logo Книжные новинки и не только

«Дерево Идхунн» Личия Троиси читать онлайн - страница 15

Knizhnik.org Личия Троиси Дерево Идхунн читать онлайн - страница 15

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Он всего за несколько минут добрался до поляны, где находилась темница Идхунн. Отныне он знал, что память вернулась к нему. Девушка продолжала биться, закованная в огненные цепи, и отчаянно рыдала, а старушка нежно гладила ее по лицу.

— Вот плод, — произнес Фабио, протягивая Идхунн сверкающий шар. — Я помню тебя… Помню! — А потом в нерешительности добавил: — И прошу у тебя прощения.

Удивительное чувство охватило мальчика, когда он произнес эту фразу. Никогда в жизни он еще ни у кого не просил прощения.

Идхунн посмотрела на него и, узнав наконец, улыбнулась: прекрасней этой улыбки Фабио не видел ничего на свете. Она напомнила ему улыбку его матери и те счастливые времена, что он провел вместе с ней. А потом живший в нем дракон напомнил ему о его годах жизни в Драконии, об играх с этой девочкой, и щемящая душу тоска подкатила к горлу мальчика.

Девушка медленно прошла сквозь клетку.

— Я знала, что ты вернешься, — сказала она. — Этот плод — твой, и настал твой черед воспользоваться им. Как и обещала, я сохранила его для тебя.

— Я… я не знаю, что с ним делать… И там, там умирает человек, — Фабио перевел дыхание, — а Растабан все еще продолжает сражаться, — добавил он дрожащим голосом.

— И все же ты знаешь, что делать, — спокойно возразила Идхунн. — Только Дракониды могут воспользоваться силой плодов. Тебе нужно просто вспомнить, что ты делал тогда, когда еще был драконом и защищал Древо Мира.

Фабио прижал к себе плод и прочел молитву. Он молил, чтобы его ошибки были прощены, чтобы все, что он совершил, было забыто, чтобы Идхунн обрела свободу и наступил конец этого кошмара.

И чудо свершилось. Плод задрожал в его руках, испуская золотой луч, озаривший и растворивший в своем бесконечном великолепии все вокруг. Прутья клетки Идхунн исчезли; потом свет распространился дальше, поглощая этот ужасный лес и испепеляя его теплом своей энергии. В одно мгновение деревья скрючились, корни высохли, листва пожухла. Перестал падать снег, колдовской лес стремительно отступал, уходя в породившее его небытие.

Свет, словно волна морского прилива, добрался и до того места, где развернулась схватка между Рататоскром и Лидией. Измотанная до предела девочка была уже на грани гибели, когда свет окутал ее с головы до ног и она ощутила его энергию. Рататоскр вскрикнул, его чешуя вспыхнула, и внезапно под воздействием этого света силы оставили его.

Фабио закрыл глаза. Он почувствовал, как в его душе стало расти ощущение спокойствия и благодати. Он никогда не испытывал ничего подобного в жизни. Потом в этом окружавшем его ослепительном сиянии он увидел идущую навстречу ему Идхунн. Наконец она свободна и принадлежит самой себе. Девушка счастливо улыбалась; на ней было все то же белоснежное платье, ниспадавшее мягкими складками, а ее белые руки были опущены вдоль тела.

— Я знала, что ты сдержишь обещание, — произнесла Идхунн.

Стоявшего возле нее Фабио охватил ужас из-за всего содеянного им.

— Я дважды оказался предателем, — сказал он дрожащим голосом.

— Но в конце концов ты спас нас всех.

— Я нес горе и смерть, и это невозможно перечеркнуть.

— Но ты и сам страдал, и долго. — Идхунн положила руку ему на грудь. — Я знаю, что пришлось тебе испытать, и знаю, почему ты это сделал.

Потом девушка крепко и с любовью обняла мальчика. И Фабио всецело предался ее нежности. Это и в самом деле была она, из плоти и крови, в точности такая, какой он оставил ее тысячелетия назад. Энергия плода хранила ее все это время.

— Вот ты и дома, — добавила Идхунн. Потом она отошла.

Возле нее стояла старушка с таким блаженным выражением лица, словно и она обрела долгожданный покой.

— И что теперь? — спросил Фабио.

— А теперь твой черед, — ответила Идхунн, — так, как это было всегда. Теперь у тебя начинается новая жизнь. Но обещаю тебе, мы еще встретимся. Когда закончится эта война и мы победим, я отправлюсь с тобой в Драконию.

Потом девушка взяла за руку свою мать. Они, улыбаясь, глядели друг на друга и постепенно растворялись в чистейшем свете.

Неожиданно опустилась ночь. И когда Фабио был вновь в состоянии видеть, он понял, что снова находится в Беневенто и стоит возле памятника на проспекте. С неба падал белый снег. Потом он заметил невдалеке две фигуры. Это были Лидия и София.

София лежала на земле в луже крови, очень бледная. Лидия плакала, сжимая в своих ладонях руки подруги, и ее плечи вздрагивали от рыданий. Потом девочка подняла на него взгляд.

— Она мертва! — выкрикнула Лидия. — София мертва!

21

Животворящая сила

Фабио остолбенел на какое-то время, а потом подбежал к девочкам и вежливо отодвинул Лидию в сторону.

— Позволь мне взглянуть, — сказал он.

— Оставь ее в покое и не смей дотрагиваться до нее! Это из-за тебя она погибла!

Мальчик не стал ее слушать и положил ладонь на шею Софии. Потом он сложил одна на другую свои руки на груди девочки и стал надавливать на нее. Раз, два, три, четыре, пять. Фабио убрал руки, приблизился к лицу девочки и сделал несколько вдохов изо рта в рот. Он слышал, как Лидия рыдала не переставая.

— Вместо того чтобы стоять там как истукан, лучше помоги мне! — сказал он, почти переходя на крик.

Лидия вздрогнула от неожиданности. Она энергично кивнула и подошла ближе.

— Что я должна делать?

— Дышать ей в рот. — И Фабио принялся давить Софии на грудь.

Он вкладывал всего себя в эти движения, а в его голове кружилась единственная мысль: «Спаси ее!»

Мальчик не смотрел ни на кровавую лужу, расплывшуюся по земле, ни на кожу Софии, становившуюся все бледнее и бледнее. Все его внимание было сосредоточено на его руках.

Потом он уловил едва заметное движение грудной клетки Софии.

— Она дышит! — вскрикнула Лидия.

Фабио остановился. Грудь девочки и в самом деле слегка приподнималась и опускалась. Он приложил ладонь к шее Софии и ощутил слабое биение пульса.

— Нам нужно срочно доставить ее в больницу, — заявила Лидия.

Фабио посмотрел на свои колени. Его брюки были в крови Софии.

— Переверни ее на живот. Сначала нужно остановить кровотечение.

— Об этом позаботятся в больнице.

— В таком состоянии она не доживет до больницы. Поворачивай!

Лидии пришлось подчиниться. Раздражение мальчика пугало ее, и потом ведь это он оказался ее спасителем.

Как только тело Софии повернули на спину, Лидия в ужасе закрыла рукой рот, чтобы не закричать. Почти через всю спину ее подруги проходил длинный и глубокий порез с неровными краями. Из него медленно сочилась кровь. На спине Софии уже не было крыльев.

Фабио принялся внимательно рассматривать порез. Это была вовсе не та рана, которую он мог бы прижечь своим пламенем. Да и острых клинков от вживленного устройства, которые также могли бы ему пригодиться, у него теперь не было. Мальчик растерялся.

И тогда краешком глаза он заметил плод — причину всего, что случилось в тот вечер.

Наверное, он выпал, когда мальчик бежал к Лидии.

Фабио решительно схватил плод.

— Если мне удастся воспользоваться им до того, как он изгонит прочь этот лес, быть может, я смогу ради ее спасения проделать это снова.

И мальчик вновь опустился на колени возле Софии.

— Что ты задумал? Нам нужно что-то делать!

Лидию опять охватила паника.

Но Фабио, не обращая на нее внимания, закрыл глаза и прижал пальцы к плоду:

— Исцели ее, заклинаю тебя, исцели!

И его вместе с Софией окутал все тот же изумительный свет, еще недавно освещавший колдовской лес, растворив в этом приглушенном сиянии все вокруг. Повсюду воцарилось невозмутимое спокойствие. Фабио чувствовал только себя и Софию, они будто парили в этом совершенном спасительном золоте. Плод исчез, словно поглощенный руками Фабио. Но здесь, совсем рядом витала душа Идхунн. Фабио протянул ладони, и они покрылись почти белым пламенем. Мальчик провел им по спине Софии. Он чувствовал, как из его рук заструилась энергия. Ибо впервые его огонь не был разрушительным, но исцеляющим, и он на самом деле мог исправить все то, что совершил прежде, и стать одним из них.

Так продолжалось до тех пор, пока силы мальчика не иссякли и не задрожали его руки. Тогда свет погас, и плод выскользнул из его ладоней. Фабио почувствовал, как отполз назад, упал на землю, прижавшись щекой к каменной мостовой, и тяжело задышал.

— София, София! — услышал он голос Лидии.

Фабио приподнялся. Все было, как и раньше. Он сидел возле изваяния, которым воспользовался когда-то как порталом, чтобы добраться до орехового дерева. Беневенто снова стал таким, как прежде. Не осталось ни следа, напоминавшего о том, что случилось в ту безумную ночь.

У мальчика сильно кружилась голова, но он все равно подошел к Софии. Девочка спокойно дышала, а порез на ее спине заметно уменьшился и был уже не такой глубокий, как прежде. Фабио видел устремленный на него взгляд Лидии. Ее глаза были преисполнены безмерной благодарности, отчего он даже немного смутился. Затем он взял Софию на руки.

— Позови того типа, что был с вами, того чудака. Я отвезу Софию в больницу, а ты передай ему это, — сказал он, протягивая плод.

Лидия кивнула, а потом положила ему руку на плечо.

— Спасибо тебе, — сказала девочка дрожащим голосом. — Правда, спасибо.

Фабио отвел взгляд в сторону:

— Ну же, иди.

Он видел, как девочка улетела прочь. Мальчик слышал ровное дыхание Софии, лежавшей у него на руках. Цвет ее кожи стал заметно розовее, однако она все равно остро нуждалась в лечении.

Фабио очень устал, но нужно было сделать еще одно маленькое усилие. Мальчик огляделся по сторонам. Вокруг — никого. Он взмахнул появившимися у него за спиной крыльями и взмыл ввысь.


В больнице на него посыпалась куча вопросов. В какой-то момент он подумал даже о том, что, возможно, вызовут еще и полицию, чтобы арестовать его. Впрочем, такой тип, как он, производит далеко не самое лучшее впечатление, появившись в больнице в одежде, запачканной чужой кровью. И это не считая того, что на нем самом отчетливо виднелись следы недавней схватки.

Фабио выдумал какую-то несуразицу.

— Это был несчастный случай. Мы переходили дорогу, и нас сбила машина. Они даже не остановились.

Ситуация сильно изменилась с появлением профессора.

Он был бледный как полотно и заметно прихрамывал.

Несмотря на свое волнение, он сумел взять ситуацию под свой контроль.

— Ну конечно я его знаю, — сказал он, когда его подвели к Фабио. — Это друг моей дочери, я знаю его с самого детства.

Врач бросил на Фабио косой взгляд, но ничего не сказал. А профессору пришлось встретиться еще и с полицией.

Фабио сидел возле палаты, где Софии оказывали медицинскую помощь. После этой ужасной ночи мальчику очень хотелось уйти поскорее, ему не очень нравилось то, как смотрели на него в больнице. И все же что-то удерживало его на месте.

Профессор уселся возле него, как только уладил все вопросы со стражами порядка. Какое-то время они сидели молча, один — разглядывая свои запачканные кровью джинсы, другой — уставившись в потолок. Потом вышел врач, и оба вскочили.

— Рана очень серьезная, но мы сделали переливание и зашили ее. Девочка останется под нашим наблюдением еще несколько дней.

Профессор глубоко вздохнул, а потом поправил очки.

— Я могу на нее взглянуть?

— Сейчас она спит. Но вы в любом случае можете войти, если хотите.

Доктор шагнул вперед, а Фабио остался стоять на месте, сунув руки в карманы.

— Хочешь туда пойти? — неожиданно спросил профессор.

— Я?..

— Ты ведь спас ей жизнь, разве тебе не хочется увидеть конец этой истории?

Они на цыпочках вошли в палату. София лежала на животе. На ее спине была повязка, а от руки тянулась трубка капельницы. Девочка спала безмятежным сном.

— Смотри внимательнее. Это твоя заслуга, что она осталась жива.

Фабио почувствовал, как по его спине пробежала дрожь.

— Ты даже представить не можешь, что значит для меня София и насколько я благодарен тебе за то, что ты сделал этой ночью.

Фабио пожал плечами. Он не нашелся, что сказать в ответ. В его голове никак не укладывался образ мирно спавшей Софии с сохранившимся в его памяти воспоминанием о том, как она лежала на асфальте в луже крови.

«Неужели это и в самом деле был я?» — подумал мальчик.

Профессор сел на стул возле кровати. Он крепко сжал руку девочки в своих ладонях, стараясь не касаться капельницы.

— Нам нужно поговорить, не так ли? — обратился профессор к мальчику, но при этом не отводя от Софии глаз. — У таких, как мы, нет права ни на покой, ни на передышку, и скоро тебе придется осознать, кто ты такой.

Мужчина медленно обернулся. Комната была пуста. Фабио исчез. У профессора возникло искушение выйти из палаты и броситься на поиски этого мятущегося юноши. Но иной раз нужно забывать про свой долг и позволить себе делать то, что хочется. Ведь в этот вечер он рисковал навсегда потерять человека, которого любил больше всего на свете.

На его лице появилась горькая улыбка. Он отвел взгляд от сверкающего дверного прямоугольника и обратил его на того, кто в эту сумасшедшую и ужасную ночь заслуживал этого более всего: на свою Софию.

Эпилог

Было еще довольно прохладно, но снег уже растаял. Так продолжалось недолго. Но это всего лишь утром, а потом солнце прогнало холод, оставивший после себя ощущение чистоты и приятный аромат льда.

София следила за тем, как Лидия ходит по вагончику. Девочка с любовью собирала свои вещи, словно загоняла овец в овчарню.

Они паковали чемоданы. Все кончено. Цирк поедет дальше, навстречу другим городам и иным ветрам.

Они же возвращались в дом у озера.

В вагончик вошел профессор со своим огромным саквояжем с ручкой через плечо. Он двигался несколько рассеянно, потому что его нога еще побаливала.

— Ну, ты готова вернуться домой? — спросил он, обращаясь к Софии.

Завернутая в теплое покрывало до самого носа девочка смогла только кивнуть. Она все еще была слишком слаба.

Лидия закрыла чемодан. Софии показалось, что та тяжело вздохнула — у ее подруги глаза подернулись влагой.

— Профессор, я отнесу Софию к машине, — сказала Лидия.

— Ты уверена, что сама справишься? — с сомнением спросил мужчина.

— Но ведь ты не в состоянии, а Маркус еще спит, следовательно…

Девочка подхватила свою подругу вместе с покрывалом. Она качнулась несколько раз на месте, но потом все же направилась к двери. Лидия осторожно спустилась по лестнице и усадила Софию на заднее сиденье автомобиля.

На полу возле ног Софии лежал сверток. Внутри его находился плод, запертый в защитный контейнер, очень походивший на клетку для птиц и излучавший удивительный золотистый свет.

— Он покрыт смолой Геммы, — пояснил профессор. — Я сконструировал его довольно давно, еще до того, как мы отправились на поиски плодов. Я знал, что, обнаружив их, нам придется позаботиться об их безопасной транспортировке в то место, где они впоследствии будут храниться. Эта клетка показалась мне наиболее подходящей для такой цели.

Контейнер открывался при помощи миниатюрного ключика, прикрепленного к ремню мужчины тонкой золотой цепочкой.

Когда Софии рассказали о том, что произошло после того, как она лишилась чувств, девочка выразила свое решительное несогласие с профессором.

— Ты не должен был отпускать Фабио!

— София, он еще не готов, — терпеливо ответил тот девочке.

— Но он нам очень нужен!

— Я ведь и тебе давал право выбора. Я бы не стал останавливать тебя, если бы ты решила уйти, верно?

— Да.

— Вот и он волен уйти, так же как ты и Лидия. Мы делаем это совершенно добровольно, а не по принуждению, — заключил Шлафен, и София осознала, что он прав.

Девочка поудобнее уселась в кресле, думая о том, сможет ли она снова увидеть Фабио. Она всем сердцем надеялась на это. А профессор тем временем складывал вещи в багажник.

Цирковая братия уже попрощалась с ними. Альма, как всегда, была невозмутима, как скала. Мартина расплакалась.

— Ты была такой классной клоунессой… — произнесла она, то и дело всхлипывая, а Карло хлопал ее по плечу.

Профессор объяснил артистам, что София попала в автокатастрофу, и на этот раз в цирке поднялась нешуточная суматоха. Впрочем, за два месяца пребывания в цирке с Софией дважды происходили несчастные случаи, это и в самом деле выглядело довольно странно. Но профессор сумел быть убедительным. В конце концов все уверились в том, что это просто злой рок восстал против бедной девочки. И по этой причине за то непродолжительное время выздоровления, что София провела в цирке, все старались быть с ней еще ласковее. Девочка с удивлением обнаружила, что ей будет не хватать их всех. Ей было хорошо в цирке, а она не замечала этого вплоть до того момента, как ей пришлось покинуть его.

Но ее грусть была ничто по сравнению с состоянием Лидии, которая с совершенно серьезным выражением лица и опущенной головой садилась в это мгновение в машину. Для нее наступал конец целой эпохи, той жизни, которую она вела все это время. Последнюю ночь она провела в вагончике Альмы. Кто знает, о чем они с ней говорили.

Профессор сел за руль.

— София, все в порядке? — спросил он ее напоследок.

Машина буркнула пару раз, а потом завелась. София упорно смотрела по сторонам. Беневенто неспешно двигался им навстречу. И в этот момент девочка увидела стоявшего возле фонаря Фабио, кутавшегося в слишком тонкое для такого холода пальтецо.

Юноша поднял руку в знак своего приветствия. Потом он улыбнулся, и это была первая искренняя и чистая улыбка, не омраченная грустью и страданиями, которую София увидела на его лице.

Девочка улыбнулась ему в ответ, прислонив руку к стеклу, и не отрываясь смотрела на него до тех пор, пока его ставшая совсем крошечной фигура в конце концов не исчезла из вида.

Они еще встретятся.

Она это чувствовала.