Он застыл.
— Я сделал тебе больно?
Она прикусила зубами нижнюю губу, но затрясла головой.
— Со мной вес в порядке.
— Ты будешь повторять это, даже истекая кровью.
Не так ли? — Он раздраженно вздохнул.
Он не ждал ответа и не получил его. Дав ей время прийти в себя, он пошел за костылями. Они лежали там, где их бросили. Качая головой, Рик вернулся в палату и поставил их около кровати.
— А тебе показывали, как ими пользоваться? — Он пошел к двери. — Пусть кто-нибудь посмотрит…
— Нет!
Он остановился и повернулся к ней.
— Врач должен подогнать их по росту и проинструктировать тебя. Они обязаны объяснить тебе…
— Я сама виновата. Человек, который их принес, сказал, что врач будет только после обеда.
— А ты, конечно, не могла подождать?
— Нет, — едва слышно прошептала Кейт. — А где Джой? Я думала, ты придешь с ним, — перевела она разговор на другое.
— Мама позвала в гости мальчика его возраста Майка Гарнера из нашего прихода, чтобы они поиграли. Им было так здорово вместе, когда я звонил, что я решил, пусть они еще поиграют. Я приведу его завтра после обеда.
Она посмотрела вверх, потом вниз.
— Что-то не так? — спросил Рик.
— Доктор Лори обещал меня завтра выписать.
— Замечательно! Я знаю, Джой будет прыгать от радости, что ты дома. Хотя я думаю, что маме следует, по крайней мере, еще несколько дней побыть с ним. Я разве не говорил тебе? Как выяснилось…
— Почему ты это делаешь, Рик? Я — чужой человек для тебя.
— Ты еще не совсем здорова. И случай с костылем подтвердил это. Ты еще недостаточно набралась сил, чтобы ухаживать за собой. И куда бы ты пошла, даже если бы и смогла? У тебя даже машины нет.
— Почему, Рик? Почему?
Он подошел поближе к ее кровати.
— Потому что я нужен тебе, Кейт. И ты…
«Ты нужна мне». Последние слова он не сумел выговорить, они были хотя и правдой, но не всей.
Она не только нужна ему — он любит ее.
— Что я? — подсказала она.
Рик колебался. Он не мог рассказать ей, почему он так настойчив, почти назойлив, потому что он сам этого не знал.
Он беспомощно махнул рукой.
— Потому что маме нужен кто-нибудь, с кем бы она могла заниматься. И она так привязалась к Джою. Потому что я… Черт! Я тоже. Вот и все. Я не могу объяснить, потому что до конца и сам себя не понимаю.
Кейт нахмурилась, не поднимая взгляда от пола.
Наконец она сказала:
— Хорошо. Ради Джоя.
— Благодарю тебя.
— Ты не звонил по поводу моей работы? И моей квартиры? А что со страховкой?
Он мрачно кивнул.
— Ты была права. На твоем месте уже работает другой человек.
— А ты сказал мистеру Рейборну, что случилось?
— Да. Он сожалеет, но у него нет ничего, что в данный момент он мог бы тебе предложить. Когда ты будешь в порядке, попробуй к нему еще раз обратиться — он так сказал.
— Понятно.
— И твоя квартира тоже ушла.
— Вместе с нашими вещами и… — она резко замолчала. — А страховка?
Он пожал плечами.
— Водитель «кадиллака» протестует, говоря, что мне не следовало стоять посреди дороги, и он прав.
Он говорит, что холм — то же самое, что мертвая зона. В этом случае правило «виноват тот, кто сзади» не действует. Дело должно разбираться в суде, если адвокаты его не уладят. А раз так, то потребуется несколько месяцев.
— А пока я не смогу получить новую машину.
— Я могу ее тебе купить…
— Нет.
— Я купил себе новую…
— Нет, Рик. Я больше не могу брать у тебя деньги. Кейт ощетинилась. Но ты прав. У нас с Джоем нет даже машины. Придется остановиться у твоей матери, если она не будет возражать. Но только до тех пор, пока мне не снимут гипс.
— О моей матери…
— Что?
— Похоже, она затеяла у себя в доме какие-то переделки. — Рик, защищаясь, сложил руки. — Я не знал о ее планах. Честное слово.
— Да, она говорила мне вчера.
— Ты не сможешь у нее находиться. Она собирается ломать стену в комнате для гостей. Бог знает, что она задумала, но там будет столько грязи. — Он встретился с ней глазами. — Придется тебе поселиться у меня. — Он ожидал взрыва.
Кейт ответила на удивление спокойно, хотя за ее спокойствием скрывались явные усилия.
— Ты живешь в кондоминиуме. У тебя достаточно комнат, чтобы поселить меня и Джоя?
Рик кивнул.
— У меня три спальни. Одну я использую как кабинет, там нет кровати, но я привезу ее от матери.
Казалось, его ответ ее удивил.
— Что? — спросил он. — А разве ты думала, что я предложу тебе спать в комнате с Джоем? Или со мной? — От высказанной провокационной мысли его желание опять разгорелось, не совсем сексуальное желание. Просто хорошо бы, чтобы опять в его постели находилось теплое, мягкое существо, кто-то, кого в холодные ночи он будет обнимать. Очень заманчивая перспектива! Он быстро погасил свое желание, но успел поймать ее ускользающий взгляд. Что такого я сделал, что заставило тебя так думать?
— Еще в молодости, почти девочкой, я поняла: когда кто-то дает тебе что-то или делает что-то для тебя, он хочет получить что-нибудь взамен, Кейт вздернула подбородок.
Рик окаменел от охватившего его гнева.
— Ты хочешь сказать, что ты…
— Нет, — поспешно произнесла она. — Я никогда ничего такого не делала. Но у меня нет ничего, чтобы расплатиться с тобой.
Рик изучающе глядел на ее вызывающе упрямое лицо. Через что ей пришлось пройти, раз у нее такое мнение о людях? Он захотел узнать в подробностях, как она жила до сих пор. Он хотел знать о ней все.
Он никогда не встречал никого похожего на нее. Кейт была такой сильной. Такой независимой, такой потрясающе красивой, даже когда лежала на больничной койке.
У нее нет ничего? Да Кейт Барнет имела все, что может сделать любого мужчину счастливым.
— Послушай, Рик. Я собираюсь освободить тебя от обязательств. Ты сделал предложение. Я очень тебе благодарна за то, что ты позаботился обо мне и заботишься о Джое. Но ты не должен…
— Забудь, Кейт. — Рик покачал головой. — Ты уже почти согласилась остановиться у меня. Тебе никуда не деться.
— Но что это даст тебе?
Он мог бы рассказать ей кое-что о милосердии, но ей была нужна правда…
— Дом, который не будет пустым хотя бы несколько недель. — Она удивленно заморгала, а он продолжал:
— Не могу тебе передать, как я счастлив, что рядом со мной Джой. Не ты должна меня благодарить за заботу о нем, а я должен благодарить тебя, что ты позволила заботиться о нем.
Она внимательно глядела на него.
— Ты так говоришь, что становится ясно: ты очень одинок…
— Да. — Рик не думал, что ему будет так трудно согласиться с ее словами.
— Но…
— Давай вернемся к нашим баранам. — Он не собирался полностью открывать душу сейчас, и не следовало так давить на Кейт.
Она взглянула на него, будто хотела продолжить спор, но не решилась.
— И что за бараны?
Он улыбнулся.
— Я думал, мы обсуждаем, как будем размещаться в доме. Я говорил, что мне нужно перевезти от мамы кровать. Конечно, ты могла бы мне сказать, чтобы я не создавал себе проблемы.
— Да, ты и не должен. Из-за меня. Я могу спать на чем угодно.
— Ну, хорошо. Возможно, так. Но сегодня утром мама сказала мне, чтобы я продал часть ее мебели, которая из-за реконструкции освобождается. И нет разницы, куда ее везти, в магазин или ко мне. — Он испытал некоторое облегчение. — Ты можешь занять гостевую комнату. В кабинете я поставлю односпальную кровать для Джоя. Ему нравится жить в комнате с компьютером. Ты же знаешь, он его обожает. Как утка — воду.
— В садике, куда он ходил, когда мы жили в Джэксоне, был компьютер. Он только о нем и рассказывал. Я копила деньги, чтобы купить его Джою в подарок на Рождество. — Она нервно вздохнула. — Теперь придется потратить эти деньги, чтобы начать новую жизнь.
Рик подошел к кровати. Ему не нравилось, что Кейт так расстроилась. Ему захотелось разгладить поцелуем складки на ее лбу. Но он лишь пожал ее ледяную руку.
— Не беспокойся, красавица. Я постоянно заменяю у себя в офисе практически хорошие компьютеры, чтобы порадовать сотрудников более мощными и совершенными. Когда вы найдете себе жилье, я отдам Джою один из старых.
— Нет, мы не сможем…
— Сможете. Продать их нельзя, потому что буквально всем нужны только новые, с самой большой памятью. И мы просто раздаем старые: в школы, социальные центры, всем, кто хочет их взять. Пусть и Джой возьмет себе. Дом, в котором будет стоять компьютер, он полюбит быстрее.
Несмотря на веселый тон Рика, сказанные им слова расстроили его самого. Когда Кейт с Джоем уйдут, он опять останется в пустом доме, в котором поселится эхо.
Среди ночи страдающая бессонницей Кейт уселась на кровати, разглядывая лежащий на коленях ансамбль. Другого слова она подобрать не смогла: не платье, не костюм, а именно ансамбль.
Элис, как и обещала, прислала Кейт одежду с Риком и Джоем, когда они к семи часам пришли в больницу.
Отлично сшитое платье цвета морской волны из тончайшей шерсти. Прежде Кейт такого никогда даже в руках не держала. Оно было достаточно длинным, чтобы закрыть все ее гипсовые повязки, и при этом не мешало ходьбе. Юбка облаком развевалась вокруг ног. Широкий ремень из той же ткани, что и платье, подчеркивал талию.
Кожаные туфли без каблуков прекрасно подходили к платью. Хотя Кейт не могла еще их носить, но на одну ногу сумела померить.
Черный блейзер из более плотной шерсти, в котором ей будет тепло. Но самое красивое… Кейт потрогала нежный шелк. Самым красивым было белье бюстгальтер и трусики из черного шелка, отделанного кружевами.
Слезы потекли у нее из глаз. Никогда она не имела подобных вещей. Когда она была ребенком, они с матерью одевались в секонд-хенде или время от времени получали одежду в благотворительном фонде.
Став взрослой, она поклялась никогда не носить такую одежду. Но она могла позволить себе покупать новые вещи только на распродажах в «Уолмарте».
Большую часть денег, выделяемых на одежду, она тратила на Джоя, который рос, казалось, не по дням, а по часам.
Кейт боялась дорогих вещей, она позвонила Элис, настаивая, чтобы та вернула их в магазин и купила ей что-нибудь более дешевое. Элис сконфузилась, даже немного обиделась. Она объяснила, что брюки не будут практичнее, потому что у Кейт нога в гипсе. И Кейт уступила.
Кейт сделала множество уступок с тех пор, как Макнилы вошли в ее жизнь. Она оправдывала свою слабость, говоря себе, что у нее нет выбора и ей приходится принимать их помощь. Что она вынуждена думать о Джое.
Что с ней происходит? Может, мозг поврежден у нее гораздо больше, чем считает доктор Лори?
Кейт со вздохом потерла виски. Ее голова раскалывалась от беспокойства.
Она поправила постель, чтобы вытянуться на ней. Улегшись под одеялами и уже собираясь выключить свет, она снова взглянула на платье. Дотронувшись до него, она почувствовала мягкое тепло шерсти.
Кейт поднесла к лицу один из рукавов, дабы насладиться его запахом. Сонно вздохнув, она прижала мягкую шерсть к щеке и позволила Морфею убаюкать ее в своих объятиях.
— Вот он, мамочка, — крикнул Джой с заднего сиденья.
— Где? — Кейт, не произнесшая ни слова с тех пор, как села в машину, повернулась к Джою, который на что-то указывал. — Извини, малыш. Я не вижу, куда ты показываешь.
Рик не мог понять, отчего она хмурится — от боли, вызванной движением, или оттого, что они ехали в его дом.
— Последний слева. — Рик включил левый поворотник, хотя на узкой улочке, застроенной двух-трехэтажными кирпичными домами, не было ни одной машины. — Дом с зелеными ставнями.
Рик наблюдал за Кейт краем глаза, но что она думает о его доме, сказать не мог.
Он нажал кнопку, и ворота пристроенного к дому гаража на две машины поднялись. Рик въехал в гараж.
Кейт посмотрела на полку, висящую на стене над верстаком.
— А ты всегда все так организуешь? Я в жизни не видела такого аккуратного гаража…
Рик нахмурился, проследив за ее взглядом.
Каждый инструмент занимал точно отведенное ему место, они были расположены по размерам, в убывающем порядке слева направо. Даже идиот мог все легко найти. После смерти Стейси Рик целых шесть месяцев обустраивал гараж, чтобы занять голову и руки хоть чем-то.
Теперь он глядел на стены гаража глазами Кейт.
Они свидетельствовали о поведении человека-автомата.
— Не всегда, — согласился он. — Только в последние три года. — (Кейт вопросительно взглянула на него.) Стейси всегда была около меня, наводила порядок в моих инструментах. — Он передернул плечами. — И я наконец навел его сам.
— Кто такая Стейси? — услышал он голос Джоя.
Рик повернулся и увидел, что Джой уже расстегивает ремни, которыми был пристегнут к заднему сиденью.
— Женщина, которую я знал давным-давно.
Наконец Джой освободился.
— Мамочка, можно я возьму твои костыли?
— Что? — Кейт покачала головой и заморгала, как будто вернулась издалека. — Хорошо, хорошо, Джой.
Спасибо.
— Ты всегда помогаешь своей маме, да, Джой?
Мальчик нагнулся между задним и передним сиденьями, туда, где лежали костыли.
— Да, сэр. Я нужен маме. Мама нужна мне.
Его слова прозвучали как семейное заклинание. И Джой в течение получаса подтверждал его. Вместо того чтобы броситься к телевизору или поиграть на компьютере, Джой помогал Рику переносить в дом новые вещи Кейт, потом смотрел, как мать медленно поднимается на второй этаж.
Рик хотел взять Кейт на руки и понести по покрытым ковром ступеням, но, когда предложил ей это, Кейт так посмотрела на него, что он явственно прочел в ее взгляде: «Только дотронься до меня, я тебя убью». Когда он предложил спустить кровать вниз, в гостиную, которая почти не используется, она бросила на него такой же взгляд.
Наконец она взобралась на кровать королевского размера в гостевой комнате. Лицо у нее было бледное и измученное.
— Может, тебе чего-нибудь принести? — спросил Рик. — Воды? Чего-нибудь холодного? Виски?
Она попыталась улыбнуться, но у нее не получилось. Она покачала головой.
— Все нормально.
Она ни разу не пожаловалась, что ей больно, не сказала о неудобствах, хотя была слабой и больной.
Как ему хотелось избавить ее от боли. Он готов все взять на себя. Ей так тяжело.
Когда он заметил, что Джоя нет в комнате, тот уже осторожно входил, неся поднос с бутербродами, чашку с соком и неоткрытую бутылочку с холодной водой.
— Посмотри, мамочка, я принес тебе ужин.
Рик отошел, чтобы не мешать мальчику.
— Спасибо, малыш, — просияла Кейт, глядя на сына. — Поставь рядышком со мной, хорошо?
Джой поставил поднос перед ней на кровать, отошел назад и стал ждать. Увидев, что мать даже не прикоснулась к принесенному ужину, он спросил:
— Ты больше не любишь бутерброды с маслом?
— Конечно, люблю. Они — мои самые любимые. Я просто… — Кейт помолчала, — мне просто нужно немного прийти в себя.
— Мне кажется, Джой пытается тебе объяснить, что тебе необходимо поесть, — подсказал Рик. — Даже четырехлетний ребенок знает, что силы нужно поддерживать.
Кейт хмуро взглянула на него, но не стала отказываться, а взяла бутылку и принялась открывать крышку… Открывала, открывала… У Рика сердце зашлось от жалости. Она так слаба, что не может даже открыть крышку. Он шагнул к ней и взялся за бутылку — Позволь, я помогу.
— Я могу сама. — Она забрала у него бутылку. Голос у нее зазвенел от боли. От боли или от упрямства. Она поставила бутылку на поднос. Пожалуйста, мне надо отдохнуть.
Он кивнул. Он знал, что боль делает с человеком, и не обращал внимания на ее грубость.
— Хорошо. Мы оставим тебя, — он повернулся. Пойдем, Джой.
Рик подождал у двери, увидел, как Джой подошел к кровати и подвинул поднос на несколько дюймов ближе к матери.
— Пожалуйста, мамочка, съешь. Элис говорит, что хорошая еда сделает тебя большой и сильной.
Кент улыбнулась сыну, глаза ее наполнились любовью.
— Хорошо, милый. — Она взяла бутерброд и начала есть, откусывая совсем по чуть-чуть.
Рик заметил, что бутерброд был с ореховым маслом. Один кусочек остался на губе, и Кейт слизнула его языком. Внезапно его обожгло желание, такое сильное, что ноги приросли к полу.
— Пока, мамочка, — Джой взял Рика за руку. — Настало время для «Звездного трека».
— Да? Уже? — Рик приучал Джоя к этому сериалу. Ты собираешься выздоравливать, Кейт? — спросил Рик с порога.
— Да, — она смотрела в сторону, потом оглянулась на него. — Спасибо, Рик, за все, что ты сделал.
— Всегда рад помочь, — пробормотал он, и Джой потащил его из комнаты.
Сидя рядом с Джоем и слепо уставившись в экран телевизора, Рик ругал себя за желание, которое Кейт у него вызывает. Он уже столько лет сексуально не реагировал на женщин.
Но такое желание, которое он испытывает к Кейт, является частью жизни любящей семейной пары. Семьи, в которой люди нужны друг другу. Он хочет, чтобы Кейт обратила на него внимание, позволила ему помогать ей, попросила его о помощи. Кейт принимает помощь Джоя, но не позволяет Рику подать ей даже стакан воды. А может, потому, что она любит Джоя? Или дает ему урок независимости?
Урок ли, любовь ли двигали ею, не имеет значения. Она явно женщина не для пего, Рика, неважно, как сильно он хочет се и какие чувства к ней испытывает. Ему нужен кто-то, кому нужен он сам.
Кейт он нужен, но только она не хочет принимать его помощь. Она уедет из его дома, оставит его, как только станет достаточно сильной, чтобы дойти до двери.