Глава 4
Если бы мама не осталась дома в то воскресенье, Кален разнес бы весь дом. Он был взбешен и обижен. Эти чувства у него всегда шли рука об руку.
Отчего-то Кален чувствовал себя брошенным, преданным и забытым. Он не понимал, зачем с ним поиграли, напугали, удивили, а потом кинули обратно в обыденность, с самого начала планируя найти ему замену.
А может, все это к лучшему? Может, на самом деле у Калена галлюцинации или разыгралось воображение?
Нет, он слишком отчетливо помнил дыхание Ариана на своей коже, его хитрые глаза, надменные, тяжелые взгляды. Они словно отпечатались на нем, и из-за этого Хоулмз вспоминал о Межвремье буквально каждую минуту. Он считал его раскрытой книгой, но так ошибся, что разочаровался в себе. Он не чувствовал Ариана как человека, не понимал хода его мыслей. Кален словно стоял за прозрачной стеной, через которую видел лишь образ Межвремья.
Только сейчас, лежа в своей постели, свернувшись калачиком, он понял: кривляния Ариана свидетельствовали о его тайном желании быть похожим на людей хотя бы по поведению. Кален не знал, как сильно Ариан в то же время их ненавидел.
Впервые за всю свою нудную, монотонную жизнь Хоулмзу захотелось совершить нечто значимое и запоминающееся. Когда повелитель межвремья посвятил его в свои грандиозные планы, в нем вспыхнула какая-то искра.
Он не обращал внимания на передвижения матери по квартире: ее возню в кухне, зале, коридоре, какие-то звонки, разговоры с подругами.
Его одолевала смертная тоска. Завтра он снова пойдет в школу, вернется, посмотрит какой-нибудь фильм, поест, понудит и ляжет спать.
Кален вдруг задумался о самых важных событиях в жизни, но не смог ничего вспомнить: ни одного запоминающегося момента не хранилось в копилке его памяти, потому что никакое из них не было ярким и живым, достойным запоминания.
— Сынок, — в комнату без стука зашла мама, — выйди, пожалуйста.
— Что еще? — спросил он из-под одеяла.
— Выйди.
Кален нехотя встал с постели и поплелся в коридор, но застыл, когда увидел на пороге своего дома Иону.
— Привет. — Она помахала ему так же робко, как и тогда, во сне.
Кален кивнул.
— Не знала, что вы знакомы. — Алиса сдержала нервный смешок. — Что ж, Иона, располагайся. Чувствуй себя как дома. Хотя, конечно, наш дом раз в двадцать меньше твоего.
Она скрылась в своей комнате. Кален уставился на робкую гостью, спрятал свою растерянность за напускной бравадой и скрестил руки на груди, язвительно спросив:
— Зачем пришла?
Девушка пожала плечами. Она уловила нотки раздражения в голосе потенциального друга и не смогла закрыть на это глаза, но вместо ответной язвительности решила ответить легко и весело, как всегда:
— Ариан хотел, чтобы я тебя проведала.
— Передай ему, чтобы шел в одно место.
Иона удивленно выпучила глаза, поджала губы и покачала головой:
— Хорошо, так и передам.
— И передай ему, что я его ненавижу. Пусть не сможет найти свое настоящее и стать свободным. — Кален вновь входил в роль хулигана и обидчика. Но сейчас им двигало желание выговориться кому-то, кто мог понять его чувства.
— А это за что? — Иона удивленно вскинула бровь.
— Он кинул меня. Поиздевался и кинул. А еще я не понимаю его, а я не люблю людей, которых не понимаю. Хотя… он, конечно, не человек, наверное.
После недолгого молчания Иона ответила:
— Ты странный.
— Это ты странная. Ты сказала, что родители одобрили решение пойти с ним. Как?
— Я его правнучка.
Пыл Калена иссяк. Он ожидал другого ответа: «Они ему хорошенько заплатили» или «У меня просто классные родители».
— Он же… — время.
— Да, но когда-то давно он познакомился с одной девушкой и…
— Я понял.
Значит, Ариан не такой уж и бесчеловечный и непонятный, как казалось. Он ведь наверняка любил ту девушку. Выходит, не такой уж он и сверхъестественный. Калену полегчало.
— Теперь понятно, почему выбрали именно тебя. — Он слабо ухмыльнулся и прислонился к стенке. Красс продолжала стоять в коридоре. После неприятного приветствия она убедилась, что ей здесь не рады.
— Нет, совсем нет… — начала возражать она, хотя глубоко в душе признавала правоту Калена.
Иона стала шарить в сумке. Все это время Хоулмз мерил ее высокомерным взглядом. Ему, обычному парню из среднестатистической семьи, нравилось давить на выходца из богатой известной семейки. Красс находилась в его доме, и он был вправе облить ее грязью хоть в прямом смысле этих слов и ничего за это не получить. Иногда Кален задумывался над гнусностью своих мыслей, но они доставляли ему слишком много удовольствия, радости, облегчения и ощущения власти, которой на самом деле не было.
— Вот. — Иона протянула ему маленькую колбу с фиолетовой жидкостью. — Ариан просил тебе передать.
— Это еще что?
— Выпей ее, когда будешь в своей комнате, возле постели или на ней. Он так сказал.
— Чтобы я сдох, упал на кровать, а мама думала, что я сплю? Нет уж, спасибо. Жизнь ужасна, но я пока не намерен с ней расставаться.
— Нет же! — И вот наконец-то Кален увидел в глазах Ионы раздражение, которое проступило и в ее голосе. Этим девушка его удивила: он не рассчитывал, что она продержится так недолго. — Это не яд. Ты должен это выпить, выполнив условия.
Кален все же принял колбу.
— А если я захочу выпить ее сейчас?
— Нет, не нужно это делать.
— Давай я сделаю это прямо сейчас? — Он уже вошел во вкус, забавляясь своей игрой, и совсем забыл о правиле: не выходить за рамки. — Я умру, если выпью?
— Нет, не умрешь, но…
И Кален залпом выпил все содержимое колбы. Иона застыла с протянутой рукой, широко распахнутыми глазами и раскрытым ртом.
Жидкость была сладкой и прохладной. После нее во рту осталось ощущение вязкости. Хоулмз не успел усмехнуться Красс, как она стала расплываться у него перед глазами.
— Что?.. — Собственный голос казался отдаленным и приглушенным. — Что ты мне дала?
Ноги начали неметь. Руки лихорадочно цеплялись за стену. Калена успели подхватить, прежде чем он упал. Из комнаты вышла Алиса. Иона спрятала колбу в карман джинсов.
— Что с ним?
— Не знаю. Возможно, ему стоит отдохнуть.
«Врунишка», — только и подумал Кален, перед тем как веки сомкнулись и странная, тянущаяся пустота скрыла его в своей пучине.
Глава 5
— Ты оказался куда непослушнее и нетерпеливее, чем я думала, — говорила Самния. Ее голос был везде и слышался даже в самых дальних закоулках разума.
Кален распахнул глаза. Он лежал на белоснежном полу, над головой растянулось уже знакомое ему звездное небо. Космическая симфония вновь убаюкивала и закладывала уши, накатывая на него сладкую дрему.
— Эй, — Самния провела ладонью перед его глазами, — вставай. У нас мало времени.
Кален схватился за живот и зажал рот, боясь, что его вывернет наизнанку прямо на колени королевы. Тело тонкими нитями опутывала слабость.
— Это пройдет.
Калену стоило больших усилий поднять на нее взгляд. Только сейчас он заметил золотой венок, венчавший ее голову.
— Что я здесь делаю?
Самния помогла ему сесть на бронзовую скамейку, выросшую из пола прямо на глазах. Она встала в центре зала и взяла самую яркую звезду с неба.
— Что происходит? — Из-за дурного состояния Хоулмз не мог толком возмутиться. Эмоции были словно заблокированы.
— Это межвремье. — Девушка протянула ему звезду.
— Видел… — прохрипел Кален и откашлялся. От гадкой жидкости, которую принесла Иона, першило во рту, и именно ее противный сладкий вкус вызывал тошноту. — Разве Ариан не списал меня со счетов?
— Он сказал, что хочет, но не может взять тебя с собой. — Самния поглаживала холодную звезду. — Но он не говорил, что ты сам не можешь к нему прийти.
— Хочешь отправить меня к нему? — Дурнота стала спадать, и Хоулмз выпрямился, испытывая трепет.
— Ты сам это проделаешь, а я лишь помогу.
— Но почему он хочет, чтобы я тоже был в команде? Он ведь сказал, что по одному человеку — от каждого времени.
Самния вышла в центр бескрайнего зала со звездой в вытянутой руке. Немного помедлив, она отпустила ее, и та разбилась. Осколки засверкали так ярко, что Калену пришлось зажмуриться. Небрежными акварельными мазками на полу сами собой вырисовывались деревья, дома, улицы и даже люди, образуя карту.
— Верно. Ему поставили такое условие, но есть один факт, позволяющий обойти это правило. Ариан сам тебе расскажет, когда захочет, так что не спрашивай.
Самния опустилась на колени, положила ладони на карту и сжала пальцы. Рисунок уменьшился, и теперь стали видны не только дома, но и весь город. Процесс чем-то напомнил Калену изучение карты местности на смартфоне.
— Невероятно.
Он был околдован живым морем, волны которого набегали на пустынный песчаный берег, и шумом городов. Он решился провести ладонью по карте — и локация изменилась: перед ним появилось королевство, состоящее из пяти частей. Самая маленькая из них ютилась в центре.
— Это королевства равновесия. Вся вселенная Ариана состоит из них.