Персы сами подставились бесконечной резней. Когда сосед слабеет, грех не вырвать из него кусок. Тем более богатый нефтью. Не сейчас, так позже пригодится. Может, через поколение и до моря дойдем, если османы не помешают. Никому сейчас Эмираты с Бахрейнами и Кувейтами не сдались, тем более государства эти еще не появились и в пустынях бродит две сотни верблюдов на полтысячи бедуинов.
— И если в Бухаре и Хиве платят дань калмыкам, так те по твоему приказу ходили завоевывать азиатские ханства.
Совершенно нечего взять оттуда сегодня, кроме опиума и хлопка. Только слишком далеко возить последний. Дешевле выходит пользоваться привозным от англичан. Потому нет смысла держать гарнизоны. Они вассалы калмыков, те соответственно вассалы России. Придет срок, и присоединим уже привычных голову нагибать. Да и занятие калмыкам. Пусть лучше там грабят и воюют. Через Волгу ходить не надо. Здесь теперь все наше.
— Ну с турками-то честно воевал. И помощников толковых вырастил. Чем Суворов Александр Васильевич плох?
Ну не удержался. Даже вопреки мнению отца отправил его командовать, как подрос. Тем более молодой Суворов сам хотел из интендантов в герои. Будущий генералиссимус пока себя особо не проявил, хотя, доброжелательно подталкиваемый в спину, рос в чинах потихоньку. Пока для него подходящей войны не случилось. Последняя давно была. Разве на Кавказе сражения? Так, наведение порядка и карательные экспедиции против горцев. Ничего, пускай опыта набирается. А заодно Кутузов.
Больше все равно имен выдающихся полководцев не помню. Багратионы с Волконскими намного позже воевали. Сейчас сущие дети, если родились. А проверить никак. У иных, вроде Муравьевых, эскадрон родственников. Кто из них в генералы вышел и на Сенатскую площадь в числе декабристов ходил — неизвестно. Михаил Илларионович оказался не столько военным, сколько администратором, и не прочь подольститься к начальству. Бойкий парнишка. Далеко пойдет.
А иностранцев недолюбливаю и, пока был в силе, затирал. Ничего не поделаешь. Сколько их ни корми, за границу смотрят. Сын графа Петра Петровича Ласси, на нашей службе генерал-майор, уехал в Австрию служить. Видимо, там к нему отнесутся лучше. Слава богу, уже своих полководцев воспитываем и в чужих не нуждаемся.
— Да всем хорош. Только сдается мне, ты нарочно в сторону уходишь. Все достижения, вместе взятые, не могут стереть из памяти даже один провал. А России предстоит в чужую игру войти. Не хочется видеть бессмысленно пролитую русскую кровь!
— Чего ты от меня хочешь? — устало спросил я. — Мы живем в империи, и мы ее подданные. Император высшая власть, не в Англии, чай.
— Ага! — торжествующе воскликнул Давыдов. — Думал! Так про Карла I вспомни!
Будь это кто другой, я уже звал бы слуг вязать провокатора и подлеца. Только слишком долго знаю старого вояку. Он нисколько не притворяется, да и не умеет. Не зря с таким трудом карьеру делал при впечатляющем опыте. Так и резал правду-матку всем подряд. Лично мне такие люди как раз по душе. От них хоть знаешь чего ждать, и они не улыбаются, ненавидя в душе и выжидая момент, пока споткнешься. Потому и тащил всегда за собой, поручая военные дела.
Вот только он же не удержится и дальше примется болтать. Рано или поздно найдутся добрые люди — заложат. За меньшую вину на плаху, случалось, ходили, а здесь попытка свержения монарха. Причем не липовая. Хорошо, что за дверью мои люди стоят. Проверенные. Никто не подслушивает.
— Поднять войска, — сказал я, и Афанасий довольно улыбнулся, — не проблема. Или, скажем так, не самая большая. Арестовать царскую особу? Ну допустим. А дальше что? Не станет он отречение подписывать, пытать примешься или сразу… — Я провел ребром ладони по горлу.
— Пытать — нет. А убить запросто, — не меняясь в лице, сказал он. — Причем сразу, не рассусоливая. Народу объяснить не проблема. Бывает, молодые люди внезапно помирают от апоплексического удара.
И главное, произнес длинное мудреное слово не запинаясь, явно хорошо обдумал.
Господи, ну почему нельзя Елену Датскую на престол посадить! И даже не ее — сына. Как бы все сложилось красиво! Кристиан VII психически ненормален, жена за него правит. Точнее, слушает подсказки Васьки Долгорукого, посла российского. Так замечательно дружат, что про наследника говорили — не от отца, а посланник России постарался. Вранье. Василий Михайлович к тому отношения не имеет. То Иван Леонтьевич Блок, лейб-хирург, помог лишенной ласки Елене Прекрасной в промежутках между просветительской и врачебной деятельностью.
Иные из полковых врачей умудряются высоко взлететь. Своевременно попался на глаза и под хорошую характеристику от директора Медицинской коллегии барона Черкасова, сменившего Кондоиди (уходят мои соратники в мир иной, знать бы, чем для меня закончится здешнее существование), поехал сопровождать невесту. Вот и насопутствовал. Дело, конечно, житейское, и наследственность дурная не передастся.
Ведь какая изумительная комбинация родится, если посадить сына Елены на российский престол: он наследник и датского трона. Уже вторая уния. А то и прямое объединение. Балтика целиком наша — русская. Даже сегодня союз плотен и оформлен договором о взаимопомощи. Если атакованной стороной оказывалась Россия, то Дания должна была в этом случае отправить ей в помощь двенадцать тысяч человек пехоты и эскадру из пятнадцати кораблей. Если же нападению подвергалась Дания, то Россия выставляла корпус в двадцать тысяч человек и эскадру из десяти линейных кораблей. А в новой ситуации…
Все портит закон о престолонаследии. Анна Карловна не завещание очередное оставила. Именно закон. Императорскую фамилию составляют император или императрица, их супруга или супруг, вдовствующая императрица (мать) и великие князья: сыновья и дочери здравствующего или умершего императора. При этом внуки, правнуки и дети брата и сестры рангом ниже и считаются обычными князьями, пусть и связанными родственными узами с правящей фамилией. Видимо, не хотелось ей включать в дворцовые захребетники чересчур много народу, и лишних отсекла заранее. Им положен при рождении денежный порядок. Солидный, и не больше. Даже земли разбазаривать запрещено.
Сама все написала, ни с кем не советуясь. Историю она хорошо выучила и про то, как выполняли прежние завещания, не забыла. Потому все изложено просто, четко и без любых двусмысленностей. Трон переходит по прямой линии. От старшего к младшему. Дальше у бездетных к брату или сестре либо к прямому потомку при их отсутствии. И плевать на пол родственника. Это должно было гарантировать стабильность власти и ее преемственность, безопасность самой императорской фамилии, сохранение за всеми ее членами соответствующего и определенного законом статуса.
Еще брак должен быть равным, что вычеркивает русских барышень и прекрасных юношей автоматически. Одновременно оговорен запрет на супруга императрицы с равными правами. Правит династия, а не человек со стороны, но, что любопытно, супруга императора таких ограничений не имеет. Неужели специально прописано, или ошиблась?
Когда-нибудь Наталья Дмитриевна станет царицей при очередном муже-консорте. И что, она не вспомнит отцовских убийц? Здесь выход лишь один — уничтожить всю семью. А жена с ребенком в чем виновны, если император не вышел приличным? Да и не отмыться потом. Это не про апоплексический удар сообщать. Кто же поверит в такую чушь, как массовая смерть по естественным причинам. Тем более в первый раз тяжело. А во второй раз свергать и убивать много проще. И не про революции речь. Внутридворцовые игры. Мина под саму государственность. Не для того я ее строил, чтобы смуту создавать своими руками. Пусть я уйду, но держава с законом сохранится.
— Давай так, — сказал я, поняв, что пауза затянулась. — Ты подождешь пять дней. Я все обдумаю и решу.
— Идет!
— Или да, или нет.
— Угу, — наливая снова нам обоим, подтвердил он.
— И ты будешь делать то, что я скажу!
— Нет другого выхода, ты сам знаешь, — уверенно припечатал Давыдов и, чокаясь, провозгласил: — За Россию!
— А пока, — выпив и поставив стаканчик, сказал я, — поживешь у меня. Все равно твои на Кавказе, дом пустой. Тебе же велено дожидаться аудиенции у государя?
Он утвердительно кивнул.
— Вот и ладно.
Главное, до срока никому не скажет о нашем разговоре. Для того здесь его и оставляю. Проще контролировать, и не пойдет к другим со столь занимательными предложениями. Не нужен мне шум и расследование в ближайшие дни абсолютно. Прекрасный и храбрый человек, хороший вояка, приличный администратор — многие годы на Кавказе и в Закавказье занимался размежеванием территорий, что всегда вызывает массу спорных вопросов. Племенная раздробленность, неопределенность в отношениях с неконтролируемыми горцами и нестабильность в Персии и Турции вынуждают постоянно крутиться, не имея возможности запрашивать Петербург. Всем замечателен, но не способен охватить положение дел на дальнюю перспективу.
За дверью зашумели, нагло мешая спокойным раздумьям. Потом хлопнула дверь, и ворвался младшенький. Смотрю я на своих сыновей и впадаю в изумление. Нет, не от того, что так и не привык к собственной внешности. Давно сросся с телом и не замечаю ничего странного в зеркале. Просто не успел оглянуться, а Юрке уже двадцать два, и он взрослый по понятиям окружающего мира. В сорок — сорок пять многие заканчивают карьеру и общественную жизнь, удаляясь в имение. Еще не старость, но хочется отдохнуть в семейном кругу. Да и здоровье, особенно у повоевавших, не всегда в порядке.