Зола колебалась, но все же спросила:
— Ты думаешь о будущем?
Лицо Кая стало настороженным:
— Конечно, думаю.
— А… я там есть?
Его взгляд смягчился. Он убрал прядь волос ей за ухо.
— Это зависит от того, о каком будущем я думаю — о хорошем или о плохом.
Зола склонила голову ему на грудь.
— О любом, если там есть я.
— У нас все получится, — пообещал Кай, и его дыхание шевелило волосы у нее на макушке. — Мы победим.
Она кивнула, радуясь, что он не видит ее лица. Победить Левану и стать королевой Луны — это ведь только начало. Будущей императрице придется решать немало проблем галактического масштаба. Ей очень хотелось, чтобы все оставалось как есть. Хотелось быть вместе, в безопасности, спрятаться на этом корабле от всего мира. Но будущее сулило иное… Когда они свергнут Левану, Каю придется вернуться на Землю. И ему, императору Восточного Содружества, однажды понадобится императрица.
Зола могла заявить о своем праве на трон Луны и надеяться, что лунатики предпочтут кого угодно, вместо Леваны. Даже девушку, не имеющую опыта управления государством, которая, ко всему прочему, на 36,28 % является киборгом. Но она уже столкнулась с предубеждениями жителей Содружества. Что-то подсказывало ей, что они ждут не такого правителя, как она. Зола и сама не была уверена, что хочет стать императрицей. И она все еще не могла привыкнуть к тому, что она — принцесса.
— Всему свое время, — прошептала она, стараясь остановить мысли, мечущиеся в ее голове.
Кай поцеловал ее в висок (этот поцелуй мозг не зафиксировал как восемнадцатый) и отстранился.
— Как продвигается твое обучение?
— Прекрасно, — она высвободилась из его объятий и посмотрела взгляд на двигатель. — О, раз уж ты тут, может, поможешь мне с этим? — Зола быстро обошла Кая и открыла панель на стене, обнажив кластеры проводов.
— Ловко ты сменила тему!
— Вовсе нет, — возразила Зола и закашлялась. — Я решила обновить проводку, чтобы более эффективно управлять кораблем, когда мы летим по инерции. Эти корабли предназначены для частых посадок и взлетов, а не для постоянного…
— Зола.
Она замолчала и отключила несколько разъемов.
— Обучение идет прекрасно, — повторила она. — Не мог бы ты передать мне кусачки?
Кай огляделся и взял два каких-то инструмента.
— Кусачки — те, что в левой руке, — сказала она. — Тренироваться с Волком теперь гораздо легче. Но сложно сказать: это потому, что я становлюсь сильнее, или потому, что он… ну, ты понял.
Она не находила нужных слов. С тех пор как Скарлет схватили, от Волка осталась тень. Только желание добраться до Луны и освободить Скарлет помогало ему как-то держаться.
— Но в том, что касается лунного дара, он научил меня всему, что знал, — добавила Зола. — Теперь я должна тренироваться сама.
Она осмотрела кучу проводов, сверяясь со схемой на дисплее сетчатки.
— Что в общем-то и было моей задачей с самого начала.
Она нахмурилась и сделала несколько надрезов:
— Держи вот здесь и не давай проводам соприкоснуться.
Встав рядом с ней, Кай взял провода.
— А что будет, если они соприкоснутся?
— Может, и ничего, но есть некоторый шанс, что начнется процесс саморазрушения корабля.
Вытянув две жилы из отрезанных проводов, она начала их скручивать в другой последовательности. Кай едва дышал, пока она не забрала один у него из рук.
— Почему ты не тренируешься на мне?
— Что именно я должна тренировать на тебе?
— Ты меня поняла. Эту свою магию…
Она замерла, держа кусачки над голубым проводом.
— Ни за что.
— Почему?
— Я уже говорила, что никогда не манипулировала тобой. Так будет и впредь.
— Это не манипуляция, если я знаю, что ты это делаешь. — Он помолчал. — По крайней мере, я так думаю. Мы можем использовать кодовое слово, чтобы я знал, что ты контролируешь меня. Например… как вот эта штука называется?
— Кусачки?
— Да. Например, кусачки.
— Нет.
— Ну, или что-нибудь еще.
— Я не буду практиковаться на тебе, — забрав у Кая второй провод, Зола закончила работу и распихала инструменты по карманам. — Сейчас увидим, как это работает.
— Зола, пользы от меня никакой. Абсолютно никакой. За все время на корабле я понял: тут я ни на что не годен. Я не умею готовить. Ничего не могу починить. Не в состоянии помочь Кресс с наблюдением. Ничего не знаю об оружии и сражениях… Я умею лишь произносить речи, но это нужно лишь политикам.
— Давай не будем забывать о том, что ты одной своей улыбкой способен лишить чувств любую девушку.
Расстроенный Кая не сразу услышал ее, но потом его лицо прояснилось, он улыбнулся.
— Да-да, — сказала Зола, закрывая панель. — Я имею в виду одну из таких улыбок.
— Зола, я хочу быть полезным. Хочу помогать.
Она повернулась к нему. Задумчиво нахмурилась, затем произнесла:
— Кусачки.
Он с недоумением посмотрел на нее, потом по его лицу пробежала тень сомнения. Но потом он поднял голову в знак полного доверия Золе. Взяв под контроль волю Кая, она приказала, чтобы его рука обвилась вокруг ее талии и вытащила ключ из заднего кармана. Это оказалось не сложнее, чем управлять собственными кибер-конечностями. Силой мысли она могла заставить его сделать что угодно.
Кай растерянно смотрел на ключ.
— Хм-м… Было не так уж плохо.
— О, Кай…
Он посмотрел на нее, потом снова на ключ. Поднял его перед собой, и его пальцы сами начали вращать инструмент — сначала медленно, затем все быстрее, пока инструмент не превратился в сияющее кольцо из металла. Кай был в восторге, но в то же время ему было немного не по себе.
— Всегда было интересно, как ты это делаешь.
— Кай.
Он перевел взгляд на нее. Ключ все еще вращался в его пальцах.
— Это слишком легко, — пожала она плечами. — Я могу это делать, пока поднимаюсь в гору или… решаю сложное уравнение.
Он прищурился.
— У тебя же в голове калькулятор…
Смеясь, она выпустила руку Кая из-под контроля. Ключ с лязгом упал на пол, и Кай отпрыгнул назад. Сообразив, что снова полностью владеет своим телом, он наклонился, чтобы поднять его.
— С Волком гораздо сложнее, — сказала Зола. — С ним нужно быть особенно сосредоточенной. А вот с землянами…
— Хорошо, я понял. Но чем тогда я могу помочь? Я чувствую себя совершенно бесполезным, шатаясь по кораблю. Идет война, вы составляете план действий, а мне остается только ждать…
Зола нахмурилась, услышав в его голосе разочарование. На Кае лежала ответственность за жизни миллионов людей, и он наверняка считает, что бросил их, хотя у него не было выбора. Это она не оставила ему выбора.
Он был добр к ней. С той первой ссоры, после которой Кай проснулся на борту «Рэмпиона», он ни разу не упрекнул ее. Хотя она была виновата во всем. И они оба это понимали. Золе иногда казалось, что они танцуют какой-то танец, движения которого ей неизвестны. Оба они старались этого не замечать, и держались за то общее, что у них появилось. Цеплялись за свое хрупкое счастье.
— Мы победим лишь в том случае, если тебе удастся убедить Левану сыграть свадьбу на Луне, — сказала она. — Это наш единственный шанс на успех. Подумай об этом. — Наклонившись, она оставила на его губах поцелуй (восемнадцатый). — И то, что ты великий оратор — просто замечательно.