Эпилог
Шесть месяцев спустя
— Где же она?
Чарлз нахмурился. В просторном бальном зале Эджингтоны принимали гостей: многочисленных дам в ярких экстравагантных нарядах и джентльменов в строгих костюмах. Рядом с Чарлзом, держась за его локоть, стояла Лили Барретт, ей было немного страшно, но в то же время она не могла сдержать радости, что ее удостоили чести присутствовать на официальном приеме, устроенном лордом Эджингтоном и его супругой. Однако баронессы нигде не было видно.
— Где же твоя жена? — спросила у Чарлза мать.
Он похлопал леди Эджингтон по руке и посмотрел через плечо на слуг.
— Не знаю, мадам, — сказал Чарлз. — Пойду поищу ее. Оставайтесь здесь с мисс Барретт.
Леди Эджингтон повернулась к девушке, а Чарлз отошел в сторону и затерялся в толпе.
Вскоре ему удалось найти Мэгги. Она укрылась недалеко от зимних апартаментов. Мэгги стояла спиной к нему около балюстрады и смотрела вниз на собравшихся в зале гостей.
Теперь она совсем не походила на ту девушку, которую Чарлз впервые увидел около года назад на сцене оперного театра. В ней появились стать и достоинство, исчезли настороженность и резкость. Но Мэгги по-прежнему была все такой же жизнелюбивой, такой же страстной и непокорной.
Чарлз подошел к жене и тронул ее за локоть:
— Тебе пора спуститься вниз.
Мэгги вздрогнула от неожиданности и повернулась к Чарлзу. Ее шелковые юбки зашелестели.
— Чарлз? Как ты меня нашел?
Он твердо взял ее за локоть:
— Пойдем.
— Я не хочу спускаться, дорогой.
— Это не просьба.
— Конечно. Ты никогда не просишь. — Мэгги не тронулась с места. Она смотрела на мужа своими большими, черными, бездонными глазами, и в них читалась тревога.
— И мне почта всегда удавалось настоять на своем, — насмешливо сказал он скорее сам себе, чем ей.
— Я не хочу спускаться, — повторила Мэгги и раздраженно провела рукой, расправляя свое платье. Чарлз притянул ее к себе, и она не стала сопротивляться; ее взгляд немного смягчился, когда она почувствовать его близость.
— Мэгги, — сказал Чарлз, — теперь ты леди Эджингтон. Тебе нечего бояться. Никто даже не подумает осуждать тебя, каким бы странным ни казался мой выбор. Я Эджингтон. — Мэгги слабо улыбнулась. — Лили Барретт уже ждет внизу. Если ты не придешь, гости могут подумать, что ты не одобряешь ее присутствие в нашем доме и не хочешь поддержать ее. Ведь ты теперь баронесса и не можешь вечно скрываться от общества.
Мэгги долго смотрела на Чарлза, потом кивнула.
— Полагаю, это не последний выход Лили в свет.
— Конечно. Она посетит нас еще раз, как только Милли вернется из свадебного путешествия, — сказал Чарлз.
Это было первое появление семьи Эджингтонов на публике после того рокового приема, когда погибли двое мужчин. Обществу те события были представлены так, будто Чарлз, Мэгги и Дайнс отважились пресечь грабеж, осуществленный предавшим Дайнса камердинером, которого тот остановил ценой собственной жизни. Помимо Чарлза и Мэгги еще два человека знали истинное положение вещей. Но мисс Хаусер была счастлива, что ей сохранили жизнь с условием, что она будет молчать и покинет Лондон. А что касается другого… Чарлз не знал, насколько Гиффорд был посвящен в планы Дайнса, и не стал ничего выяснять.
Мэгги опять посмотрела через край балюстрады.
— Когда я была маленькой девочкой, я часто забиралась наверх, над сценой Королевской итальянской оперы во время представлений и наблюдала за теми, кто внизу, размышляя, каково быть там, на сцене.
— И теперь ты хочешь почувствовать это? — Чарлз вопросительно поднял бровь.
Мэгги повернулась к нему, пытаясь подавить улыбку.
— Может быть, — сказала она и опять посмотрела вниз. — Послушай, нас, кажется, заметили. Что ж, поскольку теперь я леди Эджингтон, полагаю, мне следует начать играть свою роль.
Она поднялась на цыпочки и, прильнув к Чарлзу, поцеловала его в губы. Это был не более чем легкий поцелуй, и когда Мэгги отступила назад, Чарлз озорно улыбнулся:
— Если уж ты решила начать со скандала, то надо делать это соответствующим образом. — С этими словами он крепко обнял Мэгги и поцеловал ее таким долгим и крепким поцелуем, что они оба раскраснелись и едва дышали.
Мэгги прижалась к мужу, окончательно расслабившись. Ее губы были податливыми, горячими и сладкими, И на мгновение у Чарлза возникло дикое желание увлечь жену в спальню, послав ко всем чертям этот бал.
Когда Мэгги со вздохом оторвалась от Чарлза, выражение ее затуманенных глаз говорило ему, что она подумала о том же.
— Полагаю, теперь все окончательно шокированы, — заметила Мэгги.
— О, то ли еще будет! — сказал Чарлз. Она улыбнулась.
— Тогда идем вниз, лорд Эджингтон.
— С удовольствием, леди Эджингтон.