Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Ленни Риск

Вебкам-модель: это затягивает!

Глава 1. Блондинка на пороге

Я взбежала по лестнице на четвертый этаж и позвонила в дверь. Давно я так не радовалась! Беньямин вернулся из Европы! Ради него я даже закончила ночную смену в Danger Diamond на сорок минут пораньше и сразу рванула на Проспект Мира.

— Доброе утро! — дверь открыла низенькая блондинка. От нее пахло сексом, глаза сияли, губы распухли от поцелуев. Март выдался феноменально теплый, почти весь снег сошел на второй неделе весны. Мы обе были в кроссовках, я и она. Она была ростом еще меньше меня — значит, в ней полтора метра ровно. — Извините, я там просыпала. Вы увидите. Заранее спасибо, до свиданья!

Она выскользнула в подъезд, вызвала лифт и больше на меня не оборачивалась. Я шагнула в квартиру, закрыла за собой дверь, разулась. Боковым зрением увидела, как конголезец в спальне потягивался на смятой постели.

Ничего себе! Он не видел меня три месяца, пригласил к себе — а до меня провел ночь с этой… этой… Я прямо в куртке и с сумкой на плече прошла на кухню. На столе стояла бутылка красного вина. Я сдернула с полки первый попавшийся стакан и налила почти до краев. Сделала большой глоток. Уххх! Пищевод обожгло. Я не ела одиннадцать часов, опьянею очень быстро. Сделала второй огромный глоток. Горло свело спазмом. Я никогда раньше так не делала и никому не советую.

В сумке зазвонил телефон. Причем не обычным рингтоном, а редким, тревожным — как назло, это была Khia, “Don’t Trust No Nigga”. Послушайте эту песню, и вы сразу поймете, почему я выбрала именно ее для особых звонков. Настолько хорошо слышный из любой сумки сэмпл еще поискать надо. Этим рингтоном мне звонила Илона по самым срочным рабочим вопросам.

— Тиен! Ты уже ушла? Как жалко, я очень хотела с тобой пересечься. Ты сейчас дома?

— Нет. На Проспекте Мира.

— У Беньямина, что ли?

— Угу, — я сделала третий глоток вина. Мне стало жарко в куртке.

— Поехали на Проспект Мира, — обратилась Илона к кому-то невидимому.

— Куда именно?

— Я покажу. Тиен, жди нас! Будем в течение часа.

Судя по голосу, она приедет с Рамзаном. Их роман развивался неспешно. По работе чеченцу приходилось часто уезжать из Москвы. Из-за невозможности видеть друга друга каждый день их с Илоной взаимные чувства оставались такими же пылкими и нежными, как в первую неделю влюбленности.

Беньямин бесшумно вошел в кухню, одетый в одни лишь пижамные брюки. В Европе он начал ходить в спортзал. Под слоем обаятельного жирка на его брюшке проглядывал пресс, бицепсы аппетитно округлились.

— Она подумала, что ты уборщица, — виновато улыбнулся он и показал пальцем в угол за моей спиной. Я обернулась. По полу была рассыпана паприка. — И в спальне тоже есть немного…

“Она подумала, что ты уборщица” и “я ей сказал, что ты уборщица” — это совершенно разные вещи. Но я не стала уточнять.

Африканец снял с моего плеча сумку, расстегнул мне куртку. Я допила остатки вина из своего стакана и поняла, что отключаюсь.

— Сейчас Илона приедет со своим бойфрендом, — пробормотала я. Устраивать скандал из-за блондинки не хотелось. Да и какое я имела право это делать? У меня-то бойфренда не было. Я была бесправной любовницей для главного мужчины моей жизни. Если бы я захотела начать с ним серьезные отношения, я бы не знала, с какой стороны подступиться. Да оно мне пока и не надо было.

Беньямин увел меня в спальню, раздел и уложил на кровать, лицом в подушку. Я боялась, что белье будет пахнуть блондинкой. Но оно пахло премиальными благовониями, а возле кресла был рассыпан пепел от ароматической палочки.

Африканец уселся мне на бедра. Тяжесть его тела была изумительно приятной: мне показалось, что в жизни все сразу встало на свои места. Он налил на ладони масло с ароматом корицы и растер. Его руки издавали тихий шорох. От его кожи исходило доброе, уверенное тепло.

Он начал массировать мне спину — молча, деликатно и достаточно сильно. Он как будто проговаривал пальцами то, что не хотел выражать словами. “Да, я был с другой девушкой. Да, получилось немного некрасиво. Но мы с тобой не связаны никакими обязательствами друг перед другом. Я не хочу, чтобы у тебя возникли иллюзии. Я хочу быть с тобой честным. И я буду очень благодарен, если ты тоже будешь честной со мной. А если не захочешь, это твое право, и я буду его уважать”.

Как бы я ни расслаблялась, я ни на секунду не забывала о том, что вот-вот приедут Илона с Рамзаном. Моя начальница и мужчина, который шантажировал меня и нанял бандитов для расправы с моей бывшей лучшей подругой. И пусть тогда все закончилось намного лучше, чем могло, во мне словно бы выла негромкая предупреждающая сирена.

Стоп. Я ведь не хочу, чтобы меня снова втянули в сомнительные разборки? Мне ведь не нравится колкое ощущение ревности? Да или нет? Нет или да?

Я не понимала, что со мной творилось. Мне должно было быть плохо — но не было. Меня переполняла смесь неги, любопытства, драйва и радости. Очень, очень странно! Я явно неправильно реагировала на ситуацию. Уж не заболела ли я?

В дверь позвонили. После массажа мне не хотелось влезать в брюки и джемпер, поэтому я вытащила из сумки пижамку, в которой стримила всю ночь. Это был шелковый костюмчик сине-чернильного оттенка: короткие шорты и свободная маечка на тонких бретелях. Глубокий вырез майки был обшит светло-голубым кружевом.

— Здрасьте, — Рамзан втянул голову в плечи и прижал руки к бокам. Как будто убеждал Беньямина, что пришел с добрыми намерениями и не собирается устраивать драку.

— Приветствую, — Беньямин учтиво поклонился и вытер блестящие от масла ладони о пижамные брюки. — Прошу проследовать на кухню.

— И закрыть дверь изнутри, — прошептал Рамзан. — И оставить снаружи телефоны, компьютеры и прочую технику. Нас могут прослушивать злоумышленники. Я не шучу!

Илона сухо кивнула и убрала телефон чеченца в свою сумочку Bottega Veneta. Оставив сумочку в прихожей, она прошествовала к табуретке. Я смотрела на нее и не верила своим глазам. Она похудела на три размера! Ее фигура в форме “песочных часов” сохранила свои божественные пропорции, так что талия стала совсем осиной. Бархатные щечки немного ввалились — но не болезненно, а томно. Дымчато-темные круги под глазами смотрелись так, будто их нарисовал визажист, который делает грим голливудским актерам. Может, Илона снимается в кино про вампиров или про Париж начала двадцатого века?

— Красавица моя! Ты побывала на элитной программе омоложения в Ша? — Беньямин в порыве восхищения приложил руки к груди.

Рамзан зашелся беззвучным хохотом и ударил себя ладонью по лбу.

— Нет! Я побывала на пургене! Дважды! — огрызнулась Илона.

Я уселась на колено к африканцу, по диагонали от своей начальницы. Беньямин обеими руками обнял меня за талию и плотно прижал к себе. Мне было чуть-чуть неловко, потому что владелица Danger Diamond и ее чеченец были в плотных синих джинсах и черных водолазках с высоким воротником под подбородок. На контрасте с ними я выглядела демонстративно обнаженной и беззащитной.

— Я дважды заказывала еду с доставкой на дом, из разных ресторанов. И меня дважды травили. Не думаю, что это случайность. Службы доставки и курьеры были разные. Главных подозреваемых двое. Или это моя собственная дочь, или это ваша замечательная подруга, — Илона показала одной рукой на меня, а второй на Рамзана.

— Что по этому поводу думает полиция? — наивно ляпнула я. После вина и массажа я не могла соображать рационально.

— Детка, мои знакомые полицейские — не ручные болонки. Они помогают мне держать бизнес в легальных границах. Но по другим вопросам я их вряд ли стану тревожить. И писать заявление в районном отделении тоже не буду, чтобы мое имя и мое заведение зря не полоскали в прессе.

— Это не может быть одна из твоих бывших поклонниц? — обратился к чеченцу Беньямин.

— Нет. Все мои бывшие давно нашли себе ресурсных спонсоров. А если бы им снова захотелось моих денег, они бы связались со мной напрямую, — Рамзан стрельнул глазами на чайник. Илона сразу же поднялась со стула и поставила кипятиться воду.

— Что насчет жены?

— Этот вариант тоже исключен. С женой мы живем душа в душу.

Илона стояла к возлюбленному спиной, а ко мне полубоком. Я заметила, как исказилось ее лицо.

— Нам устроили договорной брак, мы друг друга не знали до самой свадьбы. Вам не понять, что это такое.

— Э, нет! — Беньямин поднял правую руку и погрозил пальцем. — В Африке до сих продают невест! И не только среди самых бедных слоев населения, но и для успешных бизнесменов и даже политиков! Красивую невесту подросткового возраста можно купить за наличные деньги, или за автомобиль, или за стадо домашнего скота, — после этой страшноватой фразы конголезец положил руку мне на грудь. Я сглотнула.

— Ок, я не знал. Но сейчас не об этом. У меня с супругой совершенно разные характеры. Однако она знает, что она для меня главный человек в жизни — она, моя мать и мои дети. По первому требованию супруги я вышлю ей любую сумму денег, прилечу в Италию или набью морду кому угодно. В конце концов, у нее есть чувство собственного достоинства, и она никогда не опустится до пургена.