— Ты слишком вжился в роль. — Заметила Катя. — Тебе нужно просто держать Любу за руку. Потанцевать с ней, прижать ее к себе покрепче, поцеловать в шею. Что-то такое.
— Понял. — Илья забрал у меня пустой бокал и поставил на стол. — Идем, Люб. Тебе сегодня достался самый лучший кавалер.
— Умоляю тебя. — Закатила глаза я.
Но танцевал Сапожников действительно потрясающе. Чувствовал ритм, направлял и поддерживал, нежно кружил.
— Это не бал лицеистов, Илья. — Даже пришлось напомнить мне. — Тут можно проще.
— Как скажешь. — И прижав меня к себе более чувственно, Сапожников стал двигаться более откровенно. Так, словно мы собирались заняться сексом прямо здесь и сейчас. — Лучше?
— Ух. А ты точно гей?
— Дважды не спрашивают. — Улыбнулся он.
Я видела, как Алекса облепили Тата и Жанна с финотдела. Он рассказывал им что-то, а они хохотали, пытаясь обойти друг дружку в искусстве изображения неподдельного интереса и наличия чувства юмора.
— О, боже… — Я закрыла глаза, когда губы Ильи коснулись моей шеи. — Бо-же…
— Угу. — Промычал Сапожников.
— Мне нужно остыть. — Сказала я, остановившись. Взяла его за руку и потянула в ту сторону, где стояли Катя с Алисой. — Джин с тоником хорошо освежает.
Мне очень хотелось обернуться и поймать на себе взгляд заклятого любовника, но я обещала себе делать вид, что его для меня больше не существует. С трудом сдержавшись, я встала спиной к нему и завела с девчонками разговор на отвлеченную тему.
Кто молодец? Я — молодец.
Спустя час офис больше напоминал ночной клуб. Сотрудники танцевали, смеялись, визжали, а спиртное лилось рекой. В этом бедламе я немного упустила Сапожникова — вроде все это время высокий блондин спортивной наружности порхал вокруг меня, а тут куда-то исчез. Наконец, обнаружив его мило болтающим с Гришей у окна, я покачала головой:
— Ладно, пока мой спутник пытается снять парня, прогуляюсь до уборной.
— Вот же голубь мира! — Выругалась Катя.
— В таком бардаке никто уже не заметит, как он флиртует с мужчиной. — Усмехнулась Алиса.
Оставив их, я принялась проталкиваться сквозь толпу танцующих. И уже у выхода из помещения кто-то вдруг остановил меня, дернув за запястье.
— Эй! — Возмутилась я.
Это был Алекс. Он заставил меня отступить в сторону — туда, куда не падали лучи светомузыки.
— Прости, — мужчина отпустил мою руку, — не знал, как тебя остановить.
Его бесстыжий, самодовольный взгляд блуждал по моему лицу, затем спустился к шее и ниже.
— Чего тебе? — Грубо спросила я, ощущая все нарастающее волнение в груди.
— Хм. — Он еще раз с интересом оглядел меня, как будто оценивал перемены, произошедшие со мной. — Ты ведешь себя так, будто ненавидишь меня.
Я сделала глубокий вдох. Ноздри щекотал такой знакомый и уже любимый запах его парфюма.
— Я? Слишком много чести, Алекс. Ты мне безразличен.
Эти слова, как и улыбка, дались мне с трудом.
— Тебе пора завести парня, Люба, ты ужасно напряжена. — Низким, бархатным голосом проговорил Алекс. Сделал шаг и практически вжал меня в стену. — Или, если хочешь, можем уединиться в одном из кабинетов? Помогу тебе по-дружески.
Он разглядывал мои губы, и я знала, что, стоит ему поцеловать меня, и сопротивляться дальше уже не смогу.
— Нет, у меня есть, к кому обратиться за помощью. — Выдохнула я, чувствуя возбуждение. — Или ты думал, что ты единственный и неповторимый? Таким женщинам, как я, не приходится долго быть одинокими.
— Люб… — Придвигаясь ближе, еще плотнее прижимая меня к стене, проговорил Алекс. — Не порти все опять. Я так хочу тебя…
— Я… — Мне не хватало дыхания.
— Что здесь происходит? — Голос Сапожникова перекрыл музыку.
Алексу пришлось нехотя обернуться.
— Ты не даешь пройти моей девушке, или мне показалось? — Воинственно шагнул к нему Илья.
— Слушай, приятель, у меня нет претензий к твоей девушке. — Усмехнулся Алекс.
— Какого черта тогда ты волочишься за ней? — Навис над ним Сапожников.
— Нет. — Отмахнулся писатель. — Это она бегает за мной. Вы уж разберитесь как-нибудь сами, ладно?
— Бегает за тобой? — Качнул головой Илья.
Его взгляд потемнел, кулаки сжались, а затем… затем все случилось так быстро, что я не успела даже пискнуть.
Мощный хук справа обрушился на лицо Алекса, и тот отлетел в сторону, словно щепка, сбив по пути несколько стульев, кадку с пальмой и влетев головой прямо в кулер с водой. Кулер качнулся и рухнул на пол рядом с затихшим и не подающим признаков жизни Алексом.
— Эй, очнись! — Крикнула я, падая на колени и тряся его за плечи. — Алекс! — Ударила по щекам. Никакой реакции. — Ты его убил… — Обернулась к Сапожникову.
Илья присел на корточки рядом с телом и приложил пальцы к шее пострадавшего.
— Нет, он дышит. Просто без сознания.
Офис в это время продолжал веселиться, не реагируя на шум.
Глава 11
Я ненавижу его — всеми фибрами души, клянусь!
Вот, о чем я думала, сидя в машине скорой помощи и наблюдая за тем, как медики суетятся вокруг Алекса, пытаясь привести его в чувство.
Прокручивала снова и снова все моменты наших свиданий, все приятные и горькие минуты и раздумывала, будет ли мне легче, если он умрет. Безусловно, мне хотелось отомстить, и хотелось, чтобы ему тоже было больно, но не до смерти… смерти я ему не желала. И, честно говоря, даже не представляла, как буду жить, зная, что его больше нет.
— Что с ним произошло? — Окликнула меня фельдшер, не прекращая манипуляций с пострадавшим.
— Ударился головой. — Тихо отозвалась я.
— Это вы нам уже говорили. А как это случилось?
— Корпоративная пьянка. — Глядя ей в спину, пробормотала я. — Не удержал равновесия во время танца и… встретился головой с напольным кулером.
— А с глазом что?
— Кадка с пальмой — оказалась на пути к кулеру. — Вздохнула я. — Несчастный случай.
— Ну, и денек!
Когда Алекс очнется, у Ильи будет возможность переговорить с ним и полюбовно решить вопрос. Если Пипкенштейн подаст на Сапожникова заявление о причинении вреда здоровью, у футболиста будут большие проблемы.
Тревога за здоровье Алекса и тихая радость от того, что кто-то, наконец, заступился за меня, по очереди сменяли друг друга, заставляя волноваться еще сильнее.
— Через полминуты будем на месте! — Выкрикнул шофер.
И медики ускорились, колдуя над пострадавшим. Очень скоро автомобиль затормозил, дверцы распахнулись, и Алекса выгрузили на каталку.
— А мне… — Выпрыгнула я следом.
— Ожидайте в приемном!
И бригада умчалась с каталкой вглубь коридора больницы.
Я села на скамейку в приемном отделении и уставилась на ключи и телефон Алекса, выпавшие из его кармана в тот момент, когда врачи скорой грузили его на носилки в офисе журнала. Из наших никто не со мной не поехал, все пребывали в знатном подпитии, и никто не осознавал серьезности произошедшего. Илья собирался отправиться следом на своей машине, но его отговорили — он тоже был нетрезв.
В тот момент мне казалось, что все не так серьезно, но теперь беспокойство нарастало. Во время следования автомобиля скорой помощи к больнице Алекс не торопился приходить в себя — может, удар оказался тяжелее, чем мне казалось?
— Мужчина, которого привезли… — Вскочила я, заметив выходящую из отделения медсестру. — С ушибом головы. Он пришел в себя?
— Да. — Она внимательно посмотрела на меня. — Ему оказывают помощь.
— Фух, слава богу… — Выдохнула я.
— А вы с ним?
— Я… да.
— Родственница?
Я растерянно пожала плечами.
— Нет. Я… просто с ним.
— Жена? — Нахмурилась она.
— М…
— Если хотите, чтобы позже вас пустили к нему в палату, то нужно отвечать «Да». Мы пускаем только близких родственников и тех, кто состоит в отношениях с пациентом.
— Невеста. — Выпалила я, заламывая руки. — Я его невеста. Да!
— Отлично. — Кивнула женщина. — Тогда мне нужны документы на больного. Паспорт, полис, СНИЛС. Что-то есть?
Я опустила взгляд на ключи и телефон.
— Только это.
— Тогда, пожалуйста, съездите и привезите. Мне же нужно как-то оформить вашего жениха.
— Моего жениха… — Пробормотала я. — Да. Я сейчас съезжу.
И побежала к выходу.
Плевать, как придется объяснять потом Алексу, зачем я назвалась его невестой. Главное, увижу его. Большего мне не надо.
Такси доставило меня по нужному адресу. Номера квартиры я не помнила, но зато хорошо запомнила этаж и расположение квартиры.
— Девушка, вы куда? — Окликнула меня консьерж.
— Наверх. — Вежливо улыбнулась я ей.
— К кому?
— К Савве.
— Кажется, он уезжал сегодня… — Нахмурилась она, пытаясь воскресить в памяти воспоминания о недавних наблюдениях.
— Знаю. — Я повторила свой прием с улыбкой. — У меня ключи. — Потрясла в воздухе связкой. — Я — его невеста.
— А вчера у него была другая… невеста. — Сочувственно произнесла женщина.
— Сегодня все изменилось. — Гордо расправив плечи, я шагнула в лифт.
— Ох, молодежь…
И облегченно выдохнула, когда дверцы сомкнулись, скрыв от меня ее изумленное лицо.
В лофте все еще стоял запах парфюма Алекса. Я подняла с пола небрежно брошенную рубашку и поднесла к носу — аромат с нее был еще ярче. Тот, кого я жаждала и ненавидела одинаково сильно, как будто стоял рядом и обнимал меня за плечи.