— Он был прекрасным человеком.
— Да, Ваше Величество.
Она взглянула на свою левую руку. Обручального кольца на пальце не было.
— Я очень его любила, — повторила она, и Ясин поверил бы ей, если бы верил, что она способна любить. — После его смерти я и сама едва не умерла.
— Да, моя королева.
Эврета Хейла убил рвавшийся к власти маг. Убил среди ночи. Ясин помнил, какой опустошенной была тогда Зима. Как долго он пытался успокоить ее или отвлечь. Помнил печальные разговоры о том, как погиб Эврет, защищая Левану, и как она отомстила за него, вонзив нож в сердце мага. Говорили, что королева билась в истерике и рыдала часами.
— Да, — Левана снова вздохнула. — Когда он умирал у меня на руках, я пообещала защищать Зиму. Я бы и так ее защищала, конечно. Она ведь моя дочь.
Ясин промолчал, устав соглашаться.
— И разве кто-то защитит ее лучше, чем я? — в улыбке на губах королевы была и доля насмешки. — Зима сама попросила назначить тебя ее личным охранником. Обычно ее предложения глупы, но на этот раз даже я признала, что это отличная идея.
Сердце Ясина забилось, несмотря на все его усилия совладать с волнением. Личный охранник Зимы? Это было и мечтой, и кошмаром. Королева права — никто не защитит ее лучше, чем он. Он и так оберегал Зиму, как мог, без всякого особого поручения. Но быть ее охранником — совсем не то же самое, что быть другом. Он уже понял, как сложно отделить одно от другого.
— Предыдущая смена сдает пост в семь часов вечера, — продолжала королева, снова повернувшись к окнам. — Тогда и заступишь.
— Да, моя королева.
Ясин направился к выходу.
— И вот еще что, Ясин…
Страх скользнул по спине. Стиснув челюсти, он снова повернулся к королеве.
— Ты, возможно, не в курсе, но у нас в прошлом были… некоторые трудности с безопасностью Зимы. С ней бывает трудно… На уме у нее только детские игры и фантазии. Она, кажется, совсем не понимает, какое положение занимает.
Ясин подавил приступ отвращения.
— Что я должен делать?
— Я хочу, чтобы ты держал ее под контролем. И очень рассчитываю, что привязанность к тебе будет ее как-то сдерживать. Уверена, ты в курсе, что она вступает в брачный возраст. Я возлагаю на нее большие надежды и не потерплю позора.
Брачный возраст. Позор. Сдерживать. Он вновь почувствовал отвращение, тяжелое, давящее, словно камень, но внешне остался совершенно спокойным.
— Да, моя королева, — поклонился он.
Зима подслушивала под дверью у себя в комнате, надолго задерживая дыхание — так, что едва не падала в обморок. Она вся извелась в ожидании, но в коридоре стояла тишина, мучительная, изматывающая тишина.
Сдув волосы со лба, она взглянула на голограмму Луны под самым потолком, показывающую движение солнечного света и тени, и на цифровые часы под ней. 18:59.
Вытерла вспотевшие ладони о платье. Снова прислушалась, отсчитывая секунды. В коридоре раздались шаги. Твердый стук сапог.
Она прикусила губу. Левана не дала понять, исполнит ли ее просьбу, но надежда все же была. Гвардеец, который последние четыре часа стоял у ее комнаты, сдал пост и ушел. Его шаги звучали так же, как у того, кто пришел сменить его. Гвардеец стоял у стены в коридоре — последняя преграда, если шпион или убийца вздумает напасть на принцессу. В случае опасности он должен увести ее в безопасное место.
Зима закрыла глаза и провела пальцами по стене, как будто сквозь толщу камня могла слышать, как бьется его сердце. Она почувствовала что-то теплое и липкое. Охнув, отпрянула, и увидела на ладони кровь. Окровавленной рукой она раздраженно откинула волосы назад, но они снова упали ей на лицо.
— Не сейчас, — зашипела она неизвестно какому демону, который счел момент подходящим для того, чтобы послать ей очередное видение.
Она снова закрыла глаза и сосчитала от десяти до одного. Открыв глаза, увидела, что ладонь чистая, кровь исчезла. Втянув со свистом воздух, Зима приоткрыла дверь и высунулась в коридор. Она повернулась к неподвижному, как статуя, гвардейцу, и ее сердце подскочило в груди.
— О! Она согласилась! — вскрикнула принцесса, распахивая дверь настежь, и подбежала к Ясину.
Но он не подал виду, что видит и слышит ее. Он стоял с каменным лицом, глядя в одну точку чуть выше ее головы. Зима поникла от досады и разочарования.
— О, пожалуйста, — прошептала она, вставая на цыпочки. Но Ясин продолжал все так же стоять, и ей показалось, будто она задыхается и падает назад. — Это ведь необязательно?..
Целых пять секунд, долгих и мучительных, она смотрела на него, точно на манекен, затем Ясин коротко вдохнул и сразу выдохнул. И посмотрел на нее. И все. Только вздох и взгляд. Но он показал, что он живой человек, и она просияла.
— Я ждала тебя целый день, хотела кое-что показать. Иди сюда.
Зима снова покрутилась перед ним и отступила назад, в комнату. Она прошла к столу в гостиной, на котором стояло ее творение, накрытое простыней. Взявшись за два уголка простыни, она повернулась к двери.
— Ясин?
Не дождавшись ответа, она снова вышла в коридор. Ясин не двигался. Зима скрестила руки на груди и, прислонившись к дверному косяку, посмотрела на него. Ей всегда было и горько, и приятно видеть Ясина в форме. В ней он выглядел особенно красивым и надежным. Но форма напоминала о том, что он принадлежит королеве. Зима видела — он знает, что она здесь и смотрит на него. Ее выводило из себя то, как хорошо у него получается не замечать ее. Постукивая пальцами по локтю другой руки, она невозмутимо заявила:
— Сэр Ясин Клэй, у меня под кроватью прячется убийца.
Его плечи напряглись, челюсти сжались. Через три секунды он отошел от стены и шагнул в комнату, не глядя на принцессу. Прошел мимо стола, накрытого простыней, прямиком в ее спальню. Зима последовала за ним и закрыла дверь.
Подойдя к кровати, Ясин встал на колени и поднял покрывало.
— Кажется, убийца уже скрылся, Ваше Высочество. — Поднявшись, Ясин повернулся к ней. — Дайте знать, если он вернется.
Он направился к двери, но Зима с кокетливой улыбкой преградила ему путь.
— Непременно, — пообещала она, вставая на цыпочки. — Но раз уж ты здесь…
— Принцесса. — Его голос звучал предостерегающе, но она не обратила на это внимания. Она вернулась в комнату и, подойдя к столу, сдернула простыню. На столе стояла модель Солнечной системы с планетами, подвешенными на шелковых нитях.
— Та-дам!
Ясин не подошел ближе, когда она привела планеты в движение, но и не уходил. Зима подтолкнула раскрашенные шары, и они начали медленно двигаться по кругу, каждая планета — по своей орбите.
— Эта идея возникла у меня, когда впервые было объявлено о соглашении, — сказала она, наблюдая, как Земля обошла вокруг солнца, затем остановила движение планет. — Я думала, что это будет свадебным подарком императору Кайто до того, как его… Что ж, в любом случае, я хоть отвлеклась на это занятие, пока тебя не было. — Ресницы дрогнули, и она быстро посмотрела на Ясина, который разглядывал модель. — Это, знаешь ли, помогало сосредоточиться.
Это помогало приводить мысли в порядок, помогало не сойти с ума. У Зимы начались галлюцинации, когда ей исполнилось тринадцать, спустя почти год после того, как она раз и навсегда отказалась использовать чары и манипулировать чужим сознанием, и больше не обманывать себя верой в то, что противоестественное влияние может быть безвредным. Ясин тогда еще не поступил на службу в королевскую стражу, и много времени проводил с ней, отвлекая ее играми, всякими выдумками и головоломками. Главным ее врагом все эти годы была праздность. Когда ее голова была чем-то занята, даже чем-то простым, она чувствовала себя в безопасности. Без Ясина работа над моделью не приносила такого удовольствия, но Зиме нравилось, что эта маленькая галактика целиком и полностью зависит от нее. Ведь ее собственная жизнь была ей почти неподвластна.
— Что скажешь?
Вздохнув, Ясин шагнул ближе, чтобы изучить хитроумную конструкцию.
— Как ты это сделала?
— Я поручила мистеру Сэнфорду из сектора АР-5 спроектировать и построить основу. Но покрасила все сама. — Ей было приятно, что Ясин оценил ее труд. — Я надеялась, ты поможешь мне с Сатурном. Осталось только покрасить его. Себе я оставлю кольца, а ты возьмешь саму планету. Если хочешь, конечно…
Она замолчала. Его лицо вновь окаменело. Глядя на его пальцы, она увидела, что Ясин обвел Луну вокруг Земли. Принцесса считала, что мистер Сэнфорд задал Луне орбиту вокруг голубой планеты просто блестяще.
— Очень жаль, Ваше Высочество, — выпрямился Ясин. — Я на посту. И не должен здесь находиться. Вам это тоже известно.
— Нет, не известно. Я абсолютно в этом уверена. Мне кажется, ты сможешь охранять меня здесь гораздо лучше, чем стоя в коридоре. А что, если кто-нибудь залезет в окно?
Ясин не сдержал улыбки. Никто не проник бы через окна, они оба это знали, но он не стал спорить, а подошел ближе и взял принцессу за плечи. Это случилось неожиданно и было такой редкостью, что по коже у нее побежали мурашки, как тогда, во время Вальса Затмения, хотя сейчас все было иначе.