Я взглянула на него с сомнением.
— В Торн Блаффсе тогда работало довольно много людей.
— Все были под его жестким контролем. Та парочка, Сандовалы? Они были ее надсмотрщиками. — Снова дерганье головой в разные стороны. — Она ужасно боялась, что он убьет ее, и так и случилось.
— Почему вы не рассказали полиции?
— Рассказал, разумеется. Но социопаты вроде Рочестера могут лгать куда убедительнее, чем многие из нас говорят правду. У него на все находилось простое объяснение: что у нее были суицидальные наклонности и она сама бросилась вниз со ступеней. И это она теряла над собой контроль и впадала в ярость. — На мгновение он крепко зажмурился, пытаясь совладать с эмоциями.
У меня неожиданно сжалось горло, и я сделала большой глоток мохито.
— Так вы обвиняете Эвана Рочестера в том, что он социопат, который избивал жену и однажды дошел до того, что убил?
— О нет, не так. Он из хладнокровных и все спланировал. Инсценировал первую так называемую попытку суицида в качестве алиби, чтобы, когда он наконец убьет ее, у него оно было.
— И у вас есть доказательства?
— Это единственное подходящее объяснение. Ее смерть обеспечила бы ему деньги. Видите ли, Беатрис хотела с ним развестись. Как я вам и говорил, она до ужаса его боялась. — Ричард наклонился еще ближе, и передо мной в нескольких сантиметрах оказалось лицо истрепанной куклы. — Вам же известно про эту биотехнологическую компанию, в которую он вложился?
— Немного. Он сказал, что это благоприятно скажется на окружающей среде.
— И на его кошельке. Рочестер по природе игрок. Да, он срывал большие куши, но и проигрывал столько же. В этот раз он поставил на карту все. И может вот-вот потерять. — Лицо мужчины сейчас так близко, что до меня доносится его пахнущее лаймом дыхание, и я отклоняюсь. — Примерно год назад здесь было землетрясение, 5,3 по шкале Рихтера. Оно прошло прямо под лабораторией его компании, нанесло жуткий урон. Им пришлось приостановить выпуск продукции еще на год, но при этом продолжать платить по счетам и кредитам. У него не было денег, так что он взял еще кредит под залог имущества. Он заложил Торн Блаффс. Дом в Сан-Франциско. Всю другую собственность.
— И что?
— По документам Беатрис принадлежала половина всего. Если б она развелась с ним, ему пришлось бы выкупать ее долю. Но тогда ему пришлось бы продать бóльшую часть акций своей компании, а этого он точно делать не хотел. — Тут Рик горько рассмеялся. — Знаете, сколько Рочестер рассчитывает заработать на этой сделке?
— Понятия не имею.
— Он вот-вот получит огромные деньги от спонсора. И как только сделка пройдет, его компания будет стоить примерно шесть миллиардов долларов, а сам Рочестер получит семьсот миллионов.
Миллиард. Сотни миллионов. Цифры прыгали в голове, точно воздушные шарики.
— Так вот скажите мне, — продолжал тем временем Рик, — банкротство или сказочное богатство… стоящий мотив для убийства?
Часть меня хотела оказаться как можно дальше от этого человека и того, что он говорил, но еще бóльшая часть хотела узнать больше.
— Если предположить, что хотя бы часть сказанного вами правда, как же, по вашему мнению, он ее убил?
— Мое предположение? Он накачал ее наркотиками до бессознательного состояния, отнес к воде и держал, пока в легких не осталось воздуха.
— Или он может говорить правду — и ваша сестра утопилась сама.
Рик только пренебрежительно хмыкнул.
— Моя сестра участвовала в соревнованиях по плаванию. Мы выросли во Флориде, она практически жила в воде, точно русалка. Она не могла утопиться, даже если б захотела. — Его голова снова дернулась. Ну точно марионетка. — Нет, Джейн, утонуть она могла только в одном случае. Если он утопил ее. Хотя, конечно же, он мог убить ее каким-то другим способом, а потом избавиться от тела.
Я перевела взгляд на пастельный рисунок на стене за ним. Стул с мягкой обивкой, на ручке — белая блузка. Будто женщина собиралась вот-вот вернуться, но так и не пришла.
— Вы знали, Джейн… — понизив голос до зловещего шепота, продолжил Рик, — что он уже начал процесс, чтобы мою сестру признали умершей?
— В самом деле?
— Несколько недель назад он подал заявление в суд.
Неужели правда?
— Но вы могли бы помочь мне, Джейн. Помочь добиться справедливости для моей несчастной сестры. — Сейчас мужчина вел себя чрезвычайно обольстительно, чтобы нельзя было устоять. Ну или, во всяком случае, пытался. — Полиция по-прежнему его подозревает. Они так же, как и я, уверены, что он виновен. Но окружной прокурор никогда не предъявит обвинения без железобетонных доказательств. Вы могли бы помочь мне их найти.
Я резко покачала головой:
— Нет.
Он накрыл мою ладонь своей.
— Вы очень привлекательная, Джейн, знаете? Вы могли бы использовать это против него. Он никогда не мог устоять перед хорошенькими девушками.
Я выдернула руку.
— Если вы будете с ним милой… у него необъятное эго. В подходящих обстоятельствах, если вы сумеете его очаровать, он не сможет устоять перед возможностью похвастаться своими подвигами. — Его мурлычущий голос звучал все более соблазняюще, чуть ли не лаская, и по коже поползли мурашки.
Я поднялась на ноги.
— Соболезную вашей потере, но ничем помочь не могу.
Все очарование тут же исчезло с лица Рика, точно его стерли, а губы растянулись в бескровной ухмылке.
— Знаешь, Джейн, если ты раскопаешь что-то, то станешь очень важным свидетелем. Тебя обязательно вызовут в суд и, если что-то скроешь, предъявят обвинения в препятствии правосудию.
— Спасибо за предупреждение. И за коктейль. — Я уже повернулась к выходу, но остановилась, услышав:
— Твой друг ходит по очень тонком льду.
— Давайте проясним. Я едва знаю Эвана Рочестера.
— А я не про него. Я про твоего настоящего друга, Отиса Фэрфакса.
Меня кольнуло дурное предчувствие.
— Что он сделал?
— Солгал полиции. О том, где был той ночью. Его могут посадить — мне будет так жаль, Джейн. И мне бы ужасно не хотелось, чтобы то же самое случилось с тобой. — Он издевательски поднял бокал, прощаясь.
До «Ауди» я дошла так быстро, как только смогла. Открыв бардачок, откинула в сторону помаду и вытащила стопку документов. Две толстые книжечки и сложенный файл — соглашение на аренду «Ауди S5» от «Ауди Монтерей». Арендатор — Эвандер Эдвард Рочестер.
Рик солгал о том, что Беатрис ее купила, а Эван сказал правду.
Очевидно, нельзя было верить ничему, что говорил Рик Мак-Адамс, — включая то, что у Отиса могут быть проблемы с полицией. Это все блеф. Отис даже не был в Торн Блаффсе, когда Беатрис исчезла.
Или был? Я попыталась вспомнить, что же конкретно он сказал: «Я сто лет как ушел оттуда». А зная Отиса, «сто лет» могут быть как неделями, так и десятилетиями.
Я набрала его номер. Ну же, возьми трубку, возьми…
— Да? — На заднем фоне был слышен шум машины. Он ехал в своем стареньком «Приусе».
— Это был ее брат! — воскликнула я. — Тот, кто меня преследовал!
— А? Чей брат?
— Беатрис. Ну помнишь, я рассказывала, что меня преследует синий «Рэндж-Ровер» с женщиной за рулем? Так это была не женщина. Это был брат Беатрис, Ричард Мак-Адамс.
— Ого, погоди! Как ты узнала?
— Потому что он снова ехал за мной и я только что пила с ним коктейль.
— Ого, — повторил он.
— Ты в своей машине? Куда едешь?
— В Сан-Франциско на ночь. Так что этот Мак-Адамс сказал?
— Он считает, что Эван убил его сестру. Говорит, Эван бил ее, а потом сказал, что она упала с лестницы. А потом он запер Беатрис в лечебнице против ее воли и представил все так, будто у нее суицидальные наклонности, чтобы получить алиби.
— Все чушь. Этот парень скажет что угодно, лишь бы заполучить долю Беатрис. И, слушай, Эвану ничего не говори. Он его ненавидит, а тут может сорваться.
— И что сделать?
— Не хочу даже представлять. Просто не говори ему.
Я помедлила.
— Отис… а полиция допрашивала тебя о произошедшем?
— Меня? Эм… да. Один раз, их было двое, мужчина и женщина. Они спрашивали, что мне известно, где я был и все такое.
Сердце сжалось.
— Я думала, ты тогда еще жил в Окленде.
— Нет, я уже приехал в Торн Блаффс. Ну, то есть, когда Беатрис утонула, меня здесь не было, так что у них нет права меня доставать.
— С твоих слов я поняла, что вы никогда не встречались.
— Я так никогда не говорил. Ну, то есть я действительно ее не знал. Она почти все время была наверху или в Морской комнате, за ней наблюдала Аннунциата. Иногда она выходила и бродила по дому, но всегда была под таблетками, и Аннунциата быстро отводила ее в комнату.
Рик Мак-Адамс так и сказал: «Та парочка, Сандовалы, были вроде надсмотрщиков».
— И ты мог бы подтвердить, что ее держали взаперти, отрезанной от мира?
— Эм… не знаю. Она же совсем сбрендила, была способна на что угодно.
— А потом, после того как она утонула, когда Эван уже жил в доме в Сан-Франциско, ты жил здесь без него?
— Нет, я поехал с ним. Шикарный дом. Жаль, что пришлось сдать его в аренду.
Я вздохнула.
— Отис, скажи, есть ли что-то, о чем ты не рассказал детективам? Я имею в виду, о чем специально умолчал?