Он закатил глаза и помахал ей на прощание.
— Да без разницы.
Остальные парни, выпрыгнув из фургона, смотрели на меня.
— Надеюсь, тебе тут понравится. Приятно было познакомиться, — сказал Куан, снимая пояс с двумя пистолетами. Я заметила у него на шее большой золотой крест.
— Спасибо… — я кашлянула, — …за похищение.
Сейдж усмехнулась, и даже губы Уолша слегка дернулись, будто он сдерживал улыбку.
— А она забавная. Мне такие нравятся, — заметила Сейдж Куану, а потом схватила меня за руку и потащила прочь от фургона.
Я последовала за ней, внезапно остро осознав, насколько выделяются мои кандалы на запястьях, которых не было больше ни у кого. Люди откровенно пялились нам вслед, но стоило Сейдж показать им средний палец, как они тут же отворачивались.
— По кампусу уже разлетелись слухи. Сын альфы, участвуя в благотворительной работе, отправляется на встречу с директором колледжа для магических изгоев, но его так впечатляет опальная волчица, что он умоляет отца освободить ее и позволить ей вернуться в город в качестве потенциальной пары во время отбора. Довольно романтично, если ты, конечно, любишь такую фигню.
— Нет, нет, все совсем не так, — я покраснела. — Он просто воспользовался отбором как предлогом, чтобы вытащить меня оттуда. Он сам так написал в письме.
Мои щеки еще больше покраснели от одной только мысли об этом. Мы прошли мимо группы людей, беззастенчиво меня разглядывающих. Я опустила голову и смотрела себе под ноги, желая раствориться в воздухе. Мне не нравилось внимание, жизнь казалась лучше через объектив моей камеры.
Сейдж резко подняла руку и вздернула мой подбородок, остановившись и наклонившись ко мне.
— Дорогая, ты ведь волк! Если будешь опускать взгляд, когда на тебя пялятся, только наживешь себе неприятностей.
Я сглотнула.
Это место очень отличалось от Академии Дельфи.
Я кивнула.
— Слабаки не ходят в Стерлинг-Хилл. Я чувствую твою доминантность, так почему бы тебе не показать ее?
Показать? Именно то, что я привыкла подавлять глубоко внутри всю свою жизнь?
— Поняла, — сказала я более твердо. — Что-нибудь еще?
Конечно, она довольно много знала о местных обычаях, а я, так как мои родители никогда не говорили о Городе вервольфов или о своей учебе в Стерлинг-Хилл, поскольку для них это слишком болезненно, не знала об этом месте совершенно ничего — и не имела представления, как здесь выжить. Я никогда не трансформировалась, никогда не жила в стае. Я выросла среди магических придурков как единственный вервольф в школе. Практически все там, за исключением Рейвен, были первоклассными засранцами. И без нее я бы не выжила.
Сейдж кивнула, зашипев, как кошка, на проходившую мимо девушку, которая тут же заторопилась прочь. Сейдж ухмыльнулась. Закончив, она снова наклонилась, глядя мне в лицо.
— Каждая девушка здесь хочет выйти за моего брата Сойера, чтобы стать женой альфы. И теперь все в курсе: он специально привез тебя сюда, чтобы ты присоединилась к борьбе за его сердце. Так что не теряй бдительности.
Затем она повернулась и пошла дальше. У меня не хватало слов, в горле встал ком.
«Борьба за его сердце»? Черт возьми, да я действительно оказалась в шоу «Оборотень-холостяк».
— Пойдем уже! — рявкнула она, и я побежала за ней, больше не опуская взгляда.
Каждая девушка тут выглядела, как Барби. Высокие шпильки, платья, брюки и шелковые блузки. Завитые и уложенные локоны, отличный макияж. Ни единый волосок брови не торчит. Я же будто выбралась утром из постели и надела на себя то, что приемлемо пахло. Это, кстати, было не так уж и далеко от правды.
Я побежала за Сейдж и завернула с ней за угол здания с гигантским стеклянным куполом и табличкой «Администрация».
Она остановилась возле двери и повернулась ко мне.
— Я на первом курсе. Живу в Лексингтон-холл, одиннадцатая комната. Если попадешь на мой этаж, возьму тебя под свое крыло.
Мое сердце сжалось от ее доброты, и я кивнула.
— Спасибо, подруга, — по привычке я посмотрела на ее подбородок, и она наклонила голову, отбросив свои ярко-рыжие волосы за плечо. Затем слегка приподняла мое лицо, заставляя посмотреть ей в глаза.
— Помни: задай им жару. Ты теперь одна из нас.
Затем она развернулась и ушла, оставив меня перед стеклянными дверями.
«Ты теперь одна из нас». Она даже не представляла, как много эти слова для меня значили.
Что ж… или пан, или пропал.
Я потянула дверь на себя и вошла внутрь.
«Ничего себе!»
Купол изнутри был матовым, но через него проникал свет. За ним виднелся густой лес: куда ни глянь, всюду меня окружали деревья. Невысокая коренастая женщина сидела за компьютером и что-то печатала. Когда я подошла к стойке, она подняла на меня взгляд, затем посмотрела на мои кандалы — и ее пальцы застыли над клавишами.
— Деми Каллоуэй?
Черт. Откуда она знает, как меня зовут?
Я кивнула, едва не склонив голову в смущении, но потом вспомнила совет Сейдж и вздернула подбородок.
— Ага, — сказала я твердо.
Она встала и обошла стол, чтобы поприветствовать меня. Стук ее каблуков эхом разнесся по холлу. Оказавшись рядом, она оглядела меня с ног до головы и неодобрительно поджала губы.
— О боже, — пробормотала она и достала планшет, нажимая на нем что-то стилусом.
Я попыталась одернуть свою короткую футболку, чтобы прикрыть живот, но бесполезно — она задралась снова, оголяя живот еще больше.
Закатив глаза, женщина повернулась и вышла в коридор.
— Следуйте за мной, они вас ожидают.
«Они».
Она сказала «они». Кто — они?
Сердце бешено билось, пока я шла по длинному коридору, сделанному из матового стекла.
Интересно, кто здесь убирается? Наверное, у них в штате числится не меньше сотни чистильщиков стекла. Может, мне стоит начать закупаться оптом в «Виндексе» [Windex — американский бренд для очистки стекла и твердых поверхностей. (Прим. пер.)].
Я так погрузилась в размышления о том, как они очищают со стекла отпечатки пальцев, и не сразу заметила, что женщина остановилась, — я врезалась ей в спину. Из ее горла вырвалось предупреждающее рычание, но она тут же притворилась, что кашляет.
«Ух, блин».
— Простите. Я… очень нервничаю, — я сказала правду, и, перестав злиться, она вдруг взглянула на меня с сочувствием.
— Могу себе представить, — она слабо улыбнулась и открыла дверь, указав жестом, чтобы я зашла в кабинет.
Я так и сделала, ожидая, что она войдет следом. Конечно, я не очень долго ее знала, но когда она закрыла за мной дверь и ушла обратно по коридору, я запаниковала.
Будь сильной.
С трепетом я посмотрела на тех, кто присутствовал в комнате.
Святые перевертыши.
Передо мной, одетый в серый льняной костюм, стоял самый огромный мужчина, которого я когда-либо видела. Он был размером с гориллу — гигантская масса мышц, почти неестественная в своей громадности. Ему было слегка за сорок. В руках он сжимал такой же планшет, как и у проводившей меня женщины. Я быстро украдкой втянула воздух: в ноздри ударил запах волка. Азартный и землистый, было трудно его описать.
Возле него стояла…
Ведьма.
Я жила с ними бок о бок достаточно долго, чтобы узнать сразу. Дело не только в обычном для них запахе трав, но и в изящной фигуре, и в том, как они смотрят на тебя сверху вниз, будто во всем лучше.
Если кто-то из этих двоих и подумал что-то о моей одежде, они не подали виду. Вместо этого огромный мужчина выступил вперед.
— Мисс Каллоуэй. Меня зовут Юджин, я глава отдела безопасности Города вервольфов.
Угу. Я бы тоже без вопросов наняла этого парня в качестве главы отдела безопасности. Он выглядел так, будто мог раздавить мою голову двумя пальцами.
— Здрасьте, — я глупо помахала ему рукой.
Его взгляд упал на мои кандалы, и он слегка нахмурился.
— Мадам Харкурт снимет ваши кандалы, а затем я провожу вас в общежитие.
«Снимет кандалы». Он сказал… «снимет».
Я так хотела позволить слезам, которые готовы были брызнуть, заскользить по моим щекам, но сдержалась. Я ни за что не буду плакать перед этим гигантом и ведьмой. Лучше подожду, когда окажусь одна в своей комнате, и уже там как следует поплачу под одеялом, как уважающая себя женщина, черт побери.
Эти кандалы были на мне столько, сколько я себя помню. Они сковывали мою сущность, не давая ей освободиться. Я так давно мечтала от них избавиться…
Ведьма шагнула ко мне.
— В этой комнате есть звукоизоляция? Процедура довольно болезненная.
Я попятилась, пока не уперлась спиной в стену.
О болезненности меня не предупреждали.
Мужчина кивнул, подошел к стене — и внезапно на стекле появилось цифровое меню. Он нажал несколько значков и снова кивнул ведьме. Она посмотрела на меня, сощурившись.
— Так ты хочешь снять их или нет? У меня другой клиент через пятнадцать минут.
Она что, вроде нотариуса? Втиснула меня в свободное окно в своем перегруженном расписании? Мой язык словно превратился в наждачную бумагу. Тяжело сглотнув, я кивнула. Я очень, очень хотела снять кандалы.
Она поманила меня рукой, и я медленно подошла.
— Ты родилась за пределами Города вервольфов? — спросила она, глядя на документы на стеклянном столе.
Я кивнула.