33
Я сидел с девицами в «мерседесе». Негромко жужжал, освежая воздух в салоне, кондиционер. Рейчел позвонила из бара Черри Дей, уточняла детали прибытия группы поддержки. Скорее всего скоро в небе городка Ясный, штат Невада, появятся вертолеты с группой агентов на борту. Погода хорошая, путь не дальний.
Я попытался завязать разговор с девицами — женщинами их назвать, несмотря на профессию и не юный уже возраст, было трудно. Все то, что нужно знать о мужчинах, они, наверное, знали, но вот их знания о жизни, о мире сводились к минимуму. Думаю, обычные девчонки, сделавшие неверный шаг либо выкраденные из дома и лишенные нормальной семьи. Я начинал понимать смысл того, что недавно сказала мне Рейчел.
— Том Уоллинг к вам когда-нибудь заходил, брал девочек? — спросил я.
— Я не видела, — сказала Тэмми.
— Вроде бы кто-то говорил, что он какой-то странный, — добавила Мекка.
— В каком смысле?
— Ну, живет затворником, что-то в этом роде, — пояснила Мекка. — И на девочек даже не смотрит, хотя Тони всегда бы подкинула ему кого-нибудь, как и другим водителям.
— А что, у вас много водителей?
— Здесь — он один, — быстро встряла Тэмми, явно недовольная тем, что Мекка перехватила инициативу. — Другие — из Вегаса. Некоторые работают в казино.
— Но если там есть свои, кому нужен Том, все же лишний конец.
— Так из Вегаса никто и не нанимал.
— Да нет, бывало, — возразила Мекка.
— Ну да, пару раз бывало, — согласилась Тэмми. — Так это придурки какие-то. А вообще-то мы вызывали Тома, когда местный парень, у кого своей машины нет, на часок заскакивал. Либо тот, кто снимал трейлер у старины Биллингза, рвался назад, а из казино автобус давно ушел. Они долго не ждут, если, конечно, это не постоянный клиент, но те…
— Но те — что?
— А то, что не очень-то много охотников найдется — в Ясный ехать.
— В Паруме девочки получше… — Тэмми просто констатировала факт, имеющий отношение к делу, но ее лично не касающийся.
— И к Вегасу поближе. Но там и цены выше, — добавила Мекка. — Так что сюда добирается второй сорт.
Речь знатока рынка. Я попытался вернуть разговор на нужные мне рельсы.
— Словом, Том Уоллинг возил клиентов назад в Лас-Вегас или еще куда.
— Точно! — хором ответили девицы.
— А публика эта — клиенты, я хочу сказать, — вам, конечно, неизвестна. Не проверяете же вы у них документы? Любым именем могут назваться.
— Ну да, понятное дело. Разве что на вид кому-нибудь меньше двадцати одного.
— Ясно.
Стало более или менее понятно, как все это могло происходить. Как Бэкус мог выбрать жертву среди клиентов публичных домов. Стремясь сохранить свое имя и саму поездку в Ясный в тайне, бедолаги, сами о том не догадываясь, становились идеальными мишенями. И с психологическим портретом Поэта это сходилось. Пробуждались таящиеся внутри его демоны зла. Спецы утверждают, что его отклонения вызваны взаимоотношениями с отцом. Человек с репутацией первоклассного агента ФБР, героя и добропорядочного семьянина на самом деле оказался домашним тираном, доведшим близких до того, что жена сбежала, а сын, который по малолетству сбежать не мог, погрузился в мир фантазий, включавших, между прочим, и убийство насильника.
Тут я понял: что-то не сходится. Ллойд Рокленд, тот, что взял машину напрокат. Как он укладывается в схему, если ему не нужен был водитель?
Я открыл папку, которую Рейчел оставила в машине, вынул фотографию Рокленда и показал девицам.
— А ну-ка посмотрите, этого малого не узнаете? Его звали Ллойдом.
— Звали?
— Вот именно, звали. Потому что Ллойд Рокленд мертв. Ну как, узнаете?
Увы, ни та, ни другая его не вспомнили. Впрочем, я понимал, что шансов мало, ведь Рокленд исчез еще в 2002 году. Тогда я стал примеривать его историю к своей версии.
— Вы ведь спиртное у себя подаете, верно?
— Если клиент захочет, пожалуйста, — ответила Мекка. — Лицензия имеется.
— А допустим, клиент приехал из Вегаса, надрался и сам сесть за руль не может?
— Можно у нас переночевать. Комнаты свободные есть, только плати.
— А если ему хочется вернуться? Или по делам надо?
— Тогда он может позвонить в бар, и мэр что-нибудь придумает. Скажем, за руль его машины сядет водитель, доставит, куда велено, а сам вернется автобусом, который развозит клиентов казино. Что-нибудь в этом роде.
Я кивнул. Теперь как будто получается. Рокленд мог напиться, и в Вегас его повез водитель, то есть Бэкус. Только до города они не доехали. Надо сказать Рейчел, пусть труп Рокленда проверят на содержание алкоголя в крови. Это позволит кое-что подтвердить.
— Слушайте, мистер, мы что, целый день тут торчать будем? — возмутилась Мекка.
— Понятия не имею. — Я перевел взгляд на дверь трейлера.
Рейчел старалась говорить как можно тише — сидевший в противоположном углу бара Биллингз Ретт старательно делал вид, будто решает кроссворд, однако же нетрудно было заметить: он ловит каждое произнесенное ею слово.
— А что это такое — РВП? — переспросила Рейчел.
— Расчетное время прибытия. Мы отправляемся через двадцать минут, и до вас лета столько же, — пояснила Черри Дей. — Так что жди и не рыпайся.
— Слушаюсь.
— Вот что, Рейчел, я ведь тебя знаю. И что ты намерена предпринять, тоже догадываюсь. Пока не появятся эксперты, держись от трейлера, который арендовал подозреваемый, подальше. Пусть каждый занимается своим делом.
Рейчел едва удержалась от возражений: ничего-то ты обо мне, девочка, не знаешь. И даже не догадываешься.
— Ясно, — буркнула она.
— А что там Босх? — продолжала Черри.
— В каком смысле «что»?
— Пусть тоже держится подальше.
— Боюсь, с этим возникнут сложности, ведь он отыскал это место. Его заслуга.
— Понимаю, только мы бы в конце концов все равно туда добрались, без его помощи. Так что скажем ему спасибо, и пусть топает.
— Что ж, только тебе придется заняться этим лично.
— Да уж не сомневайся, займусь. Ну что, все решили? А то мне пора в Неллис.
— Вроде все. Жду тебя в течение часа.
— Да, Рейчел, последнее: почему ты не на своей машине?
— Босх почему-то захотел сесть за руль. Да какая разница-то?
— А такая, что в этом случае ситуацию контролирует он, а не ты.
— Ну, это все твои фантазии. Да и чего теперь считаться? Мы оба решили, что таким образом нащупаем след, ведущий к исчезнувшим людям, и…
— Ладно, ладно, оставим. Не стоило мне вообще на эту тему заговаривать. Все, пока, убегаю.
Дей повесила трубку. Рейчел не могла последовать ее примеру, потому что аппарат был прикреплен к дальней стене бара, провод тянулся через все помещение. Она кивнула Ретту, тот отложил карандаш, подошел к ней, взял трубку и вернул на место.
— Благодарю вас, мистер Ретт. Примерно через час здесь, скорее всего прямо перед вашим баром, приземлятся два вертолета с нашими людьми. Наверняка они захотят с вами поговорить. Более официально, чем я. И не только с вами, но и со многими жителями Ясного.
— Гм, не очень-то это хорошо для бизнеса.
— Возможно, но чем охотнее люди ответят на вопросы, тем быстрее все кончится и вас оставят в покое.
О том, что сюда может нагрянуть целая армия журналистов, Рейчел не сказала. Между тем это вполне вероятно, ведь история сделалась достоянием гласности. Теперь все знают, что жалкий городишко в пустыне, известный лишь публичными домами, стал приютом Поэта, где тот скрывался все эти годы и где нашел последних жертв.
— Если агенты спросят, где я, скажите, что в трейлере Тома Уоллинга, ладно?
— Да? А мне показалось, вам как раз от этого места велели держаться подальше.
— Мистер Ретт, вы слышали, о чем я вас попросила?
— Да, да, конечно, будет сделано.
— Между прочим, сами-то вы там были, после его отъезда?
— Нет, так и не выбрался. Да и зачем? Том заплатил вперед вовсе не за то, чтобы я рылся в его вещах. У нас в Ясном это не принято.
— Ну что ж, мистер Ретт, еще раз спасибо за то, что уделили мне время.
Он пожал плечами, то ли давая понять, что у него не было выбора, то ли извиняясь, что помощь оказалась такой скудной. Рейчел повернулась и направилась к двери. У выхода она на мгновение остановилась и, пошарив под курткой, сняла с пояса запасную обойму к «ЗИГ-зауэру». Подкинула, словно пробуя на вес, и сунула в боковой карман. После этого она открыла дверь и села в «мерседес» рядом с Босхом.
— Ну что там агент Дей? — осведомился он. — Кипит?
— Да нет. Мы ведь организовали такой прорыв в деле, чего же ей кипеть?
— Так ведь по-разному бывает. Есть люди, которые умудряются злиться не от чего-то, а просто так.
Рейчел повернулась к девицам:
— Мы хотим осмотреть один трейлер, это на западной окраине города. Если хотите, можете ехать с нами, посидите в машине. Нет — ступайте в бар и ждите там. Сюда направляются наши люди. Возможно, они поговорят с вами прямо на месте, тогда не придется ехать в Лас-Вегас.
— И то хорошо, — вздохнула Мекка. — Я остаюсь здесь.
— Я тоже, — присоединилась к ней Тэмми.
Босх выпустил их из машины.
— Только смотрите никуда не смойтесь! — предупредила Рейчел. — Если вздумаете вернуться в свое заведение либо куда еще направитесь, далеко не уйдете, только наших разозлите.
Девицы молча побрели к бару. Рейчел проводила их взглядом. Босх сел за руль, дал задний ход.
— Твердо решили ехать? — спросил он. — Почему-то мне кажется, что агент Дей велела вам сидеть на месте до прибытия подкрепления.
— И еще в самом начале разговора заявила, что вы ей здесь не нужны. Хотите дождаться, пока она повторит это вам лично, или угодно все же взглянуть на трейлер?
— Да не беспокойтесь вы, еду. Мне о карьере думать не приходится.
— О нынешней — нет.
Мы ехали пыльной дорогой, на которую указал нам Биллингз Ретт. У границы городка она поворачивала на запад и далее на протяжении мили плавно забирала вверх. Затем выравнивалась и огибала красноватую скалу, которая выглядела в точности так, как описывал Ретт. А именно — как корма исполинского пассажирского судна, сначала развернувшегося на шестьдесят градусов над водой, а затем рухнувшего в морскую бездну. Так, во всяком случае, это показывают в кино. Любитель-скалолаз, о котором говорил Ретт, добрался до высшей точки и мелом накарябал на камнях — «Титаник».
Времени на осмотр всей картины и, в частности, надписи мы тратить не стали. Обогнув скалу «Титаник», вскоре добрались до пустыря, посреди которого стоял небольшой трейлер на бетонных плитах. Рядом пристроились ржавая машина на спущенных шинах и бак, в котором жгли мусор. По другую сторону виднелись большой бак с горючим и генератор.
Дабы не наследить там, где было совершено преступление, я остановился у самой границы пустыря и заглушил двигатель. Генератор не работал. Вокруг стояла тишина, было в ней нечто зловещее. У меня возникло четкое ощущение, будто рядом — край света, царство тьмы. Неужели Бэкус действительно расправлялся здесь со своими жертвами? Тогда для них и впрямь наступал конец света. Весьма вероятно. В этих местах таилось зло.
Рейчел нарушила молчание:
— Ну что, так и будем стоять или все же осмотримся?
— Жду вашего сигнала.
Она вышла из машины, я последовал за ней. И тут заметил, что окна трейлера распахнуты настежь — так не бывает, когда обитатели уезжают надолго. Помимо того, в ноздри ударил мерзкий запах.
— Чуете?
Рейчел кивнула. В воздухе пахло смертью, и гораздо острее, гораздо пронзительнее, чем на дороге XXYXZ. Я нутром чуял: здесь нам предстоит найти вовсе не похороненные тайны убийцы. На сей раз будет нечто иное. В трейлере — труп. Как минимум один разлагающийся труп.
— Напоследок, — задумчиво сказала Рейчел.
— Что?
— Открытка. Это было написано в открытке.
Я кивнул. Она имеет в виду самоубийство.
— Думаете?
— Не знаю. Сейчас увидим.
Мы медленно тронулись вперед. Никто не говорил ни слова. Вонь становилась все сильнее. Ясно одно: кто бы там внутри ни находился, этот «кто-то» поджаривается на солнце уже довольно долго.
Я немного отстал от Рейчел, подошел к окнам, расположенным слева от входа в трейлер, и, упершись ладонями в стекло, попытался заглянуть внутрь. Единственным результатом моих телодвижений оказалось то, что я вспугнул целую колонию мух. С пронзительным жужжанием они бились о стекло, стремясь вырваться наружу, словно вид и запах изнутри — это слишком даже для них.
Занавесок на окнах не было, но под таким углом я и без них ничего не мог рассмотреть, — по крайней мере ничего напоминающего человеческое тело. Моим глазам предстало нечто напоминающее гостиную — диван, стул, стол с двумя стопками книг в твердом переплете. За столом виднелся шкаф, также набитый книгами.
— Ничего, — констатировал я.
Отступив от окна, осмотрелся. Рейчел не сводила глаз с двери и, соответственно, с дверной ручки. Тут меня осенило: опять что-то не сходится!
— Слушайте, Рейчел, а почему он оставил вам записку в баре?
— Что?
— Почему, спрашиваю, в баре оставил записку? Почему не здесь?
— Наверное, хотел быть уверенным, что она до меня дойдет.
— Да, но вы все равно оказались бы здесь. Тут бы и нашли.
Рейчел покачала головой:
— Не понимаю, к чему вы клоните.
— Не трогайте дверь, Рейчел. Лучше подождем.
— С чего бы это?
— Не нравится мне все это.
— Лучше подойдите с другой стороны — может, там через окно что-нибудь видно.
— Ладно. Но вы ждите, не дергайтесь.
Она промолчала. Я двинулся налево, переступил через крюк для прицепа и тронулся было к противоположным окнам, но передумал и подошел к мусорному баку.
Он был на треть полон золой от сожженных отбросов. На земле валялась ручка от метлы, тоже обуглившаяся с одной стороны. С ее помощью я покопался в золе: уверен, Бэкус действовал так же, сжигая мусор. Он явно хотел от чего-то избавиться.
В баке обнаружились в основном полуобгоревшие бумаги и книги. Разобрать что-либо возможным не представлялось, пока я не наткнулся на почерневшую и расплавившуюся пластиковую карточку. Опять-таки ни цифр, ни названия банка не разглядеть, но, может быть, эксперты нащупают связь с одной из жертв. Я продолжил поиски и вскоре наткнулся на фрагменты другой кредитки, а потом заметил книгу, обложка которой сгорела полностью, зато сохранилось несколько более или менее целых страниц. Я ухватил ее пальцами, вытащил и осторожно открыл. Вроде стихи, хотя точно не скажешь, все-таки большая часть почернела. Между двумя страницами застрял обгоревший чек. Наверху значилось: «Бук кар» — вот и все.
— Босх, где вы?
Рейчел. Она меня с той стороны не видит. Я бросил книгу назад в бак, отправил туда же ручку метлы и зашагал к трейлеру. Здесь тоже открыто одно окно.
— Минуту!
Рейчел ждала. Терпение ее иссякало. Она уловила отдаленный шум вертолетов. Едва он донесся до ее слуха, как она поняла: дела плохи. Ее отправят назад, может, даже накажут за то, что она связалась с Босхом.
Она перевела взгляд на дверную ручку. Бэкус… Может, это действительно его последний выход? Может, четырех лет в пустыне с него хватило? Может, он убил Терри Маккалеба и послал ей «джипиэс» только для того, чтобы сейчас она оказалась именно здесь? Она подумала о его записке, о его словах: «стало быть, я учил тебя не зря». Ее охватила ярость, — ярость, которая сейчас заставит ее рвануть дверь и…
— Труп!
Это Босх, подавший голос с той стороны трейлера.
— Где?
— Идите сюда. Отсюда можно кое-что рассмотреть. Кровать, на ней тело. Судя по виду, смерть наступила два-три дня назад. Лица не видно.
— Ясно. Что-нибудь еще?
Она подождала немного. Ответа не последовало. Рейчел притронулась к ручке двери. Та подалась.
— Не заперто.
— Рейчел, не открывайте двери! — послышался крик Босха. — По-моему… по-моему, там газ. Там какой-то еще запах, не только трупный. Что-то, чего сразу и не почуешь.
Рейчел заколебалась, но потом все же повернула ручку. Дверь приоткрылась.
Все тихо.
Она медленно потянула дверь на себя и отворила ее. Тихо. Только мухи с оглушительным жужжанием полетели на свет. Она отогнала их нетерпеливым взмахом руки.
— Босх, я вхожу.
И Рейчел вошла в трейлер. Мух стало больше. Они были повсюду. Запах сделался невыносимым, он забивал ноздри, легкие — все.
Когда глаза после яркого солнечного света постепенно привыкли к царящему в трейлере полумраку, Рейчел увидела фотографии. Они были рассыпаны по столу, прикреплены к стене и дверце холодильника. Фотографии жертв — живых и мертвых, рыдающих, умоляющих, — ужасное зрелище. Обеденный стол был превращен в рабочее место. С одной стороны темнел ноутбук, подсоединенный к принтеру, с другой лежали три пачки фотографий. Рейчел начала просматривать самую большую, узнавая тех самых исчезнувших людей, что были на снимках, которые она взяла в Ясный. Только в отличие от последних на столе ждали не семейные фотографии. Убийца и его жертвы — вот что на них было запечатлено. Во взглядах, направленных прямо в объектив аппарата, застыла мольба о пощаде. Рейчел отметила, что все снимки сделаны с верхней точки, фотограф — Бэкус — как бы нависал над несчастными.
Когда рассматривать снимки стало совсем уж невмоготу, Рейчел отложила их в сторону и принялась за вторую пачку. Фотографий здесь было поменьше. Женщина с двумя детьми в торговом центре. Эти она даже смотреть не стала, собиралась было перейти к последней пачке, придавленной к столу фотокамерой, как на пороге появился Босх:
— Рейчел, что дальше?
— Не беспокойтесь. У нас в запасе еще пять, может, даже десять минут. Как услышим, что вертолеты приближаются, тут же уйдем, пусть сами разбираются. А пока я хочу посмотреть…
— Да я не о том, соревноваться с вашими ребятами не собираюсь. Меня занимает другое. Почему дверь не заперта? Что-то тут не так… — Увидев фотографии, Босх оборвал себя на полуслове.
Она высвободила третью пачку. Первый же снимок ошеломил Рейчел — это была ее собственная фотография. Чтобы сообразить, где она была сделана, много времени не понадобилось.
— Стало быть, все это время он не отставал от меня ни на шаг, — задумчиво сказала она.
— О чем это вы? — вскинулся Босх.
— Это аэропорт Чикаго. Я там делала пересадку. А Бэкус, выходит, следовал за мной.
Она быстро перебрала пачку. Шесть снимков, на всех она — в день своего длинного путешествия. На последней фотографии рядом с Рейчел стоит Черри Дей, в руках у той картонка с надписью «Боб Бэкус».
— Он следил за мной.
— Как прежде следил за Терри.
Босх потянулся к принтеру и кончиками ногтей, аккуратно, чтобы не оставить следов, вытянул фотографию — последнюю из тех, что печатал здесь Бэкус. На ней был запечатлен фасад обычного, ничем не примечательного двухэтажного дома. У подъезда стоит фургон. К водительской дверце прислонился пожилой мужчина со связкой ключей в руке. Он разглядывает ее, словно подбирает нужный, которым отпирается фургон.
Босх протянул снимок Рейчел:
— Кто это?
Она долго разглядывала фотографию.
— Нет, не знаю.
— А что за дом?
— Тоже в первый раз вижу.
Босх собрался вернуть снимок на место, чтобы следователи не заметили их вторжения.
Рейчел вышла в коридор, ведущий к закрытой двери, по пути заглянула в ванную. Чисто — если не считать, конечно, валяющихся повсюду дохлых мух. На дне ванны разложены одеяло и две подушки, словно кто-то готовился ко сну. Она вспомнила оперативку на Бэкуса и физически почувствовала, как у нее сводит желудок.
Рейчел вышла из ванной и двинулась к закрытой двери в конце коридора.
— Это здесь вы заметили тело? — спросила она.