logo Книжные новинки и не только

«Дерево Идхунн» Личия Троиси читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Личия Троиси Дерево Идхунн читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Личия Троиси

Дерево Идхунн

Посвящается моей тете Аделе, которая подпитывала и всячески поддерживала мои фантазии

Пролог

Древо Мира стонало. Элтанин слышал его душераздирающие вопли. Он ощущал их не столько на слух, сколько своей плотью, и от этого ему становилось невыносимо. Ведь до сих пор он все еще оставался созданием Драконии и одним из Стражей Древа Мира, и ничто на свете не могло бы заставить его забыть о своем происхождении, даже прошедшая долгая ночь, когда он вместе с вивернами сражался против себе подобных, против драконов.

Он бился всю ночь и весь следующий день. Они сошлись в битве на углу одной из улиц, пожары уничтожали дома и трупы, и он не щадил своих сил. Он запускал свои когти в плоть своих собратьев, подавляя в себе чувство жалости, и вел за собой виверн против своих же старых друзей. Но, как бы храбро они ни сражались, не обращая внимания на страшные раны, с ожесточением бросаясь на неприятеля, вивернам не удалось одержать верх. На закате дня стало очевидно, что эта схватка не закончится в их пользу. Они нанесли врагу ужасные потери, но город все еще оставался в крепких лапах драконов. Именно тогда Элтанин рассказал Нидхогру, как им следует перейти в решительное наступление.

— Древо Мира находится на открытой местности, в некоем подобии храма, — сказал он своему повелителю. — Кроме Хранителей, которые в любом случае будут обязаны сражаться за него, есть еще и особый защитный барьер. Его можно преодолеть, только если намазаться соком Древа. Но он невероятно жгучий.

Сок Древа Мира… И он добыл его для Нидхогра.

Повелитель виверн свирепо ухмыльнулся.

— Я с радостью вынесу эту боль.


И вот он сделал это. Нидхогр добрался до Древа Мира и теперь разрушает его.

Элтанин обернулся и побежал по песку, подчиняясь своему изначальному инстинкту, ведь долгие годы он был его хранителем. А там уже Нидхогр со своей дымящейся от сока чешуей. Клыками он разрывает землю и достает оттуда корни Древа Мира, раздирая их на части и уничтожая. Сверкающий драгоценный сок растекается по земле, как кровь, а в это время Древо, в предсмертных судорогах умирающего существа, издает страшные стоны.

Элтанин, ощутив весь ужас происходящего, почувствовал, как задрожало его сердце и как его лапы рванулись броситься вперед и спасти то, что еще осталось от Древа. Листва на верхушке кроны стала высыхать, окрашиваясь в болезненно желтый цвет, и падать на землю. Но дракон сдержался.

«Именно этого ты желал, и таков оказался твой выбор. Ты знал, что это должно было произойти. Ты выбрал виверн, потому что поверил в них, а они поверили в тебя. Все это стало частью общего плана».

Но вскоре появились драконы-Хранители. Израненные, с оружием, обагренным черной кровью виверн и красной — их собственной кровью. В глазах Тубана и Растабана застыл ужас.

Нидхогр усмехался. С его клыков стекал живительный сок Древа Мира. Он взревел, вскинув голову к небу, и это был рев победителя.

— Ну что вы сделаете на этот раз, а? Что вы сделаете теперь, когда Древо Мира уже мертво? Виверны снова будут править Землей: это всего лишь вопрос времени. Эре драконов пришел конец!

Раскрыв свои огромные черные крылья, он взмыл ввысь при помощи одного мощного взмаха.

— Мы уходим, — торжествующе выкрикнул он. — Но мы вернемся, — повторил он затем, бросив взгляд на землю. — Мы вернемся, и нас будет уже десятки тысяч. И тогда от Драконии останется только смутное воспоминание.

Нидхогр улетел прочь, и вслед за ним потянулась вся стая виверн. Элтанин последовал за ними. Все еще не придя в себя от увиденного, он никак не мог поверить в то, что свершилось невероятное. Древо Мира мертво. Дракон бросил свой последний взгляд туда, где оно медленно истекало соком. Его листья один за другим падали на землю, а кора становилась сухой и безжизненной. А еще он увидел ее. Охваченная отчаянием, она опустилась рядом с Хранителями на колени на траву, пропитанную древесным соком.

Должно быть, он почувствовал ее взгляд, потому что она повернула голову и пристально посмотрела на него. В этом взгляде Элтанин не заметил ни ненависти, ни упрека. Только боль и мольба. И в одно мгновение ему показалось, что он все понял: он увидел пропасть, в которую сползал, всю мерзость, в которой оказался замешанным, и овладевшее им за прошедшие месяцы безумие, опьянявшее его кровью и властью. Но более всего его сразила мысль, что он прочел в этом взгляде: «Все, что бы ты ни сделал, может быть прощено, потому что ты есть и навсегда останешься одним из нас».

Элтанину пришлось закрыть глаза и силой воли задушить в себе жгучее желание вернуться назад, бросить все, позабыв о том, в кого он превратился. Но он сделал свой выбор, из которого уже нет пути назад, и умиравшее на песке Древо было тому самым ярким подтверждением.

Дракон отвернулся и полетел вслед за вивернами. Нет, отныне его возвращение невозможно.

1

Жизнь клоуна

Цирк был переполнен. Под его огромным шатром с желто-голубыми полосами все ряды были сплошь забиты публикой: в большинстве своем это были семьи с детьми, жевавшими попкорн и сладкую вату. Над ареной витал приторный аромат. София посмотрела на публику сквозь узкую щель в занавесе. Она ощущала свое неподвижное из-за толстого слоя грима лицо, наложенного щедрой рукой Мартины. Взглянув в зеркало, София с трудом узнала себя. Впрочем, несмотря на нарисованную помадой широкую улыбку, у нее был очень печальный вид.

Девочка встала, руками приподнимая штанины: они были ярко-голубыми и очень длинными, с двумя бретелями, красной и белой, а на талии затянутые еще и широким пластиковым бандажом. Ботинки были велики ей, по меньшей мере размера на два, и, главное, выглядели необычайно длинными. София спотыкалась в них на каждом шагу.

— Неужели это и в самом деле так уж необходимо? — спросила девочка в последнем порыве недовольства.

— Да, — безжалостно ответила ей Мартина.

На плечо Софии легла чья-то легкая рука.

— Ты готова?

Лидия в своем восхитительном сценическом костюме в виде комбидреса из лилового бархата с тончайшей шифоновой пачкой. Она только что выступила со своим акробатическим номером и была, как обычно, просто неотразима. Зрители от аплодисментов едва не содрали кожу на ладонях.

— Нет, — честно ответила София. — Совсем нет.

Лицо Лидии приняло суровое выражение.

— Сколько можно тянуть… Выходи на сцену, прихватив с собой торты, а потом вали оттуда поскорее. Все. Быстро и безболезненно.

— Когда это делаю я, все не так уж и безболезненно.

Подруга шлепнула Софию.

— Сейчас же прекрати. Сделай это, и конец. Как бы то ни было, у тебя все получится.

Гул аплодисментов вынудил Софию снова выглянуть из-за кулис. Карлик-конферансье по имени Коротышка вышел на арену. А это означало, что скоро наступит и ее черед.

«Но почему я должна туда выходить?» — в отчаянии спрашивала себя девочка. С тех пор как она впервые оказалась в цирке, уже по меньшей мере раз сто задавалась этим вопросом.

— А теперь дуэт Чико — Байо! — объявил Коротышка.

Карло и Мартина, по прозвищу Чико и Байо, прошли мимо нее на арену. Мартина ободряюще подмигнула девочке.

— Выше нос, хорошо? — шепнула она.

Их номер только начался, когда София почувствовала головокружение. Она посмотрела на клоунов: Мартина жонглировала кеглями, а затем стала бросать их Карло, а тот как бы не мог поймать ни одну из них. Всякий раз, когда кегля ударялась ему в грудь, он с недоумением глядел, как та падает на арену, и дети хохотали как сумасшедшие.

София отвела в сторону взгляд, мысленно прокрутив в голове свою роль. Прежде всего она должна была схватить тележку с тортами и выкатить ее на середину арены, туда, где Карло и Мартина вовсю веселили публику. София же должна была всего лишь развернуться и удалиться прочь. Всего пять шагов. Все очень просто.

«Пять шагов. Ставишь тележку и уходишь. Конец».

София заметила, что Карло и Мартина в ожидании повернулись в ее сторону и публика стихла. София напряглась.

«О'кей, я пошла».

Девочка направилась к занавесу. Кое-кто из детей робко захлопал в ладоши, но большая часть публики продолжала молча следить за ней. София представила себе, как она выглядит со стороны: необыкновенно печальный клоун, который только и знает, что ходить взад-вперед, и больше ничего. София сделала сначала один шаг, затем второй. Идти в таких ботинках было делом далеко не самым простым, они сгибались всякий раз, когда девочка отрывала ногу от земли. А как только она ставила ее обратно, из-под ботинка поднималось вверх целое облако опилок.

«Ты идешь к славе, София, — твердила себе девочка. — Еще чуть-чуть, и все будет кончено».

Три шага.

«Быстро и безболезненно. Ты видела? Это просто».

Четыре ша… Тут все и случилось. На четвертом шаге одна из ее ножищ зацепилась за другую, София потеряла равновесие и упала ничком.

Словно в замедленном кадре, София как бы со стороны увидела, как ее огромный зад задрался кверху, а физиономия угодила прямо в торт. Ошметки крема полетели в разные стороны… А потом мертвая тишина. Мгновение длилось целую вечность. Но вот кто-то из зрителей рассмеялся, за ним другой, третий, и, словно искра в лесу, разрастающаяся до размеров пожара, наконец грянул дружный хохот. А София тем временем рисковала захлебнуться в огромном, с нее ростом, торте со взбитыми сливками.

Девочка почувствовала, как кто-то схватил ее за штаны и с силой поднял вверх. Сквозь сливки и бисквит, сползавшие с лица, София сумела разглядеть хитрую мордашку Мартины. Девочка попыталась что-то сказать, но поперхнулась кусочком торта и закашляла. Зрители решили, что это был новый комический прием, и уже стонали от смеха.

Под бурные овации публики и все нараставший хохот кашляющая София помчалась прочь настолько быстро, насколько ей позволяли ее ботинки. Не поднимая головы, девочка нырнула за кулисы, избегая смотреть в лицо своим коллегам по цирку, с улыбкой смотревшим ей вслед. Пару раз до ее ушей долетали фразы типа «Черт подери, у тебя и вправду большой талант!» и «Вот это успех!».

Девочка влетела в крошечную гримерную, захлопнув за собой дверь, и рухнула на пол прямо возле зеркала. Это был конец. Дай-то боже, чтобы это был конец.

Увидев в зеркале свое отражение, София почувствовала себя как никогда грустной и смешной. Ей жутко хотелось расплакаться, но она сдержалась. Потому что всего несколько месяцев тому назад она поклялась себе самой, что перестанет быть слабой и не позволит другим относиться к ней плохо. Именно в этот момент ее охватила ярость, она злилась на Лидию, на Альму, хозяйку цирка, и на всех, кто работал вместе с ней. Но больше всего она была зла на профессора, который в один прекрасный день собрал свои пожитки и был таков, бросив ее на незнакомых людей. Вот этого она ему никогда не простит.

2

Как София оказалась в цирке

Первое время София думала, что таково было наказание за ее полную бездарность. В конце концов, девять месяцев назад, с момента ее первой встречи с Нидхогром, ей толком так ничего и не удалось изменить. Ну да, она сумела отыскать первый плод — один из пяти магических предметов, которым было бы под силу вдохнуть жизнь в Древо Мира. Но ведь это было всего лишь начало. А надо было найти еще четыре, тогда как не было никаких следов других реликвий.

Долг Лидии и Софии как раз и заключался в том, чтобы найти их, ведь они были Драконидами и в каждой из них жил дух драконов-Стражей, на которых в прошлом была возложена обязанность защищать Древо. Но сколько бы девочки ни старались, они так ничего и не отыскали. Вплоть до сей поры местонахождение второго плода оставалось для них загадкой.

Впрочем, профессор сразу же и объявил им об этом.

С самым серьезным выражением лица, обрамленного короткой белой бородкой, с круглым пенсне на тонком носу и с этим неотразимым видом джентльмена девятнадцатого века он изрек: «Мы победили в схватке, но война только началась. И нам срочно нужно сделать две вещи: разыскать еще одного Дремлющего и новый плод»

Ах да, ведь на свете живут еще три Драконида, и на данный момент каждый из них, по всей вероятности, является Дремлющим, то есть обычным человеком, ничего не ведающим о том, что в его груди обитает дух дракона. Разыскать остальных Драконидов и ввести их в курс дела — как раз и входило в задачу профессора, но только Лидия и София могли раздобыть плоды Древа Мира. Только им было под силу ощутить их присутствие.

И обе девочки сразу же принялись за дело, хотя Софии очень хотелось спокойно обдумать все, что произошло с ней за последние недели. Да, она была Драконидом и при этом одним из предводителей этого племени, и ей предстояло выполнить свой долг, но об этом девочка предпочитала не думать. Софии было всего лишь четырнадцать, так неужели у нее нет права обрести покой хотя бы на время?

Как бы то ни было, она взялась за дело. Часами она просиживала возле Геммы, бесценной реликвии Древа Мира, с одной только целью — извлечь как можно больше пользы из его энергии. Затем тренировки и изучение книг в библиотеке профессора. Но все усилия оказались тщетными.

Ситуация сдвинулась с мертвой точки, только когда Лидия решила в последний раз отправиться на гастроли со своим цирком, прежде чем окончательно оставить его и поселиться вместе с профессором и Софией. Этот шаг был неизбежен: девочкам было крайне необходимо помогать друг другу в поисках плодов, а для достижения максимального результата им требовалось всегда быть рядом. Беневенто должен был стать конечным пунктом этой финальной поездки Лидии в компании своих коллег-циркачей.

А в это время профессор энергично работал над поисками еще одного Драконида, но эта задача оказалась значительно сложнее, чем он предполагал.

— Ты знаешь, что на твои поиски у меня ушли долгие годы, — говорил он Софии. — Эти трудности абсолютно нормальны.

— Но ведь Лидию ты нашел довольно быстро…

— Это было просто счастливое стечение обстоятельств.

София завидовала профессору. В отличие от нее самой он выглядел воодушевленным светлой верой в собственные способности и в свое предназначение. При этом веру эту он тщательно скрывал. И вот однажды вечером он, весь сияя, появился за ужином.

— Полагаю, что в своих поисках третьего Драконида мы находимся на верном пути.

София не успела даже донести ложку до рта.

— Но это же здорово!

— Видишь ли, если упорно работать, то рано или поздно добьешься результата, — заметил Шлафен с удовлетворением.

Затем он принялся неторопливо смаковать суп из белых грибов, которые собрал днем вместе с Томасом и Софией. Девочка в этом деле не слишком преуспела: ведь Нидхогр и его прихвостни могли в любую минуту оказаться где-нибудь поблизости. Однако София время от времени прогуливалась по лесу вместе с Томасом, дворецким профессора, который со своей лысиной и форменными густыми бакенбардами, как и его хозяин, выглядел сошедшим с какого-нибудь из полотен девятнадцатого века. Но, несмотря на этот серьезный и сдержанный вид, он был очень жизнерадостным и общительным человеком, весьма благоволившим Софии, которой очень нравилось бродить по лесу в его компании.

— Ну и?.. — спросила девочка профессора.

— Полагаю, что он живет в Венгрии.

И в голове Софии сразу возникло бесконечное множество разных картинок. Поездка за границу! В Будапешт! От прилива чувств у Софии запылали щеки.

— И когда мы отправляемся в путь?

На лице профессора возникло удивление.

— Я собирался поехать в следующий понедельник.

И, глядя в сверкающие глаза девочки, он почувствовал, что должен был уточнить свою мысль:

— Я. Поеду я.

София успела почувствовать только, как резко опустились ее плечи. То есть как «поеду я»?

— Ты хочешь сказать, что я не еду с тобой?

— Ну… нет. На самом деле нет.

— Но почему?

— По-моему, лучше было бы, если бы ты осталась вместе с Лидией.

— Но ведь Лидия тоже уезжает?

Последовавших после этих слов мгновений тишины с лихвой хватило Софии, чтобы понять всю горечь правды. Она тоже отправится в путь, но не в Будапешт, чтобы насладиться там чудными пейзажами Восточной Европы, а в цирк.

— Вы должны быть вместе, — заявил профессор. — Во-первых, в случае нападения неприятеля вы сможете лучше защититься, а во-вторых, вы должны продолжать совместные поиски плода. София, нам крайне важно разыскать его как можно скорее.

— Но здесь я в безопасности! То есть, я хочу сказать, что мы и так под защитой Геммы, куда уж лучше… Да и как бы то ни было, но я стала еще сильнее, и…

Профессор, подняв ладонь вверх, прервал Софию:

— У каждого свой долг. Я обязан разыскивать тебе подобных, а ты — находить плоды.

— Это наказание за то, что я не могу найти второй плод?

Тон профессора несколько смягчился.

— Нет же, совсем нет! И как только тебе могло прийти такое в голову? Я же уже объяснил тебе…

— Тогда я не понимаю. Профессор, это — мой дом, здесь находятся Гемма и плод Растабана, тогда почему мне нужно отправляться вместе с цирком в совершенно незнакомый мне город? И потом, скоро Рождество, и мне хотелось бы провести его здесь, вместе с тобой.

— С тобой будут Лидия и ее товарищи по цирку. Ты славно повеселишься, вот увидишь. Я не могу откладывать свою поездку, и то, что ты очень скоро уезжаешь, дело уже решенное.

— Да, но там я и в самом деле останусь вне всякой защиты, — заметила наконец девочка. Ну вот, на это возразить ему просто нечего.

Но в ответ мужчина просто улыбнулся.

— Ты ошибаешься. — И у него не возникло ни малейшего желания добавлять что-либо к сказанному.

* * *

На следующее утро, когда пришла Лидия, профессор пригласил обеих девочек в библиотеку. На стол он положил два кулона: один зеленый, другой розовый. На вид это были совершенно заурядные подвески, на кожаных шнурках, которые можно было купить на любой ярмарке, всего за несколько евро. На вид это были простые твердые камни неправильной формы.

— Что это? — спросила София.

— Это талисманы. Их изготовил для вас Томас. О том, как их делать, мы прочли в одном из древних манускриптов. Вы даже представить себе не можете, сколько наших усилий ушло впустую, прежде чем нам удалось наконец смастерить их. В каждый из них мы ввели по капельке смолы Геммы, произведя кристаллизацию путем длительного и сложного процесса. Носите их всегда под одеждой. Если Покоренный или кто-либо из приспешников Нидхогра их увидит, то вас смогут узнать. Талисманы будут охранять вас даже вне стен этого дома: они в состоянии полностью свести на нет ауру Драконидов. Как только вы наденете их, сразу же станете обычными девочками.

София долго рассматривала свой кулон, удивленная тем, что от него не исходило никакой магической силы; у девочки не возникало привычного ощущения спокойствия и умиротворения, передававшихся ей от Геммы.

— Он и в самом деле похож на простой камень.

— Разве это не здорово? — Профессор был возбужден как ребенок.

— И он действует, даже когда мы используем свои магические способности? — спросила Лидия.

— Только в том случае, если вы прибегнете к магии низшего уровня. К примеру, он полностью защитит вас, когда вы попытаетесь разыскать плод. А это будет единственным вашим занятием в Беневенто.