logo Книжные новинки и не только

«Понять друг друга» Линдсей Армстронг читать онлайн - страница 1

Линдсей Армстронг

Понять друг друга

Глава 1

Поместье называлось «Лидком-Плейс», занимало двести акров на склоне горного хребта и находилось всего в часе езды к югу от Сиднея.

Старинный дом с кремовыми стенами и каменными террасами, окружавшими его по периметру, был построен на вершине холма, и из его окон открывался потрясающий вид.

Элегантная девушка, стоя на самой верхней террасе, напряженно вглядывалась в даль. Со стороны могло показаться, что это поместье – стильное и красивое – принадлежало ей. Впрочем, сравнительно недавно так и было.

Дочь знаменитого академика Уолтера Харриса и его супруги Барбары, дамы с большими связями, Доминика получила отличное воспитание и посещала самые престижные школы.

Однако после смерти ее отца благополучие семьи Харрисов сильно пошатнулось, что повлекло за собой продажу «Лидком-Плейс».

Энгус Кейр – новый владелец поместья – предполагал увидеть погруженную в траур девушку, а вовсе не безмятежно-спокойное создание, представшее его взору.

Доминика была немного выше среднего роста, темноволосая, с гладкой белой кожей и красиво очерченной линией подбородка, украшенного пикантной ямочкой. Глаза ее, темно-голубые, окаймляли не правдоподобно длинные ресницы, а разделенные на прямой пробор волосы падали тяжелой шелковой волной ей на плечи.

В руках девушка держала соломенную шляпу и картонную папку. На ней было струящееся розовое платье длиной до середины щиколоток. Мягкость ткани не скрадывала, а, напротив, подчеркивала очертания ее почти античной фигуры и красоту потрясающе длинных ног. Лайковые туфли на низких каблуках идеально подходили к платью. Энгус Кейр машинально отметил безупречную форму ее бюста и атласную мягкость кожи.

Она двинулась ему навстречу и протянула руку.

– Мистер Кейр? Я – Доминика Харрис. Как поживаете? Сначала я собиралась попросить моего поверенного проделать эту процедуру, но решила, что должна выполнить ее сама. Добро пожаловать в «Лидком-Плейс».

Энгус Кейр слегка прищурился. Эти слова были сказаны вежливым, ровным голосом, впрочем, он другого и не ожидал.

– А как вы поживаете, мисс Харрис? – откликнулся он, принимая протянутую руку. Ее рукопожатие оказалось твердым, коротким, деловым. Право, не стоило утруждать себя.

Доминика Харрис задумчиво взглянула на стоящего перед ней мужчину. Через агента по торговле недвижимостью она довольно долго вела с этим человеком войну по поводу стоимости поместья. И только острая необходимость продать какую-то часть семейной собственности, причем быстро, чтобы спасти от разорения мать, заставила Доминику согласиться на предложенную им цену, гораздо меньшую, чем та, на которую она рассчитывала. За время переговоров у нее сложилось впечатление об Энгусе Кейре как о жестком дельце, причем Доминике он представлялся гораздо старше. На самом деле ему, видимо, лишь недавно перевалило за тридцать.

Перед ней стоял высокий мужчина с коротко подстриженными густыми темными волосами, одетый в безупречно сшитый светло-серый костюм с голубой рубашкой и темно-синим галстуком. В его фигуре с широкими плечами и узкими бедрами было нечто внушительное. Двигался он с ленивой хищной грацией. Но самым притягательным в его внешности были внимательные пепельно-серые глаза. Доминика подумала, что эти глаза, должно быть, ничего не упускают из виду.

– Откуда взялось название поместья? – поинтересовался Энгус Кейр. Доминика улыбнулась.

– Моя бабушка носила фамилию Лидком, – коротко ответила девушка.

– Здесь очень красиво, – заметил Энгус, оглядываясь по сторонам. – Значит, расставание с этим прекрасным поместьем вас не слишком угнетает?

Доминика повернула медный ключ в замке тяжелой двустворчатой двери и толкнула ее, приглашая гостя войти.

– Немного, – созналась она. – Но сейчас отдыхать было бы некогда – я слишком занята.

– И в какой области, если не секрет?

Доминика мельком взглянула на Энгуса и первая вошла в холл.

– Я модельер детской одежды. У меня собственная фирма, которая уже успела завоевать популярность. Нас завалили заказами, и я подумываю о том, чтобы начать расширяться. Возможно, хотя не наверняка, вскоре я также займусь спортивной одеждой для женщин…

Энгус Кейр не скрывал своего удивления. Вначале он принял ее за очаровательную светскую бабочку. Видимо, ему следовало побольше узнать об этом прославленном семействе, как и о самой Доминике.

– Простите, но почему все переговоры велись от вашего имени, а не вашей матери? Ведь дом зарегистрирован па нее.

Доминика положила шляпу на красивый круглый столик красного дерева.

– Моя мама и сестра Кристабель – чудесные люди, но несколько непрактичные. Таким был и папа. – Она заметно погрустнела. – Не знаю, откуда у меня деловая хватка, но мои близкие были счастливы предоставить ведение дел мне. Мама оформила на меня доверенность. Вот тут у меня составлена опись, – продолжила Доминика, быстро переходя на деловой тон. – У вас должна быть ее копия.

И она взглянула на него своими изумительными голубыми глазами.

– Да, вот она. – Кейр достал из внутреннего кармана пиджака несколько сложенных листков.

– Как вам известно, дом продавался с обстановкой, но вы любезно согласились, чтобы мы оставили себе кое-какие семейные реликвии.

– Все правильно, – кивнул Энгус.

– Думаю, нам следует вместе все осмотреть, чтобы в будущем избежать любых недоразумений.

Энгус взглянул на нее без тени улыбки, и внезапно ему стала ясна природа непонятного раздражения, охватившего его в первый момент встречи: ему хотелось получить хоть какую-то власть над этой невозмутимой, безмятежной и чертовски привлекательной девушкой. Почему? спрашивал он себя. Чтобы иметь возможность познакомиться с ней поближе?

Судя по всему, он не произвел на девушку особенного впечатления, тогда как с ним все обстояло наоборот. Это внутренне позабавило его, и он решительно настроился во что бы то ни стало изменить положение дел.

– Так мы и сделаем, мисс Харрис, – улыбнулся Энгус. – И если во время осмотра вы захотите забрать что-то еще, дайте мне знать. Я буду счастлив пойти вам навстречу.

Брови Доминики удивленно взлетели вверх.

– Вы очень любезны, но едва ли это произойдет, – медленно проговорила она, словно не зная, верить ему или нет.

– Тогда, пожалуй, приступим, – предложил он.

Осмотр включенных в перечень вещей занял примерно час. Несмотря на то что Энгус уже бывал здесь раньше, он не мог не торжествовать при мысли, что этот волшебный дом с захватывающими дух видами, планировка которого позволяла максимально использовать естественное освещение, принадлежит ему. Пусть даже лишенный части семейных сокровищ Харрисов.

Дом имел свой собственный неповторимый характер. Но дело не в том, что интерьер его мог украсить глянцевые страницы журналов, посвященных дизайну жилых помещений. Стили и эпохи перемешались здесь самым невероятным образом, но главное – здесь было необыкновенно уютно и спокойно.

– Вы, я полагаю, не женаты, мистер Кейр? прервала его мысли Доминика.

– Вы правильно полагаете, мисс Харрис. Но как вы догадались?

Они задержались у окна гостиной, наслаждаясь живописным видом. Доминика украдкой взглянула на стоящего рядом мужчину. Его высокий рост, и фигура, и лицо – приятное в целом, хотя сжатые губы и циничное выражение пепельно-серых глаз говорили о непреклонном характере, – к удивлению девушки, вызвали у нее неподдельный интерес.

Прекрасный экземпляр мужчины в расцвете сил, подумала Доминика со странным неловким чувством. И с запозданием вспомнила, что он задал вопрос.

– Гм… Если бы мой муж покупал дом, я ни за что не осталась бы в стороне, – насмешливо заметила она, пожимая плечами. – Но, с другой стороны, без жены проще – она наверняка захотела бы здесь все переделать, а это стоило бы новых денег.

– Не думаю, что я позволил бы своей жене переделывать что-либо в «Лидком-Плейс», мисс Харрис.

– Неужели? – удивилась Доминика.

– Именно так, – подтвердил он спокойно и добавил:

– Мне здесь нравится все как есть.

– А… – Доминика рассеянно обвела взглядом комнату. Он видел, что гордость за дом борется с ней с неприязнью к человеку, который не позволил бы жене проявлять индивидуальность. – Ну что же… Уверена, вы хотите осмотреть тут все в одиночестве, и потому покидаю вас. Вторые ключи висят на крючке в буфетной.

Но Энгус неожиданно произнес:

– Вы не согласитесь пообедать со мной, мисс Харрис? По дороге сюда я заметил ресторан, на вид довольно приличный.

Доминика нахмурилась.

– Вы очень добры, но... э-э... мне необходимо вернуться на работу. – Она взглянула на свои наручные часики и произнесла с мимолетной улыбкой:

– Спасибо, но мне в самом деле пора бежать.

– Неужели вы никогда не обедаете? – усомнился он.

– Я обедаю буквально на бегу, но вы это вряд ли поймете. – Она шагнула к двери.

– Тогда как насчет ужина сегодня вечером? настаивал Энгус. Доминика молчала, лихорадочно пытаясь найти подходящую отговорку, но каждая секунда молчания красноречиво свидетельствовала о том, что сделать это не так-то просто. Или вы всегда едите на бегу, мисс Харрис?

Доминика внутренне сжалась – слишком откровенный сарказм прозвучал в его вопросе. Она спросила себя – почему ей так не хочется больше видеться с этим человеком? Неужели это инстинктивная реакция на неуловимую связь, которая возникла между ними с первого момента их встречи? Энгус Кейр не скрывал своего интереса и, судя по всему, привык получать желаемое. Она же заранее была готова невзлюбить этого человека, принимая во внимание войну, которую они вели по поводу стоимости поместья. Но разве можно не реагировать на его близость и остроумные замечания, которые он делал, пока они ходили по дому?

Энгус Кейр, несомненно, обладает определенным магнетизмом. Невозможно было не восхищаться его телом, руками, исходившим от него запахом дорогого одеколона… Но что самое главное – он заставил ее вспомнить о том, что она женщина.

– Нет, я не всегда ем на бегу, мистер Кейр. Дело в том, что мне нелегко было решиться на продажу «Лидком-Плейс». Скажу больше: я испытываю к вам неприязнь. И считаю, что лучше нам на этом прекратить знакомство.

Доминика подумала, что в сказанном ею действительно есть доля правды. В его пепельно-серых глазах появилось одновременно дерзкое и скептическое выражение. Доминику внезапно охватила тревога. Он наверняка догадался о ее истинных чувствах.

Она вскинула подбородок, спокойно посмотрела на пего и хладнокровно произнесла:

– Всего хорошего, мистер Кейр. Не думаю, что мы когда-нибудь снова встретимся. Мой поверенный сможет разрешить любые проблемы, если они вдруг у вас возникнут.

Не дожидаясь ответа, она взяла шляпу и направилась к машине. Спиной она чувствовала его взгляд, но ничем не выдала своей досады. Укрывшись в автомобиле, она повернула ключ зажигания, но мотор ответил ей гробовым молчанием.

– Заводись же, черт тебя возьми! – воскликнула Доминика, повторяя попытку. И снова без результата. Она едва удержалась, чтобы не ударить по рулевому колесу кулаком.

Энгус Кейр, не сводя с нее глаз, хищно улыбнулся и неторопливо направился к ней. Доминика вылезла из машины и, не удержавшись, громко хлопнула дверцей.

– Стартер барахлит, – констатировал Энгус несколько минут спустя. – Странно, что у вас прежде не было с ним неприятностей.

Доминика, все еще негодуя про себя и энергично обмахиваясь шляпой, задумалась.

– Теперь я вспоминаю, что в последнее время мотор как-то странно шумел. Вы сможете его отрегулировать?

Энгус ответил не сразу. Его забавлял властный тон Доминики, которая разговаривала с ним так, словно он был обычным механиком. Он мог бы с легкостью исправить неполадку, но не собирался этого делать.

– Боюсь, это не так просто. Но я буду счастлив подбросить вас до города, мисс Харрис. – Он вытер платком руки и закрыл капот. – Вот только... я умираю от голода.

Доминика с раздражением посмотрела на него.

– Я готов также отбуксировать вашу машину до ближайшего гаража, где вы сможете договориться о ремонте, – добавил Кейр.

Она перевела взгляд на его автомобиль – мощный «рейнджровер» последней модели, несомненно способный дотащить ее видавший виды седан до гаража. И процедила сквозь зубы:

– Вы привыкли, что удача всегда оказывается на вашей стороне, не так ли, мистер Кейр?

– Нет, конечно, – возразил Энгус. – Но я уверен, что после обеда в приятной обстановке вы почувствуете себя намного лучше.

Ресторан располагался в саду, под арками, увитыми виноградом. В этот жаркий день он казался особенно уютным. В живой изгороди, тянувшейся вдоль дороги, пели птицы, в траве стрекотали цикады. Круглые столики были покрыты желтыми льняными скатертями.

Не советуясь с ней, Энгус заказал графин легкого местного вина. Это вино, а также восхитительная домашняя отбивная и ароматный пирог действительно настроили Доминику на более благодушный лад. Она даже решила, что вела себя неучтиво, и сочла нужным несколько загладить свое поведение.

Она добросовестно поддерживала разговор на каждую из предложенных им тем – о книгах, о спорте, о политике, а затем вдруг поймала себя на том, что рассказывает ему о своей работе.

– Одежду, – начала она, – мы выпускаем под торговой маркой «Примула». Мы ориентируемся в основном на девочек от четырех до двенадцати лет. Двенадцать – это верхний предел для большинства девочек, когда они еще способны оценить прелесть воздушных, женственных изделий.

Энгус в замешательстве уставился на нее. Доминика усмехнулась.

– Позже они пытаются выглядеть как можно более взрослыми.

– Как вы это определили? Изучали рыночный спрос?

– Нет, просто вспомнила свое детство и огляделась вокруг.

– А с чего вы начали? С найденной в гараже старой швейной машинки?

– Ну нет, – поморщилась Доминика и запнулась, потому что их взгляды встретились, и она ясно прочитала в его серых глазах недоверие, которое ее несколько озадачило. Она нахмурилась, но Энгус ничего не стал объяснять, и она продолжила:

– После университета, где я изучала дизайн и маркетинг, мы с подругой решили организовать собственное дело. Прикинули, на что спрос больше, арендовали студию, пригласили еще нескольких портних и начали производство. Я занимаюсь моделированием, маркетингом и деловыми вопросами, моя подруга – пошивом одежды.

– Звучит весьма профессионально, – пробормотал он. – А где вы добыли начальный капитал?

– Бабушка Лидком оставила мне небольшое наследство, кроме того, я взяла заем в банке, который уже полностью погасила. Теперь мы имеем твердый, хотя и не баснословный доход. Недавно я заключила весьма выгодные контракты с двумя крупными универмагами. Производство придется расширять, но все равно я уверена, что доходы резко возрастут.

– Похоже, ваше детище стоило вложенных в него усилий, мисс Харрис, – подытожил Энгус.

– Спасибо. – Доминика внезапно вздохнула. Хорошо бы только… – Она замолчала и отпила немного вина из своего бокала.

– Мне интересно вас слушать, – заметил Энгус. – Как человек, который сам начинал с одного допотопного грузовика в глухой провинции и создал на этом транспортную империю, я восхищаюсь вашей предприимчивостью и здравым смыслом.

Доминика нахмурилась, пораженная внезапной догадкой.

– Кейр… Так вы имеете отношение к транспортной компании «Кейр и Конвей»?

Энгус молча кивнул.

– О господи, почему же мне до сих пор не приходило в голову, что вы тот самый Кейр? – воскликнула Доминика, обращаясь скорее к себе, чем к нему. – Если бы я только знала, я бы не уступила ни пенни от первоначальной суммы, которую мы просили за «Лидком-Плейс».

– Я согласен, что о другой стороне следует знать как можно больше, мисс Харрис, – серьезно заметил Энгус Кейр. – Но вам бы это ничего не дало. Я заплатил за поместье сумму, которую считал реальной.

Доминика мрачно взглянула на него.

– Я так и знала, что это была неудачная затея.

– Пообедать со мной? – спросил он, не скрывая улыбки.

– Именно, – подтвердила она.

– Можно дать вам совет? – Он по-прежнему смотрел на нее с нескрываемой иронией. – Никогда не жалейте о том, что уже сделано и чего нельзя изменить. Этот совет приемлем как в бизнесе, так и в личной жизни. Вам пришлось бы ждать годы, чтобы получить за «Лидком-Плейс» желаемую цену.

Доминика отодвинула тарелку и пожала плечами.

– Возможно. У меня в самом деле не было выбора. Ну что же, мистер Кейр… – добавила она, подражая материнским интонациям, – большое спасибо за обед, но мне действительно пора, и…

– Доминика, оставьте ваши аристократические замашки, – сухо перебил Энгус.

Она в недоумении уставилась на него.

– Не понимаю, о чем вы.

– Я уверен, что вы все прекрасно поняли. К тому же я успел заказать кофе.

– Если вы намекаете, что я…

– Пытаетесь указать мне на мое место? Используете великосветский тон, предназначенный, чтобы держать плебеев в узде? – процедил он. – Да, я имел в виду именно это. Возможно, вы сами не отдаете себе отчет, по дело еще в другом. Вы склонны задирать нос, а эти красивые голубые глаза смотрят на меня так, словно я – пустое место.

Она резко втянула в себя воздух.

– К вашему сведению, – продолжил Энгус, – я отлично знаю, какой хаос царит в делах вашей матери. Даже продажа поместья, которая только устранит угрозу неминуемого разорения, не решит всех ее проблем.

Доминика смотрела на него, утратив дар речи.

– Мне известно, что дом, где ваша матушка проживает в настоящее время, пришлось заложить, чтобы покрыть неудачные инвестиции, сделанные вашим отцом. Сумма, вырученная от продажи поместья, пойдет на то, чтобы выкупить закладную и погасить проценты.

– Но как… Как вы?.. – Доминика просто не находила слов. – Как вы смели? Не знаю, как вы обо всем этом проведали, но, если вы думаете, что это заставит меня отнестись к вам с большей симпатией, вы ошибаетесь! Я… – Она раздраженно замолчала, поскольку в этот момент к ним подошла официантка.

– Симпатизируем мы друг другу или нет – для бизнеса это не имеет никакого значения, – сухо заметил Энгус, разливая кофе по чашкам.

– Вы так думаете?

Он не ответил, но его пепельно-серые глаза переместились с ее густых темных волос на гладкую белую шею и руки. Он отметил, что кисти рук у Доминики очень узкие, изящные, а на мизинце левой руки поблескивает необычного вида золотое колечко, затейливо сплетенное из золотой проволоки. Затем он перевел взгляд на ее рот и молча принялся изучать его.

Доминика резко опустила руку на колени и подавила дрожь негодования и странного волнения, вызванного его близостью. Она отлично поняла, что имел в виду Энгус Кейр, – один его выразительный взгляд сказал ей многое. То, что возникло между ними, едва ли можно было назвать «симпатией». Взаимная симпатия не имела ничего общего с физическим влечением к мужчине, которое охватило ее снова, как только он, сняв пиджак, начал цеплять ее машину буксировочным тросом. Для него это упражнение явно не было тяжелым, что позволило Доминике оценить совершенство его мускулов.

В гараже она молча наблюдала, как Энгус договаривался о сроках выполнения ремонта. В отличие от своей спутницы он превосходно разбирался в моторах, что заставило механика с уважением внимать каждому его слову.

Во время обеда на Доминику особенное впечатление произвели его руки. В ресторане он снова снял пиджак, и его кисти оказались длинными и красивой формы. Энгус носил простые часы на коричневом кожаном ремешке. Доминика несколько раз ловила себя на том, что находит его руки довольно мускулистыми, но изящными…