Эбби так и сделала, осторожно переступая с ноги на ногу, чтобы не напугать его, и глаза ее на миг сфокусировались на дуле пистолета, направленном прямо на нее. Мужчина, держащий его в руке, оказался полицейским в форме. Она сразу оценила его позу и манеру держаться — напрягшиеся мышцы, плотно сжатую, но дрожащую челюсть, мятую одежду, испуганные глаза, налитые кровью и немигающие… Сердце гулко заколотилось в груди, стоило встретиться с ним взглядом.
Надо было предвидеть, что это произойдет. Полиция оцепила место преступления. Тот дом через поле — Эбби ведь чувствовала, что кто-то за ней наблюдает. Наверное, он выдвинулся оттуда, как только она вошла в развалины дома. В котором часу это было? Около половины девятого утра. Принимая во внимание внешность этого парня, заступил он точно не утром — явно проторчал там всю ночь, ожидая сменщика. И наверняка уже кипит от злости, поскольку его так и не сменили. Обычно в ночные дежурства назначают копов помоложе, но этому было на вид лет тридцать пять, если не больше. Работает в ночь — неудачник? Оставалось надеяться, что дело не в этом.
— Офицер [Офицер — звание в полиции США, соответствующее нашему званию рядового.], — негромко и спокойно произнесла она. — Я лейтенант Эбби Маллен из полиции Нью-Йорка. Опустите пистолет.
Каждую фразу она заканчивала нисходящей интонацией, говорящей о простой констатации факта. Этот парень просто устал и наверняка на взводе из-за кофеина. Ему требовался кто-то, на кого можно было бы переложить ответственность.
Пистолет он не опустил, но она почувствовала, что его мышцы едва заметно расслабились. Даже если этот коп и не поверил, что она из полиции, выражение ее лица и мягкий голос явно успокоили его нервы.
— И что это вы здесь ищете, а?
Эбби услышала шум автомобильного мотора. Кто-то ехал к ним. По всей вероятности, сменщик этого парня. Совсем ни к чему, чтобы еще один коп вошел в дом и увидел направленный на нее пистолет. У него может сложиться неверное представление, и ситуация лишь обострится. Изо всех сил стараясь не смотреть на пистолет, она произнесла:
— Я расследую одно дело. Серийного поджигателя. Пожалуйста, опустите пистолет. — Эбби еще больше смягчила голос, позволив ему стать голосом безобидной молодой женщины, и коротко взмахнула ресницами. Она пожалела, что на ней сейчас толстая вязаная шапка и громоздкое пальто. Такое пальто может скрывать что угодно. А шапка, пусть и теплая, скрывала ее светлые волосы и оттопыренные уши. Обычно мужчин куда меньше пугает миниатюрная женщина с большими ушами.
— Вообще-то это Вайоминг… — медленно произнес патрульный, как будто подозревая, что она каким-то образом свернула не туда и оказалась не в том штате. — А не Нью-Йорк.
— Как вас зовут? — спросила Эбби, слегка улыбнувшись ему.
— Фред Мосс.
Почему он не опускает пистолет? Она вопросительно посмотрела на него.
— Простите, Фред, — произнесла Эбби извиняющимся тоном, — мне надо было позвонить и согласовать мой приезд с полицейским управлением Дугласа.
— Выходит, вы из Нью-Йорка… — медленно отозвался он.
Как у переговорщика по урегулированию чрезвычайных ситуаций, одним из основных профессиональных ориентиров Эбби было правило «7–38–55». При человеческом общении произносимые людьми слова выражают лишь семь процентов чувств, которые те испытывают. Тон — тридцать восемь процентов. И остальные пятьдесят пять процентов приходятся на «язык тела» и в первую очередь на выражение лица.
Слова, которые он произнес, вроде должны были обнадежить. Офицер Мосс наконец понял, что она тоже из полиции. Но выражение лица у него оставалось затравленным и тоскливым. А тон каким-то пустым. Почти… разочарованным.
Эбби попыталась представить, что он сейчас чувствовал. Рядовой сотрудник полиции в Дугласе, штат Вайоминг… Работа в основном однообразная, рутинная — каждый день прихватывать одних и тех же алкашей, арестовывать одних и тех же торчков, расследовать мелкие кражи и пропажу домашних животных. А тут подожгли дом, погиб человек… Убийство. Полиция решила оцепить место преступления — на случай если убийца вдруг вернется, и Фреду Моссу опять выпало дежурить в ночную смену. Таращился, бедолага, на обгоревшие руины обиталища Йейтса в темноте, стараясь не заснуть, постоянно пил кофе, пока сердце не заколотилось, а веки не набрякли так, как будто весили по десять фунтов каждое. Утренний сменщик опаздывал — как, вероятно, и всегда. А потом вдруг возникла какая-то фигура. Издалека это мог быть кто угодно. Даже невменяемый пироманьяк, явившийся полюбоваться на дело своих рук.
Накачанный кофеином и злобным раздражением, патрульный Мосс преодолел расстояние от места своей засады до сгоревшего дома на своих двоих. О чем он думал, когда шел сюда? Мосс был явно напуган — Эбби слышала это в его голосе, когда он приказал ей не двигаться. Но, не исключено, также и воображал, что сейчас поймает опасного поджигателя, убившего Джимми Йейтса. Наденет на невменяемого убийцу наручники и потащит его к машине, слушая его мольбы о пощаде. И весь отдел полиции в кои-то веки увидит, чего офицер Мосс на самом деле стоит.
И тут вдруг оказывается, что он держит под прицелом какую-то крошечную женщину, оказавшуюся вдобавок лейтенантом полиции… Теперь Мосс окончательно станет в отделе всеобщим посмешищем — человек, который уже привык обретаться на самой нижней ступеньке служебной лестницы.
Он в буквальном смысле стоял на краю пропасти, понимая, что стоит опустить пистолет, как то ужасное будущее, которое он себе представлял, сразу же настигнет его.
Эбби одарила его пристыженной улыбкой.
— Боже, какая же я идиотка… — пролепетала она. — Я совершенно раскрыла вашу засаду. Надо было мне сообразить, что вы можете наблюдать за этим местом. Вот черт… Я могла спугнуть того, кто это сделал.
— Я… Ну да. — Мосс бросил на нее раздраженный взгляд, и его пистолет слегка опустился. — О чем вы только думали?
— Сама не знаю, простите. — Сердце умерило свой бег, когда пистолет отодвинулся от нее. Эбби глубоко вздохнула, пряча свой страх под маской смущения. — Вы собираетесь доложить об этом?
— Я… — Рот его захлопнулся, когда хруст шагов неподалеку стал ближе. В почерневшие помещения сгоревшего дома вошли еще трое. Один оказался патрульным в форме — вероятно, сменщиком Фреда, выше его на несколько дюймов и как минимум лет на пять помоложе.
Двое других, мужчина и женщина, мало походили на копов. Мужчина с густой гривой черных волос был выше ростом обоих патрульных, да и заметно шире в плечах. Его кривоватая небрежная улыбочка, очевидно, должна была сходить за обезоруживающую, но Эбби было этим не одурачить. Взгляд черноволосого сразу заметался между опущенным пистолетом в руке у Фреда и ее лицом, оценивая ситуацию. Этот парень явно ловил все на лету.
Сопровождала его женщина примерно одного роста с Эбби, в серой вязаной шапочке, из-под которой выглядывали несколько выбившихся прядей каштановых волос. Лицо у нее было изящным и бледным, и немного портил его только нос, довольно длинный и чуток крючковатый. Как и ее спутник, она сначала посмотрела на Фреда, который словно поник под ее пристальным взглядом. А затем повернулась к Эбби, нацелив на нее свои пронзительные ярко-зеленые глаза. Казалось, будто эта женщина читает ее с той же легкостью, с какой кто-то другой бегло просматривает газетные заголовки.
— Здорово, Мосс, — весело произнес патрульный, явившийся сменить Фреда. — Это федералы, которые вчера с нами общались. Не представишь нам свою подругу?
Эбби улыбнулась троим прибывшим.
— Здрасьте, я лейтенант Эбби Маллен из Нью-Йорка.
Оба федерала недоуменно заморгали.
— Маллен? — переспросила женщина. — А вы-то как здесь очутились?
Мужчина, стоящий рядом с ней, прочистил горло.
— Гм… Это я ей вчера позвонил, — объяснил он, после чего с улыбкой повернулся к Эбби. — Я агент Тейтум Грей, мы с вами разговаривали по телефону. А это…
— Судя по всему, Зои Бентли, — улыбнулась в ответ Эбби. — Рада наконец-то лично с вами познакомиться.
— Лейтенант Маллен не согласовала с нами свой приезд, — хрипло вмешался Фред. — Я уже почти подумал, что это и есть наш поджигатель.
Зои покосилась на него, как на какого-то комара.
— Только около пятнадцати процентов поджигателей — женщины, и у них обычно нет привычки возвращаться на место преступления, — отрезала она. — И вообще-то ваши криминалисты обнаружили здесь три пустые пятигаллонные [5 галлонов — 18,5 л (американский галлон — 3,7 л).] канистры из-под бензина. Просто не могу представить, чтобы женщина вроде Маллен сумела бы запросто их сюда притащить, а вы?
Фред пристыжено уставился в почерневший пол. Эбби на миг задумалась, как бы всё сложилось, если б Зои Бентли первой вошла в сгоревший дом, столкнувшись с офицером Фредом Моссом и его готовностью в любой момент спустить курок пистолета.