— В чем дело? Почему ты убежала?
— Потому что не хотела оставаться с тобой в этом доме. Уйди! — закричала она.
Жан-Люк отпустил ее. Неожиданно она обнаружила, что рана на руке сильно кровоточит.
— Mon Dieu! — Жан-Люк вынул из кармана чистый платок и осторожно перевязал рану. — Что случилось?
— Прижала дверью. — Она затрясла головой, чувствуя подступающие слезы. — Ничего, пройдет.
— Ты расстроена. — Впервые с момента своего появления Жан-Люк заговорил с хрипотцой, выдающей искреннее сочувствие. — Не плачь, — пробормотал он. — Мне очень жаль, что я невольно сказал что-то обидное. — Он приподнял ее подбородок, чтобы заглянуть в глаза. — Правда.
— Не имеет значения.
Жан-Люк боролся с собой, со своими инстинктами. Его неудержимо влекло к ней. Это безумие! — подумал он, прижимая к себе Рейчел.
Рейчел всеми силами пыталась остановить слезы, что было совершенно невозможно в объятиях Жан-Люка. Как долго она тосковала по нему с того рокового дня, когда, вернувшись домой, обнаружила, что он уехал…
Через мгновение Жан-Люк отпустил ее. Рейчел неспособна была дальше демонстрировать ему свое безразличие. Он все заметил и понял глубину ее желания.
— Тебе надо промыть рану, — отстраненно произнес он.
Жан-Люк отошел, поглядывая невидящими глазами на часы.
— У меня назначена встреча. С тобой будет все в порядке?
— Да, — кивнула Рейчел. — Жан-Люк!
Но было уже поздно. Ей осталось лишь проводить его взглядом. Он прямо через нарциссы пошел к Грейнджу.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
— Шон, ты напрасно приехал.
— Я хочу извиниться.
— За что? Ты не сделал ничего дурного. — Рейчел куталась от холодного ветра в длинное темное пальто, пытаясь скрыть свое раздражение. — Пожалуйста, оставь меня.
— Рейчел, ты не поняла. — Шон преградил ей дорогу. — Я знаю, что наши отношения переживают не лучшие времена, но надеюсь, ты дашь мне еще один шанс.
Шон был бледен, его слова звучали искренне.
— Шон, ты мне нравишься, но… — Рейчел покачала головой.
— Так в чем же проблема? Ты ведь знаешь, мне большего и не нужно.
— Тебе стоит перестать названивать и писать мне, и приезжать больше не надо. Наши отношения не изменятся. — Она вдруг с испугом заметила знакомый темный лимузин, остановившийся рядом с более скромной машиной Шона. Появился Эмиль и открыл заднюю дверцу. Из машины вышел Жан-Люк в модном деловом костюме безупречного покроя.
— Так это и есть спаситель Грейнджа? — язвительно спросил Шон, проследив за взглядом Рейчел. — Наоми говорит о нем как о Боге…
— Он просто бизнесмен, — ответила Рейчел, очень надеясь, что Жан-Люк не обратит на них внимания и пойдет искать Иветту Шантрелле, архитектора, утром прибывшую в Грейндж. Но нет. Ее сердце сжалось, когда он направился прямо к ним. Он холодно улыбнулся, с интересом разглядывая Шона.
— Рейчел, ты не представишь нас?
Вот уж чего ей совсем не хотелось, но пришлось.
— Шон Галлахер, внучатый племянник Наоми. Шон, это Жан-Люк Мануар.
Мужчины обменялись рукопожатием. Шон, как могла заметить Рейчел, явно не произвел впечатления на француза, хотя ей было непонятно, что именно ему не понравилось. Шон выглядел, как всегда, элегантно, как того требовала его должность представителя компании. Он был красив неброской красотой. Стройная фигура. Светло-каштановые волосы. Дружелюбный, респектабельный, заслуживающий доверия.
Рейчел вздохнула. И зачем ей встретился этот яркий и опасный любовник ее юности? Черт бы его побрал!
— Не могла бы ты уделить мне немного времени? Нам вместе нужно побеседовать с архитектором.
— Да, конечно. — Рейчел сдержанно кивнула, стараясь не выказать чувства облегчения. — Шон как раз собирался уходить.
Рейчел явно выпроваживала его.
Шон заглянул Рейчел в лицо.
— У меня встреча с клиентом.
— Прекрасно, мы вас не задерживаем, — холодным, надменным тоном процедил Жан-Люк.
— Я позвоню. Нам надо поговорить.
В светло-карих глазах Шона мелькнуло незнакомое прежде выражение, в голосе зазвенел металл. Он взял руки Рейчел в свои и неожиданно поцеловал ее в губы.
Рейчел, смущенная взглядом Жан-Люка, пыталась скрыть досаду, глядя вслед Шону и демонстрируя хладнокровие, которого вовсе не ощущала.
— Я предполагал нечто лучшее.
— Прошу прощения?
— Он совершенно тебе не подходит.
Рейчел разделяла его мнение, но не хотела слышать этого из надменных уст Жан-Люка.
— Позволь мне судить самой.
— Но мне хотелось высказаться. Вы давно знакомы?
— Достаточно.
Жан-Люк приподнял темные брови.
— Достаточно для чего?
Рейчел наблюдала, как Шон садится в машину, принадлежащую компании, и трогается с места.
— Я уже говорила тебе, что мне не нравится твое вмешательство в мою личную жизнь.
— Насколько я помню, ты вообще хотела вычеркнуть меня из своей жизни, — сухо заметил Жан-Люк.
— Ты что-то говорил про переговоры с архитектором? — Рейчел отвернулась от него, кутаясь в пальто так, будто налетел резкий ветер. — Разве я имею право голоса при обсуждении реконструкции Грейнджа?
— Да, твое мнение очень важно. Пройдем внутрь. Я и так задержался дольше, чем предполагал.
Жан-Люк был холоден и неприступен.
— Возможно, тебе следует поручить повседневные дела кому-нибудь из твоих служащих, — бросила Рейчел. — Ты слишком важная персона.
Он предпочел проигнорировать ее выпад.
— Ты уже предупредила о переезде?
— Да, все были огорчены.
— Неужели?
Рейчел заметила проблеск улыбки и поняла, что он подсмеивается над ней.
Пока они шли к Грейнджу, Рейчел задумалась, зачем она продолжает бесполезные словесные баталии. Жан-Люк принял игру и не собирается ее прекращать.
Иветта, молодая, необыкновенно женственная француженка лет тридцати, была очень увлечена проектом. Рейчел поняла, что ее боязнь крупных изменений оказалась беспочвенной.
Совещание прошло успешно и помогло успокоить волнения Рейчел в отношении Грейнджа. Работы, хотя бы часть их, намечалось провести быстро. Центральную часть здания предполагалось открыть для посетителей в первую очередь, в то время как восточное и западное крыло планировалось закончить позднее. Крытый плавательный бассейн представлялся одним из приоритетов наряду с множеством дополнительных ванных комнат и общим обновлением интерьера.
Под конец встречи Рейчел дружески пожала Иветте руку и обратила внимание, что Жан-Люк сделал то же самое. Он явно хорошо ее знал. Они непринужденно болтали о чем-то, не имеющем отношения ни к проекту, ни к Грейнджу. Очевидно, Иветта, как любая другая женщина, находила Жан-Люка привлекательным. От одного его вида женщины приходят в экстаз, богатство еще подливает масла в огонь.
Рейчел внимательно разглядывала живое личико Иветты с мерцающими колдовскими глазами. Та чарующе улыбалась Жан-Люку, он отвечал ей тем же. Они болтали по-французски, и Рейчел силилась понять, о чем же они говорят?
Жан-Люк был любезен сверх меры, флиртовал прямо на глазах Рейчел. Ему не понравилось, как какой-то идиот целует ее. Он с удовольствием бы придушил Шона на месте, но, к сожалению, не мог.
— Я хочу поговорить с тобой. — Жан-Люк, прервав разговор с архитектором, удержал Рейчел за руку, чтобы она не уходила. — Рейчел!
— Да, что такое?
Он на мгновение замялся.
— Сегодня вечером я собираюсь во Францию. Вот номер моего мобильного телефона. — Он протянул ей листок. — Если захочешь, позвони мне.
— Вряд ли.
— Ты собираешься на днях пригласить в коттедж декораторов? — спросил он, игнорируя ее слова. — На самом деле было бы лучше, если бы ты переехала прежде, чем начнется хаос.
— Хаос? — нахмурилась Рейчел.
— Я неудачно выразился. Но, безусловно, это будет трудное время. — Он помолчал. — Я свяжусь с тобой, как только отпущу персонал в летний отпуск.
— Со мной все будет в порядке. Не беспокойся.
— Предосторожности ради. Я не хочу полагаться на волю случая. В Грейндже немало ценностей.
— Да, конечно, — согласилась Рейчел бесцветным тоном.
— Увидимся! — Темные глаза соблазняли, гипнотизируя ее. — Звони, как только тебе что-то понадобится.
Он сел в машину, и Рейчел осталась на подъездной дороге одна.
Коттедж преобразился. Удивительно, что могут сделать двое искусных декораторов за пару недель.
Рейчел закончила протирать зарешеченные кухонные окна и огляделась. Даже Наоми понравилась бы такая чистота. Поверхности столов сверкали. Старый кафель блестел. Теперь необходимо положить ковровое покрытие в небольшую гостиную внизу и в спальню — и интерьер завершен.
Рейчел села на велосипед и направилась обратно в Грейндж. Она спешила забрать подставку для зонтиков и небольшой дубовый сундучок для гостиной.
Дом был необычно тих. Рейчел поставила велосипед возле кухонной двери и вставила ключ в замочную скважину.
Наоми уехала сегодняшним утром. Она очень хотела навестить свою сестру в Шотландии.
— Твоя тетушка всегда была слишком требовательной, и я не надеялась хотя бы на короткий отпуск. Наконец-то доставлю себе такое удовольствие — надеюсь, не во вред тебе. Мне бы не хотелось уехать с опасениями, что тебе тут будет одиноко.
Рейчел немедленно заверила Наоми, что она ничуточки не будет скучать. Необходимость поддержания нарочито бодрого вида в присутствии Наоми и прочей прислуги создавала дополнительную нагрузку.
— Тогда все в порядке. Я попросила Шона приглядывать за тобой, пока меня не будет.
— Наоми! — недовольно воскликнула Рейчел.
— Не возражай. Я думаю, так будет лучше. Положись на меня, раз больше не на кого. Вам обоим нужна спокойная обстановка.
— Какой уж тут покой! Завтра придут подрядчики, — ответила Рейчел, досадливо хмурясь.
В кухне кто-то был. У Рейчел екнуло сердце.
На табурете, глупо улыбаясь, сидел Шон.
— Как ты вошел?
— Что за манера принимать гостей! Я собирался навестить тебя. Наоми специально оставила мне ключ.
Рейчел провела рукой по лицу.
— Шон, я устала. Что бы тебе ни сказала Наоми, я не хочу, чтобы ты здесь оставался.
— Не смотри на меня так враждебно. Я просто пришел поговорить с тобой.
— Я не хочу разговаривать и не приглашала тебя.
— Зато приглашала Наоми.
В этот момент в прихожей раздался телефонный звонок. Рейчел обернулась к двери.
— Ты от меня так просто не отделаешься. Я тебе не позволю. — Шон поднялся и пересек кухню. Рейчел почувствовала запах перегара. Она немного испугалась.
— Шон, я думаю, тебе благоразумнее уйти. — Она силилась выдавить улыбку. — Ты хороший и нравишься мне, но у меня сейчас нет сил разговаривать. У нас с тобой были хорошие времена, но наши отношения не могут оставаться серьезными.
— Это ты так думаешь. — Он помотал головой и обидчиво поджал губы. — А я никогда так ни к кому не относился. Ты не понимаешь, каково быть отвергнутым.
— Откуда ты знаешь? — тихо пробормотала Рейчел, отодвигаясь от него. — Я подойду к телефону. Возможно, что-то важное.
Она с облегчением вышла из кухни. Присутствие Шона действовало ей на нервы. К тому же он был пьян. Должно быть, напился с горя. Ведь обычно он не употреблял спиртного. Она подняла трубку.
— Алло?
— Рейчел? Как дела?
Она помедлила, услышав в кухне звон посуды.
— А! Привет. Хорошо!
Она обрадовалась голосу Жан-Люка больше, чем могла бы себе признаться.
— Просто хорошо?
Раздался звон стекла. Рейчел всерьез забеспокоилась, как бы Шон не разнес дом.
— Что случилось? Что там за шум? Кто там у тебя? Мне казалось, что слуги разъехались.
— Так и есть. Это Шон, — неохотно призналась Рейчел.
— Ах, Шон! Понимаю. — В голосе Жан-Люка звучало явное недовольство.
— Не понимаешь, — твердо ответила она, сопротивляясь собственному инстинктивному стремлению привлечь на свою сторону Жан-Люка, в то же время ей не хотелось сообщать, что Шон пьян и агрессивен. — Я не приглашала его. Это Наоми дала ему ключ.
— Он тебя не обидел?
— Нет. Забудь о Шоне. Все хорошо.
— Забавно, но я тебе не верю.
— Это потому, что я немного расстроена.
— Вот как! Почему?
— Он пьян.
— Я приеду!
— Жан-Люк! Не надо! Нет необходимости.
Но в телефонной трубке раздались гудки.
Жан-Люк был доволен, что вернулся в Англию. Сейчас он обдумывал этот нервозный телефонный диалог с Рейчел. Она явно решила, что он за сотни миль от нее и не может ей помочь.
Он звонил предупредить о своем намерении приехать в Грейндж, чтобы лично убедиться, что все идет по плану. Нажимая на педаль акселератора, Жан-Люк предвкушал, что сделает с ее нахальным бойфрендом.
По всей кухне были разбросаны осколки битых тарелок. Рейчел опустила глаза.
— Что это такое?
— Я наливал себе воды и споткнулся. — Шон взглянул на сушилку. — Они упали.
— Шон, пожалуйста, уходи. Сейчас приедет мсье Мануар. Будет нехорошо, если он застанет тебя здесь.
— Какой черт его несет?
— Будь наконец благоразумен. Ты сейчас не в себе, потому что выпил.
— А если я не уйду? — Шон подошел к Рейчел. — Нам когда-то было хорошо вдвоем, — хрипло пробормотал он. — Вспомни наш костер. Или уикенд у моря.
— Я помню. — Рейчел удалось улыбнуться. — Но сейчас все кончено.
Она сглотнула. Шон подошел ближе.
— Ты очень красивая. — Он дотронулся до ее щеки. — Один поцелуй, — пробормотал он, — всего один поцелуй.
— Нет! Ты пьян. — Рейчел попятилась, бросив взгляд на кухонную дверь. — Мсье Мануар будет здесь с минуты на минуту. Я должна с ним кое-что обсудить.
— Так ты предпочитаешь проводить время с ним, а не со мной? — Шон внезапно рассвирепел. — Почему? Чем он лучше меня? Нет, не отвечай. — Он обхватил голову руками. — Я видел, как ты на него смотрела. Господи! Какой же я дурак!
— Вы правы, — произнес голос, звенящий металлом.
Рейчел испытала удивление и облегчение. Она была благодарна Жан-Люку, что ему удалось приехать так быстро.
— Рейчел, ты сказала ему, чтобы он ушел? — Жан-Люк небрежной походкой прошел на кухню, его глаза не отрывались от лица другого мужчины. — Я предлагаю вам уйти, как просила Рейчел.
— Это угроза? Принуждение? Не думаю, что вы рискнете попортить ваш дорогой костюм.
Казалось, спиртное помрачило разум Шона. Он положил руку на плечо Рейчел и бесцеремонно притянул ее к себе.
— Мы очень близки.
— Неужели? Тем не менее она хочет, чтобы вы ушли. Убери от нее руки!
— Или что?
Шон пошатнулся, и Рейчел, воспользовавшись случаем, освободилась из его объятий.
— Подойди сюда, — сказал он, двинувшись к Жан-Люку. — Хочешь драться — давай. — Он первым сделал выпад, едва не задев Рейчел. — Слышишь? — взбешенно заорал Шон. — Подойди ближе. Посмотрим, из чего ты сделан.
Жан-Люк ударил его, не дав договорить.
— Прекратите, вы оба! — закричала Рейчел.
Жан-Люк сцепился с Шоном, ловко выталкивая того к задней двери.
— Хватит! Ты понял? Оставь Рейчел! — В критической ситуации акцент Жан-Люка снова стал явственнее. — Никогда здесь больше не показывайся. Иначе я не отвечаю за последствия. А сейчас вон отсюда!
Жан-Люк распахнул дверь и вышвырнул Шона во двор. Рейчел дрожа следила за происходящим.
— Он больше тебя не побеспокоит. Мне знакомы такие типы. Трусливый задира.
Рейчел не решалась посмотреть в глаза Жан-Люка. Она опустилась на стул и закрыла лицо руками.
— Как ты мог? — прошептала она.
— Тебе нравится, когда тебя запугивают?
— Нет.
— Или терроризируют?
— Ты просто смешон!
— Неужели? Я слышал твой голос по телефону, а когда вошел — видел выражение твоего лица.
— Он был пьян и не понимал, что несет.
— Прекрасно понимал.
— Не обязательно было применять силу.
— Слова не помогали. Я хотел защитить тебя. Что здесь ужасного?
При чем здесь забота о ней? Наверное, он ее дурачит. Вспомнилось прошлое, его неожиданный отъезд. Неужели можно принять его слова за чистую монету? Рейчел покачала головой. Ее глаза неприязненно сузились. Нет! Она не поддастся!
— Я не просила ни твоей помощи, ни защиты. Я не просила ни о чем подобном. Жан-Люк, ты не изменился! Все такой же самонадеянный, импульсивный и эгоистичный. Ты всегда был таким.
Жан-Люк пробормотал по-французски какое-то ругательство, затем схватил ее за плечи и впился прямо в губы.
Рейчел мгновенно вспомнила и его чувственный рот, и покоряющую сексуальность его тела. Что она предпочла бы забыть, так это силу собственного желания и неспособность держать эмоции под контролем.
Губы Жан-Люка лишали ее воли к сопротивлению, и она отозвалась, забыв о своей злости и мучениях разлуки. Возможно, именно от ярости Рейчел возвратила поцелуй с удвоенной энергией. Она прильнула к нему, любя и в то же время ненавидя.
Его тонкие сильные пальцы настойчиво притягивали Рейчел все ближе. Он целовал ее все более глубоко и страстно. Казалось, время остановилось и вселенная исчезла. Их поцелуй превратился в схватку, в которой ненависть и желание слились воедино.
Жан-Люк опомнился. Как глупо! О чем он думал? Где же его хваленый самоконтроль?
Рейчел заглянула в его глаза. К ней вернулся здравый смысл. Она слишком поздно поняла свой промах.
Хотя Жан-Люк казался спокойным, его выдавали глаза, потемневшие от страсти. Но в этом взгляде она не заметила боли сожаления о годах, прошедших в разлуке.
— Как ты смеешь? — Рейчел отпрянула, пылая гневом. — Уходи! — истерически закричала она звенящим голосом. Мгновение спустя она справилась с собой. — Спасая Грейндж, ты решил воспользоваться случаем? Думал, что я все та же глупая, наивная девочка, которая позволит тебе все, что ты хочешь?
— Ты не была глупой.
— Тебе удобно так думать. Я-то знаю, какой я была.
— Только потому, что так считала твоя тетка.
— Уйди! Я больше не хочу тебя видеть!
— К сожалению, мы оба понимаем, что связаны договором. — Темные глаза смотрели с упреком. — Я решил получить прибыль от этого проекта, не вижу причин менять планы. Фактически после этого эпизода моя решимость только возросла.
— Ах, эпизода! Ты называешь насилие эпизодом?
— Когда же это я насиловал тебя? Рейчел! До чего же просто притворяться жертвой! Я поцеловал тебя, но я что-то не припомню, чтобы ты сопротивлялась. Совсем напротив…
— Как только я могла полюбить тебя?
Голос Рейчел сорвался до шепота. В глазах стояли слезы.
Жан-Люк повернулся и ушел. Рейчел тревожно смотрела ему вслед. Она понимала, что ее неадекватная реакция усложнила все во сто крат. Жан-Люк выглядел отчужденным как никогда.