— Да, — кивнула Левана. — Иногда я вообще забываю, что она здесь. Ты так же бесполезна, как тряпичная кукла, да, Зима?
В зале снова раздались смешки, на этот раз громче, как будто королева официально разрешила насмехаться над юной принцессой. Зима не могла ответить ни королеве, ни насмешникам. Она не могла отвести взгляд от мага, тщетно пытаясь скрыть подступивший страх.
— О, нет, не так уж она бесполезна, — возразил Эймери. Зима ясно увидела, как тонкая алая линия пересекла его горло, из раны хлынула кровь. — Настанет день, и самая красивая девушка на Луне осчастливит одного из придворных, став его невестой.
— Самая красивая девушка, Эймери? — тон Леваны был легким, но в ее голосе слышалась плохо сдерживаемая злоба.
Эймери низко поклонился.
— Просто красивая, моя королева. Разумеется, никто из смертных не посмеет спорить с тем, что ваша красота совершенна.
Двор тут же подхватил его слова, осыпая Левану комплиментами, но Зима все еще чувствовала на себе плотоядные взгляды.
Эймери шагнул к трону. Его отрубленная голова все еще улыбалась, когда слетела с плеч, со стуком упала на мраморный пол. Покатилась и замерла у заледеневших ног Зимы. Принцесса всхлипнула, но рыдания застряли в ее замерзшем горле.
Это все в твоей голове.
— Хватит! — велела Левана, утомленная похвалами. — Мы закончили?
Холод достиг глаз Зимы, она сомкнула веки, прогоняя видение обезглавленного Эймери, и погрузилась в холод и тьму. Она умрет, не проронив ни слова. Здесь и сейчас. Зато ей больше никогда не придется смотреть на все эти убийства.
— Остался еще один заключенный, моя королева. — Голос Эймери гулким эхом отдавался в холодной пустоте. — Сэр Ясин Клэй, королевский гвардеец, пилот и личный охранник мага Сибил Миры.
Зима ахнула, и лед разбился. Тысячи острых сверкающих осколков разлетелись по тронному залу, заскользили по полу. Никто, кроме нее, этого не слышал. Никто, кроме нее, этого не видел.
Эймери — и голова его была на месте — снова за ней наблюдал, он ждал ее реакции. Слегка усмехнувшись, он посмотрел на королеву.
— Ах, да, — сказала Левана. — Приведите его.
Глава 2
Двери распахнулись, и два гвардейца ввели Ясина со связанными за спиной руками. Его светлые волосы спутались, прилипли к лицу. Он был изможденным, грязным, но следов побоев Зима не заметила.
Внутри у нее все ожило и затрепетало. Тепло вернулось, растекаясь по венам.
Останься со мной, принцесса. Слушай меня, принцесса.
Ясина вывели на середину зала. Зима сжала кулаки так, что ногти вонзились в ладони. Он выглядел бесстрастным, невозмутимым и ни разу не посмотрел на нее.
— Ясин Клэй, — объявил Эймери, — обвиняется в предательстве, в том, что не сумел защитить мага Миру и провалил арест известной беглянки, несмотря на то что целых две недели провел рядом с ней. Вы предали Луну и нашу королеву. Это карается смертью. Что вы можете сказать в свою защиту?
Сердце Зимы колотилось как бешеное. Она с мольбой смотрела на мачеху, но Левана не обращала на нее внимания.
— Я признаю свою вину, — произнес Ясин, — но возражаю против обвинения в предательстве.
Ногти Леваны забарабанили по подлокотникам трона.
— Потрудись объяснить.
Ясин вытянулся по стойке смирно, как будто стоял на посту, а не перед судом.
— Как я уже говорил, я не задержал беглянку, пока был с ней, потому что пытался войти к ней в доверие и собрать больше информации для моей королевы.
— Ах да, ты шпионил за ней и ее сообщниками, — фыркнула Левана. — Я помню, как ты оправдывался, когда тебя схватили. А еще я помню, что у тебя не было никаких ценных сведений для меня, кроме этой лжи.
— Это не ложь, моя королева. Хотя признаю, что я недооценил киборга и ее способности. Она скрывала их от меня.
— Не похоже, что ты завоевал ее доверие, — усмехнулась Левана.
— Но я узнал не только о способностях киборга, моя королева. Есть еще кое-что.
— Говори ясно. Мое терпение на исходе.
Сердце Зимы сжалось. Только не Ясин. Она не сможет спокойно смотреть, как они будут его убивать. Она предложит сделку. Будет за него торговаться. Вот только что она может предложить?! Ничего, кроме собственной жизни. Но Леване ее жизнь ни к чему… Можно закатить истерику. Даже притворяться не придется.
Но это лишь отвлечет их на время, ненадолго отсрочив неизбежное. Сколько раз она чувствовала себя беспомощной, но так, как сейчас — никогда. Единственное, что она может — это броситься на лезвие самой. Но Ясин этого не захочет.
Ясин почтительно склонил голову.
— За время, проведенное с Линь Золой, я выяснил, что у них есть устройство, которое защищает от воздействия лунного дара, если подключить его к нервной системе человека.
Придворные встрепенулись, подались вперед.
— Это не может быть, — отчеканила Левана.
— Линь Зола говорила, что устройство не дает воздействовать на биоэнергию землян. А если оно подключено к нервной системе лунатика, тот не может пользоваться своим даром. У Линь Золы было при себе такое устройство, когда она появилась на балу Содружества. Лишь когда оно сломалось, ее дар смог проявиться. Вы сами это видели, моя королева.
Его слова звучали дерзко. Стиснутые пальцы Леваны побелели.
— И сколько же таких устройств существует?
— Насколько я знаю, только одно — то, что было установлено в самом киборге. Но я полагаю, что есть схемы и чертежи, ведь изобрел его приемный отец Линь Золы.
Руки королевы медленно разжались.
— Любопытная информация, сэр Клэй. Правда, это больше похоже на отчаянную попытку спастись, чем на доказательство твоей невиновности.
Ясин пожал плечами.
— Если то, что я выведывал у врага информацию, а также предупредил мага Миру о заговоре и готовящемся похищении императора Кайто, не говорит о моей преданности, то я не знаю, какие еще можно предоставить доказательства, моя королева.
— Да, Сибил получила анонимное послание, предупреждающее о планах Линь Золы, — вздохнула Левана. — Вот только отправителя этого сообщения не видел никто, кроме самой Сибил, а она мертва.
Лишь сейчас, под яростным взглядом королевы, Ясин начал терять самообладание. Но он по-прежнему не смотрел на Зиму. Королева повернулась к Джеррико Солису, капитану стражи. В присутствии Джеррико и других королевских гвардейцев Зима чувствовала себя неуютно. Ей часто мерещилось, что рыжие волосы Джеррико охвачены пламенем и огненные языки пляшут над телом, превратившимся в тлеющие угли.
— Ты был с Сибил в тот день, когда она устроила засаду на вражеский корабль. И ты говорил, что Сибил не упоминала ни о каких посланиях. У тебя есть что добавить?
Джеррико шагнул вперед. Он вернулся с Земли весь избитый, но сейчас синяки уже начали бледнеть.
— Моя королева, маг Мира была уверена, что мы найдем Линь Золу на той крыше, но она не упоминала, что кто-то ее об этом предупредил. Когда корабль приземлился, именно маг Мира приказала взять под стражу Ясина Клэя.
Ясин нахмурился.
— Возможно, она все еще сердилась из-за того, что я в нее выстрелил… — и, помолчав, добавил: — Находясь под контролем Линь Золы.
— Ты уже достаточно сказал в свою защиту, — оборвала его Левана.
Ясин замолчал. Зима никогда еще не видела, чтобы обвиняемый был так спокоен. А ведь Ясин лучше, чем кто-либо, знал, какие ужасы творятся в этом зале. И что означает каждое пятно на полу.
Левана должна была прийти в ярость от его смелости, но, казалось, что она просто задумалась.
— Моя королева, позвольте мне сказать!
В зале поднялся шум, и Зима не сразу поняла, кто это сказал. Это был гвардеец, одна из молчаливых фигур, которую можно встретить в коридорах дворца. Лицо казалось знакомым, но имени его она не знала. Левана сердито смотрела на гвардейца, и Зима представила себе, как она раздумывает: позволить ему говорить или наказать за дерзость? В конце концов она сказала:
— Кто ты и почему посмел прервать нас?
Гвардеец шагнул вперед, не сводя немигающего взгляда со стены перед собой.
— Меня зовут Лиам Кинни, моя королева. Я участвовал в поисках тела мага Миры.
Левана посмотрела на Джеррико, вопросительно подняв бровь. Тот кивнул, и она велела:
— Продолжай.
— У мага Миры, когда мы ее нашли, был портскрин. Он сломался при падении, но его приобщили к делу как улику. Возможно, если поискать, в нем найдется то самое сообщение.
Левана повернулась к Эймери. Его лицо, точно маска, скрывало чувства, но Зима давно поняла: чем оно благостнее, тем больше маг раздражен.
— Действительно, нам удалось прочитать последние сообщения. Я как раз собирался об этом сказать.
Он лгал, и Зима почувствовала, что в ее груди шевельнулась призрачная надежда.
Эймери часто лгал, особенно когда это было в его интересах. Он ненавидел Ясина и, разумеется, главный маг не стал бы сам предъявлять доказательства, чтобы помочь ему. Эймери, повернувшись к двери, взмахнул рукой, и к нему торопливо засеменил слуга с подносом, на котором лежал разбитый портскрин и голографический узел.
— Вот портскрин, о котором упоминал сэр Кинни. В ходе расследования мы действительно обнаружили анонимное сообщение, которое в тот день получила Сибил Мира.