Торн закатил глаза и поднял руки.
— Ладно. Прекрасно. Все равно это не мой корабль, да? — прорычал он и вцепился в свои волосы. — Могла бы хоть предупредить! У меня чуть сердце не остановилось! Я ведь подумал, что отправил запрос не тому кораблю.
— Ты прав. Такого больше не повторится. — Зола нервно улыбнулась. — Ну… как все прошло?
— Прекрасно, просто великолепно. — Торн отмахнулся от ее вопроса. — Невзирая на мое врожденное предубеждение против всех этих государственных деятелей, твой император начинает мне нравиться.
Зола подняла бровь.
— Даже не знаю, радоваться мне или начинать волноваться.
Кресс прикусила щеку, чтобы не рассмеяться. Она чувствовала, что Торну было не по себе с тех пор, как Кай оказался на борту — ведь император в любом случае круче капитана. А еще она заметила, что в присутствии Кая Торн даже держится прямее, как будто — возможно, неосознанно, — хочет произвести на него впечатление собой, кораблем и своей командой…
Торн бросил куртку на ближайший ящик.
— Было в мое отсутствие что-нибудь интересное? — впервые его взгляд метнулся от Золы к Ико и остановился на Кресс. Торн посмотрел на нее так неожиданно и внимательно, что она сразу разволновалась и принялась рассматривать металлическое покрытие стен.
— Свадьбу перенесли на другой день и в другое место, — сказала Зола. — Она состоится в Артемизии восьмого ноября, а обе коронации — еще два дня спустя, когда на Луне будет восход солнца.
Брови Торна поползли вверх.
— Похоже, он времени не терял. Что-нибудь еще?
— Левана согласилась прекратить огонь, — добавил Волк, — но мы все еще ждем, когда это произойдет.
— Кресс обыграла меня в «Рудокопа», — вклинилась в разговор Ико.
Торн кивнул так, будто эти сообщения были для него одинаково важны.
— Кресс — просто гений.
Она густо покраснела. Гораздо легче было скрывать свою влюбленность, когда он не видел, как часто она на него смотрит и вспыхивает от каждого случайного комплимента.
— Да, но я-то — андроид, — возразила Ико.
Торн рассмеялся. Он уже забыл, что пять минут назад был в ярости, что его корабль перекрасили.
— Почему бы вам не сыграть в «Атаку андроидов»? Может быть, тебе удастся одержать верх.
— Или в «Сопротивление роботов», — предложила Зола.
Торн щелкнул пальцами.
— Точно! Качество, проверенное временем. — Его глаза блестели, и сам он излучал спокойствие и уверенность. Обычно в такие моменты и Кресс чувствовала себя более спокойной и уверенной — просто от того, что он рядом, такой отважный, умелый и… Он снова посмотрел на нее. И она снова отвела взгляд. Глупая, глупая, глупая! Ей хотелось спуститься на палубу с челноками и выпрыгнуть в открытый космос.
— Пора начинать, — сказала Зола. — Собирайте все, что нам понадобится, и готовьте корабль к выходу на промежуточную орбиту.
— То есть к тому, что мы его покинем, — уточнил Торн уже не так беззаботно.
— Я отладила настройки, которые позволят кораблю функционировать максимально эффективного в отсутствие экипажа. Все будет хорошо.
— Ты знаешь, что это не так. Без Кресс, которая подавляет сигналы, «Рэмпион» быстро обнаружат и конфискуют.
Зола вздохнула.
— Это риск, на который придется пойти. Как насчет того, что когда я стану королевой, то запущу руку в королевскую казну и куплю тебе новый корабль?
— Я не хочу новый, — сердито посмотрел на нее Торн.
Всем было жаль покидать «Рэмпион». За то короткое время, что они провели на его борту, он стал для них настоящим домом.
— Слушай, Торн, — сказала Зола тихо и словно нехотя. — Тебе необязательно лететь с нами. Отвези нас к Каю, и можешь возвращаться на «Рэмпион». Мы никогда тебя не выдадим. — Она глубоко вздохнула. — Вообще-то это касается всех. Вам необязательно быть со мной. Я подвергаю вас большой опасности. Вы ведь не знали, на что идете, когда последовали за мной. Живите как прежде, я не стану вас удерживать. Волк, Кресс, для вас обоих возвращение на Луну равносильно смертному приговору. Ико…
Ико подняла руку.
— Тебе, кажется, нужна системная отладка. Даже не надейся, что я тебя оставлю.
Торн усмехнулся.
— Она права. Очень мило, что ты о нас беспокоишься, но одна ты не справишься.
Зола не стала спорить. Кресс молчала, гадая, неужели ее одну соблазнило предложение Золы, пусть даже на миг… Возвращаться на Луну — почти наверняка означало идти на верную смерть. Особенно для пустышки, которую должны были убить уже несколько лет назад. Подрывать безопасность Луны из космоса — это одно, но заявиться в Артемизию… Настоящее самоубийство. Но Торн верно заметил — они нужны Золе. Все они. Кресс закрыла глаза и напомнила себе, что она должна быть храброй.
— Кроме того, — добавила Ико, — наш капитан все еще в розыске. За него обещана награда!
Все засмеялись. Кресс слабо улыбнулась, но когда открыла глаза, то увидела, что Торн не смеется. Он даже как будто расстроился.
— Говорят, что правильные поступки — сами по себе награда.
В грузовом отсеке стало тихо. Между ними снова возникло напряжение. Нервно рассмеявшись, Торн добавил:
— Но те, кто так говорит, обычно умирают в нищете, так что кому до них есть дело? — и взревел: — Эй, бездельники, за работу!
Глава 17
Кай смотрел в иллюминатор на облака, проплывающие над континентом. Увидев Великую Стену, изгибы которой пролегли через все Содружество, он улыбнулся и подумал: его предки построили то, что даже Четвертая мировая война не смогла уничтожить. Он надеялся, что не в последний раз видит свою прекрасную страну.
Он понимал риск, которому подвергал и себя, и многочисленных представителей Союза. И надеялся, что Левана не обманет, пообещав не причинять им вреда. Надеялся, что этот визит не завершится кровавой бойней, в которой наивные земляне станут легкой добычей. Он надеялся, но надежда приносила мало утешения. Он не доверял Леване. Но у Золы не было другого шанса начать восстание. Если она победит, это принесет народу Луны освобождение от тирании. Прекратится чума. Закончится война. Звезды! Он так надеялся, что все получится.
Он с тревогой оглядел гостиную императорского корабля. Если бы не захватывающий вид из иллюминатора, можно было бы вообще не догадаться, что находишься на борту звездолета.
Здесь царила та же роскошь, что и во дворце: затейливые светильники и позолоченные обои, лепнина на потолках, и повсюду изображения летучих мышей. В древности считалось, что летучие мыши приносят удачу, а позже они стали символом безопасных перелетов в бескрайней тьме космоса.
Торин сидел в мягком кресле в другом конце гостиной. Он поднял глаза от портскрина и посмотрел на Кая. Советник настоял, что отправится на Луну вместе с императором. Он утверждал, что глава национальной безопасности, Дишэл Юи, может возглавить Содружество в их отсутствие. А место Торина — всегда рядом с Каем.
— Ваше Величество, вас что-то беспокоит?
— Ты передал пилотам, что я хочу знать, если какой-нибудь корабль поприветствует нас?
— Конечно. Хотелось бы сказать, что ваша просьба их не удивила, но они, разумеется, сразу что-то заподозрили.
— Главное, чтобы они сделали то, что нужно.
— Вы уверены, что это хорошая идея?
— Нет. — Корабль повернул, и Земля исчезла из виду. Кай отвернулся. — Но я верю ей.
Торин отложил портскрин.
— Тогда у меня нет выбора и тоже придется поверить.
— Эй, это ведь ты рассказал ей о моем втором чипе слежения.
— Да, и до сих пор гадаю, не стало ли это моей самой большой ошибкой.
— Не было. — Кай попытался расслабиться. — Зола сможет это сделать.
— Вы хотите сказать, Селена.
— Селена, Зола… Торин, это ведь один и тот же человек.
— Не могу согласиться. Для всех Линь Зола — опасная преступница, которая похитила одного из мировых лидеров и развязала войну. А принцесса Селена могла бы помочь вам решить все проблемы с Луной. Помогая Линь Золе, вы в глазах всего мира будете потерявшим голову юнцом. А вот помогая принцессе Селене, вы поступаете отважно, даете отпор врагам и делаете все возможное для Содружества и его будущего.
Легкая улыбка мелькнула на губах Кая.
— Что бы все ни думали, это один и тот же человек. Я хочу лучшего для Золы и для своей страны. И прекрасно, если речь будет идти об одном и том же.
Он испытал облегчение, рассказав правду Торину — единственному человеку, которому мог доверить свои секреты. Рассказал все: о Золе, об истинной причине, по которой они отправляются на Луну, о революции, которую готовит Зола, и о роли Кая во всем этом. Торин выразил обеспокоенность, что император подвергает себя слишком большому риску, но не пытался его отговорить. Каю хотелось знать, верит ли Торин хоть немного в Золу, даже если скрывает свои чувства за холодным прагматизмом.
Торин снова взял портскрин, а Кай повернулся к иллюминатору. Его сердце пропускало удар всякий раз, когда он замечал другой корабль. Часы тянулись, словно дни. Кай пытался заснуть, но безуспешно. Перечитал свадебную клятву, но не понял ни слова. Мерил шагами комнату. Выпил полчашки чая. Правда, чай не был так хорош, как у Наинси, и Кай начал скучать по своему андроиду. Он привык полагаться на ее логику, но Левана оставалась непреклонна — никаких андроидов на Луне, поэтому Наинси пришлось оставить дома.