Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Да, чудесный был день рождения, — говорит Йона маме. Потом встает и берет в руки коробку из-под обуви. — Идем?

Глава 3

Чуть позже Йона с родителями, Джимми и бабушкой стоят на Площади и ждут Церемонию Света для новых «продвиженцев». Площадь занимает весь десятый этаж Звездного Света. Пол выложен тротуарной плиткой, и по периметру стоят скамейки, но на этом всё сходство с настоящей площадью заканчивается. Нарисованные на стенах деревья и дома с балконами, увитыми плющом, только усиливают ощущение нереальности происходящего. Искусственные растения делают всё только хуже. Не помешало бы немного ветра, но в Звездном Свете нельзя открывать окна. Воздух всегда кажется слегка затхлым. Подержанный воздух, приходит Йоне в голову: как будто этим воздухом уже кто-то дышал.

На Площади проходят такие собрания, как сегодня. Кроме того, это рекомендованное правлением место для личных встреч. Однако оно нагоняет тоску не только на Йону. Бывает, что Площадь совершенно пуста. Сюда приходят только жители подземных этажей, чтобы убежать из своих квартир без окон.

Однако сейчас народу — не протолкнуться. На сцене посреди Площади стоят Келлеры и с ними шесть других семей. Йона видит, как Матс пытается сделаться невидимым для тысяч жадных глаз.

— Своим вкладом в наше общее дело вы заслужили достойное место под солнцем! От лица правления Звездного Света и всех жильцов мы желаем вам светлого будущего!

Чарльз Флис, председатель правления, с силой нажимает на красную кнопку. Огромная круглая люстра зажигается над сценой и заливает новоиспеченных жителей верхних этажей ярким светом. Они жмурятся, все начинают кричать «ура» и аплодировать.

Йона закрывает глаза и пытается представить, что ветер треплет ей волосы — как сегодня утром на крыше. Но вместо этого чувствует дыхание сотен людей вокруг. Для нее эти Церемонии Света по субботам — еженедельная пытка. Но если их пропускать, за асоциальное поведение будут начислены минус-баллы. Чтобы отметить свое присутствие, Йоне достаточно просто войти на Площадь, и тогда ее звездный пропуск автоматически просканируется. Но ради пущего эффекта она всегда остается рядом с семьей еще на какое-то время. Она следит за тем, чтобы все внимательные глаза увидели, как громко она хлопает в ладоши, приветствуя новых надземных жителей, и только потом быстро скрывается в своем убежище.

Вот и сегодня Йона незаметно протискивается сквозь толпу и забивается в уголок между стеной и кадками с искусственными пальмами. Надо успеть вернуться, прежде чем Площадь опустеет. Боже, что будет, если папа заподозрит, что она ушла до окончания церемонии! Совсем не хочется опять выслушивать проповедь о том, какой замечательный шанс выпал на долю их семьи в Радоваре. О том, что ей и делать-то почти ничего не надо: учись себе, получай хорошие оценки, не лезь куда не просят, никому не создавай проблем и всегда будь готова принести пользу обществу. Может, она считает, что от нее слишком многого требуют, хотя мама с папой надрываются на работе по пять дней в неделю, чтобы дать ей всё самое лучшее? Куда это годится? Она что, хочет в конце концов оказаться под землей и жить как Залман, чтобы все бежали от нее, как от чумы? Или чтобы по ее вине всю семью вышвырнули из Звездного Света и переправили в Нижние районы? Обычно она выслушивает всё это молча, наблюдая за тем, как у папы в уголках рта скапливаются пузырьки слюны — так всегда бывает, когда он заводится. Стоит ему наконец выговориться, и Йона уходит в одно из своих тайных местечек.

Так она познакомилась с Залманом. Несколько лет назад папа разбушевался по поводу тройки по географии, которая обошлась им в двадцать минус-баллов. Йона убежала из квартиры и хотела спрятаться в самую темную норку, какую только сможет найти, потому и поехала на самый нижний этаж Звездного Света, на минус одиннадцатый. Там она спряталась за какие-то трубы. И чуть не завопила от страха, когда увидела прямо перед собой нового техника Звездного Света. Но он отвел Йону к себе, в малюсенькую однокомнатную квартирку, напоил ее чаем и, чтобы утешить, рассказал свой самый большой секрет: у него есть ручная крыса Мипи. Так они и подружились.

Йона вглядывается в зал сквозь листья искусственной пальмы. Церемония Света уже закончилась, и Площадь почти опустела. Неподалеку стоят ее одноклассники из Звездной гимназии. Она незаметно выбирается из-за пальмы и встает рядом с ними. Только компьютерный ботан Пат, с которым они иногда занимаются программированием после уроков, обращает на нее внимание.

— Йона! Ты что, всё время была тут?

— Я стояла с родителями.

И Йона кивает головой в сторону сцены, где ее родители разговаривают с Келлерами.

К ним подходит другая одноклассница, Лейла с сорокового этажа, блондинка с длинными волосами.

— Вы сегодня переехали на двадцать восьмой? Отлично! Заходи как-нибудь ко мне: у нас с братьями по отдельной комнате, и посуду можно больше не мыть.

— Что, на сороковом дают домработницу? — спрашивает Пат.

— Посудомоечную машину!

— Круто, — говорит Йона. — Ну ладно, я пошла.

— Подожди! Мы сегодня почти всем классом идем в «Звёзды-Синема». Там новый фильм показывают. Пойдем с нами.

Пат смотрит на нее сквозь спадающие на лицо дреды чуть ли не умоляюще.

— Да, приходи! — говорит Лейла.

— Нет, мне сегодня еще вещи разбирать. Хорошо вам повеселиться!

Йона подходит к родителям, пожимает руку Келлерам и другим новоиспеченным обитателям верхних этажей, проходит мимо лифта, где столпилась куча народу, и пускается бегом вверх по лестнице — все восемнадцать этажей к ее новому дому на двадцать восьмом.


Каждый раз после переезда Йона играет в игру «Найди десять отличий». Все квартиры, где они жили, похожи одна на другую, если, конечно, не считать, что на минус восьмом и на минус втором не было окон. Везде белые стены, одинаковые книжные шкафы, а в гостиной светло-серые диваны. Но чем выше, тем больше роскоши.

В новой квартире есть ванная и отдельная спальня для бабушки. На диванах больше подушек, на полу в гостиной пушистый ковер. И другой вид из окна. Теперь они живут со стороны фасада, и окна выходят не на Лунный Луч, а на Солнечный Свет. Разницы, впрочем, никакой — все дома в Космическом квартале одинаковые. Живешь ли ты в Красном Гиганте 1 или в Красном Гиганте 2, в Затмении, Просторах Космоса, Сверхновой или Солнечной Короне, там в любом случае будет пятьдесят шесть этажей над землей, восемь тысяч жильцов, школа, кинотеатр, Площадь, магазины — плюс три этажа, отведенных под завод, где все, кому исполнилось восемнадцать, зарабатывают деньги и баллы. Так пишут в Звездной Сети. Сама Йона, конечно, ни в одном другом здании в Радоваре не была.

Она пытается заглянуть в окна соседей из Солнечного Света, стоящего напротив, но дымка еще не развеялась, и видно только неясные огни в окнах. Интересно, у них там тоже светло-серые диваны? А по вечерам они так же смотрят «Радовия-ТВ»? Йона как-то пыталась это выяснить, но почти сразу натолкнулась на барьер в Звездной Сети. В интернете тоже нельзя выходить за рамки своего дома. В городе полно цифровых стен.

Интересно, жителям Верхних районов можно ходить друг к другу в гости? Или звонить по телефону? Правда, у Йоны всё равно нет своего комфона — их дают только тем, кто живет на тридцать пятом и выше. Лейла рассказывала, что от него мало толку: можно только чатиться и выходить в интранет Звездного Света.

Может быть, в Верхних районах и в этом плане дела обстоят лучше. Может, у них телефоны работают без ограничений, так же как миллионы комфонов во всём остальном мире. На «Радовия-ТВ» утверждают, что в других странах их раскупают моментально. Залман рассказывал, что в Верхних районах люди просто ходят по улицам, что на улицах там есть магазины и кафе, где можно посидеть на свежем воздухе. Он рассказывал об этом так, как будто сам там был, но Йона так и не набралась смелости спросить его об этом напрямую во второй раз. Однажды она его уже спрашивала, и он захлопнулся, как устрица, и сказал, что ей пора домой.


Йона заходит в их с Джимми общую комнату. Он демонстративно разлегся на кровати у окна. Ладно, она не собирается устраивать разборку. Вместо этого она достает Кролика из мусорного мешка и сажает его рядом с подушкой на второй кровати, у стены.

— Любишь ты одноглазых, да? — Джимми вскакивает с кровати, хватает Кролика и подбрасывает его к потолку.

— Да, их я люблю больше, чем одноклеточных. Отдай.

Джимми кидает ей Кролика, но тут же наклоняется к коробке из-под обуви и выхватывает оттуда фотографию с Йоной и Селией.

— О-о, какая прелесть!

— Отдай.

— Да эта Селия давно тебя забыла.

— Тебе-то что? Давай сюда! — Йона пытается выхватить фотографию, но Джимми быстро убирает ее за спину.

— Вот нашла бы себе друзей, и фотография была бы тебе не нужна.

— Спасибо за совет. Друзей у меня достаточно.

— Самый некрасивый техник на свете и… Точно, больше и нет никого. — Джимми ухмыляется.

— Вы уже разобрали вещи? — Мама стоит в дверях. — Мы собираемся читать приветственное письмо. Идете?