Чарлз собрал с коленей гостей салфетки и поспешно вышел из комнаты, освещая дорогу колеблющимся пламенем самодельного факела. Конечно, лучше бы воспользоваться свечой… но все свечи, вероятно, на кухне, а в темноте он будет слишком долго до нее добираться.
Чарлз медленно продвигался через темные комнаты к прихожей. Он не был уверен, что движется в правильном направлении, и мог только догадываться, куда исчезла Мэгги. Насколько она опережала его? На минуту? На пять?
Стены комнат отсвечивали влажным перламутром, когда пламя факела приближалось к ним, и из тени возникали темные очертания мебели. Чарлз миновал последний дверной проем, и его шаги отозвались гулким эхом в прихожей. Колеблющееся пламя самодельного факела сопровождалось густым дымом. Чарлз остановился в нерешительности посреди огромной комнаты, в центре крошечного светового пятна. Стены находились в отдалении и едва вырисовывались темными очертаниями; потолка вообще не было видно, а пол под ногами казался белым. Никаких признаков движения. Ни звука, за исключением стука дождя по крыше.
Чарлз закрыл глаза. Куда могла пойти Мэгги? И что она задумала? Он решил, что Дэнни, похоже, заставил ее совершить кражу, однако список вещей, которые можно было украсть в Эджингтон-Хаусе, был довольно большой. И столовое серебро, и произведения искусства, и антиквариат, и драгоценности, и редкие книги, и чучела экзотических животных. Этот список можно было продолжать и продолжать.
Но Мэгги, видимо, должна была украсть что-то не очень большое и легко транспортируемое. Она спрашивала у Милли, чья идея была использовать за обедом бутафорские драгоценности. А если каждый наденет эти фальшивые драгоценности, значит, настоящие останутся в комнатах гостей…
Чарлз начал подниматься по лестнице наверх, к спальням. Когда он достиг первого этажа, догорающая салфетка обожгла его руку. Выругавшись, он быстро достал из-за пояса другую салфетку, поджег ее, а сгоревшую бросил на мраморный пол.
Чарлз пошел вперед по коридору. По обеим сторонам от него находились двери гостевых комнат. Чарлз тронул первую дверь, и она распахнулась. Должно быть, Мэгги действовала быстро.
Выдвижные ящики и коробки были открыты. В слабом свете от горящей салфетки можно было разглядеть кровать, туалетный столик и пустую полку шкафа. В комнате никого не было. Чарлз вышел в коридор, оставив дверь приоткрытой, и обследовал другие помещения, пока не обнаружил то, что искал, — доказательство воровства в виде перевернутой коробки из-под драгоценностей на пустом туалетном столике. Его предположения оправдались. Теперь надо было поймать Мэгги, прежде чем она передаст украденное Дэнни. Он знал, что Мэгги не надеялась остаться в живых после встречи с этим негодяем, и был уверен, что у нее достаточно оснований так считать. Он должен остановить ее.
Чарлз начал действовать быстрее, открывая двери комнат по мере продвижения по коридору. Он больше не искал признаков ограбления, убедившись, что находится на верном пути, он хотел найти Мэгги. Чарлз достиг собственных апартаментов в конце крыла, но и там не обнаружил ее. Проклятие! Есть ли смысл обследовать западное крыло? Нет. Там не было комнат гостей. Остается второй этаж.
Чарлз кратчайшим путем пересек спальню и начал быстро подниматься по винтовой лестнице, шагая через две ступеньки. На верхней площадке он вынужден был остановиться и поджечь очередную салфетку. Осталось четыре.
В первую очередь он обследовал комнаты Мэгги, но там не было никаких признаков ее присутствия. А вот в других комнатах он обнаружил опрокинутые коробки из-под драгоценностей, валяющуюся на полу одежду из гардероба и небольшой сейф леди Джеймс, оставленный на кровати.
Волнение Чарлза возрастало. Он явно не успевал за Мэгги.
Как могла она орудовать столь быстро? Возможно, Мэгги работала не одна.
Чарлз достиг последней двери в этом крыле и открыл ее. Пусто. Не было даже дорожного сундучка. Он вошел в комнату, словно его присутствие там могло чудом явить из воздуха Мэгги. Как теперь перехватить ее? Ведь где-то должно быть место ее встречи с Дэнни: на чердаке, в подвале, в лесу, в Лондоне?..
Он уловил какое-то движение за окном и быстро приблизился к нему. Вплотную прижавшись к стеклу, Чарлз стал всматриваться в темноту. По дорожке под проливным дождем медленно двигалась фигура в белом. Определенно это был человек в хитоне. Мэгги! «Черт бы тебя побрал, Милли, с твоими нелепыми белыми одеждами!» Чарлз отступил от окна и в это мгновение уловил за спиной какое-то движение.
Чарлз инстинктивно отпрянул в сторону, когда над его плечом просвистел какой-то предмет и ударился об окно. Стекло разлетелось на мелкие осколки, и часть из них задела обнаженные руки Чарлза. Он уронил салфетку, и та упала на ковер, но продолжила слабо гореть. В комнате стало совсем темно. Чтобы обезопасить себя, Чарлз схватил стул и стал размахивать им перед собой. Он надеялся задеть невидимого противника, и вскоре ему это удалось. Стул с треском обрушился на чью-то голову. Человек вскрикнул и рухнул на пол. Чарлз присмотрелся и узнал в поверженном противнике мисс Хаусер. Значит, вот кто все это затеял: она, Гиффорд и Дайнс.
В комнате вдруг стало светлее. Чарлз повернулся туда, где оставил брошенную салфетку, и обнаружил, что загорелся ковер. Быстро затоптав огонь, Чарлз поспешно вышел из комнаты и стал спускаться вниз, в охотничий зал. Достигнув последних ступенек, Чарлз едва не столкнулся с Питером Рэдклиффом, который появился из бокового коридора, держа перед собой свечу.
— Послушай, Эджингтон!.. — воскликнул Питер, когда Чарлз выхватил свечу из его рук. — Это моя свеча, черт побери!
— Найди другую, — сказал Чарлз и побежал вперед по коридору.
Все кончено. Мэгги — воровка, преступница. Человек вне закона. Он не может просить чьей-либо помощи — никто не должен знать о том, что она сделала, иначе Мэгги погибнет.
Чарлз быстро вошел в охотничий зал и бросился к оружейному шкафу. Теряя драгоценные секунды, он долго искал то, что ему было нужно, — одно из новых ружей. Наконец Чарлз вытащил его из шкафа. Оставалось найти патроны и зарядить ружье. Чарлз начал выдвигать ящик за ящиком в другом большом шкафу, простиравшемся вдоль всей стены. А вот и патроны. Быстро зарядив ружье, Чарлз подошел к окну.
На дорожке уже не было видно фигуры в белом.
Грудь Чарлза болезненно сжалась. Он задул свечу и поставил ее на стол. Затем прикладом выбил стекло и вылез через окно в сырую ночь.
Глава 17
Мэгги опять споткнулась, и камердинер Дэнни, прорычав проклятия, грубым рывком поднял ее на ноги. Одежда была слишком длинной, сандалии слишком велики, а тяжелый мешок оттягивал руки, отчего Мэгги скользила, ступая в грязь или на мокрую траву.
Камердинер столкнул ее с аллеи, и Мэгги остановилась. Она убрала с лица мокрые пряди волос и попыталась разглядеть в темноте тропинку. Камердинер опять выругался. Мэгги шагнула вперед, но поскользнулась на траве и упала, выронив мешок с награбленным. Камердинер пнул ее под ребра, и Мэгги едва не задохнулась от боли.
— Грязная шлюха! — выругался сообщник Дэнни. — Если ты потеряешь хоть одну вещицу, я спущу с тебя шкуру, так и знай.
Мэгги лежала на земле, тяжело дыша; ее волосы испачкались в грязи. Подручный Дэнни поднял мешок и с удовлетворением отметил, что узел не развязался. Мэгги успела собрать менее трети драгоценностей. Мисс Хаусер весьма проворно управлялась с замками, на что Мэгги потребовалось бы вдвое больше времени даже в прежние времена. Это развеяло ее последние сомнения. Дэнни не нужны были ее способности, он просто хотел ее погубить.
Камердинер повернулся к Мэгги и крикнул:
— Эй ты, живо поднимайся!
— Не могу, — сказала Мэгги. — Ты сломал мне ребра.
Мужчина грязно выругался. Он не собирался возиться с Мэгги и готов был снова ее ударить.
— Послушай. Я сам понесу мешок. Дэнни приказал доставить тебя к нему, но я скорее пристрелю тебя, чем потащу на руках. Так что вставай.
Она с трудом поднялась на ноги, испытывая боль в ребрах при каждом вздохе. Видимо, он все же не сломал их, но боль все равно была сильной. Мэгги медленно поплелась за камердинером Дэнни. Идти стало чуть легче, так как мужчина нес мешок, но каждый шаг отдавался болью в ребрах.
Мэгги продолжила путь в темноте, то и дело скользя на мокрой земле. Ее белая одежда была вся в грязи, а ткань прилипала к ногам, мешая двигаться, револьвер же бил по бедру. В конце концов Мэгги остановилась и скинула сандалии. От них все равно не было никакого толку, только мешали идти и сильно скользили.
Камердинер приоткрыл заслонку своего фонаря, но это мало помогло — слабый луч света лишь частично освещал дорогу. Мэгги, сквозь зубы проклиная слугу, постаралась идти по его следам.
Они пробрались сквозь густые заросли деревьев и неожиданно снова оказались на краю дороги, которая бледной полосой тянулась через парк. Слышно было журчание воды, довольно громкое и непохожее на шум дождя. Мэгги вгляделась в темноту. Вероятно, это была небольшая речка или ручей, протекающий на границе поместья…
В темноте возникло какое-то движение. Надежда Мэгги на спасение окончательно рухнула, когда из мрака возникла крытая карета; ее дверца распахнулась, и на землю сошел мужчина в длинном пальто.
— Здравствуй, Мэгги.
Голос Дэнни прозвучал негромко, однако перекрыл шум дождя и журчание речки.
Мэгги невольно вздрогнула, ее мышцы свело от холода.
— Где Фрэнки? — спросила она. — Я хочу видеть его.
— Его пока здесь нет, моя дорогая, но не беспокойся, он в надежном месте.
— Я хочу его видеть, иначе разрываю наш договор, — сказала Мэгги. Ее рука скользнула в разрез юбки к карману, где лежал револьвер.
Внезапно в лицо ей ударил луч света, и Мэгги зажмурилась. Это Дэнни поднял свой фонарь и направил свет прямо ей в глаза. При этом сам он оставался в темноте.
— Теперь поздно говорить об этом, — сказал он. — Не имеет значения, здесь Фрэнки или нет. Мне ничто не помешает пристрелить тебя, а потом и его тоже, будь уверена.
Мэгги промолчала, крепко сжимая рукоятку револьвера.
— Но я человек слова, дорогуша, — сказал он. — Я не собираюсь убивать его… если ты сделаешь то, что я скажу.
— Чего тогда ты хочешь от меня? — сказала Мэгги с явным вызовом в голосе.
Дэнни усмехнулся:
— Какая ты дерзкая! Сначала я думал пристрелить тебя и оставить на дороге, пусть бы твое тело нашли утром, и все выглядело бы так, будто воровка пострадала от рук сообщников. Но потом у меня возникла другая идея. Здесь мой помощник. — Фонарь Дэнни на секунду качнулся в сторону, осветив камердинера, который стоял в нескольких шагах у края дороги. — Пожалуй, я прикажу ему утопить тебя. Произойдет как бы несчастный случай, понимаешь? Божья кара. Воровка передала сообщникам награбленное и, возвращаясь в темноте назад, нечаянно упала в речку и утонула. — Дэнни постепенно возбуждался, говоря все это, и его речь все более и более приобретала интонации сэра Натаниела.
Внутри у Мэгги все сжалось от холода и страха, так что она с трудом могла говорить.
— Тогда давай покончим со всем этим. — Она не доверяла ему. Он не отпустит Фрэнки, и Чарлз не будет в безопасности независимо от того, умрет она или останется в живых.
— Спускайся к реке, — приказал сэр Натаниел с явным нетерпением.
«У меня нет выбора, — подумала Мэгги. — Возможно, это единственный, хотя и небольшой, шанс спасти Чарлза и Фрэнки, поэтому я должна пожертвовать собой».
Мэгги горько усмехнулась и двинулась вперед. Берег реки был очень скользким, и ее ноги утопали в холодной грязи. Когда оставалось несколько шагов, она бросилась вперед и холодная вода сомкнулась над ее головой. На какое-то мгновение Мэгги подумала, что слуге Дэнни уже не придется что-либо делать. Она в панике заработала руками и тотчас вынырнула на поверхность, потому что поняла, что вода в реке доходит ей лишь до пояса. Ее пошатывало под напором быстрого течения, которое било по ногам с такой силой, что Мэгги вынуждена была отчаянно упираться, чтобы ее не унесло.
Сэр Натаниел громко и безудержно захохотал:
— Девочка моя, ты уморишь меня! Мне просто жаль тебя убивать!
Мэгги вздрогнула, услышав еще один всплеск. Это слуга соскользнул в воду возле моста, в десяти ярдах от нее.
— Знаешь что? — неожиданно сказал сэр Натаниел. — Я передумал. Я все-таки решил убить Фрэнки. И Эджингтона, конечно, но его смерть должна быть искусно подстроена. Она должна быть как бы следствием несчастного случая.
Он лгал, и Мэгги знала это. Просто он хотел помучить ее напоследок. Ведь не было никакого смыла убивать Чарлза и Фрэнки, если она будет мертва. Тем не менее Мэгги сунула руку в разрез юбки и нащупала револьвер. Он намок. И вероятность того, что он сработает, была невелика. Никаких шансов. И все-таки попытаться стоило. Если она не убьет Дэнни, пострадают те, за кого она так беспокоилась.
Мэгги похолодела, не зная, какое принять решение. Сэр Натаниел снова захохотал.
Внезапно раздался громкий выстрел. Фонарь качнулся в руке сэра Натаниела, но сам он не упал. Стреляли со стороны дома. И конечно же, это стрелял Чарлз.
В душе Мэгги зародилась надежда, и в то же время ее охватил ужас.
— Нет, Чарлз! — крикнула она. — Не делай этого. Уходи! Если ты не уйдешь, он убьет Фрэнки. — «И тебя, глупец!» — мысленно добавила она. — Уходи!
Сэр Натаниел выругался. Раздался еще один выстрел, и его фонарь, описав дугу, упал в воду.
— Займись девчонкой, а я возьму на себя барона! — крикнул он слуге.
Сердце Мэгги замерло. Нет! Чарлз не должен погибнуть. Нет, нет, нет…
Ослепленная светом фонаря, Мэгги всматривалась перед собой. Где Чарлз, далеко он или совсем рядом? Нащупав в кармане револьвер, Мэгги вытащила его через разрез в мокрой одежде. Где камердинер? Она держала револьвер наготове, но качающиеся на ветру кусты и ветви деревьев не позволяли различить в темноте фигуры людей. Мэгги решила стрелять вслепую. Она нажала на спусковой крючок, и грянул выстрел с сильной отдачей по рукам. Револьвер все-таки сработал! Однако в тот же момент на нее навалилось грузное тело. Мэгги толкнула камердинера и рванулась в сторону, к ближайшему берегу. Она с трудом передвигала ноги, преодолевая не только сопротивление воды, но и ветра, который дул прямо в лицо. Прозвучало еще несколько выстрелов — один поблизости, другой вдали, но у Мэгги не было времени осмысливать происходящее, она торопилась уйти от Дэнни и его сообщника. За спиной слышался плеск воды — слуга шел за Мэгги. Она навела револьвер на звук и снова нажала на спусковой крючок. Вслед за выстрелом раздался крик. Течение подхватило камердинера и понесло его к Мэгги. Мужчина барахтался и ругался, пытаясь встать на ноги. Он был еще жив и из последних сил двигался к Мэгги. Она непроизвольно отступила назад, но сообщник Дэнни был совсем рядом и уже мог коснуться ее рукой. Теперь Мэгги видела его лицо, белевшее в темноте, и его рот, который был подобен черной дыре. Камердинер ухватился за одежду Мэгги и потянул к себе. Извергая проклятия, она изо всех сил ударила его по голове рукояткой пистолета. Камердинер мгновенно отпустил ее, и его тело понесло течением вниз по реке.
«Чарлз. Где Чарлз?» Мэгги уже не чувствовала своих ног. Ее внимание неожиданно привлек треск сучьев в подлеске на противоположном берегу ручья.
Неужели это люди Дэнни? Она подняла револьвер.
— Мэгги! Мэгги, где ты?
— Мэгги!
Это был голос Салли, прозвучавший вслед за голосом Фрэнки. Мэгги радостно замахала руками.
— Я здесь! — крикнула она.
— Этот ублюдок Дэнни не смог захватить меня, хотя пытался! — крикнул Фрэнки.
Снова прозвучал выстрел, и Мэгги услышала, как пуля просвистела совсем близко. Значит, Натаниел еще жив. Мэгги заспешила к берегу, там она могла бы укрыться в кустах.
— Берегитесь! Дэнни на мосту, и у него пистолет, — предупредила она своих друзей.
Внезапно тьму прорезал луч света с берега. Фонарь высветил Дэнни и его карету. В руках у Дэнни были пистолеты.
Снова раздались выстрелы, и свет фонаря переместился вниз. На лице Дэнни отразилось удивление; он рухнул на скользкие от дождя доски моста и остался лежать неподвижно.
Мэгги выбралась из воды и без сил опустилась на землю. Казалось, она должна была испытать душевный подъем и облегчение, но вместо этого ее охватило оцепенение. Свет фонаря, качаясь, приближался, и Мэгги увидела бегущих к мосту Салли и Фрэнки.
— Он мертв! — донесся голос Салли. — Это ты застрелил его?
— Нет, не я, — сказал Фрэнки.
— Это сделал я.
Мэгги повернулась на голос, прозвучавший за ее спиной так тихо, что только она расслышала его.
— Чарлз!
— Ты глупая женщина, — сказал он и в следующий миг привлек Мэгги к себе.
Он стал крепко целовать ее и сжимать в объятиях, словно боялся, что Мэгги исчезнет. Она отвечала на его поцелуи с не меньшей страстью. Как приятно вновь ощутить вкус его губ, его тепло, его силу! Ведь она едва не лишилась всего этого.
— Обещай никогда больше не делать таких глупостей, — сердито сказал Чарлз, когда наконец отпустил ее.
— Тебе не следовало приходить сюда. Это было слишком опасно. Ты мог погибнуть! — сказала Мэгги в ответ.
— Как же я мог оставить тебя в беде? — Его лицо было непроницаемым, но по голосу чувствовалось, что он едва сдерживал свои эмоции. — Ты была готова пожертвовать собой ради Фрэнки, так почему ты думаешь, что я не способен рискнуть своей жизнью ради тебя?
— Дэнни собирался убить и тебя тоже, — сообщила Мэгги. — Он сам сказал мне об этом. Я не могла этого допустить. Я очень люблю тебя.
— Любишь? — спросил Чарлз, крепко обнимая ее. Его объятия были такими надежными, что у нее защемило в груди при мысли о предстоящей разлуке.
— Более чем, — ответила Мэгги.
— Боже, дорогая, — прошептал Чарлз. — Обещай мне две вещи.
— Все, что угодно, — сказала Мэгги, чувствуя, как сжимается горло.
— Во-первых, обещай, что ты выйдешь замуж за меня. А во-вторых, что никогда не повторишь такой ужасной глупости, какую совершила сегодня.
Мэгги посмотрела на Салли и Фрэнки, которые все еще стояли на мосту над телом Дэнни.
— Обещаю. О да, обещаю.
И их губы опять слились в долгом страстном поцелуе.