— Или я вас убью, Ярдли, — добавил Лукас, прекрасно понимая, что его голос и выражение глаз свидетельствуют о серьезности намерений.
Этот мерзавец посмел дотронуться своими лапами до Айрис! Он должен был благодарить судьбу за то, что все еще способен дышать!
Леди Престон взглянула на Ярдли. От ее самоуверенности почти не осталось следа.
— Наши жизни загублены, и я хочу начать новую. Дело вовсе не в угрозах леди Эштон, просто меня больше ничто здесь не держит.
— Ты думаешь, я поеду с тобой? — спросил Ярдли. Леди Престон пожала плечами:
— Это твой выбор. Но если ты останешься, тебе придется столкнуться кое с чем похуже, чем потеря положения в обществе.
Лукас гадал: как долго эти двое продержатся вместе после того, как покинут борт корабля?
Ярдли тяжело опустился на стул и спрятал лицо в ладонях.
— Хорошо, я поеду.
Дрейк привел бывшего слугу и тех, кто охранял Айрис. Было решено: наказанием за их участие в кознях леди Престон будет работа на кораблях под надзором Дрейка. Затем Дрейк уехал вместе с Рейвенсвудом, чтобы привести план в исполнение, а Лукас повез жену домой.
Проходя мимо леди Престон, Айрис остановилась и указала рукой на темное пятно под правым глазом женщины:
— Похоже, у вас будет здоровенный синяк. Надеюсь, пассажиры корабля не подумают, что вас избил Ярдли.
В экипаже Айрис крепко прижалась к Лукасу. Она еще не совсем оправилась от действия снотворного, чтобы поддерживать беседу. Лукас не возражал. Он был счастлив тем, что мог держать жену на коленях и крепко сжимать в объятиях. Приехав домой, они нашли Тею и Пэнси в спальне Айрис. Женщины сидели, заперев дверь на ключ.
— Твой муж не знал, кому из слуг можно доверять. Он позволил мне остаться с тем условием, что я вместе с Пэнси запрусь в твоей спальне, — пояснила Тея, порывисто обнимая сестру.
Успокоив Тею, Айрис обняла плачущую служанку.
— Не бойся, Лукас сможет всех защитить.
— Но я не смог защитить тебя, милая. — Айрис пристально посмотрела на мужа.
— Ты не виноват в том, что Тимоти подсыпал мне снотворного, а потом похитил. Никто не подозревал, что он заодно с этой гарпией.
— Значит, во всем виноват Тимоти? — спросила Тея.
— Да, — кивнул Лукас. — Леди Престон устроила так, чтобы он получил место в моем доме и шпионил за мной. Это он ввел Айрис в заблуждение относительно того, что у меня есть любовница. И он узнал правду о браке ее родителей.
— Он сообщал леди Престон обо всем, что происходит в доме, а потом похитил меня, — добавила Айрис.
— Но зачем нужно было похищать тебя? — недоумевала Тея.
Айрис принялась рассказывать сестре о коварном плане леди Престон. Но тут Лукас не выдержал и в ярости воскликнул:
— Нужно было убить его!
Айрис положила ладонь на плечо мужа.
— Все хорошо, дорогой. Со мной ничего не случилось, и мы вместе очень ловко от них избавились.
Теперь во взгляде графа появилась беспощадность, и Айрис отступила на шаг назад.
— Лукас, что с тобой?
— Он хотел избить тебя! — Лукас попытался обуздать ярость, так напугавшую Айрис. — Видишь ли, милая, я ужасно боялся за тебя.
— Но я в полном порядке. Хотя, честно говоря, очень устала. — Айрис зевнула и поспешно прикрыла рот ладонью. Она действительно очень устала.
Тея тоже зевнула, потом спросила:
— Как вы поступили с леди Престон и лордом Ярдли? — Лукас рассказал о плане действий.
Леди Дрейк утвердительно кивнула:
— Надеюсь, Джаред высадит их на необитаемом острове без всякой надежды на спасение.
— А я бы совсем не возражала, если бы его сиятельство вообще выбросил их за борт, вот! — заявила Пэнси.
Айрис прекрасно понимала, почему ее сестра и служанка настроены столь решительно, но сама она была не в состоянии испытывать какие-либо эмоции. Действие снотворного совсем лишило ее сил. Айрис хотелось сейчас лишь одного — оказаться в постели подле Лукаса.
К счастью, вскоре приехал Дрейк. Он оставил шантажистов под надежной охраной на одном из своих складов, а Рейвенсвуд отправился в гостиницу готовиться к отплытию. Дрейк забрал жену домой, пообещав рассказать то, что упустили Лукас и его жена. Айрис отослала Пэнси спать — она хотела, чтобы ко сну ее приготовил муж.
Проводив Тею и Дрейка, Лукас вошел в спальню Айрис, и она тотчас же ощутила, как по ее телу пробежали мурашки.
Вплотную подойдя к жене, граф остановился.
— О, дьявол! Не хотелось бы мне еще раз пережить такую ночь, как эта.
Айрис отчаянно хотелось, чтобы муж обнял ее.
— Мне тоже.
С каким-то животным стоном Лукас подхватил жену на руки и понес в свою спальню. Пэнси зажгла камин, и теперь он освещал комнату тусклым светом. Не зажигая свечи, Лукас принялся раздеваться.
Айрис оказалась не в силах проделать то же самое. Она словно загипнотизированная смотрела на мужа. Очевидно, снотворное все еще давало о себе знать. Вскоре полностью обнаженный, с подрагивающей от напряжения плотью, Лукас подошел к жене и начал снимать с нее одежду. Айрис же стояла словно тряпичная кукла — не оказывая ни сопротивления, ни содействия.
Полностью раздев жену, Лукас подхватил ее на руки и осторожно опустил на середину кровати. А потом лег на нее сверху, придавив к матрасу. И тотчас же оба задрожали, стараясь покрепче прижаться друг к другу.
— Я люблю тебя, Лукас, — прошептала она. Лукас тихо застонал.
— Скажи это еще раз, любимая.
— Я люблю тебя, Лукас. Я люблю тебя. Люблю, люблю… — Айрис продолжала повторять слова любви, в то время как граф покрывал ее тело поцелуями, говоря о своих чувствах без помощи слов.
Когда же его губы принялись ласкать ее грудь, Айрис забыла об усталости и выгнулась под ним.
— О, любовь моя, пожалуйста, поцелуй меня еще раз! — взмолилась Айрис.
Лукас стал целовать и легонько покусывать ее соски, и тело Айрис пронзило наслаждение, граничившее с болью. Она запрокинула голову, и ее волосы разметались по подушке. Затем Лукас спустился ниже; теперь он целовал живот жены. Ноги Айрис сами собой раскинулись в стороны, и она со стоном выдохнула:
— О, Лукас, что ты со мной делаешь?
Они были близки и раньше, но тогда Айрис не испытывала ничего подобного. Она чувствовала, что все ее тело натянуто, словно тетива лука. Она отчаянно пыталась дотронуться до мужа, но он спускался все ниже и ниже, и наконец его губы оказались там, где она и хотела. Хотя нет, нет… Она не могла желать ничего подобного. Только не там. Наверняка Лукас не хотел ничего подобного. Но нет, его язык уже ласкал ее. Айрис вскрикнула и попыталась сжать бедра. Но рука мужа не позволила ей этого. Его ласки оказались необыкновенно сладостными. Прежде она ничего подобного не испытывала.
— Лукас, ты не должен этого делать. Я не могу… — Не выдержав, Айрис закричала, выплескивая наслаждение со слезами, струившимися по ее вискам.
А Лукас продолжал свои мучительные ласки до тех пор, пока Айрис еще раз не содрогнулась всем телом. А потом она обмякла, словно тряпичная кукла, и заснула под слова любви, нашептываемые мужем ей на ухо. Она засыпала с ощущением, что что-то все-таки осталось незавершенным.
Лукас осторожно погладил молочную кожу жены, дожидаясь, когда она проснется. Сквозь щель в портьерах проникал свет, свидетельствовавший о том, что утро давно уже уступило место дню. Как бы ни возбужден был Лукас, он на удивление быстро последовал вслед за женой в царство Морфея. Он был удовлетворен уже тем, что Айрис сладко спала в его объятиях, поэтому и сам спокойно отдался сну.
Но теперь Лукас снова сгорал от желания. Он хотел вновь сказать Айрис слова любви. И он решил, что на сей раз заставит жену понять, что он любит именно ее, а не ту женщину, которая, по ее мнению, должна быть с ним рядом.
Ресницы Айрис дрогнули. Она открыла глаза, и ее губы растянулись в улыбке.
— Доброе утро, Лукас.
Граф нежно поцеловал жену в полураскрытые губы и прижался к ее бедру пульсирующей от напряжения плотью.
— Доброе утро, любимая. — Глаза Айрис расширились.
— Но ты же не… Прошлой ночью… — Щеки ее окрасил румянец, и она замолчала.
— Я сделал то, что сделал. Как ты можешь это отрицать, когда сама же закричала от наслаждения? — с улыбкой сказал Лукас.
Айрис закрыла глаза, но тут же снова открыла их. Теперь ее щеки приобрели оттенок спелой малины.
Неожиданно оседлав Лукаса, она провела ладонью по его груди и проговорила:
— А вы проказник, сэр. — Лукас весело рассмеялся:
— Дорогая, если уж ты решила дотронуться до меня, то есть место, которое гораздо больше заслуживает твоего внимания.
Айрис распласталась на груди мужа и прошептала:
— Вот это место? — Невинно хлопая ресницами, она прижалась своим лоном к плоти мужа.
И это ее прикосновение тотчас же заставило Лукаса забыть о смехе и неистово возжелать жену.
— Да, дорогая, да… Скажи, а что тебе снилось ночью? — Айрис застенчиво улыбнулась.
— Ты.
— Значит, ты не возражаешь против урока верховой езды? — Лукас осторожно, но решительно развел ноги жены в стороны.
Айрис вопросительно посмотрела на мужа:
— Урок верховой езды?
И все же она была очень сообразительная — когда он чуть приподнялся, в ее глазах промелькнуло понимание.
— О, думаю, мне это понравится больше всего на свете.
Ей действительно это очень понравилось. И Лукасу тоже. Айрис еще раз доказала, что она весьма прилежная ученица. И вскоре бешеная скачка ознаменовалась бурным финишем.
Айрис в изнеможении лежала рядом с мужем, водя кончиками пальцев по его груди, покрытой шелковистыми волосами.
— Леди Престон пыталась сказать мне, что ты был ее любовником.
Лукас нахмурился:
— Она лгала.
— Знаю. — Айрис поцеловала его в сосок. — Ты ведь сказал нам, что никогда даже не разговаривал с ней, помнишь?
— Конечно, помню.
Айрис провела пальцем по груди мужа, словно рисуя сердце.
— Я люблю тебя, Лукас. А это значит, что я полностью тебе доверяю.
Сердце графа наполнилось радостью, и ему захотелось вручить жене не менее ценный подарок. Захотелось сказать… правильные слова. Его необыкновенно красивая и верная жена заслуживала этого.
— Я знал, что ты не убежала.
Айрис устроилась поуютнее подле мужа.
— Потому что ты мне верил.
— Я люблю тебя, Айрис. А это значит, что я полностью тебе доверяю, — повторил он слова жены. — Я действительно люблю именно тебя, а не какой-то несуществующий образец совершенства.
— Ты хочешь сказать, что мне вовсе не нужно быть совершенством, чтобы заслужить твою любовь?
— Ты и так совершенство, дорогая. — Айрис отрицательно покачала головой:
— Нет-нет, милый, я обнаружила, что всегда твердо стою на своем. Я не собираюсь скрывать это от тебя, как не собираюсь позволять тебе безрассудно вызывать на дуэль каждого, кто упомянет о моем происхождении. Я совершаю необдуманные поступки. Например, каталась в Гайд-парке с женщиной, которую считала твоей любовницей. Скажи, ты уверен, что любишь меня?
— Абсолютно уверен. — Лукас взял лицо жены в ладони, и их губы слились в поцелуе. — Дорогая, я люблю именно тебя.
Нежное, чудесное создание принимает ухаживания гиганта с изуродованным лицом.
У Айрис же имелось на сей счет свое мнение. Она верила в то, что ее дорогой брат наконец-то нашел такую же большую любовь, какую даровал Господь им с Лукасом. Эта любовь наполнила ее жизнь радостью и наконец-то изгнала призраков прошлого.