале октября», — припомнила Кейтлин.

Джойс беседовала с классом в аудитории для самостоятельных занятий. Это Кейтлин помнила отчетливо. Джойс попросила ребят о сотрудничестве. Потом провела с ними какие-то «упражнения по релаксации», после которых Кейтлин расслабилась настолько, что смутно воспринимала все происходящее.

— Вы раздали нам бумагу и карандаши, — неуверенно сказала Кейтлин. — А потом показывали слайды с буквами. Буквы постепенно уменьшались. Мне трудно было писать, — припомнила она. — Я была какая-то вялая.

— Просто легкий гипноз, чтобы снять барьеры, — сказала Джойс и подалась вперед. — Что еще?

— Я продолжала записывать буквы.

— Да, продолжала. — Слабая улыбка мелькнула на загорелом лице Джойс — Именно так.

Кейтлин помолчала секунду и спросила:

— Значит, у меня хорошее зрение?

— Этого я не знаю, — не переставая улыбаться, Джойс выпрямилась в кресле. — Хочешь узнать, как в действительности проходил тест, Кейтлин? Мы продолжали показывать слайды, буквы становились все меньше и меньше, пока наконец совсем не исчезли.

— Исчезли?

— На последних двадцати слайдах были только одинаковые точки. Обладай ты даже ястребиным зрением, ты не отличила бы одну от другой.

Кейтлин стало не по себе.

— Я видела буквы, — упорствовала она.

— Я знаю, что видела. Но видела не своими глазами.

В комнате воцарилась гробовая тишина.

У Кейтлин тревожно застучало сердце.

— В соседней аудитории сидел наш помощник, — сказала Джойс — Выпускник, обладающий исключительной способностью к концентрации внимания. Это он смотрел на карточки с буквами. И благодаря ему ты их видела. Его глазами. Ты ожидала увидеть буквы, твой разум был открыт, и ты получала информацию о том, что видит наш помощник.

— Так не бывает, — слабым голосом произнесла Кейтлин.

«О боже, пожалуйста…»

Только этого ей не хватало — еще один дар, еще одно проклятие.

— Бывает, — ответила Джойс. — Это называется «дистанционное зрение». Получение информации о событии за пределами восприятия обычными органами чувств. Твои рисунки — это дистанционное видение событий… иногда тех, которые еще не произошли.

— Что вы знаете о моих рисунках? Волна эмоций заставила Кейтлин встать.

Это было нечестно. Посторонняя женщина приходит в школу, играет с ней, тестирует, юлит, а теперь заводит разговор о ее рисунках. Об очень личных рисунках Кейтлин, о которых жители Тарафэра стараются не упоминать.

— Я расскажу, что я знаю. — Голос Джойс звучал спокойно и отчетливо, аквамариновые глаза пристально смотрели на Кейтлин. — Мне известно, что ты узнала о своем даре, когда тебе было девять. Тогда пропал маленький мальчик, ваш сосед…

— Дэнни Линденмейер, — уточнила директор.

— Дэнни Линденмейер пропал, — продолжала Джойс, глядя на Кейтлин. — Полицейские ходили от дома к дому, опрашивая соседей. Когда они беседовали с твоим отцом, ты как раз рисовала мелками. Ты слышала весь разговор о пропавшем мальчике. А когда ты закончила рисовать, то сама не поняла, почему нарисовала три дерева, мост… и что-то квадратное.

Кейтлин кивнула. У нее было такое чувство, словно ее оставила последняя надежда. Нахлынувшие воспоминания высасывали силы, мешали думать. Тот первый рисунок, такой мрачный и странный, и страх… Она знала, что нарисовала что-то нехорошее. Но не знала почему.

— А на следующий день ты увидела по телевизору место, где нашли того мальчика, — сказала Джойс — Под мостом, возле деревьев… в упаковочной коробке.

— В чем-то квадратном, — сказала Кейтлин.

— Все совпадало с рисунком, хотя ты не могла знать об этом месте. Мост находился в тридцати милях от твоего дома, в городке, где ты никогда не бывала. И когда твой отец посмотрел новости, он тоже вспомнил о рисунке… И это его потрясло. Он стал всем показывать рисунок и говорить о тебе. Но людям это не нравилось. Они и так считали тебя немного странной из-за твоих глаз. Но это было уже из ряда вон. И людей твой дар не обрадовал. А когда это стало повторяться, когда твои рисунки из раза в раз становились реальностью, они испугались.

— И у Кейтлин начали появляться некоторые проблемы с общением, — деликатно заметила директор. — Она девочка независимая от природы и всегда немного на взводе… как кольт. А тут еще стала колючей и холодной. Самозащита. — Мисс Маккасслэн цокнула языком.

Кейтлин сверкнула глазами, но вспышка оказалась слабой. Спокойная, благожелательная интонация Джойс обезоружила ее. Кейтлин села на место.

— Значит, вы все знаете, — сказала она — Значит, у меня проблемы с общением. Значит…

— У тебя нет проблем с общением, — возмущенно перебила ее Джойс.

Она подалась вперед.

— У тебя дар, потрясающий дар. Как ты не понимаешь, Кейтлин? Ты хоть сознаешь, насколько ты необычная, замечательная?

Для Кейтлин определение «необычная» никогда не было синонимом «замечательная».

— Во всем мире только горстка людей обладает такими же способностями, как у тебя, — сказала Джойс — В Штатах мы нашли пятерых.

— Пятерых кого?

— Пятерых выпускников средней школы. Таких же ребят, как и ты. Способности у всех, конечно, разные. У каждого свой дар. Но мы рады, это как раз то, что мы искали. Можно будет провести целый спектр экспериментов.

— Вы хотите ставить на мне опыты? — Кейтлин испуганно посмотрела на директора.

— Кажется, я побежала впереди паровоза. Позволь, я объясню. Я из Сан-Карлоса, это в Калифорнии…

Что ж, теперь понятно, откуда такой загар.

— …работаю в Институте Зетиса. Это маленькая лаборатория, ее не сравнить со Стэнфордским исследовательским институтом или с Университетом Дьюка. Основан институт в прошлом году на грант фонда Зетиса. Мистер Зетис… О, даже не знаю, как его описать. Это невероятный человек… Он возглавляет крупную корпорацию в Силиконовой долине. Но его настоящее увлечение — парапсихология. Психогенез, экстрасенсорные способности.

Джойс замолчала и убрала со лба гладкие белые волосы. Кейтлин чувствовала, что она подходит к самому главному.

— Он основал фонд для одного очень важного и необычного проекта. Это была его идея — провести исследования в средних школах страны и выявить старшеклассников с высоким экстрасенсорным потенциалом. Затем отобрать пять или шесть самых одаренных и привезти в Калифорнию на годовое тестирование.

— На целый год?

— В этом вся прелесть, как ты не понимаешь. Вместо того чтобы спорадически проводить отдельные тесты, мы будем устраивать их ежедневно по расписанию. Мы сможем фиксировать изменения интенсивности твоего дара в зависимости от биоритмов, от диеты…

Джойс вдруг замолчала, потянулась к Кейтлин, взяла ее за руки и посмотрела в глаза.

— Кейтлин, не надо выстраивать вокруг себя стены, не закрывайся, послушай меня всего минуту. Ты можешь это сделать?

Кейтлин почувствовала, как у нее задрожали пальцы в прохладных руках этой белокурой женщины. Она нервно сглотнула, не в силах отвести взгляд от пронзительных зелено-голубых глаз.

— Кейтлин, я приехала сюда не для того, чтобы навредить тебе. Я бесконечно восхищаюсь тобой. У тебя потрясающие способности. Я хочу изучить их… я всю жизнь готовилась к исследованию подобного феномена. Занималась в колледже Дьюка, ты знаешь, там, где Раин ставил опыты по телепатии. У меня степень магистра парапсихологии. Я работала и в Лаборатории сна в Маймониде, и в Научно-исследовательском центре в Сан- Антонио, и в Принстонской лаборатории по исследованию аномальных явлений. Чего мне не хватало, так это встречи с таким человеком, как ты. Вместе мы сможем доказать, что твой дар — реальность. Мы получим неоспоримые, научно обоснованные доказательства, мы всему миру продемонстрируем, что экстрасенсорное восприятие — не выдумки.

Джойс смолкла. Кейтлин слышала, как за стенкой гудит копировальная машина.

— Этот проект представляет интерес и для Кейтлин, — подала голос мисс Маккасслэн. — Я думаю, вам следует ознакомить ее с условиями соглашения.

— Ах да. — Джойс выпустила руки Кейтлин и взяла со стола конверт. — Выпускной год ты закончишь в очень хорошей школе в Сан-Карлосе. И все это время будешь жить в нашем институте с другими ребятами, с теми, кого мы отобрали. Днем мы будем проводить тесты, они не займут много времени — всего час или два. А к концу года ты получишь стипендию любого колледжа на свой выбор. — Джойс вскрыла конверт и передала Кейтлин. — Очень щедрую стипендию.

— Очень щедрую, — повторила за ней мисс Маккасслэн.