logo Книжные новинки и не только

«Подарить жизнь» Марик Лернер читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Марик Лернер Подарить жизнь читать онлайн - страница 1

Марик Лернер

Подарить жизнь

Пролог

ВЫСМАТРИВАЮЩИЙ ИЗ СТОЛИЦЫ

Фем Цур

Фем Цур удивленно пожал плечами. Происходило нечто странное, и лучше было бы найти этому объяснение.

Собственно, приставка «фем», сообщающая об его аристократическом прошлом, употребляться в этом разговоре не должна. Теоретически члены Ордена Солнца равноправны, и происхождение роли не играет. Практически же у каждого, получившего в детстве военное образование, были гораздо более высокие шансы продвинуться по иерархической лестнице.

Цур, второй сын, не имеющий права на наследование земли и поэтому ставший охранником Храма Солнца, считался жрецом и терял право на соответствующие положению фема привилегии, несмотря на то что члены Ордена обладали правом носить оружие и применять его. И не стеснялись своими возможностями пользоваться.

В истории империи они сыграли немалую роль — носители желтого солнечного диска на синем плаще. Немногие смельчаки решались выступать против них. Но как бы то ни было, назвать в разговоре человека фемом — означало просто проявить вежливость. А в беседе между почти равноправными, хотя и служащими по разным ведомствам, — проявить вежливость подчеркнутую.

— Я не понимаю, — сознался Цур, не дождавшись пояснений.

— Вам и не надо ничего понимать, — раздраженно отрезал сидящий напротив Талмат. Меньше всего ему сейчас хотелось пускаться в разъяснения — за отсутствием таковых. Двадцать лет службы в качестве Высматривающего давно отучили задавать лишние вопросы. Талмат сумел столь высоко подняться по служебной лестнице именно потому, что научился ловить желания начальства на лету и самостоятельно разбираться в мотивах поступков вышестоящих жрецов.

Это не означало, что он может нарушить приказ, но давало возможность уйти из-под удара в тех неприятных случаях, когда сверху решали все переиграть, не отменяя первоначальных указаний, но сообразуясь с политикой или внутренними делами Храма. Исполнители в любой миг могли плохо кончить, и поэтому требовалось соображать, что, собственно, происходит.

Благодаря своей замечательной непотопляемости Талмат заслужил прозвище Везунчик, и только он один знал, что удача здесь ни при чем. Он всегда старался обнаружить тайные мотивы в действиях окружающих и преуспел в этом, научившись неторопливо подниматься все выше и выше в иерархии Высматривающих. Чин тысяцкого заслужил без особых трудов и теперь работал над внедрением своих людей в окружение фема Косты. Но вдруг последовал вызов на очень высокий уровень и невразумительный приказ.

Прекрасный разведчик, имеющий за спиной двадцать с лишним лет работы, он подозревал какую-то сложную интригу, но добраться до ее сути пока не мог. Всему свое время. Будет еще возможность пообщаться и близко понаблюдать подследственного. Одно ясно: человека его уровня не стали бы отрывать от важного дела ради безделицы. Что-то в этом чувствовалось не слишком хорошее. Послали бы письмо Цуру из канцелярии Центрального Храма с приказом доставить лекаря по назначению — и никаких забот. Но нет. Перемудрили.

— Я не пытаюсь обвинить вас в нерадивости и плохом выполнении должностных обязанностей. Меня интересует один конкретный человек. Излагайте.

— Со всей ответственностью заявляю, — осторожно произнес Цур после паузы, — что никаких проявлений магии за ним не замечено. Мы внимательно отслеживаем всех более или менее заметных лекарей, работающих по лицензиям в городе. Э-э-э… ситуация под постоянным контролем. Все надлежащие обряды лекарь выполняет правильно и в срок.

Талмат демонстративно поморщился:

— Честно? Такой весь из себя правильный, без пятнышка.

— Вы не хуже меня знаете, — тщательно подбирая слова, заявил Цур, — лекарь не может работать и хоть чего-нибудь не нарушать. Слишком расплывчаты правила, записанные в лицензии.

Талмат кивнул, соглашаясь. В сущности, так и было задумано изначально. Любого при необходимости можно взять за шкирку и отправить на костер. Было бы желание. Поэтому явно нарушать закон рисковали нечасто. Слишком быстро становилось известно в городе о хирургическом вмешательстве высокого уровня и магических действиях. Весь вопрос в том, что называть мастерством. Список разрешенных операций по определению не мог быть полным. А что не запрещено, то, в принципе, разрешено. Хирурги не могли не работать на грани, однако при этом проверить их действия чаще всего было некому. Скажет — аппендицит или еще какая хрень. А выяснить точно, не вранье ли это, нет возможности.

— А в деревне?

— А вот там все бывает, — поморщился Цур. — И магия возможна. Любое большое поместье — закрытый мир, и посторонним туда доступа нет. Иногда всплывают крайне неприятные вещи, как три года назад. С жертвоприношениями и пролитием крови. Тогда провели самую настоящую карательную экспедицию.

— Фем Харавои?

— Именно. Нам пришлось истребить весь род, хотя четких доказательств причастности детей к совершенным злодеяниям Высматривающие не нашли.

— Закон есть закон, — пробормотал Талмат.

— Так вот… Подавляющее большинство лекарей относятся, скорее, к категории не способных ни на что серьезное. Экзамены сдать не смогли, или Храм не посчитал нужным оставить их в рядах жрецов-здравоохранителей. Что как бы намекает на уровень знаний данных представителей искусства врачевания. На всех опытных лекарей не напасешься, обойдутся знахарем. Или целителем. Беднякам тоже иногда помощь нужна. В нашей провинции вместо профессиональных специалистов преобладает сброд, среди которого множество шарлатанов.

— Вы думаете, в центре империи иначе? — с ощутимой иронией в голосе спросил Талмат.

— Надеялся. Ну да вам лучше знать. В некоторых отношениях политика Храма не представляется мне правильной. Нужно обучать способных, а не только наделенных яркими дарованиями. Впрочем, это не наш уровень, а приказы я выполняю. Но в результате эпидемии и желудочные заболевания в провинции не прекращаются. Вода у нас в реке не очень хорошая. Все живущие выше по течению сливают в русло помои.

— Ничего удивительного. Знакомое дело.

— Совершенно верно. Тысячи знахарей и знахарок пользуются человеческими несчастьем и темнотой. Настоящих лекарей, знающих хотя бы кое-что, мало. Нужда в них постоянная. В основном лечат травами и используют кое-какие поверхностные знания. Что там аптекари продают… — Цур махнул рукой и криво усмехнулся. — Ожидать от них серьезных операций… Хм… Однако есть в Серкане и трое квалифицированных лекарей, не относящихся к Храму.

— Один — интересующий меня.

— Да. Он-то экзамены сдал и своего учителя назвал — Тудор из Карунаса.

Талмат вопросительно поднял бровь.

— Бесполезно пытаться выяснять подробности биографии Тудора. Насколько я помню, он умер больше тридцати лет назад. Это достоверно. И наличие ученика — тоже. Еще тогда проверяли, при выдаче лицензии. Ко всему прочему, во время чумы столько народа умерло, — Цур страдальчески скривился. — Вот интересующего вас лекаря с удовольствием взяли бы в жрецы, очень высокий уровень знаний, но он сам отказался. Якобы не хочет жить по обетам послушания. Сам себе голова.

— Такое тоже случается.

Цур помялся и продолжил:

— У меня такое впечатление, что он знает больше наших здравоохранителей из Храма. Причем неизвестно, из каких источников. Было несколько больных, которых не могли излечить, а он справился. Один случай — вопиющий. Привезли с юга молодого человека с явными признаками одержимости. Хотели его даже… — жрец выразительно провел рукой по горлу, — …во избежание. А лекарь доказал — недостаток йода. И спас человека. Вернул в нормальное состояние. Больной, от которого все отказались, поправился в кратчайшие сроки.

Про заметно выросшую после этого случая величину гонораров, поступающих от страждущих, он докладывать не стал. Какой дурак будет делиться с Высматривающим небольшим дополнительным источником дохода? Но попробовал бы лекарь не поделиться с Цуром! Взяткой жрец это искренне не считал. Вполне нормально проявлять к вышестоящим уважение, регулярно поднося подарки. Ничего нового для любого жителя благословленной Солнцем империи. А найдутся какие-то действительно серьезные нарушения, так ему это все равно не поможет. Цур свои обязанности не забывает. Но здесь все действительно чисто. Хороший профессионал, достойный звания Мастера. И все.

— Я даже заинтересовался и проверил. Никаких магических воздействий на больного. Четкие медицинские признаки: быстрая утомляемость, депрессия, ухудшение памяти, нарастание массы тела, сухость кожи, ломкость ногтей и волос. Больной зяб даже в жаркую погоду. Мы теперь, — под «мы» подразумевался Храм, — кроме всего прочего, продаем на юг настойку йода. Неплохие деньги пришли в Серкан. На юге, оказывается, не один человек страдает. Что-то в провинции с почвой и пищей.

— И откуда у него столь интересные познания?

— На прямой вопрос ответил, что сведения об этих заболеваниях и их симптомах содержатся в трактате Великого Аяпа.

— А об этом ему поведал его незабвенный учитель, — саркастически сказал Талмат. — Насколько я знаю, ничего подобного не существует. И сочинения Аяпа не жгли. Редактировали, исключая славословия в адрес Бога-Врача, но не уничтожали.