— Прости, Кален, но так должно быть.
Хоулмз не успел понять, кто к нему обращался: мир потемнел, и звуки исчезли. Когда он очнулся, больше не было залов, замков, странных домов желтого цвета и друзей.
Он снова был в своей комнате, слышал с кухни музыку, доносящуюся из телевизора, шум какой-то возни и разговоры. Это мама беседовала по телефону с подругами.
Слабость больше не ощущалась. Только сонливость. За окном уже спустился вечер. Или даже ночь. Часы Калена сломались давно, а купить батарейки он всегда забывал.
Он вышел на кухню. Теперь все пережитое действительно казалось ему нереальным. Может, ему все приснилось? Иона, Ариан и…
— О, ну и долго же ты спал. Иона говорила, что ты переутомился. — Мама была в хорошем настроении. Она натирала моцареллу для пасты. — Уже почти десять часов. Вечера.
— Я понял. — С жутким отвратительным звуком Кален отодвинул стул и сел. — А Иона…
— Она ушла домой почти сразу после того, как ты уснул. Я испугалась, что ты впал в летаргический сон. Бред, конечно, но такое бывает. Это страшно. Можно и через двадцать лет проснуться…
— Ты снова выпила пять чашек крепкого кофе? — без энтузиазма спросил Кален.
— Шесть, — весело ответила женщина.
— Это плохо.
Что ж, пожалуй, это конец. Через пару лет прошлое и будущее смешаются, в мире наступит хаос, в межвремье с мамой не укрыться хотя бы потому, что его, похоже, вышвырнули оттуда как минимум навсегда.
Но тот голос в голове… и космический шум…
У Калена появилось желание поскорее забыть об этом. Он вернулся в комнату и решил переодеться: одежда на нем успела пропитаться потом. Кален вытащил из шкафа со стеклянной дверцей новую футболку и стянул старую.
Вдруг в отражении Хоулмз заметил на плече уродливый рисунок. Это была перетянутая цепями измученная змея. От ужаса он выронил футболку. Рисунок вырисовывался на том самом плече, которое болело накануне.
— Нет… — прошептал он. — Нет-нет-нет… Что за?..
Кален надел кофту с длинными рукавами и выскочил на кухню. Нужно было что-то делать. Рисунок не мог появиться просто для красоты.
— Мам, — обратился он к Алисе, натягивая на себя куртку, — ты не знаешь, где живет семья Красс?
Алиса собиралась отправить пасту в духовку.
— Э-э-э, — она переваривала услышанное, не сводя глаз со своего драгоценного блюда, — насколько знаю, где-то на краю города. Богачи всегда выбирают такие безлюдные места…
— А улица?
Алиса наконец закрыла дверцу духовки, вытерла руки полотенцем и взглянула на сына.
— А куда ты собрался? — спросила она с легким осуждением в голосе.
— Мне нужно… к Ионе.
Кален пожалел, что начал этот разговор. Теперь хлынут сотни вопросов.
— Что ж, иди.
Быстрый положительный ответ означал, что, помедли он после одобрения хоть минутку, мать может передумать.
Итак, нужно просто найти дом богатой знакомой, зная лишь, что находится он на краю города.
— Окей. — Кален вздохнул, оказавшись на улице. — С какой стороны «на краю»?
Людей на улице уже не было. Следовательно, спрашивать не у кого, если только не зайти в какую-нибудь кафешку и не спросить у официантки: «Извините, а вы не знаете, на какой улице живет семья Красс?»
Плечо не болело, но Кален все равно чувствовал тяжесть рисунка. Змея, измученная цепью. Такая картина не предвещала ничего хорошего.
Он проходил мимо зоомагазина — до закрытия оставалось десять минут, и Кален зашел внутрь. Посетителей не было. Легкие вновь заполнил тяжелый запах корма.
— О, привет! — неуверенно поздоровалась Тесс.
— Да, привет.
— Прости меня за тот случай. — Она смущенно опустила глаза, смотря на зеленую коробку, которую заполняла кормом для крыс или хомяков.
— Все нормально. — Кален заставил себя улыбнуться. — Я бы и правда не смог купить их.
Он обратил внимание на белую бумажку на коробке с адресом и фамилией получателя.
— Красс… — прошептал Кален, не веря своей удаче.
Он внимательно прочитал адрес, сообразил, где находится дом, и продублировал координаты себе в блокнот на телефоне. Добираться пешком до края города поздним вечером, в холод было равносильно самоубийству. Но Кален уже привык к этому.
В детстве зимой он частенько гулял без теплой одежды. Милые нежно-розовые шапки, пуховик размером с шубу, уродливые меховые ботинки и шарф, скрывающий все лицо. Как же Калену было стыдно ходить в этом в школу! Дети пялились на него. Кто будет бояться мальчика с лицом, наполовину закрытым шарфом, и в розовой куртке?
Единственное, чего Кален не стыдился, — так это одежды малиновых и фиолетовых тонов. Это были его любимые цвета.
Он вспомнил, как однажды в детском саду противная одногруппница стала называть его неженкой и девчонкой из-за малиновых штанишек и футболки. Но Кален не растерялся и налепил ей на волосы красную жвачку.
Детская проделка, стоившая той девочке клока волос, стала началом череды его проступков, маленьких преступлений против человечества.
Он бегом добрался до края городка. От «обычного» мира район с элитными домами отделял высокий кованый забор. Охранник выглянул из окошка будки.
— Что тебе нужно?
— Мне нужно… к подруге. К Ионе Красс.
— Не могу тебя пропустить.
— У меня есть к ней дело.
— Лучше иди отсюда. Прошу по-хорошему.
— Но я…
— Нет!
— Чтоб вас!..
От злости Кален ударил забор. Охранник рявкнул на него, пригрозив задать трепку. Кален принялся забираться на забор.
— Эй! Слезай оттуда!
Он перелез на внутреннюю сторону ограды. Внизу его ждал охранник. Спускаться ниже Кален боялся — мужчина тянулся к нему, пытаясь схватить за штанину. Тогда в голову Калена пришла идея. Он спустился ниже и в момент, когда довольный охранник собирался схватить его за ногу, ударил его прямо в нос ногой. Мужчина взвыл от боли. Кален спрыгнул на землю и рванул что было сил.
Он бежал по улице, стараясь при свете уличных фонарей разглядеть номера домов. Впереди возникла девушка в белом пальто. Она остановилась, когда услышала крик охранника:
— Стой!
К несчастью Калена, плечо дало о себе знать. Ноги и руки отяжелели, в легких словно не хватало места для воздуха. Он склонился, чтобы отдышаться, и поднял взгляд. Перед ним стояла блондинка в белом пальто и брюках.
— Попался! — Мужчина-таки добрался до Калена и схватил его за шиворот. — Прошу прощения, миссис Маклин, это не повторится.
— Что происходит, Рональд? — Ее бархатный голос манил, но холодок в глазах отпугивал.
— Сказал, что пришел к вашей племяннице.
— Пусти меня, придурок! — Кален пытался вырваться.
В голубых глазах девушки появилось беспокойство.
— Отпусти его.
— Но…
— Отпусти. И можешь идти.
Кален почувствовал облегчение. Охранник поправил куртку и направился к своему посту.
— Значит, ищешь Иону? — разбила тишину миссис Маклин. Она заправила выбившуюся прядь волос за ухо. Длинная челка почти закрывала половину лица.
— Да.
— Оу, — она улыбнулась, — не думала, что у нее уже появился парень. Если ты собирался познакомиться с ее родителями, то сейчас не лучшее время. Они в отъезде.
— Что? — Кален почувствовал смущение, но выдал его за раздражение. Впервые его воспринимали как чью-то пару. — Нет, мне просто нужно с ней поговорить. А вы что… ее тетя?
— Ринальдика Маклин. — Она протянула ему руку для пожатия. — А тебя зовут?..
— Кален. Кален Хоулмз.
— Холмс?
— Хоулмз, — тверже повторил он. Обычно Кален рявкал, когда его фамилию произносили неправильно, но миссис Маклин заворожила его своей пугающей и одновременно притягивающей таинственностью.
— Что ж, идем. — Она развернулась и пошла по улице. Хоулмз следовал за ней. — Я приехала к ней в гости. Думала, побудем вместе, пошопимся, но она странно себя ведет. Не знаешь, с чем это связано? — Ее пронзительный взгляд, казалось, выжег в Калене дыру.
— Э-э-э…
Если исходить из слов Ионы, родители знали о ее похождениях в межвремье, но, похоже, тетя была не в курсе.
— Не знаю.
— Если это ты ее чем-то задел, то твоя судьба незавидна. У нее целых двое пап, и мой брат тебя из-под земли достанет.
Кален сглотнул. Он никогда ни перед кем не прогибался, дерзил и давал сдачи, но после всего произошедшего в межвремье почувствовал, что становится другим. И дело не в нравоучениях друзей, а в чем-то ином. Инородном. Кален физически и психологически не мог быть тем, кем был раньше. Едва подумав об этом, он почувствовал, как плечо с татуировкой запульсировало.
«Боже, неужели все из-за этой хрени?»
— Пришли.
Миссис Маклин вытащила из кармана что-то вроде брелока от сигнализации и нажала на кнопку. Двери во двор автоматически отодвинулись к высокой кирпичной стене.
— Проходи, не бойся.
Они встали у дверей. Миссис Маклин вновь нажала на кнопку, и дверь открылась. Внутри было светло. Из-за мятных тонов, в которых был оформлен холл, возникало ощущение свежести и прохлады разлетающихся морских брызг.
По лестнице слева к ним устремились две маленькие фигурки.
— Тетя Рика, ты так быстро! — голос, отражающийся от стен, отделанных штукатуркой под короеда, был Калену знаком.